Тебе можно доверять?

             Адриан закончил раньше времени и уже ждал подругу на парковке.       – Ты еще не передумал? – Маринетт спустилась по ступенькам ее корпуса.       – Не дождешься, – он правда искренне хотел ее поддержать.       – Тогда ты не против заехать ко мне? Мне бы снять мерки и посмотреть ткани, которые могут тебе подойти.       Когда они оставались наедине, все их общение иногда напоминало Агресту минное поле. Очень хотелось узнать девушку поближе, он восхищался ее талантом, упорством, смелостью, и правда был рад называться ее другом. Но каждый раз, когда он делал шаг вперед, ему казалось, что Маринетт то ли неохотно отвечает из-за какого-то смущения, то ли смеется над его дурацкими шутками только из вежливости. Так что ему очень хотелось не напортачить.       – Диктуй адрес и запрыгивай. – Адриан на секунду смутился, подумав, что она может быть против быстрой езды, – тебя когда-нибудь катали на байке?       – Да, было дело, – Дюпен-Чен неоднозначно кивнула и забрала из его рук второй шлем.       – Можешь положить руки сюда или просто обхватить меня, я не буду сильно разгоняться.       – Я тебе поверю, – Мари крепко прижалась к его спине.       Странное чувство дежавю.       Слишком часто он стал девушек катать. Что ж, теперь хотя бы красть нечего. И вновь ему пришлось прогонять мысли о той самой Леди.       – Домчу с ветерком, принцесса.              Квартира девушки находилась достаточно далеко от их университета, но учеба закончилась сегодня рано, так что даже пробок почти не было, и они спокойно добрались минут за двадцать.       Агрест остановился у старинного четырехэтажного здания, достаточно неприметного, но хорошо сохранившегося.       – Сервис ООО Агрест благодарит вас за выбор нашей компании и надеяться увидеть вновь. Не забудьте оценить ваши впечатления от поездки в приложении. – Сказал он, когда Дюпен-Чен устойчиво стояла на земле.       – Ставлю пять звезд за комфорт и безопасность, – хихикнула она в ответ. – Спасибо!       В доме не было лифта, так что им пришлось пешком подниматься до последнего этажа, где, кажется, была только ее квартира.       – Добро пожаловать на мой скромный чердачок, чувствуй себя как дома. Я не готовилась к приему гостей, так что здесь немного не прибрано, прости.       – У тебя очень мило.       Адриан сразу начал осматривать все, до чего мог дотянуться глаз, как только попал в квартиру. Это правда был старый чердак, переделанный под небольшую студию в стиле лофт. Но было очень светло благодаря двум огромным окнам.       Справа небольшая кухня и барная стойка вместо стола, а слева просторная гостиная. Кровать у окна занимала совсем немного места. Всю остальную площадь занимал большой рабочий стол и рядом стоящий диван с огромным количеством тканей сверху.              Ему нравилось рассматривать мелкие детали. Аккуратная швейная машинка, куча чертежей и выкроек, какие-то кусочки тряпочек, наколотые на манекен, более уютного творческого беспорядка парень еще не встречал. А за свою модельную карьеру он был во многих мастерских.       – Спасибо! Чай, кофе? Сахар? – Мари сразу направилась на кухню, приглашая его сесть за стойку.       – Кофе без сахара, пожалуйста, все еще не могу проснуться… Почему ты живешь здесь? Я думал, у нас много свободных мест в общежитиях.       – Оу. Иностранным студентам не так легко получить комнату, если не оформить кучу документов и не предоставить выписки из банковских счетов с солидными суммами. Так что мне проще здесь. Стоит столько же, еще и места полно. К тому же, не уверена, что мои потенциальные соседки могли бы терпеть мой шум по ночам и вечный бардак. Твой кофе без сахара, – она протянула ему напиток в огромной розовой кружке с нарисованными овечками. Ему так не хватало этого тепла после смерти мамы, так что даже маленькие жесты заботы Агрест очень ценил.       – Большое спасибо. Так, значит, ты работаешь по ночам?       – Стараюсь не злоупотреблять, но иногда вдохновение приходит, и не могу остановиться, пока не закончу. Или просто много заданий и дедлайнов. Я думаю, ты меня в этом понимаешь.       – О, да. Наши профессора иногда как будто вообще забывают, что учат не Эйнштейнов. Мы с Нино можем сидеть над одной формулой несколько часов. А если еще и матрицу сложную дадут на расшифровку, то это как минимум на день.       – В который раз радуюсь, что в седьмом классе наши с алгеброй пути разошлись навсегда. А чем ты занимаешься помимо учебы? Я слышала, что ты берешь проекты отца иногда.       – Да, в качестве практики заполняю некоторые отчеты. Честно говоря, не очень люблю этим заниматься, но отец настаивает, чтобы я хотя бы немного участвовал в семейном бизнесе.       – Надо же. Я думала, тебе очень нравится. Наследник огромной империи и все такое.       – Это только внешне так выглядит. Не знаю. Мне сложно представить свою деятельность в компании в будущем, – он задумчиво рассматривал кофейную гущу на дне чашки.       – Ты мог бы продолжить его дело. Без хорошего руководства любой модный дом загнется за несколько сезонов, все это знают. Тебе же необязательно становиться дизайнером, ты можешь занять пост генерального директора и заниматься акциями, например. Ты хорошо в них разбираешься.       – Да, но это все его заслуги, а не мои. Вся эта империя. А мне хочется достичь в жизни чего-то большего, чем просто родиться с хорошей фамилией. Тем более я так давно пытался оттуда сбежать и стать кем-то кроме мальчика-модели, что вновь возвращаться в эту золотую клетку каждый раз ощущается какой-то пыткой.       – Прости, я не знала.       – Все хорошо. Просто не очень люблю свое прошлое, лучше уж жить настоящим. А ты? Какой была твоя жизнь до переезда сюда? Я помню, что ты жила в Китае и в три года нарисовала свой первый эскиз.       – Верно, – она улыбнулась, подтверждая его мысли, – но я тоже не очень люблю вспоминать о своем прошлом, там правда нечего рассказывать. Все как у всех. Школа, семья, уроки рисования, первая сшитая юбка в школе, экзамены в выпускном классе, и вот я здесь. Снимаю студию на чердаке и пытаюсь держаться на плаву благодаря редким подработкам. Кстати, о них. Если ты уже закончил, то мне все же нужно успеть начать работу над костюмом сегодня.       – Конечно! Как скажете, маэстро. – И он послушно поднялся со своего места и направился к ее рабочему столу, благодарно кивнув за убранную кружку.       Адриан сразу заметил множество плакатов, фотографий и журнальных вырезок, расклеенных по всей стене, но только сейчас смог их рассмотреть. Там были удачные кадры с показов и лукбуков разных лет, а еще поразительно много снимков с ним самим, подиум и фотосессии, и даже одно интервью.       – Знаешь, я когда-то была твоей фанаткой, – видимо, она заметила его удивленный взгляд, – Вернее, твоего отца. Боже мой, – Мари покраснела и в смущении закрыла лицо руками, – Ладно, я была твоей фанаткой. И пора бы уже снять эти плакаты. Как стыдно, прости.       Она была милой. И честной. И очень забавно смущалась, но смеяться над ее признанием Адриан точно не стал бы.       – Была? Значит, сейчас я уже не так хорош, как в молодости? – парень не смог скрыть озорной улыбки.       – Я этого не говорила!.. Ну сейчас ты не модель, так что нет больше поводов клеить тебя на стены.       Если я соглашусь на какую-нибудь из дурацких съемок, которые мне предлагают, ты распечатаешь эту фотографию?       – Эх, а я думал, мы друзья. Нет, я все понял. Ты со мной только из-за внешности, Дюпен-Чен, – он попытался изобразить обиду, но хитринка в глазах выдавала его с головой.       – Ты меня раскусил, так уж и быть. И твое смазливое личико должно принести мне высшую оценку за этот экзамен. Так что давай без разговоров, я вооружена, – и Маринетт продемонстрировала тонкую иголку в своей руке.       – Сдаюсь и объявляю полную капитуляцию! – Он поднял руки в защитном жесте, усмехнувшись.       Девушка наконец-то раскрыла свой блокнот, который достала из сумки минутами ранее, и нашла страницу с несколькими эскизами.       – Смотри. У меня не было времени нарисовать что-то новое, но у меня есть несколько старых вариантов. Думаю, что хочу сшить брюки и водолазку с объемным жакетом наверх.       – Если тебе нужно мое мнение, то выглядит отлично. У тебя не бывает плохих эскизов, честно говоря.       – Это неправда, но спасибо. О, и эта толстовка очень объемная, она будет мешать, – кивнула девушка на сегодняшний наряд Агреста, – Не мог бы ты… Можешь раздеться, пожалуйста?       – Без проблем.       Раздеваться по просьбе для него правда не было большим делом, за столько-то лет работы. Адриан привык молча кивать и вертеться так, как необходимо заказчику. И уж тем более стесняться ему было нечего, спасибо «работе», он был в отличной форме.       Маринетт снова покраснела и собиралась отвернуться..? Не может же она стесняться?       – Ты первый раз шьешь на мужчину, да?       – Да, – она так и не посмотрела ему в глаза, – Очень боюсь напортачить. Даже в мерках.       – Не переживай, я буду здесь столько, сколько потребуется.       – Еще раз спасибо тебе большое. И… Могу я спросить, откуда столько шрамов? – Весь торс то здесь, то там украшали тонкие полоски разных размеров, оставшиеся от некоторых операций. Но не может же он признаться в том, что чуть ли не каждую ночь его пытаются убить.       – Ээээ, фехтование. Иногда не спасает даже защитный костюм, не обращай внимания.       Девушка кивнула и хочется надеяться, что поверила.       Наконец-то работа началась. Обхват талии, руки. Обычно Адриану было не очень интересно наблюдать за действиями ассистентов, но Маринетт что-то бормотала себе под нос и выглядела очень сосредоточенной, сведя брови к переносице. Приятно смотреть за работой мастера.       И он соврал бы, если бы сказал, что не напрягся, когда девушка опустилась, чтобы измерить длину ног и обхват бедер.       Главное, не смотри вниз, она просто твоя подруга. Подруга же? И это непрофессионально, в конце концов. Вспоминаем логарифмы.       – Можешь чуть-чуть наклониться? Мне осталось измерить плечи и шею. Боюсь, ты слишком высокий, я могу допустить неточность.       Ему пришлось немного согнуть колени, чтобы оказаться на одном уровне с заказчицей. А значит, почти столкнуться с девушкой нос к носу, пока она заканчивала.       – Вот и все. Не так уж и страшно, – прошептал Агрест, глядя в распахнутые голубые глаза напротив.       Красивые. И почему кажутся знакомыми?       Он скользнул взглядом по ее веснушкам и чуть приоткрытым губам. Девушка, кажется, заметила это и поспешно отвернулась.       – Можешь подойти ближе к окну, пожалуйста? Хочу посмотреть, как ткани выглядят при естественном освещении.       Через минуту на его плечи были накинуты около четырех оттенков синего, потом столько же зеленого, и белого, и, кажется, в конце был коралловый. Маринетт сделала несколько фотографий, во время которых Адриан не упустил возможность выдать все свои модельные навыки, накопленные за последние десять лет.       – Думаю, мы закончили. Можешь одеваться. И пока ты не ушел, можно тебя попросить посмотреть на другие эскизы? Я все еще не уверена насчет жакета, и мне бы не помешал взгляд во стороны. Они где-то в середине, надо полистать.       – Конечно, почту за честь.       Девушка все еще была занята раскладыванием тканей по текстурам и понравившимся вариантам, поэтому просто всунула блокнот другу в руки и вернулась к делу.       Адриан пролистывал страницы, останавливаясь на некоторых рисунках, особенно зацепивших взгляд, как вдруг ему открылся разворот со слишком знакомыми картинками.       