Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Он не хотел волноваться за карликовое недоразумение, застрявшее с ним в плену, только вот в силу обстоятельств прошлого не мог избежать тревог.
Глава 2 Романтические интриги
19 декабря 2025, 09:04
Дворец днем был ещё красивее, чем ночью, как и сад окружающий его. Оверлорд не стал особо рассматривать достопримечательности, его цель пряталась в каменных стенах покрытых белым, красным, чёрным и золотым. Он вошёл громко, хотя на фоне того, что учудил падший, вёл себя ещё приемлемо и тихо. Бесы испуганно заметались при виде мужчины с разросшимися оленьими рогами, излучающим кровожадную ауру. Только один рискнул подойти и узнать, что за резкий-дерзкий визит. Ему в лицо кинули уцелевшее в этот раз приглашение.
— Его величество у себя в кабинете, — дрожащим голосом произнёс слуга, бегая глазами по золотым строчка на белой бумаге. — Он говорил, придет гость, — «правда не такой страшный и злой». — Я вас сопровожу.
У комнаты Ал не стал ожидать, пока объявят об его визите. Едва ли не с ноги выбивая дверь, ворвался внутрь, оставляя ошарашенного беса позади. Тот поспешил капитулировать, пока и ему не прилетело ни за что.
— Отзовите свой ансамбль! — рявкнул демон, упираясь ладонями в дубовый стол и сверля взглядом спину падшего, стоящего у окна. Тот, покачивался с носка на пятку, держа руки за спиной. — И я надеюсь у вас закончилась бумага и чернила, если нет, то я их всех сожгу, как и ту цветочную лавку, которая поставляет мне эти букеты.
— Тебя здороваться не учили? — иронично спросил правитель, глянув с озорством на своего гостя. Морнингстар знал, его бомбардировка знаками внимания рано или поздно сработает. — Уже молчу, что подданному по этикетку следует поклониться перед королём.
— Если после всего вы ждали вежливого светского визита, то спешу вас огорчить, — прошипел помехами оверлорд. — Вот я здесь, как и хотели, говорите, пока у меня есть ещё остатки терпения, — развёл руками.
— Сядь и успокойся, — тяжело вздохнув, Люцифер наконец-то соизволил обернуться к тому, кого ждал очень долго из дня в день. Все эти минуты томления не раздражали, а напоминали предвкушение перед грандиозным событием. — Ответил бы на первое письмо нормально, не пришлось привлекать твоё внимание другими способами, — подошёл к столу, занял свое рабочее кресло. — Аластор, серьёзно, сядь, у нас и так приличная разница в росте, от того, что ты надо мной нависаешь, лучше не становится.
— После того вашего предложения вы серьёзно рассчитывали, я сюда приду? — обозлился черт, не собираясь надолго оставаться во дворце.
— Вообще-то мне было легко предположить, что ты сменил решение, — усмехнулся.
— Вы действительно думайте, что заинтересовали меня? Почему? Потому что король Ада? Сам дьявол? — сложил руки на груди, демонстрируя взглядом отвращение.
— Нет, потому что я считал твой пульс. Учащённый. Зрачки расширены, — хищно оскалился, откидываясь на спинку. — Расслабься, сейчас никаких подобных предложений не будет.
— Сейчас? — раздражённо уточнил Аластор.
— Я не учёл твою стеснительность, мне, знаешь ли, редко в Аду попадаются не посвящённые в любовные таинства, — рассмеялся. — Успокойся и прекрати рычать, ничего не будет без твоего желания.
— Во-первых, я и стеснительность находимся в диаметрально противоположных плоскостях. Во-вторых, все ваши действия говорят об обратном, — буркнул злобно, но все же опустился на стул. В ногах правды нет.
— Почему так решил? Да, ухаживал за тобой, но не требовал отвечать утвердительно, а на счёт стеснительности, — хихикнул, ему казалось демону не надо объяснять подобное. — Аластор, любая маскировка души это всегда автопортрет, дающий разгадать шифр к сердцу. Думаешь я не видел людей с фальшивой улыбкой, как у тебя? Или не знаю таких, что отталкивают, лишь бы избежать привязанности и не быть ранеными? — мягко улыбнулся. — Можешь обманывать сопляков, не видевших жизни, других людишек, но не того, кто существует века.
— Зачем вы звали меня? — сдался оверлорд.
— Может чай, кофе или что-то покрепче? — поинтересовался невзначай.
— Не откланяйтесь от темы, — шикнул Ал.
— Хорошо, ответ прост, мне скучно, — опустил глаза на стол, где пальцы выводил невидимые линии. — Как много ты знаешь о моем браке?
— О вашем разводе, — поправил Радио демон, и на него гневно взглянули змеиные глаза. — Сплетни не собираю, поэтому мало.
— Понятно, — тяжело вздохнул. — Я любил её, люблю до сих пор, и знаешь, после падения Лилит и дочь были единственным ярким моментом моей жизни, остальное быстро наскучило и приелось. Мне одиноко и нужен компаньон, кто-то вроде тебя.
— Мало желающих, кто не стал бы вас посылать? — иронично поинтересовался черт.
— Желающих достаточно, но нет тех, кто не будет смягчать, многие, опираясь на мой статус, начнут льстить, лгать, а я хочу твою честность, твоё отсутствие страха передо мной и прямоту, пусть грубую, но горькая правда всегда лучше самой комфортной лжи, — заглянул прямо в глаза демона, изумляя, притягивая, подчиняя, напоминая, перед ним дьявол. — Никаких сделок, соглашений и рукопожатий. Приходи когда хочешь на своих условиях, я часто во дворце, редко выхожу, если меня не будет, скорее всего ненадолго покинул круг Гордыни. Что скажешь?
