Казино

Целый день Илья чувствовал себя беспокойно. Стоя за игральным столом, он по привычке раздавал карты, следил за ходом игры, но при этом слишком часто выпадал из процесса. После того случая в подсобке они с Даней так нормально и не поговорили, а сам Кашин словно растворился в воздухе: ни слуха, ни духа живого не было. Если до этого он до самого вечера мог находиться в казино, водя за собой крупье, то сейчас Илье было крайне непривычно переходить от одного стола к другому и не чувствовать на себе уже до боли знакомого голубоглазого взгляда. Самое страшное — Коряков догадывался, куда ушел Кашин, и это только сильнее начинало вызывать постепенно накатывающую панику. Зря он тогда проговорился. Рабочий день подходил к концу, и под самый вечер Илья настолько сильно разволновался, что работать больше не мог. Хотелось взять вещи, поехать домой и позвонить Даниле, однако в этот раз его планы вновь пришлось подкорректировать. — Илюш, ты сразу домой уходишь? — поймав Корякова у служебного гардероба, Владимир прислонился спиной к стене. Илья и взглядом не повел, но мысленно закатил глаза. Только Вовы ему сейчас не хватало. — Да, плохо себя чувствую, — бросил он, закидывая на плечо темную куртку, — вы что-то хотели? — Можно и так сказать, у тебя есть свободная минутка? Пройдешь со мной в кабинет? Тон Семенюка звучал слишком лаконично, не вызывая никаких подозрений, и именно это смутило Корякова. Он знал этого мужчину достаточно долго, а потому мог предположить, почему тот решил перехватить его перед самым уходом. — Хорошо, только давайте не долго, — со вздохом кивнул Коряков, послушно отправляясь за растекшимся в довольной улыбке Владимиром. Всю дорогу Илья думал о том, о чем он будет разговаривать с владельцем казино, и первое, что приходило на ум — Данила. Он был единственным, кто внес суету в жизнь Корякова, и кто первым начал действительно раздражать Семенюка. Илья не хотел конфликта, но он понимал, что если Владимир захочет, то он с легкостью убьет того, кого надо, и разрушит то, что ему будет нужно. — Проходи, не стой на месте. Оказалось, Илья уже стоял перед дверью, топчась на месте. Волнительные мысли засели глубоко в голову, и он отвлекся, теряясь в пространстве. И как только парень решил занырнуть в комнату, Владимир помог ему, ухватывая за руку. — Ты как? — прикрыл он за удивленным парнем дверь. — Да все в порядке вроде. Простой вопрос — простой ответ. Семенюк вальяжно уселся в кресло, запрокидывая руки за голову. — Хорошо сегодня поиграли, ты молодец, — начал он издалека, — и Данилу на место поставили и «бесплатные» деньги получили, — мужчина постучал пальцем по крупной стопке купюр, — это твои, можешь взять. Без каких-либо зазрений совести Илья пихнул в карман куртки пачку денег. Потом вернет Даниле, когда они встретятся. — Ах, да. На счет Кашина… — руки мужчины скрестились у подбородка. — Мне доложила охрана, что вы с ним занимали вип-зону. Он тебя не трогал? Может, побои? К сожалению, я не смог это проконтролировать. Владимир лгал. Он прекрасно знал, что Данила обозлится, что пойдет выяснять отношения с Ильей, но единственное, в чем он ошибся — в подсобке, куда завел Кашин крупье, не было камер, и из-за этого Семенюк понятия не имел, о чем они с Ильей разговаривали. А он бы хотел знать. — Ха, к счастью, обошлось без побоев, — Илья криво усмехнулся. Данила на него никогда не сможет поднять руку, и Коряков это знал. Однако рассказывать Владимиру, что он стоял перед проигравшим на коленях с членом во рту, парень не собирался, — только на руках следы остались, а в остальном мы просто поговорили и разошлись. — Это очень, очень сильно меня радует. Таким людям как Данила не место в нашем казино, — Владимир сделал упор на местоимение «нашем», — жаль, что ты попал под его влияние, но это очень хорошо, что ты вновь стал моим «независимым» крупье. Илья все эти слова пропускал мимо своих ушей, зная, что уже наверняка на этих выходных встретится с Данилой и прекрасно проведет с ним время. Их взаимоотношения с Владимиром Корякова не интересовали, пока они не затрагивали его жизнь, а Семенюк, как бы и не хотел, все