Покой мне только снится

      Май 1944 — маленький городок у границы оккупированной Франции       Я вместе с Монти и Джимом бежала по пустынной улице, выискивая местных или солдат ГИДРЫ. Прежде чем совершить вылазку, мы разделились на три команды, чтобы в каждой было по человеку, знавшему французский. Джим вызвался идти со мной, заметив при этом, как хорошо мы сработались в прошлый раз. Стив не возражал — особенно после того, как и Джим, и Монти пообещали пристально за мной следить. К Дум-Думу и Баки Стив приставил Джонса, а с собой взял Дернье.       Задача у всех трех команд была проста: разобраться с солдатами ГИДРЫ и увести местных в безопасное место. За первый час никаких проблем с этим не возникало. И нам стоило бы из-за этого встревожиться…       Я подняла руку, останавливая Монти и Джима. До меня донесся звук…       — Что такое, шкет? — тихо спросил Джим, осматривая окрестности.       Топота тяжелых сапог, идущих в унисон.       — ГИДРА, — прошептала я.       Никто из нас не колебался: мы свернули с дороги и занырнули в укрытие. Монти и Джим загородили меня, вытащив пистолеты, а я отшагнула, не решаясь протянуть руку к кобуре.       Я могу это сделать.       Я расстегнула застёжку, вытащила пистолет и сняла предохранитель. Отсиживаться за спинами Джима и Монти я не собиралась. Я себя не прощу, если они из-за меня пострадают.       Солдаты приближались; теперь, похоже, их слышала не только я. Глубоко вздохнув, я подняла пистолет, готовясь целиться во врага. Придя к компромиссу с самой собой, я решила стрелять не по жизненно важным точкам. Мое тело по-прежнему сопротивлялось, но я старалась сосредоточиться на задании.       Когда солдаты оказались всего в метре от нашего укрытия, рация Монти резко вышла из строя, начав изрыгать шипящие и стрекочущие звуки и мгновенно нас выдав.       — Прячьтесь! — крикнул Джим, когда солдаты ГИДРЫ развернулись к нам и открыли огонь.       Я пригнулась и побежала прочь; стрелять в ответ я и не думала. Позади меня слышались шаги; завернув за угол, я заметила двух солдат ГИДРЫ, которые следовали за мной. Слегка отбежав от них, я резко остановилась, и оба солдата, врезавшись в меня, повалились на землю. Пока они не пришли в себя, я ударила каждого по голове, надежно лишая их сознания.       Это было близко…       — Монти…       И тут я поняла, что отделилась от остальных.       Черт. Черт. Черт.       Да сколько еще раз я буду наступать на те же грабли? Почему я за ними не уследила? Я зажмурилась и несколько раз вдохнула и выдохнула, прижавшись к стене. Успокойся. Сосредоточься. В первую очередь стоило убрать пистолет в кобуру, что я и сделала. Это немного помогло. Теперь, во вторую очередь, надо было придумать, как вернуться к Монти и Джиму. Выпрямившись, я выглянула за угол, чтобы убедиться, что всё чис…       Внезапно мои уши уловили тихий всхлип, раздавшийся за моей спиной; я застыла. Солдаты еще не могли очнуться. Я медленно обернулась и внимательно осмотрела переулок.       — Кто здесь? — позвала я, имитируя американский акцент. — Quelqu’un est là? — повторила я то же самое по-французски.       Из-за ящика выглянуло перепуганное лицо маленькой девочки; едва увидев меня, она тут же спряталась.       — Стой! Attendez! — я медленно приблизилась к ящику, не желая спугнуть ее. — Я — друг. Я хочу тебя спасти.       Я заглянула за ящик, и у меня сжалось сердце. Девочка была не одна… Вместе с ней пряталось около дюжины детей, обнимая друг друга и дрожа от страха. Самой старшей из них на вид было не больше десяти. Судя по одинаковой форме, они, скорее всего, сбежали из школы, но… Почему тогда их не сопровождает какой-нибудь взрослый? Хотя бы учитель?       — Вы кто? — спросила девочка, которую я заметила первой.       — Друг, — тихо ответила я, храбрясь ради них. — Давайте я отведу вас в другое место? Где не опасно?       