— Мне искать подвох? — посмеялся Аластор.
— Сейчас я кристально чист как младенец, — задорно улыбнулся король.
— И это мне говорит правитель Ада, — закатил глаза. — Хорошо, помогу вам развеять скуку. Что на сегодня?
— Начнём с простого, — Морнингстар поднялся. — Покажу тебе дворец.
Может как дьявол Люцифер не удался, но вот как приятный спутник, хоть Ал и не любил компанию мужчин, вполне. Он много знал, мог поддержать любую тему, а главное открыл Ад для Радио демона совсем с другой стороны. Иной мир, что изначально задумывался чем-то большим, чем тюрьма для проклятых душ.
Падший очень любил мюзиклы, у него для них имелся отдельный театр на кругу Похоти, и некоторые сценарии король писал лично, об этом Ал узнал спустя время и после нескольких посещений этого места. Самый яркий из всех, которые запомнил Аластор, стала Одиссея. Демону удалось и самому принять участие в организации нескольких постановок. Чего греха таить, ему нравилось проводить время подобным образом. А Люцифера прямо-таки распирало от восторга, когда они обсуждали очередную сцену из просмотренного спектакля. Правитель бывало жаловался, что из всех грешников, только у его приятеля есть чувство прекрасного, он раньше пытался ставить мюзиклы в Гордыне, но проклятым душам без разврата и утоления своих пороков было не интересно прикасаться к прекрасному, возвышенному.
Во дворце имелась целая комната под коллекцию алкоголя. Она была не просто огромной, а гигантской. Люцифер предложил выбрать гостю все, что тот пожелает. Аластор не стал прикидываться скромным пай мальчиком и сразу приступил к готовке любимого коктейля.
— Что это? — спросил падший, указывая на смешивающийся напиток, пока бесы поставляли его гостю необходимые ингредиенты.
— Сазерак, коктейль с моей родины, — объяснил радиоведущий, заканчивая две порции.
— Откуда ты? — поинтересовался Морнингстар, до этого дня они много говорили об искусстве, политике, философии, однако впервые затронули личность вне Ада.
— Новый Орлеан, — ответил, с наслаждением делая первый глоток.
— Расскажи мне о нем, — попросил правитель, дегустируя подданный напиток.
— Ого, ваше величество заинтересовалось смертными и их городами, — иронично произнёс оверлорд, через тени легко перебираясь на другой конец стола, ближе к собеседнику.
— Мне интересен ты, — пронзительный взгляд ошпарил демона градом непрошеных эмоций, а от легкого прикосновения холодных пальцев дьявола прошлись мурашки по спине.
— Как пожелаете, — чуть склонил голову вперёд, прикладывая все силы, чтобы надеть на чувства поводок и намордник.
Такая вспышка человеческого, бьющая по ментальному здоровью происходила не в первый раз, а почти каждую встречу, когда падший позволял себе лёгкие соприкосновения.
Люцифер быстро выяснил факт не тактильной натуры Радио демона, что объясняло отсутствие у него пары или хотя бы временного партнёра в настоящем и прошлом. Расширить границы для себя, приучить черта к близости стало для короля своеобразной забавой. Морнингстар приближался медленно, тихо. Изначально невесомые касания, которые Аластор не замечал или же воспринимал как случайные. Хотя парадоксальные совпадения радиоведущий обнаружил вскоре. Только вот поздно было, Ал не воспринимал чужие руки рядом со своими как угрозу личному комфорту, не реагировал на поддержку за талию, а в какой-то момент не оттолкнул пальцы, что сжали ладонь. И вот оно редкое явление, первый мужчина, который мог прикасаться к Аластору, не вызывая волны раздражения, потому что все переросло в привычку.
Правителю же спокойно жить не давали оленьи ушки черта. Он все хотел их коснуться, потискать, особенно в те моменты, когда они шевелились, выдавая настрой хозяина. Один раз удалось получить допуск. В тот день доза алкоголя в крови превысила норму, а Ал проиграл в карты желание, ибо правитель сразу приструнил подглядывающую масти соперника тень. Они сидели на полу, Люцифер аккуратно пристроился за спиной черта и запустил пальцы в желанный приз. Действовал нежно и осторожно с мягкой деталью демонического облика, иногда щекоча шерстку на кончиках тёплым дыханием. Проводил подушечками пальцев, вызывая дрожь в чужом теле, задевая нужные нервные окончания, пробуждая истому, ибо Аластор не просто так не давал прежде трогать ушки, это его чувствительная зона. Под действием нежности и алкоголя оверлорда окончательно разморило, как бы он себе не запрещал засыпать в доме владыки, отключился. Заметив уход мужчины в царство Морфея, Морнингстар мягко улыбнулся, перенёс того в спальню и оставил одного. Знал, если они проснуться в одной кровати, радиоведущий себя накрутит и несколько месяцев во дворце появляться не будет. Уже был неприятный опыт. Аластор же невольно тогда вновь нарушил очередное из своих табу, никогда не ночевать в одном доме с падшим.
Жизнь Радио демона текла и вне королевской резиденции, хотя там и происходило все самое интересное для него. Сколько грешников могло позволить себе путешествие между кругами и получить внимание владыки Ада? Единицы, и он был одним из этого меньшинства.