равно бы не смог заставить крупье ни с кем не общаться. Илья все равно бы нашел выход. — Даже интересно, как вы сдружились. Хотя чему я удивляюсь, Данила — хитрый подлец, ему выгодно подкупить умелого крупье, но вот что удивительно: как он тебя заставил? — Владимир поднял взгляд на удивлённого Корякова. А он знал что ли? Они часто встречались в казино, и Илья даже не понял, как в один из таких дней Данила предложил ему постель и деньги взамен на постоянные выигрыши, и Коряков, не в силах противостоять чужому обаянию, оказался близко связан с рыжеволосым красавцем. И Илья не собирался уходить, его все устраивало — приятный, даже скорее жаркий, секс, забота, деньги и намек на возможные чувства теплили душу, и даже сейчас, стоя в кабинете у директора, крупье представлял, как крупное тело оказывается позади него, а горячие ладони начинают забираться под края жилета, стремительно двигаясь к груди. Рвано вздохнув, Илья нервно потер нос, вспоминая, что он не дома, и время влажных фантазий еще не настало. — Да не знаю, скорее всего я его просто испугался, — пожал плечами Коряков, — в любом случае нас больше ничего не связывает. Это все, что вы хотели узнать? — Нет, еще один момент. Владимир медленно поднялся из-за стола, стряхивая скопившуюся пыль с брюк. Он обошел стол, упираясь в него руками. — Переспишь со мной? До крупье не сразу дошел посыл слов Владимира, а потому он пару раз растерянно сморгнул и выдавил удивленное: — Чего? — Предлагаю тебе переспать со мной, вы же с Данилой занимались чем-то подобным? — скорее утверждение, чем вопрос, и Семенюк уже незатейливым движением начал обводить темную пуговицу на жилете Ильи. — Я не так уж в этом и плох, если не лучший. Рука ненавязчиво притронулась к талии, но в тот же момент ее перехватили. — Ээ, знаете, я не готов сейчас, — Илья, нахмурившись, отступил назад. Предложение о сексе было последним, чего он ожидал. Владимир был красивым статным мужчиной и к тому же действительно богатым, но он не подходил Корякову. Возможно, если бы он предложил секс раньше Данилы, то Илья бы и рассмотрел этот вариант, но сейчас, когда в голове постоянно вертелась лишь рыжая макушка, крупье не хотел ни с кем взаимодействовать также близко как с Кашиным. Рука Корякова сжала кисть мужчины. — Я не продажный, если вы могли так подумать, — он повел взглядом. — Ты не хочешь? Тебе же нравятся мужчины. «Но не нравитесь вы», — мысленно ответил парень, внутренне закатывая глаза. Неужели он похож на почасовую давалку?! К сведению Владимира, Илья договорился на «подобные отношения» только с Данилой, и это стало исключением. И это не значит, что он будет ложиться под каждого первого встречного. Чужая рука сжалась на его талии. — Неужели Данила и правда лучше? Поверь, я вовсе не плох. У меня предостаточно опыта, и я дам тебе в два раза больше, чем Кашин: деньги, дом, квартиру, машину, все, что будет твоей душе угодно, — мужчина склонился над Коряковым, медленно приближаясь к нему лицом. Он намекал на поцелуй. Илья дернулся, заставляя того невольно остановиться. — Я вам нравлюсь? — Коряков рвано вздохнул, чувствуя всем телом, как пальцы Владимира проходятся по пуговицам его жилета. — Можно и так сказать. — Я… Э-э, я боюсь, что это не взаимно, — нервно протянул Коряков, пытаясь выдернуть свою руку из крепкой хватки. — Очень жаль, но что мешает нам спать без обязательств? — Простите, я не готов. На этих словах Илья с силой дернул рукой, высвобождая ее из цепких ладоней. — Приношу свои глубокие, — он тряхнул рукой, — извинения, но мне пора идти. Нащупав в кармане телефон, Илья сделал несколько шагов назад и быстро направился к двери, желая как можно скорее вызвать такси и уехать домой. Сердце тревожно клокотало. Сзади парня послышался тяжелый вздох. — На то твоя воля, но мое предложение все еще в силе, — проведя пальцами по документам, выдавил томную речь Семенюк, — и я надеюсь, что на счет Данилы ты все усек. — До свидания, — резко ответил Коряков, с хлопком закрывая за собой дверь. Владимир задумчиво и даже огорченно потер пальцами подбородок, смотря на уходящего парня. — Молодой еще. Ничего не понимает.