Многие дети от этих слов лишь плотнее сгрудились в углу. Я вздохнула и глянула на двух лежащих солдат и улицу за ними. Дети попросту не выживут, если я их здесь брошу…       — Следуйте за мной. Я вас всех отсюда выведу.       — Правда? — несколько скептично поинтересовалась девочка. Я кивнула, но ее это не убедило.       — Обещаю… Как тебя зовут?       — Колетт.       — А меня зовут Эдвард, и я обещаю тебе, Колетт, что выведу тебя с одноклассниками отсюда.       Она поколебалась и посмотрела на солдат, которых я вырубила. Надеюсь, она знала, что символика ГИДРЫ на их формы автоматически делает из них злодеев. Это бы сильно упростило мне задачу. Если же нет… Девочка еще мгновение рассматривала солдат, после чего развернулась, шагнула ко мне и жестом попросила наклониться. Я послушалась, и она подалась еще ближе, прижав ладони к моему уху.       — Наша учительница… Она не… Ее больше нет. Из-за таких, как они. Не все еще знают.       Я сдержалась, чтобы не напугать детей, но… У меня тряслись кулаки — так крепко я их стиснула. Они же так малы! Им не следовало такого видеть!       — Понимаю, — тихо ответила я и, с усилием разжав пальцы, потрепала ее по голове, чтобы утешить. — Но мы выберемся отсюда. Для этого мне понадобится твоя помощь. Ты ведь поможешь мне, Колетт?       Она уставилась на меня, после чего сделала храброе лицо и уверенно кивнула.       — Отлично. Я проверю, безопасности ли идти дальше, а потом мы пойдем все вместе. Договорились?       Похоже, сам факт того, что Колетт мне доверяла, подначил остальных подойти поближе. Но им нужно было еще немного подождать — сначала я должна была предупредить обо всём команду. Стиву это определенно не понравится…       Я вытащила рацию и чуть-чуть прибавила громкость.       — Раз-раз, как слышно? — тихо спросила я, чтобы ненароком никого не выдать.       — Эд? — ответил Стив тоном, не сулящим ничего хорошего. Но на его лекции у меня не было времени.       — Шкет, ты где? — быстро спросил Монти.       — В городе и нашел около дюжины детей. Мне нужно их вывести, — ответила я.       — Почему ты не с Монти? — обеспокоенно прервал меня Стив.       — Сглупил, — сказал я, пока Джим или Монти не взяли вину на себя. Не нужно, чтобы Стив отчитывал их за мою ошибку. — Но мне необходимо как можно скорее выдвигаться. Солдаты могут нагрянуть в любой момент.       — Эд, мы выдвигаемся к вам.       — Нет времени, — заявила я, оглянувшись к детям. — Я буду держать в курсе, но приглушу рацию. Она может привлечь к нам внимание.       — Но не выключай ее, — решительно сказал Стив, и я рассеянно кивнула.       — Ладно.       Я снизила громкость, надеясь, что в случае чего мой усиленный слух услышит его голос. Ободряюще улыбнувшись детям, я окинула взглядом улицу, выискивая любые намеки на приближающихся солдат. Задержав дыхание на несколько ударов сердца и убедившись, что враг в нашу сторону не движется, я жестом позвала детей за собой.       На каждом перекрёстке я их останавливала и уходила проверить, всё ли чисто. Пару раз впереди обнаруживались солдаты, и тогда я говорила детям где-нибудь спрятаться, пока я разбираюсь с этой проблемой. Они повидали уже достаточно жестокости.       Но у меня создавалось впечатление, что сил ГИДРЫ становится всё больше… Должно быть, они стягивали их со всего города.       Я… Поэтому я захватила с тела одного из них пулемет. Не хотелось, чтобы они забили тревогу, услышав пистолетные выстрелы посреди пулеметного огня.       У меня скручивало желудок, пока я вела детей по разрушенным улицам их родного дорога. Это чувство не уходило, даже когда я стреляла по солдатам ГИДРЫ, целясь в их ноги или плечи. Я не убивала их, но мне всё равно было тошно. Спасало лишь то, что я без конца повторяла себе: либо ГИДРА, либо дети.       А я не собиралась жертвовать детьми.       Я по возможности отчитывалась по рации, стараясь описать, что нас окружало, но никто из команды так и не нашел.       