Расширение собственного влияния, непрерывное вещание радио и власть оверлорда приносили свои плоды, богатство. Он отселился от Рози, ибо интуиция, которой демон привык доверять, подсказывала, его «подруга» с какой-то маниакальной одержимостью пихает его в объятья короля. Она всегда интересовалась состоянием их отношений, настаивала на увеличение количества встреч, а не раз в два месяца. Аластор сделал специально ограничение, чтобы не привязываться, но в какой-то момент сам не заметил, как проникся падшим ангелочком, только вот конечно же ни себе в этом не признается, ни другим.
Относительно Рози подозрения возникли давно, когда оверлорд жил ещё у неё и случайно подслушал разговор с кем-то неизвестным через пламя камина.
— Не могу назвать его лучшим вариантом, но Люциферу он интересен, хотя бы на время займет короля, — на её слова в огне раздалось шипение. — А ты случайно не ревнуешь? — хихикнула леди. — Депрессия имеет свои стадии, но пока есть стимулятор, все должно быть хорошо. Знаю, ты хочешь провернуть свой замысел тихо, и чтобы у Люцифера в этот момент были отведены глаза, поэтому он и подошёл, хотя у меня были на моего мальчика совсем другие планы, — нахмурилась на несколько секунд, но после счастливая улыбка вновь вернулась к губам, когда из камина ей ответил голос.
Аластор быстро скрылся в тенях, чтобы его не поймали за подслушиванием. Он мог только гадать с кем говорила Рози. Предположил Лилит, ибо они давние подружки. И спорили о нем, Радио демоне, а значит тот невольно вошёл в их какой-то план, когда начал контактировать с королём.
Помимо этого в жизни оверлорда стали появляться и другие связи. Контракт с Хаском. Малышка Ниффти, обосновавшаяся в его доме в качестве горничной, а ещё Вокс. Даже в будущем Ал не понимал, как умудрился спеться с ним вплоть до дружбы, общался без подтекста, даже когда стало ясно, Винсент рассчитывал на любовные авансы, которые не мог получить из-за незаинтересованности Аластора. Радиоведущему льстило внимание, он изначально видел себя юным в пареньке с телевизором на голове, нравилось вдохновлять его, но стоило тому предложить работать вместе и все хорошее отношение оверлорда сошло на нет.
Весомых причин для грубого посыла будущего главы Ви, на вкус самого радиоведущего, было достаточно. Между ними имелось несколько различий. Аластор из породы тех людей, кто вышел из грязи в князи ещё будучи человеком, он всю жизнь опирался на себя, свои таланты, не моля о помощи. Жил по заветам Воланда «никогда не проси у тех, кто сильнее тебя, сами предложат», иронично, нарушив принцип один раз, попал на цепь, дабы вынести урок на всю свою загробную жизнь. В былые времена он дел так, чтоб толстосумы подле раздавали хвальбы, спонсировали его радио эфиры по-своей воле, не замечая тонких манипуляций. Винсент же был иным экземпляром. Золотой мальчик с недостатком внимания от родителей, привыкший получать желаемое, едва кто-то услышит его «хочу», не исполнят просимое, отберёт силой, а с помощью денег потом все отмоет. Он обрел когда-то благодаря родительском крылу свою должность телеведущего, а дальше устранял конкурентов, в то время как Ал предпочитал своих соперников превосходить, выбирая путь большего сопротивления. Так вот и столкнулись два мира и два разных взгляда. Аластор считал надо идти одному, об этом он и сказал Воксу, посчитав, что тот пытается примазаться к его силе и влиянию, доставшихся путем продажи самого ценного — души. Винсент же просто его не понял или не захотел понять, не осознавал, что его приятель видит насквозь манипуляторную натуру и не собирался становиться тем, кого в конечном итоге выкинут на улицу, потеряв интерес, ибо желанное стало доступным. Аластор не верил до конца Воксу, не верил в его искренность, и по старой схеме предпочёл оттолкнуть, нежели принять. Оверлорд осознавал, на своих условиях дружбы больше не построит: никаких интимных отношений, никаких вместе вести дела, только общение.
Почему же с Люцифером все вышло иначе? Общаясь с Винсентом, Радио демон не единожды отмечал детали в прошлом противоречащие его принципам, да и шанс будущий глава Ви получил лишь благодаря тому, что Аластор обзавёлся опытом в близком контакте с мужчиной. Например, прикосновения, если привычка теле демона класть руки на плечи вызывала раздражение, то когда так делал Люцифер было приятно, немного щекотало от того, что Ал слишком ярко чувствовал каждое соприкосновение. На флирт правителя отзывался смешкам и закатыванием глаз, а Воксу хотелось разбить экран. Почему такие разные восприятия? В чем причина? Оверлорд списывал все на длительность взаимодействия, не замечая медленно растущей привязанности, которую падший аккуратно подпитывал, ибо для него хищный олененок не был лишь компаньоном.
Люцифер часто слушал радиопередачи с момента знакомства с Аластором, тихо у себя в комнате, порой, узнавая песни, ловил себя на мысли, что это ему послание, ибо они только недавно познакомились с той или иной композицией. Оверлорд ведь знал, что правитель его слышит через старый радиоприёмник, который тот принёс во дворец. Не сомневался, это устройство остаётся немым, когда Ал пускает по волнам крики своих жертв. Дьявол не любит жестокость. Он любит резиновых уточек, сладкое, какао по утрам, а ещё жалеть себя и уходить в депрессивное состояние.