***

Пройдя быстрым шагом несколько коридоров, Илья с нескрываемой злобой начал обратно застегивать пуговицы своего жилета. Все настроение улетучилось мгновенно, и если до похода к Владимиру Коряков хотел позвонить Даниле, то сейчас он желал только одного —поскорее уехать домой. Выйдя из казино, парень первым делом врезался в возникшего перед его носом мужчину. — Прошу про… — Еще раз привет. Вскинув голову вверх, Илья всмотрелся в голубыми глазами. — Только освободился? — Данила слабо улыбнулся. — А ты что здесь забыл? — перевел на мужчину подозрительный взгляд Илья. — Приехал за тобой. Ключи приятно звякнули в пальцах. Коряков, нервно поправив куртку в руках, огляделся по сторонам, чтобы узнать: нет ли никого рядом. Людей не было, но одна одинокая камера все же висела у самого входа, направленная прямо в сторону двух мужчин. — Камера… — Она не работает, пойдем, — обхватив руку парня, тот потащил его за собой. — Подожди… Да постой же ты! Где ты вообще был целый день?! — Отъезжал по важным делам. — Каким? — Тебе пока рано о таком знать, — мужчина открыл дверь своего элитного автомобиля и пригласил Илью присесть внутрь, — садись, подвезу тебя. Коряков молчаливо проник внутрь, закрывая за собой дверь, и как только рядом оказался Данила, вставляя ключ в замок зажигания, парень облегченно выдохнул, трепля свои волосы. — Как там Владимир? — первый нарушил молчание Кашин. — Вызывали? — Конечно, поживает он отлично, — едко бросил Илья, ища правой рукой ремень безопасности. — Переспали что ль? Это была обычная шутка, чтобы разрядить накалившуюся атмосферу, но вот только Илья юмора не оценил и тут же вспыхнул. — Да почему вас только один секс интересует?! — вскинулся он, смотря на Кашина таким разгневанный взглядом, что тот даже растерялся. Видимо, Данила попал в яблочко, но от этого мужчина вовсе не радовался и никаких счастливых чувств не испытывал. — Открой дверь, я выйду. Никуда я с тобой не поеду, пошел нахуй, — схватившись за дверную ручку, крупье принялся дергать со всей силы, — открой блядь… Ты оглох что ли?! Голубые глаза взметнулись к зеркалу заднего вида. Нахмурившись, мужчина резко дернул правой рукой в бок и достаточно грубо надавил на голову парня. Тот дернулся в ответ, чертыхаясь, но Данила не уступил и надавил с новой силой. — Пригнись. — Чего?! — Я неясно сказал? Пригнись, если не хочешь, чтобы твой дружок увидел тебя. Илья ничего не понял, но видя чужое напряженное лицо, послушно отбросил ремень безопасности и нырнул под бардачок. Придвинул кресло, Данила развалился на своем месте, специально замедляя скорость машины. Как он и предполагал, вылизанный Додж Хеллкет точно также притормозил, и хоть окна были затонированы, Кашин все равно ощутил на себе чужой острый взгляд. — Я не знаю, что у вас там произошло, но твой казиношный приятель — самый настоящий сталкер, — криво усмехнулся Данила, ероша волосы рукой, — тебя высадить? Ты же хотел выйти. — Нет, не высаживай. Кашин вновь улыбнулся, бросая взгляд на парня, который прятался у него сбоку. — А чего так? Тебя как раз подберут. — Между нами ничего не было, нет и не будет. Я не знаю, что у вас произошло, и почему он тебя так ненавидит, но я ни в чем не виноват, поэтому перестань вести себя как ревнивый девственник, которому отказали в сексе, и называть Владимира моим «дружком», мы никакие не друзья, и я не желаю с ним так общаться. У нас чисто деловые отношения, понятно тебе? Выпалил Илья, гневно сверкая взглядом из-под сиденья. Не сказать, что он был безумно зол, но его раздражало поведение Данилы. Кашин в ответ молчаливо достал портсигар, пытаясь вытащить сигару. Вот его все начинало раздражать еще сильнее, а особенно — Владимир, который на своей «дамской», как ее называл Данила, машинке следовал за ним, не отставая. Мужчина резко повернул руль вправо. Слушая чужое ойканье, Данила потянул за край сигареты. — Будь по твоему, но что в итоге произошло у Владимира? Ты от обычной шутки завелся, а этот ебалай от меня отлипать не собирается. Уж простите, что влезаю