Зато группа солдат ГИДРЫ, неожиданно вышедшая из-за угла, тут же нас заметила. Я застыла на середине шага, и двое детей врезались в меня, а остальные спрятались позади.       — Сюда! — крикнул кто-то из солдат.       Я подняла пулемет и крикнула детям искать укрытие, но…       — Бросай оружие! — раздалось позади меня, и я едва не разжала пальцы. Как они оказались позади нас?!       Черт…       Солдаты перед нами подняли пулеметы, приковывая меня взглядами, а я… Я…       Я не знала, что делать.       Глубоко вздохнув, я медленно опустила пулемет и попыталась сообразить, как смогла угодить в этот капкан.       — Отпустите детей, они вам не нужны, — сказала я, отбросила пулемет и подняла руки. Кто-то из солдат фыркнул в ответ.       — Это нам решать, шкет.       — Они вам…       — Еще слово — и не нужен будешь ты!       Черт…       Я попыталась глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. Мне нужна была трезвая голова, чтобы сообразить, как выпутаться из этой передряги.       Вместе с целой дюжиной детей.       Солдаты ГИДРЫ жестами велели нам идти в обратную сторону — прочь от спасительной границы. Дети уставились на меня, и я покачала головой, призывая их послушаться, чтобы не раздражать попусту солдат. Пока мы шли, я прокрутила в голове нашу короткую стычку и осознала, что никто не узнал во мне Эдварда Элрика из Воющих коммандос. Похоже, это был мой шанс, мой элемент неожиданности. Нужно только воспользоваться им побыстрее, пока мы не пришли в… куда бы мы не шли. Чем дольше медлить, тем выше вероятность наткнуться на других солдат ГИДРЫ. Я незаметно огляделась, опустив голову.       Итак, пять солдат. С пятью-то я справлюсь, особенно если застану их врасплох. Может, стоит их как-то отвлечь. Я…       Кто-то из самых младших школьников оступился и повалился на землю.       Черт. Не такого отвлечения я хотела!       Солдат ГИДРЫ схватил мальчика за руку и рывком поднял его на ноги, костеря его на немецком. Мальчик заплакал от боли и страха, чем еще больше рассердил солдата.       — Хватит! — прорычала я, бросаясь к нему. — Он же всего лишь ребенок!       Другой солдат схватил меня за левую руку и оттащил.       — Тебе велели заткнуться, шкет!       — Этот момент я прослушал, — огрызнулась я, следя за детьми.       — Может, мне тебе…       — Эй! Держи его крепче! Ты что, не знаешь, кто это?! — раздался чей-то приказ.       Я застыла от удивления. Плохо дело! К нам шли еще несколько солдат, причем тот, кто их вел, указывал прямо на меня.       — Черт… — плакал мой элемент неожиданности!       Я хватила солдата, который меня держал, и перекинула его через плечо; он с громким стоном ударился о землю. Затем я пнула второго, который кинулся ко мне, но два других схватили меня за руки, чтобы повалить оземь. Я вырывалась и преуспела, но…       — Стой или я ее пристрелю! Я знаю, что ты меня понимаешь! — крикнул солдат, который меня выдал. Я обернулась, чувствуя, как кости пробирает страх.       Сердце пропустило удар. Колетт… Он приставил пистолет к голове Колетт. Она испуганно хныкала, не сводя с меня взгляда. Как будто надеялась, что я смогу спасти ее и вывести их из города. Меня затошнило от осознания, что ее надежды тщетны…       — Ладно, — тихо ответила я. — Только не…       Я согнулась пополам от боли — кто-то из солдат ударил меня прикладом в живот. За собственными хрипами я мельком услышала, как завизжали дети, и взмолилась, чтобы солдаты никак им не навредили.       — Сэр, взгляните…       Солдат замолчал, и я глянула на него, не понимая, что еще… его заинтересовало…       Моя автоброня. Солдат закатал мне правый рукав, и обнаженный металл засверкал на солнце. Тот, кто, похоже, был у них командиром, пробормотал: «Какого дьявола?..» — после чего перевел взгляд с автоброни на меня. Нахмурившись, он повернулся к остальным.       — Ты! — ткнул он в одного из солдат. — Сообщи об этом Золе. Этого вырубить, связать и закинуть в кузов. Детей тоже. Живо!       — Нет…       Я ощутила боль в затылке, и всё заволокла тьма.