С психологическими проблемами короля Радио демон столкнулся спустя год их общения. Мало ему было нескончаемых неделю кислотный дождей, затопивших улицу и уничтоживших все цветы в саду, так ещё и застал карлика свернувшимся на полу в спальни в окружении горы уточек. Развод с женой и разлука с дочерью, которую Лилит забрала со словами «пусть внешне она походит на тебя, но я не позволю ей стать тобой», катастрофически сказалась на ментальном здоровье пернатого. В первый раз Ал не знал, что ему делать, растерялся, у оверлорда никогда не было столь глубокого уныния, даже когда все внутри выло от боли, он продолжал что-то делать, идти вперёд, отвлекался работой, хобби. Прежде ангелок всегда встречал его в бодром расположении духа, с озорным настроем и какой-нибудь блестящей, для Люцифера, нелепой, для Аластора, идеей.
Спустя пару таких депрессивных приходов падшего демон понял, ему ничего делать не надо, только быть рядом. Заходя в комнату и заставая короля в позе эмбриона, он убеждался, принял ли тот таблетки, а после просто садился рядом, включал музыку или читал. Коль регрессия длилась несколько дней, проветривал комнату, наводил порядок, слуги почему-то боялись подходить к его величеству в это время, хотя лишённый душевных сил тот был безвреднее ребёнка. Ну подумаешь уток больше чем обычно? Хотя порой казалось куда больше, Аластор уже в какой-то мере устал раскладывать их на стеллаже.
Конечно же дни их не всегда протекали мирно. Острый как меч язык оверлорда плохо сочетался с воплощением гордыни. Аластор не упускал шанса съязвить то относительно роста, то жены, то нелепости облика дьявола и его хобби. Тогда по дворцу летало все, включая мебель. Ссорились они громко и с огоньком. С Люцифером Радио демон как и прежде терял контроль над собой, а владыка Ада им и не обладал. Слуги в эти моменты прятались где могли, боясь, что-то не применно срикошетит в них.
Один такой переломный скандал случился в библиотеке. В воздухе парили книги, бумага, стеллажи и стулья. Из-за чего все началось? Никто не помнит. Болезненное слово за словом, как будто они играли в вышибалы, только речевыми оборотами, а потом все переросло в попытку разбить бесящее лицо всем, что попадалось под руки.
— Да как же ты меня достал, оленья морда! — крикнул Люцифер, у него закончились аргументы и лёгкие предметы под руками, которыми он бы не мог навредить грешнику, чтобы не нарушить табу.
— Можно подумать я в восторге от вашей нелепой компании! — ответил той же монетой Аластор, занося книгу над головой.
— О, да, и мистер стильный до мозга костей начинает свою классическую клоунаду, где будет меня пытаться убедить, что делает огромное усилие над собой, приходя во дворец, — закатил глаза правитель, складывая руки на груди. — Кстати, этот экземпляр очень дорогой и в Аду он только один, век за него не рассчитаешься, — отметил, указывая на книгу в золотой обложке, с которой Ал планировал познакомить лицо падшего.
— Сейчас найду что-то по дешевле, — шикнул через радиопомехи, оглядывая творящийся вокруг разгром. — Какой кошмар, — осознал, они разнесли все что можно и нельзя.
— Ты сейчас о себе? — хмыкнул правитель.
— О вас, — съязвил в ответ. — Тут же все заново надо систематизировать! — алые глаза наполнились ужасом осознания, что не почитать ему теперь ничего, ибо не сможет найти, пока не вернёт тот порядок, который сам и организовал с разрешения правителя, давшему ему полный контроль над этой частью дворца из-за любви оверлорда к чтению. Сам Люцифер редко пользовался библиотекой, так, если надо найти какую-то информацию, что стало удобнее с порядком Радио демона, но больше предпочитал, чтобы ему читали.
— Возьмёшь пару тройку смышленых слуг и все будет хорошо. Первая что ли комната, которую мы разгромили? — мягко улыбнулся падший, садясь на пол рядом с радиоведущим, тот уже пытался сопоставить вырванные листы с обложками. — Ты так сильно расстроился? — спросил утешающе, обнимая за плечо. Прикосновение подобным образом для Аластора было ярким, но он не вздрогнул, как в первые пять раз, вновь все переросло в привычку.
— Дело не в этом, — тяжело вздохнул, поджимая уши. — Вам бы понравилось, разнеси мы вашу утиную мастерскую? — обвел хаос вокруг рукой. Падший непроизвольно скривился.
Взор змеиных глаз сместился на красивый, по меркам правителя, профиль мужчины, который мешали разглядеть частично упавшие на лицо волосы. Чёрные пальцы аккуратно убрали пряди, пока их хозяин любовался тем, кто заполнял его жизнь последние пять лет, придавая хоть какой-то смысл существованию, был рядом и в счастье, и в ненастье. Хоть Ал часто выражал пренебрежение, утверждал, будто король ему безразличен, Морнингстар давно понял, для них все изменилось. У обоих пульс сходил с ума вблизи друг друга, нравилось проводить время вместе, и не терпящий телесного контакта демон давно принимал все касания карликового ангела. С ним Аластор гораздо ярче выражал эмоции, хоть временами все равно прятался за холодным щитом своей улыбки.
Оверлорд застыл, будто парализованный, когда частично правитель задел лицо, к которому прежде никогда не потягивал руки. Он перевёл взгляд, чтобы увидеть лицо падшего: приподнятые уголки губ, любование в глазах и ещё нечто иное, тягучее, как патока или как болото, что утягивает тебя в свои недра, только вот ты не захлебываешь грязной водой полной тины, а обретаешь покой. Дыхание сбилось, стало рваным. Аластор не знал отступить или позволить дальше поглощать душу змею искусителю. Чувствовал себя агнцем, идущим на закалывание с блаженной улыбкой, ибо эмоции свои и владыки выше его понимания.