в ваши сложные «отношения», — теперь настала очередь язвить Даниле, — если наша сделка больше не в силах, то так и скажи. Спокойно разойдемся, а ты продолжишь надрачивать своему управляющему, — пожал Кашин плечами, — от тебя его духами разит за километр. — Да как же ты меня заебал! — отчаянно взвыл Коряков, сжимая свои волосы. Это было просто невыносимо, он как будто долбился о стену головой, когда речь заходила о Владимире. Почему Данила так взъелся? — Я тебе еще раз повторяю: между нами ничего нет, я никому ничего не должен, и я не ложусь под первого встречного! Почему я пахну его духами? О! А почему тебе не похуй? Ну хорошо, так и быть! Расскажу блядь, — Илья тяжело вздохнул, — меня вызвал Владимир и предложил похожую сделку как у нас. Видимо, я ему понравился, потому что иначе я не понимаю, почему он был таким настойчивым. Если тебе очень интересно, то у нас все почти дошло до секса, но я, как ты думаешь, что сделал? Отказался! О, бинго! Почему? Потому что мне никто другой не всрался, и плевать я хотел с высокой колокольни, кто там хочет меня ебать, а кто нет. И теперь, я надеюсь, что многоуважаемый мистер заеба наконец-то соизволит заткнуть свой рот и больше не заикаться обо мне и моем управляющем не в том ключе, в котором я хочу. Последняя фраза четко отлетела от зубов Корякова, и тот расслабленно осел на коврик. В салоне наступила тишина. — Это я и хотел услышать, — не смотря на парня, хрипло рассмеялся Данила, с довольным выражением лица вставляя сигару между зубов. — Подожди, то есть все это время ты мной манипулировал? Да пошел ты. — Ну не обижайся, я хотел узнать, что там у вас произошло. Правда, не совсем в таком ключе, но так тоже неплохо, — Кашин хмыкнул, — и смотри, даже Владимир отвязался, видимо, услышал твою речь из своей машины. А нет, вот он, снова выехал. Если так дальше продолжится, то никто до дома так и не доедет. — Вези меня к себе. — М? — Я не хочу к себе. Владимир не знает моего адреса, потому что я приписан к другой квартире, а если ты сейчас довезешь меня до дома, то он узнает, где я живу, а что будет дальше, я не знаю и знать не хочу, — отвел взгляд Коряков, — давай к тебе. — Как скажешь. Резко надавив на газ, Данила вошел в поворот и быстро помчался по трассе. Глаза то и дело бросали взгляд на зеркало заднего вида. Илья, уже чувствуя, как начинают затекать его конечности, болезненно тихо застонал. — Он еще не отвязался? — вскинул он голову вверх. — Неа. Настырно идет сзади и не отлипает. — Не понимаю… Неужели он увидел, как я к тебе сажусь? Илья тяжело вздохнул. — Без понятия, но, видимо, ты ему понравился. Я это еще заметил, когда мы сегодня играли. То и дело пытался тебя потрогать. Илья перевел на мужчину тяжелый взгляд. — Да я уже сам догадался, не тупой. Все еще обижаешься за проигрыш? Забей, он же тебе ничего не стоит, у тебя денег полные карманы, да и кстати, мне Семенюк отдал твои деньги, так что как приедем, я тебе их отдам, — слабо улыбнулся Коряков. — Да ладно тебе, оставь. Меня больше не деньги волновали. — А что еще? — Ты сам прекрасно знаешь. — Ты что, целую игру наблюдал за тем, в каких местах меня трогал Владимир? Данила недоуменно приподнял брови. — Как не наблюдать? Вы вдвоем передо мной находились, и даже если бы я сильно хотел, то все равно бы не смог не смотреть. Машина резко свернула с главной дороги во дворы — Кашин надеялся, наконец, оторваться, но у водителя позади них были другие планы. — Слушай, переоденься. По ощущениям он отставать не собирается, а рано или поздно я доеду до дома, и нам придется выйти. Данила вновь резко прокрутил руль в сторону. — Я понял, хорошо. У тебя есть запасная одежда, или мне голым выходить из машины? — Было бы неплохо, и я был бы «за», но перспектива, что тебя нагим увижу не только я, немного напрягает, — Данила бросил на Илью саркастичный взгляд, — я сейчас дам тебе толстовку со штанами, можешь просто сверху накинуть. Дома переоденешься. — Ты толстовки носишь? — искренне удивился Илья, хватая летящую в него кофту. Данила посмотрел