С соседних страниц на него смотрел он сам. Разве что не он, Адриан Агрест, другой он.       Несколько разворотов были заполнены рисунками Кота Нуара. Несколько разных поз, отдельные элементы костюма, маска, жезл. Зачем Маринетт его рисовать?       – Не думал, что ты увлекаешься криминальной хроникой. – Парень повернул блокнот так, чтобы можно было увидеть содержание.       – М? – Она заинтересованно подняла взгляд. – А, это… Не то чтобы увлекаюсь, просто в новостях видела пару раз. Интересный крой у костюма. Идеально сидит. К тому же материал достаточно плотный и при этом растягивается.       – Но насколько я знаю, рисовать костюм можно и без портрета. А здесь еще и маска… Ты не обязана мне ничего рассказывать, если не хочешь, мне просто любопытно. Я видел, что Кота много рисуют в Интернете, но никогда не мог понять, почему. – Вопрос то ли, чтобы потешить эго, то ли чтобы его полностью раздавить.       – Не знаю. Есть в нем что-то… Что притягивает внимание. Харизма, наверное. Он рисогеничный. Тем более этот кошачий костюм, как из комикса. Его интересно рисовать.       – В комиксах любят героев. А он же вроде как вор и убийца, – ну давай же, разочаруйся, скажи, что Кот не достоин твоих рисунков.       – Я не очень в это верю, честно говоря. Можешь считать меня наивной дурочкой, но вряд ли он на самом деле совершил все те преступления, в которых его обвиняют. Еще не было ни одного весомого доказательства или видео с камер, где он кого-то убивает. Даже Алья в своих расследованиях пришла к выводу, что его сделали козлом отпущения, чтобы иногда чистить репутацию полиции. А ей в таких делах я верю больше, чем национальному телевидению, да простит меня Надья Шамак и все причастные.       Она что, защищает его?       Кот внутри Адриана улыбался как после целой тарелки сметаны.       – Резонно. Но мы можем только догадываться, если…       Агрест перевернул еще одну страницу и замер. И был удивлен еще больше, чем своей первой находке.       – Значит, ты все-таки следишь за новостями, – уже не вопрос, вывод.       Теперь на него с рисунка смотрела Ледибаг. Точь-в-точь как настоящая. Разве что лицо было прорисовано не настолько детально, как у Нуара. Тот же костюм, тот же узор. Маска и это «йо-йо». Кажется, сейчас незнакомку удастся рассмотреть даже лучше, чем в темноте.       Когда он вернул свой взгляд на Маринетт, она выглядела абсолютно шокированной. Замерев так же, как и он сам, девушка только молча открывала и закрывала рот.       – Ладно, возможно я чуть чаще чем иногда посматриваю новости про случившиеся происшествия. И иногда нахожу какие-то идеи для себя, – Дюпен-Чен снова переключилась на режим сбивчивой речи.       – Тебе не нужно оправдываться, Мари. И я не вижу ничего плохого в том, чтобы искать вдохновение не только на модных показах.       – Правда?       – Да, конечно. Это вроде как нормально. Я просто удивился детализации. Я имею в виду, эту божью коровку публиковали всего один раз, и фотографии были очень смазанные.       – Кхм да? – пискнула девушка, – Мне казалось, что ее снимки мне уже попадались где-то в Интернете. Просто сегодня сложилась общая картинка.       Снимки в Интернете? Я пол ночи провел на разных сайтах, и не нашел ни единого упоминания. Видимо, надо будет поискать получше. Попросить скинуть ссылки на источники с фотографиями будет, наверное, совсем странно.       – Что ж, в любом случае даже костюмы супер-злодеев у тебя отлично выходят! Так что я очень рад, что получу новые авторские вещи от будущего кутюрье, – Адриан решил, что пора уходить от этой темы, чтобы не сболтнуть лишнего и не выдать себя ненароком.       – Еще раз спасибо, – девушка протянула ему руку, – Тогда до завтра?       – До завтра, – Агрест чуть было не потянулся прикоснуться губами к тыльной стороне ладони, как вдруг его вновь охватило неуютное чувство дежавю, и он быстро одернул себя, пожимая руку подруги.