Следующие действия демону были знакомы, но правитель никогда не повторял их за долгий период их общения. Чуть испуганно, нерешительно уста Люцифера примкнули к нему, обхватили верхнюю губу, потом нижнюю, прося открыться, пропустить. И мужчина то ли от неожиданности, то ли подчиняясь тому, о чем просило сердце, позволил углубиться, скользнуть раздвоенному языку внутрь. Руки оверлорда уперлись в светлую грудь, пытаясь оттолкнуть, защитить остатки личного пространства, здравого мышления. Правитель без особого применения силы поймал их за запястья, уложил к себе на талию, делая себя и своего друга ещё ближе, не оставляя миллиметра для маневра, после того, как его неуверенно обняли.
Падший прерывался на считанные секунды, отпуская из плена лишь на мгновение, чтобы дать вздохнуть, а дальше вновь возвращал в клетку, чтобы дышали лишь им, чувствовали только его в этом мире. Люцифер с удовольствие обучал неумелого партнёра, вёл за собой, при этом ласкал прижатые к голове оленьи ушки.
— Всё, Ал, дыши, — прервал поцелуй Морнингстар окончательно, ибо медленно разум вёл к сумасшествию, одна рука уже проникла под алую ткань пиджака, пока дрожащий партнёр робко обнимал его.
Аластор с трудом, но втянул воздух, прислушиваясь к словам того, кто недавно украл у него эту возможность, вызывая лёгкое головокружение. Оверлорд чувствовал раскалённое дыхание рядом и прикосновение ко лбу. Неуверенно открыл сомкнутые до этого момент глаза. Столкнулся с чужим взором, находившимся близко-близко.
— Давно я никого не целовал, — прошептал падший, расширяя между ними пространство. — С того самого вечера, когда мы впервые встретились, — улыбка неловкая и в тоже время невероятно светлая, счастливая. — Теперь ты очень сильно хочешь ударить меня кулаком по лицу, я прав?
Радио демон взглянул на свои руки, все ещё лежавшие на чужой талии. Его ошпарило приливом собственных эмоций беспрерывно мешающихся между смущением, гневом, и ещё одним непонятным чувством, притягивающим обратно к карликовому ангелу, будто они два магнита с противоположными полюсами.
Оттолкнув владыку, радиоведущий быстро встал. Лицо предательски пылало, а уши прижались к голове. Он все ещё старался придерживаться политики каждый сам за себя, в Аду нет друзей, нет любимых, и нельзя поддаваться, надо защитить контроль, а не идти на поводу у глупых эмоций. Отвернулся спиной к ожидающему хоть какой-то реакции правителю.
— Надо собрать слуг и прибраться здесь, — сказал Ал, придавая голосу твёрдости.
— И это все? — недовольно спросил Морнингстар, подскакивая на ноги. — Ты хочешь вот так сбежать от разговора? Притвориться будто ничего не было?
— А что мне надо говорить? — развернулся разгневанный черт лицом к собеседнику. Он никак не мог вырваться из этой ловушки чувств.
— Не знаю, либо «Люцифер, больше не смей так делать, иначе ноги моей здесь не будет», либо признать, что наши отношения давно вышли за грань дружбы, и ты готов попробовать больше, — активно стал жестикулировать, но увидев в алых глазах немую борьбу, решил лучше попридержать пыл. — Хорошо, Ал, давай я сам позабочусь об уборке, а ты пойдёшь к себе домой, подумаешь над произошедшим, — стал неловко оправлять помятую одежду. — Приму любое твоё решение, — сдался, не желая давить, за столько лет он так хорошо выучил натуру этого демона, то, как он буквально обрастает колючками, причиняя боль всем вокруг, если его зажать в угол. — Свой же интерес я выразил ясно, — лукаво улыбнулся, — ещё в первый день нашей встречи.
Аластор мог прекратить общение сразу после инцидента в библиотеки, имел на это все права и основания, а главное знал, не выйдет как с Воксом. Его не будут преследовать, не будут обвинять во всех смертных грехах и пытаться сломать, чтобы получить. Нет, тихо мирно отпустят, не требуя чего-то взамен.
«Кот гуляющий сам по себе» — эта фраза идеально описывала натуру Радио демона. Он приходил, когда хотел, и так же уходил. Люцифер никогда не лишал его свободы, принимал непостоянство этих странных отношений. С Винсентом все было бы иначе, дай Ал тому вольную и шанс. Теле демон тянул бы одеяло на себя, требовал внимания, верности, и точно бы не слышал партнёра, живя по правилам своих идеальных отношений, в то время как для радиоведущего характерен посыл «правила существуют, чтобы их нарушать». Не ужиться двум садистам на одной территории, а вот садист и мазохист вполне были способны сойтись. Люцифер именно что был мазохистом для оверлорда. Нет, боль физическую он не любил, однако кататься на эмоциональных качелях очень, встряхивая свою жизнь. Как иронично, Аластор умел приносить разные типы страданий. Нюанс в пользу Вокс один все же был. Им Радио демон мог управлять, падшим — нет, скорее сам потерять контроль подле, поддаваясь всем возможным эмоциям, с которыми не умел справляться, в тот время как король великолепно понимал свой и чужой диапазон чувств.
Почему же Аластор в конечном итоге сдался, позволяя холодным и одновременно тёплым руках падшего ангела принять себя? Собственные ощущения объяснить не смог, списал на привязанность, привычку и упорно толкающую к бывшему серафиму Рози.
Сближение произошло слишком быстро. Поцелуи стали излишни частыми, порой вульгарно откровенными, когда Люцифер позволял своим наглым ручонкам опускаться на чужие бедра, сжимать ягодицы, проникать под одежду. Тогда сопротивление демона становилось активным, очевидным, ибо он постоянно избегал вероятности оказаться в постели и стать участником совсем не детско-романтичных игрищ.