на него как на умалишённого. — Я по-твоему не человек что ли? Не все же время мне в костюмах ходить, — и на этих словах он бережно поправил свой пиджак, — красиво, но не всегда удобно. Угукнув, Илья принялся переодеваться, хоть в реалиях настоящего времени сделать это было очень сложно. Что-то бурча себе под нос, Коряков пытался просунуть руки в огромную черную толстовку. В один из таких подходов, Илья не заметил, что Данила отодвинул кресло назад, и небрежно завалился на спину. — Давай, без акробатических номеров. Еще немного и из машины вылетишь, — усмехнулся мужчина, — мы уже почти приехали. У тебя какая обувь? — Да туфли обычные, ты же видел. — Сейчас сапоги свои дам, переоденешь. Илья удивленно приподнял брови. — Откуда у тебя сапоги в машине… — Я недавно ездил в город, где с дорогами все плохо. Помимо этого пришлось по лесу прогуляться, на, бери, — он протянул Илье огромные шнурованные ботинки на толстой подошве. — Ага, понял, — парень скинул с себя обувь, принимая чужие сапоги, — на счет поездки… Куда ты сегодня уехал? На его вопрос Кашин ответил непривычно долгим молчанием. — По делам. — Это связано с Семенюком? — Ну-у, — протянул Кашин, стараясь уйти от ответа, — в каком-то смысле. Не парься, я просто искал кое-какую информацию. — Очень интересно. А вот с этого момента поподробнее, — Коряков вдел ногу в сапог, — и я тебе что говорил еще утром? Не лезь в это, серьёзно… Поверь, я знаю Вову, и я слышал, что происходило с его ненавистниками. Я не хочу, чтобы в один день ты не пришел, а потом тебя бы нашли в… Раздался резкий гудок от мимо проезжающей машины. Дернувшись, Илья стукнулся головой о твердый бардачок. — Аккуратнее будь. И, кстати, мы уже почти приехали, готовься выходить. — А Во… — Да забей, я понял, что ты волнуешься за меня, — хмыкнул Кашин, улавливая боковым зрением возмущенный взгляд, — я еще ничего не делал, просто… Поизучал личность твоего дру… Кхм, управляющего, и не более того. Хотя по его поведению я уже начинаю понимать, что глаз он все таки на меня положил. Илюш, да ты нарасхват. — Ага, очень веселая новость. Илья с унылым выражением лица попытался хотя бы немного разогнуться: затекшая спина начинала неметь, и от этого ощущения Коряков испытывал болезненные спазмы у позвоночника и шеи. — Другое дело, что ты едешь у меня в машине, а не у него. — Мне теперь начинает казаться, что лучшим вариантом было — поехать на такси. Разбирайтесь между собой сами и меня не впутывайте. Сколько там еще ехать осталось? — Уже приехали, — машина плавно остановилась у высокого коттеджного дома, — поздравляю, доехали без больших приключений, а Семенюк уехал. Видимо, не захотел дальше следить, — Кашин отстегнулся, — но ты все равно оставайся в моей одежде мало ли что.

***

Сидя в вылизанной тачке, Владимир с прищуром наблюдал со стороны за тем, как Данила медленно вышел из машины, обошел ее и направился к пассажирскому месту. Семенюк сидел в отдалении Кашина, выключив все фары и спрятавшись за деревьями, и, кажется, Данила его не видел. Все таки ночь сыграла на руку. Пальцы нервно сжали руль, когда Владимир увидел, как мужчина открывает ручку двери своего автомобиля — если оттуда выйдет Илья, как Семенюк увидел краем глаза на камерах в казино, то он сделает определённые выводы. Касаемо Данилы и Корякова. Из машины вывалился высокого роста паренек, явно не походивший на знакомого Владимиру крупье — огромное мешковатое худи, черные сапоги на толстой подошве и скрытые волосы за тканевым капюшоном. — Блядь. Разочарованно ударив ладонью по рулю, Владимир склонил голову вниз. Все таки ему показалось: Илья не поехал с Данилой, а Семенюк так раздражился, что преследовал мужчину до самого дома, выставляя себя полным дураком. Парня резко стиснули в объятиях. Кашин, отодвинув темный капюшон, подался вперед и вжал мальчишку в себя, опуская руки на его бедра. — Пидорас ебанный, — сплюнул Владимир и, дождавшись, пока двое мужчин доцелуются и зайдут домой, завел машину и на бешеной скорости умчался обратно в центр города.

