Бьякуган в темноте

— Неджи, что с тобой? Наруто не сопротивлялся. Даже когда пальцы вцепились в его куртку, даже когда стена врезалась в спину, даже когда белые глаза прожигали насквозь. Он просто смотрел. Спокойно, серьезно, без тени страха. — Ты не такой. — Ты не знаешь, какой я, — выдохнул Неджи. — Знаю. Бьякуган пульсировал. Вены вздулись на висках. Внутри поднималась та самая тьма, которую он так старательно запирал годами. — Ты говоришь о мире. О защите. О том, чтобы никто не страдал. — Голос дрожал от сдерживаемой ярости. — А сам топчешься по сердцам, даже не замечая. Наруто моргнул. — О чем ты? — Ты видишь только тех, кто перед тобой. Сакура. Саске. Джирайя. Все, кроме... Он осекся. Не договорил. Отпустил куртку. Отступил на шаг. — Забудь. — Неджи. Рука на плече. Теплая. Настойчивая. — Скажи мне. Неджи смотрел в пол. Дышал тяжело, рвано. — Зачем тебе это знать? Чтобы добавить в список спасенных? Чтобы чувствовать себя героем? — Чтобы понять, — тихо сказал Наруто. — Ты страдаешь. Я вижу. И хочешь ты этого или нет, ты мой друг. А друзья не бросают друзей в дерьме. Неджи поднял глаза. В них больше не было ярости. Только усталость. Бесконечная, как его любовь. — У меня нет друзей, — сказал он. — У меня только долг. И она. — Она? Тишина. Наруто ждал. — Хината-сама, — наконец выдохнул Неджи. — Ты даже не замечаешь, как она смотрит на тебя. Как ждет. Как плачет по ночам, потому что ты снова ушел и даже не обернулся. Наруто замер. — Ты... и Хината? — Я люблю ее. Всю жизнь. — Неджи говорил ровно, без надрыва. Как констатировал факт. — А она любит тебя. Всю жизнь. Он смотрел прямо в глаза Наруто. — И ты даже не видишь этого. Бегаешь за Сакурой, за Саске, за мечтой. А она — просто фон. Просто девочка, которая всегда была рядом. Просто... Голос дрогнул. — Просто та, кого ты никогда не выберешь. Наруто молчал. Долго. Очень долго. — Я не знал, — наконец сказал он. — Конечно, не знал. Ты никогда не смотришь по сторонам. — Нет, — перебил Наруто. — Я не знал про тебя. Неджи замер. — Про то, что ты любишь ее. Про то, что ты... — Он запнулся. — Черт, Неджи. Я даже не думал. — Потому что это не твое дело. — Это мое дело, если мой друг страдает, а я даже не замечаю! Они смотрели друг на друга. Два гения. Один — признанный, второй — непризнанный. Оба несли груз, о котором никто не знал. — Я не могу ничего изменить, — тихо сказал Неджи. — В том, что чувствую к ней. И в том, что она чувствует к тебе. Наруто молчал. — Но я могу хотя бы не давать ей ложных надежд, — продолжил Неджи. — Ты — даешь. Каждым своим «спасибо», каждой улыбкой, каждым обещанием вернуться. Ты не замечаешь, а она ждет. — Я... — Не говори ничего. — Неджи поднял руку. — Я не прошу тебя притворяться или насильно любить. Я прошу только об одном. Наруто смотрел выжидающе. — Подумай. Прежде чем в следующий раз улыбнуться ей. Прежде чем сказать «спасибо» и убежать по своим делам. Прежде чем снова сделать ей больно, даже не осознавая этого. Он развернулся. — Неджи. Шаг. — Я подумаю. Неджи остановился. — Обещаю, — сказал Наруто. — Я не знал. Но теперь знаю. И я подумаю. Неджи не обернулся. — Это ничего не изменит. — Может, да. А может, нет. Пауза. — Но ты хотя бы перестанешь ненавидеть меня? Неджи молчал долго. — Нет, — сказал он наконец. — Не перестану. И ушел. Наруто остался один в переулке. Солнце светило ярко, по-весеннему. Где-то кричали дети, пахло раменом, жизнь шла своим чередом. А он стоял и смотрел вслед человеку, который только что открыл ему глаза на то, чего он не замечал пятнадцать лет. — Хината, — тихо сказал Наруто. — Черт. Он прислонился к стене. В голове крутились воспоминания. Ее улыбка. Ее «Наруто-кун». Ее руки, протягивающие ему мазь после тренировок. Ее слезы, когда он уходил с Джирайей. Он думал, это просто дружба. Он вообще не думал. — Идиот, — сказал он себе. — Кретин. Где-то вдалеке хлопнула дверь дома Хьюга. Наруто смотрел на эту дверь и не знал, что теперь делать. Впервые в жизни он не знал, как помочь. Потому что единственный, кому нужна была помощь — это Неджи. А Неджи не хотел, чтобы ему помогали. Он хотел только одного. То, что Наруто не мог ему дать.