Однако даже эту границу они сумели переступить, пусть и понадобилось массу времени и терпения со стороны Люцифера. Всё произошло в кругу Зависти. Аластор рассказал, что скучает по морю, жил раньше вблизи Мексиканского залива. Тогда то король решил вытащить его на прогулку на яхте по океану во владениях Левиафан.
Ночь на самом нижнем кольце была ближе всех к земной. Над Гордыней небо всегда красное, приобретает бордовый оттенок, когда приглушается свет Рая, за которым прячется луна цвета сангрия. В Зависти же все иначе. Бирюза превращается в лазурит с переливающимися серебристыми крошками на полотне ночи. Сжимая металлические перила, Аластор по привычке пытался найти рисунки знакомых созвездий. Вдыхал воздух с солёным привкусом. И ему казалось, он вновь жив. Только вот его разумная тень обманчиво скользила под яхтой, ныряя в прозрачные темно-сизые воды, и выскакивала наружу вместе с группой люминесцентных рыбок, чьи плавники напоминали крылья птиц. Демон чуть перевесился за перила в попытке поймать одну.
— Не стоит, они ядовитые, — предупредил Люцифер, сидящий за пышно накрытым столом: вино, фрукты, свечи, канапе, стейк и все в том же романтическом духе.
Он не звал оверлорда все это время, не подавал голос, напоминая о себе, чтобы дать тому возможность насладиться момент. Да и самому было хорошо от редкой не поддельной радости в алых глазах без привычного ехидства.
— Есть в Аду хоть что-то без подвоха? — буркнул черт, возвращая своему образу следы надменности.
— Как ни странно, но я, — рассмеялся Морнингстар, приглашая жестом за стол.
— С этим не поспоришь, — вздохнул Ал, опускаясь на стул напротив. — У вас одного в этом месте что в голове, то и на языке.
— Ещё у Би, — припомнил князя Чревоугодия падший, — но возможно она большую часть времени просто под дозой.
Шутка удалась, вызвав невесомый с серебряными переливами колокольчика смех у обоих.
Дальше бы Аластор сказал, что его рассудок заволокло лёгким туманом, ибо все происходящее после напоминало дрему. Ужин, плавная беседа, танец, качание яхты на волнах, обсуждение звёзд и созвездий. Уж тут Люциферу было где разойтись, ибо часть он создал лично.
Тишина каюты. Полумрак. Несколько золотых огоньков, парящих в воздухе, позволяющих видеть лица друг друга. Поцелуи из нежных, почти скромных, быстро перерастают в пылкие, обжигающие. Укус в области длиной шеи демона выглядит как метка, словно говоря кому он принадлежит и кто его никогда не отпустит. Одежда летит во все стороны. Шипящее раздражение с радиопомехами, связанное с небрежным отношением к чужим вещам. Новые поцелуи. Все ниже и ниже, до полной утраты контроля, нужды подчиняться страстям.
Жаркий спор о том, кто сверху, ненадолго сбивающий настрой. Аластор не мог так легко уступить, взращённый консервативным временем, где мужчина глава. Люцифер задавил аргументами: опыт, гордыня, он король Ада! Борьба длилась около часа, где каждый старательно пытался перевернуть другого, превращая занятие любовью в матч по реслингу. Они едва не рухнули с кровати из-за этого поединка, но правитель все же сумел одержать первенство, подстраивая черта под себя.
Почему он позволил тогда всему случится? Радио демон не сумел найти ответ на этот вопрос, был слишком поглощен этими отношениями. Чужими руками, с особым усердием изучающими каждый сантиметр его кожи. Острыми зубами, оставляющими новые метки на плечах, груди, внутренней стенке бедра. Тем, как длинные когти лежат на хрупких плечах. Влажные пальцы с призвуком проникают внутрь, вызывая дрожь и какой-то первобытный страх, немного боли, полный океан стыда.
— Эй, — король мягко касается свободной рукой щеки, пока другая аккуратно ласкает внутри, подготавливает, — мы можем остановиться.
— Нет, — мотнул головой, от чего алые пряди разметались по подушке, — предпочитаю доводить дело до конца.
— Оставлю все пошлые шутки на потом, — произнёс с улыбкой, найдя чужие пальцы в полумраке, с трепетом прижав к себе. — Стискивай мою ладонь со всей силы каждый раз, когда тебе неприятно, я так лучше пойму, что мне делать дальше, — коснулся губами кончиков острых когтей. — Только, пожалуйста, не сломай мне руку.
Наверное именно эта трогательная забота падшего заставила отбросить все защитные механизмы прочь в ту ночь, открыться, подставиться, дать заполнить себя другому существу, войти в жизнь и в голову, закрепиться в сердце. Аластор никогда не был падок на сантименты, но вот когда его чувства понимали, принимали со всеми искаженными гранями, он радовался, ибо так становилось легче дышать.
Увы, никаких «долго и счастливо», сказка не стала былью. Они несколько лет пробыли любовниками, живя все по такому же принципу: Аластор уходил и приходил, когда хотел, а Люцифер ждал. Обоих устраивала эта позиция, никто не претендовал на чужую свободу, требовал больше внимания или пытался развиваться в сторону чего-то большего. Оверлорд уважал не тухнувшую любовь к бывшей жене, король желание оставаться независимым. Всё хорошо вроде бы. Ад не то место, где все вступают в брак, заводят детишек, уж грешники точно, они вообще лишены привилегии продолжать свой род, за то как и старшие демоны наделены бессмертием.