***

Закрыв за собой дверь, Илья прошел в прихожую. Губы приятно саднило от недавнего поцелуя — Даня так внезапно вцепился в него, что Коряков едва не задохнулся. Но это было безумно приятно. Когда Илья начал стягивать с себя сапоги, его взгляд уперся в небольшой предмет, беспризорно валявшийся на комоде. Присмотревшись, он увидел, как голубой наконечник сверкнул под лучами лампы, и тогда крупье все развидел. Это была анальная пробка. — Дань, а это что? — подойдя ближе к комоду, спросил Илья. Внутри начало царапать неприятное ощущение, что к Кашину ходит на дом кто-то еще кроме него, ведь до этого они не использовали никаких игрушек. Откуда у мужчины в доме вибратор в виде затычки в задницу? — А, это? — Данила повесил куртку на крючок. — Да я тебе ее купил. Забегал в магазин, увидел это и понял, что возьму-ка себе. Я еще ни разу подобным не пользовался, вдруг тебе понравится. Он пожал плечами, аккуратно ставя свои туфли на обувную полку. Сзади него поджал губы смущенный Коряков, чувствуя, как жарко горят его щеки. — А, понятно… — неловко обхватив игрушку рукой, он подушечкой обвел голубой камень. В голову резко врезался долго волновавший парня вопрос. — А ты с кем-то еще спишь? — Илья ловким движением сунул пробку себе в карман — потом воспользуется при удобной возможности. Нечего добру пропадать просто так. Кашин в ответ поднялся с пола, хмуря брови. — Да нет, да и я не хочу. Одной занозы в виде тебя хватает. — Вот как мы заговорили! Очень интересно. — А что на счет тебя? — перебил Данила, прислоняясь боком к стенке. Руки вальяжно улеглись на грудь. — С кем-то еще кувыркаешься помимо меня? Как я понял, богатые владельцы казино в не в твоем вкусе. Закатив глаза, Илья нахально улыбнулся. — То есть то, что я говорил пять минут назад в машине, ты напрочь забыл? Повторю для особенно одаренных: я ни с кем кроме тебя не сплю и с Вовой тоже не собираюсь, — он подошел ближе к Кашину, скользя по нему цепким взглядом. Свободная черная рубашка, подчеркивающая крупные плечи, длинные брюки в пол, серебряное украшение на подвеске — Илья только сейчас осознал, как сильно он хочет стянуть все эти мешающие тряпки и оголить прекрасное стройное тело, — я с Вовой не спал, но он почти до меня добрался. Хитрая ухмылка и недоумевающий взгляд — они столкнулись меж собой, но победитель чувствовался на расстоянии. Подойдя вплотную к мужчине, Илья медленно снял с себя толстовку, небрежно скидывая ее на пол. Теперь перед Данилой вновь предстал знакомый ему крупье в знакомой одежде. — Видишь не застегнутую пуговицу? — Илья провел пальцем по жилету. — Это Владимир ее расстегнул. — Что он еще делал? — нависнув над парнем, Данила уложил руки на его талию, пристальным взглядом тараня блестящую пуговицу. — Уже не помню, но точно тянулся руками к бедрам, чтобы стянуть с меня брюки, — тихо протянул Илья, величаво укладывая кисти рук на плечи мужчины. — Ты это специально, да? Говоришь такие вещи? — Кашин горячо выдохнул в чужое ухо, получив в ответ тихое мычание. — О чем ты? — О том же, что и ты. Я всю игру наблюдал за тем, как ты послушно вертелся вокруг него, а он глаза с тебя не спускал и с твоей задницы, — его руки резко опустились на упругие ягодицы, — скажи мне, ты специально носишь такие облегающие брюки? Илья слабо улыбнулся. Он подхватил ладонь Кашина и приблизил к пуговицам на жилете. — Не знаю, я как-то не особо за этим следил… А что, так понравились? Могу еще показать, — едва отстранившись, парень сбросил с себя с шуршанием спавшие брюки, оставаясь в своих рабочих штанах. Он перебрался пальцами к мускулистой шее. Пока Данила по-собственнически скользил ладонями по очерченным бедрам, Илья жался к мужчине навстречу. — Заставил меня отсасывать, а после — ушел, бросив одного, мне кажется, это было как-то нечестно. С губ слетело хриплое