***

      Пока парень возвращался домой, в его голове вертелись разные мысли. Начиная от того, как ему было уютно в гостях, и заканчивая рисунками Маринетт. А еще ему отчего-то было особенно приятно, что она не считает Кота Нуара таким плохим, каким его рисуют для общественности. Она рисует его, она даже сказала, что он харизматичный. Тягучее тепло растекалось по всему телу, поэтому домой Адриан зашел с задумчивой улыбкой.       – Да ты весь светишься, Ромео! Как прошло свидание?       – М? Свидание?       – Ну ты же вернулся от Мари? И судя по твоему выражению лица, все прошло весьма удачно. Признайся, ты просто разделся, и она не устояла? – Нино очень недвусмысленно поиграл бровями.       – Я не буду отвечать на этот вопрос! – Не рассказывать же другу, что он не так далек от истины, – И нет, Маринетт не такая. И это было не свидание.       – А тебе нравятся «не такие»?       – Все прошло хорошо. Просто хорошо. И я отказываюсь отвечать на эти вопросы без присутствия адвоката.       – Я просто пытаюсь иногда открывать тебе глаза на очевидные вещи. Это моя работа. И если ты не признаешь, что тебе нравятся девочки, я точно солью Алье, что ты гей.       – Я не гей, и ты это знаешь. И Алья, кстати, тоже это знает, – он что, издевается?       – Тогда почему тебе не нравится Маринетт?       – Да кто сказал, что она мне не нравится?!       Нино многозначительно улыбался. А Адриан выпалил не подумав, видимо, сам от себя не ожидая этого ответа, и теперь выглядел абсолютно ошарашенным.       – Значит, она тебе все-таки нравится? Заметь, не я это сказал.       – Конечно, нравится, мы же дружим.       – Ох. Какой же ты… Ладно, дальше я бессилен. Бывай! – Ляйф похлопал друга по плечу, накидывая куртку.       – Куда ты собрался?       – У Альи родители сегодня уехали к родственникам, ночую у нее. Веди себя хорошо, с незнакомками на мотоциклах не езди.       – Иди уже!       Даже из-за закрытой двери Адриан слышал хриплый смех на лестничной площадке.

***

      С наступлением темноты Адриан всегда чувствовал себя свободнее. Может, ему просто нравилось прятаться от внешнего мира. Может, ночь раньше была единственным временем, когда ему разрешалось не носить маску и не притворяться идеальным мальчиком. А сейчас маску он, наоборот, надевает, чтобы быть собой. Как иронично.       Но этот выбор он сделал самостоятельно. И в этом главная разница.       Конечно, сегодня не предвиделось никаких заказов. Понедельник, так что вся мафия и преступность отдыхает после выходных. Значит, можно позволить себе тихую прогулку. Костюм, экипировка, выход на крышу через общую лестницу. Кот Нуар улыбнулся, почувствовав теплый ветер в лицо и с помощью удлиненного жезла легко перелетел на соседнее здание.       Он бежал, не чувствуя усталости, то набирал скорость, то останавливался, прячась от случайных прохожих. Несколько раз парень чуть не потерял управление из-за большого количества голубей, облюбовавших чердаки для ночлега. Будь проклята эта аллергия.       Надо бы уже начать пить таблетки перед выходом. А то такими темпами я начну врезаться в стены.       Его внимание привлекали горящие витрины некоторых магазинчиков или свет в окнах заработавшихся студентов и просто сов, которым не нужно на работу. Вечер был чудесным. Погода теплая, завтра ко второй, ему даже нечего было пожелать на первую звезду, когда она показалась из-за облаков. Разве что какую-нибудь глупость.       И когда Кот Нуар уже решил поворачивать в сторону дома, его накладные уши дернулись от резкого звука на соседней улице. Глухой стук повторился.       Что ж, маршрут можно немного изменить.       Чаще всего он заставал пьяниц, которые напивались до такой степени, что разбивали бутылки о головы друг друга или переворачивали мусорные баки. Иногда это были животные, а иногда и простые фонарщики, выходившие в ночную смену. Но сегодня, видимо, сама госпожа Удача ему улыбнулась.       Дверь антикварного магазина была распахнута, а внутрь скользнула красно-черная тень.       Глупость сбылась.

***