Всё оборвалось в один день. Аластора не пустили на порог дворца, и нет, не Люцифер, слуги. «Его величество никого не желает видеть, даже вас», — спокойно пояснил бес, закрывая ворота владений правящего монарха, опаляемые кислотным дождём и терпящими удары мощных воздушных масс. Ломиться, кричать и пытаться разобраться что происходит не позволило чувство собственного достоинства.
Радио демон несколько месяцев приходил к резиденции королевской семьи по своей воли, слышал все тот же ответ. Ещё пару раз возвращался по настоянию Рози, никаких результатов. Гордость заставила забыть, послать все в пекло и больше не просить милостиво обратить на себя внимание. Аластор не мог позволить себе походить на обезумевшего кавалера, движимого неведомой ему, как он думал, любовью, ведь его сердце давно стало чёрным и сухим.
И как бы Ал не отрицал, внутри кошки скребли. Было больно. Очень больно. Он впервые за столько лет пошёл к кому-то на встречу, подпустил к душе и телу, а его теперь прогоняют даже не удостоив объяснений. Может расплата за то, как он поступил с Винсентом? А может лишь позволил сам себе обмануться? «Нельзя допускать, чтобы сердце управляло головой, в этом кроется погибель даже самого сильного существа», — сделал для себя заключение радиоведущий, навсегда обрывая эту связь, уходя без любви и ненависти, ибо внутри ничего нет, кроме пустоты.
— Может навестишь Люцифера? — спросила Рози спустя время, когда Аластор оставил все попытки. Они сидели у неё в гостиной, пили вместе чай.
— Нет, — коротко бросил оверлорд, отводят взгляд к окну. Он больше не поднимал данной темы, не вспоминал. Лучший способ излечить себя — это бросить в Лету дни проведённые с королём.
— Ты не скучаешь? — два чёрных глаза, переливающихся жемчугом, следили за реакцией собеседника, читали. Он ещё как скучал, но зарывал все глубоко внутри с остатками души, человечности.
— Рози, хватит! — Аластор резко поставил чашку на блюдце, громкая стукая ей. — Зачем ты это делаешь? Зачем подталкивала меня все время к нему? Забавы ради? — к сорванному голосу добавились радио эффекты. — А нет, у вас там с королевой свои грандиозные планы, и вам нужно было кого-то под него подложить, чтоб не мешался! Только вот я не для подобного соглашался на наше сотрудничество!
Повелительница каннибалов хмыкнула, делая глоток из своей чашки. Порой её мальчик забывал в чьих пальцах поводок, и вёл себя так, будто они старые добрые приятели. Впрочем прямота в нем привлекала эту женщину, и она готова была спустить с рук неподобающий тон. Ну и сейчас очевидно Ал говорит на эмоциях, искренность которых была для него редкостью, ибо он из той породы людей, кто с трудом умеет демонстрировать реальные чувства.
— Я тебя никогда не заставляла, ты сам шёл, — равнодушно произнесла, оставляя чашку. — Успокойся, и послушай меня внимательно, — строго произнесла, когда в глазах черта появилась стрелка отмеряющая радио частоту. — Мы не собирались подкладывать тебя, да и спать с королём было не обязательно, чтобы отвлечь его, — лукаво улыбнулась, опуская подбородок на пальцы. — Ты сам этого захотел, — позабавилась, видя во взгляде оверлорда осознание правды. — У нас были кандидатки на роль развлечения для Люцифера, но ему по каким-то неведомым причинам понравился ты, и я лишь не упустила шанс помочь вам двоим наладить связь. Не строй из себя обделённого, ты неплохо проводил время во дворце.
— Для чего вам это все было? Что за интриги вы плетете? Хотите забрать у него власть, попросите, его величество ненавидит свою корону и с радостью водрузит на голову тому, кто жаждет этой ответственности, — пренебрежительно фыркнул, откидываясь на спинку кресла и складывая руки на груди.
— Ох, мой милый, он король не только по титулу, — тяжело вздохнула женщина. — Так уж и быть, открою тебе маленький секрет. Ад это и есть сам Люцифер, не станет дьявола, умрём все мы. Его жизнь целиком и полностью связана с этим миром, — взгляд стал туманным, голос дрогнул, приобретая печальные нотки. — Ты не заметил, какая в последние месяцы отвратительная погода в Аду? Как она менялась, когда настроение нашего владыки уходило в депрессию? Думаешь все просто так? — в голосе появилась строгость.
Аластор жадно втянул воздух, переваривая новую информацию. Никогда он не думал о том, насколько карлик большая проблема. Хуже всего то, что это всемогущее чудо по наказанию Небес не могло вредить грешникам, и любая слабая душонка в их бездне, прознай об этом всём, может попробовать убить короля. Люцифер конечно никому не рассказывал о своей небольшой слабости, однако Ал сам все выяснил путем наблюдений и выводов из имеющихся перед глазами фактов. Падший не единожды пытался ударить его кулаком по лицу, но замирал в миллиметре. В начале Радио демон думал, тот навредить боится, проявляет милосердие, но после понял, Морнингстар не может его побить из-за каких-то чар. Спросил прямо, и как бы король не отнекивался, в конечном итоге слил свой секрет грешнику, а тот пообещал его хранить, но количество издевок и их ядовитость точно возросли.
— Лилит не любит Люцифера, по этой причине ушла, но разбила сердце, погрузила во мрак. Именно поэтому она искала ему спутника, кто бы не дал увянуть, а главное не прийти однажды к мысли убить себя, а следом уничтожить нас всех, — на лице отобразилось сочувствие. — То что я подталкивала тебя к его величеству не прихоть или забава. Он оживал рядом с тобой, а вместе с ним Ад наполнялся силой. Удача, что и ты отвечал взаимностью, поэтому мы могли быть спокойны. Сейчас ситуация сильно усугубилась.