мычание — Данила провел пальцами по шву на штанах, находившегося меж двух ягодиц. — Ты бы видел свое недовольное лицо, и тогда бы все вопросы отпали, — Кашин подцепил пальцами черную пуговицу, — ещё и выпендривался. Вместо ответа Илья притянул голову мужчины к своему лицу. — Тогда… Давай сейчас займемся любовью, — прошептал в чужие губы крупье, подняв на Данилу горящий зеленоглазый взгляд. — Да разве я против, — усмехнулся Данила и резко завлек партнера в глубокий страстный поцелуй. Руки сжали жилет, хваткой добираясь до чувствительной кожи. Илья что-то вяло простонал в губы, подаваясь вперед и не желая отстраняться. Данила в спешке нащупал пуговицы и начал в суете их расстегивать одну за другой, постепенно снимая с парня стисняющую движения одежду. Он желал его сейчас так сильно как никогда ранее. Илья тоже его желал. Желал наконец получить то, что не успел днем. Чувства хлынули через край, прежде еще никогда так сильно не сносило голову. Похоть с каждой новой секундой все сильнее накрывала двух мужчин с головой и заставляла тонуть и задыхаться в вязкой плазме страсти. Два мужских тела не отрывались друг от друга — одежда и украшения летели на пол, ни один клочок ткани не должен был скрывать великолепие красивых тел. Илья ничего не слышал кроме бешеного стука собственного сердца и разгоряченного дыхания Данилы. Сам Кашин постепенно начинал терять связь с реальностью, видя только одно — невероятно и бесконечно красивого крупье с вечно бегающим и потерянным взглядом. Он всегда был таким — сентиментально нежным и чересчур чувствительным. Он был таким, которого Данила, кажется, полюбил всей своей черствой душой. Кажется, он его любил. Безумно.

***

Раскрыв глаза, Илья принялся вяло моргать. Вокруг было темно, и парень не видел абсолютно ничего кроме кромешной темноты. Коряков попытался поворочиться, но в момент одного из нескольких движений, случайно попал локтем в чей-то нос, и когда парень все таки перевернулся на другой бок, он едва не ударился лбом в чужой подбородок. И тогда Илья все вспомнил. — Что случилось? Чего ты проснулся? — сонно пробормотал Данила, не открывая глаз. — Все хорошо, спи. Илья было попытался придвинуться ближе к мужчине, но в этот момент его поясницу болезненно прострелило. Не сдержав болезненного стона, Коряков резко положил руку на бок, пытаясь успокоить ноющие мышцы. Данила шумно зевнул. — Болит? Мазь принести? — прошептал он, едва приоткрывая глаза. Он точно также как Илья плохо ориентировался в темноте, и потому, попытавшись коснуться губами чужого лба, он уткнулся в лохматую макушку. — Нет, ничего. Просто поясница ноет, — зевнул парень, — давай спать, извини, что разбудил. — Да плевать. Иди сюда. Руки Данилы сомкнулись на бедрах партнера, и мужчина медленным движением притянул к себе Корякова, давая ему ухватиться одной рукой за плечо. — Если из-за болей не сможешь уснуть, то буди, но мне кажется, что я сделал все аккуратно. Тяжелый хрип — и вот Данила прикрывает глаза. Илья, положив голову на мягкую от редких волосков грудь, уперся сонным взглядом в стену. Ему было сейчас хорошо. Сзади как всегда все слабо ныло, но не от боли, а от ощущения большой пустоты. Однако это наоборот от чего-то внутренне успокаивало Корякова. — Ага, — тихо ответил крупье, а после добавил: — Я… Люблю тебя. В ответ Илья ничего не получил — наоборот, стало слишком тихо. Даже в сонном состоянии сердце Корякова пропустило несколько тревожных ударов и из-за напряжения начало казаться, будто вся комната поплыла перед глазами. И тут над ухом раздался тихий храп. Данила уснул. Выдохнув, Илья вжался щекой в чужую грудь, с какой-то смесью грусти и облегчения прикрывая глаза. Может, это и хорошо, что Данила ничего не услышал. Илья сам не понимал, что на него нашло. Но одно он знал точно — сейчас ему было очень хорошо.