Рози говорила не только об депрессии короля, его полном исчезновение со страниц адской жизни, но и истреблениях, что идут раз в год уже на протяжение нескольких лет. Аластору было на них относительно плевать, в огненной яме нет никого, чья жизнь бы стоила его внимания, может только Ниффти и Хаска, он укрывал их каждый раз, потому что они ценны. Сам же Радио демон верил в свои силы, не зря же заплатил душой за то, чтобы быть самым сильным грешником в Аду. Жалел лишь о том, что часть душ, принадлежащих ему, попадает под раздачу, и он теряет свою собственность, хотя от этого страдали все оверлорды.
— Закроем тему короля и интриг, — мотнул головой Радио демон, делая глоток чая, вообще он больше любил кофе, но хозяйка каннибалов выбора никогда не представляла. — Ты попросила меня завершить радио вещания на несколько лет, накапливать силы. Чего хочешь от своего слуги?
— Видишь ли, милый, тема правящей семьи не закрыта, — сурово произнесла Рози, поднимаясь с кресла, чтобы достать с тумбочки бутылочку крови для питья, у всех тут есть свои пороки и пристрастия. — Люцифер плохо мыслит и контролирует свои действия в моменты депрессии, например, не смотрит какие договора подписывает, не думает о последствиях. Именно из-за его лёгкой руки начались истребления. Лилит постаралась вмешаться, разорвать соглашение или заключить новое. Всё чего ей удалось добиться: защита рождённых в Аду, хотя и того с трудом, ведь Адам оказался той ещё злопамятной сучкой, — откашлялась неловко, Рози выражалась крепко настолько редко, что каждое браное слово из её уст вызывало скорее дискомфорт, чем смотрелось уместно. — Первый мужчина хотел уничтожить всех в нашем мире, зная, как правительница любит свое королевство. Лилит сделала все, чтобы обезопасить дочь, но взамен заплатила своей свободой, — опустилась в кресло вновь, делая глоток крови.
— Как я и думал, её величество очень любила Ад, строила его с самого начала, и она не могла так легко исчезнуть без необходимости, — когда Аластор впервые услышал о добровольном отстранение Лилит от власти, её побеге в неизвестные дали, принял все за шутку. С королевой он лично знаком не был, но много слышал хвалебных отзывов о ней от Рози и других старых повелителей.
— Адам взял её в Рай в качестве политического заложника, ему никто не мешал, — дама устало потерла виски. — Он добавил пункт в договор, что та оборвет все связи с бывшим мужем и ребёнком, не станет с ними контактировать.
— Он хочет не только её страданий, — хмыкнул Ал. — Как отреагирует Чарли не знаю, но вот Люцифер, могу представить. Надеюсь он хотя бы таблетки не будет забывать принимать, иначе точно решит провести над собой обряд сэппуку.
— Знаком с японскими традициями? — посмеялась женщина с этого сравнения.
— Ниффти рассказала, — закатил глаза. — Она меня ещё и в Го учит играть.
— Нравится?
— Да, похоже чем-то на шахматы, тоже вынуждает размышлять логически, — кивнул. — Мы отклонились от темы. Какое отношение к этому всему имею я?
— Лилит по соглашению не может связываться с Адом, но Ад может с ней, если знает, где её искать, — хищно улыбнулась хозяйка района каннибалов и указала на посох микрофон. — В огненной яме единицы демонов, способных пробиться наверх и взять что-то оттуда, — приподняла пальчик, указывая направление. — Когда я встретила тебя человеком, примерно знала, как воплотятся твои силы здесь, поэтому усилила, дала больше, чем должна была. Я не могу связаться с Лилит, но ты можешь через свое радио подключиться к райским волнам. Не зря когда-то предположила, что будешь весьма полезен и станешь одним из бриллиантов моей коллекции.
— Не знаю, благодарить за комплемент или негодовать. Ты в очередной раз назвала меня собственностью, — нахмурился Аластор, складывая руки на груди и нервно постукивая ногой.
— Не бунтуй, милый, тебе это совсем не идёт, — рассмеялась женщина. — Буду с тобой ласковой, не переживай, потому что, как я и сказала, в Аду единицы демонов с такими силами и способностями. Один из них кстати Вокс, он может ловить сигналы ангельского телевидения, но слишком самовлюблен, жаден до власти, чтобы я раскрывала ему столько карт, не опасаясь удара в спину. Ты ведь поэтому прогнал его прочь?
— Милая, — передразнил повелительницу Радио демон, — обо мне тебе все скажут тоже самое.
— Только те, кто не знает тебя как облупленного, — ответила с издевкой дама. — Нарциссы тоже бывают разные. Есть злокачественные, есть доброкачественные. Вся твоя спесь, злость и острота лишь защита для истинных эмоций, спрятанных глубоко в ядре твоей души, которую мир отказался принимать настоящей, — колкий взор, от него мужчине стало не по себе. Не любил, когда его читают будто книгу. — Что же, парадоксально, но люди сами создают своих злодеев, надо же на кого-то вешать клеймо и последствия собственных ошибок, — с губ сорвалось озорное хихиканье. — К тому же в отличие от всех ты у меня на поводке.
«Сука», — обиженное заключение в голове оверлорда относительно слов Рози, её самой, ситуации в целом. Он теперь не свободен в действиях, подвязан к интригам между Раем и Адом, лишён какого-либо веселья.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.