Одно сообщение, одна мышь

      Кларк только выходил из библиотеки, когда прослушал голосовое сообщение от Брюса. Они должны были встретиться еще час назад, но он так увлекся поиском материалов по редакторскому делу, о которых говорил преподаватель на сегодняшнем занятии, что совсем забыл о времени.       Голос Брюса на записи звучал очень взволнованно, что совершенно не вязалось с тем, каким самоуверенным засранцем он был во все остальное время. Против воли Кларк забеспокоился, не привыкший к такому открытому проявлению эмоций у Уэйна.       Несмотря на то, что занятия уже закончились, в университете было все еще слишком людно, и Кларку пришлось поскорее выйти на улицу и найти более тихое место, чтобы прослушать запись еще раз.       «Кларк, у меня проблемы…» — быстро проговорил Брюс, после чего, судя по звуку, на заднем фоне что-то с грохотом свалилось на пол. «Черт… Ты…» — на несколько секунд голос смолк, и Кларк ждал, что Брюс скажет что-то еще, но затем запись просто закончилась. Сообщение было отправлено полтора часа назад, и Кларку стало еще более не по себе, потому что, зная Брюса, вечно пропадающего в лаборатории кампуса, могло произойти там все что угодно. От простого и ничем не угрожающего падения книги до зарождающегося конца света.       Телефон Брюса был вне зоны доступа, и это заставляло нервничать еще сильнее. Кларк тряхнул головой, отгоняя подальше дурацкие мысли и стараясь не паниковать раньше времени, и, подтянув лямку рюкзака, поспешил в сторону залива.

***

      Кларк торопился, как мог, но раньше, чем за час, добраться из Метрополиса в Готэм у него все равно не вышло. Пройдя пост охраны — из-за дружбы с Уэйном его признавали там как своего — в Готэмском университете и поднявшись на третий этаж, он прошел в самый конец коридора, где от посторонних глаз надежно спряталась дверь в лабораторию. Для приличия Кларк постучался — все же времени со звонка Брюса прошло уже достаточно, и там мог оказаться уже кто-то другой. Никакого ответа не последовало, и он повернул ручку, толкая легко поддающуюся дверь. — Брюс? Ты здесь? — Кларк медленно вошел внутрь, оглядываясь по сторонам, чтобы ничего случайно не снести, и выискивая взглядом Уэйна, но того нигде не было видно. — Куда ты опять вляпался? — он вздохнул, качая головой.       На небольшом диване, стоявшем у окна для особенно усердных любителей ставить эксперименты, как Брюс, лежал его форменный пиджак. Кларк бы не обратил на него внимания, если бы тот вдруг не начал шевелиться. Оказавшись у дивана в два широких шага и резким движением откинув пиджак, он едва удержался от вскрика. — Твою мать, Уэйн!       В ворохе еще какой-то одежды оказалась совсем крохотная летучая мышь. Она медленно подняла голову и посмотрела на Кларка таким взглядом, что мурашки побежали по коже. Если бы он не знал, что такое невозможно, он бы решил, что это Брюс превратился в летучую мышь. Что-то между «Почему так долго?» и «Ты поможешь мне уже, или как?» отчетливо прослеживалось в мышином взгляде. — Очень смешно! — в негодовании все же повысил голос Кларк. — Ты же знаешь, что я не переношу вида этих животных!       Он ожидал, что после этого Уэйн вылезет из какого-нибудь шкафа с криком «Попался!», или вроде того, хоть это и не было в его духе. Но в кабинете все так же было тихо, только мышь все глядела на него, не мигая и чуть повернув голову, словно понимала все, что он говорит. — Да нет, быть такого не может, — уже менее уверенно пробурчал Кларк. — Ты же не можешь и вправду быть Брюсом Уэйном, да? — он разглядывал этот черный меховой комок, и его брала дрожь. — Это же какой-то бред! — развернувшись, он начал ходить туда-сюда по комнате, про себя отмечая, что живность продолжает за ним следить.       Спустя минут пять бессмысленного хождения, Кларк замер на месте, прикрыл глаза и глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул и обернулся к животному. Мышь лежала на животе, растопырив лапки и не спуская с него взгляда, ее маленькая голова крутилась из стороны в сторону, следуя за его движениями, и это выглядело даже более жутко, чем если бы она просто висела перед ним вниз головой. Он заставил себя подойти к дивану и присесть перед ним на корточки, пристально разглядывая мышь. Ему казалось, что в ее глазах-бусинках мелькает понимание и жалость, словно она знает, что неприятна ему, но только не ясно, кого из них двоих она жалеет.       Несколько минут Кларк просто пялился на нее, пытаясь совладать со своим трусливым организмом, который из всех ужасов жизни решил бояться именно этих меховых комочков. В какой-то момент мышь вдруг сдвинулась с места, в миг лишив Кларка его с таким трудом приобретенного спокойствия. Он вскочил на ноги, делая шаг прочь от дивана. Мышь замерла, взглянув на него и будто бы спрашивая: «Серьезно, Кент?». Этот вопрос эхом разнесся в голове голосом Уэйна, который частенько задавал его, когда Кларк не поддерживал его эксперименты. Ему все время слышалась в нем обида, и потому он всегда быстро сдавался, соглашаясь на любую — даже опасную — ерунду, которую задумывал Брюс. — Как ты, черт возьми, смог это провернуть? — и на этот раз Кларк не смог долго сопротивляться, возвращаясь к дивану и аккуратно пытаясь погладить мышь по голове указательным пальцем.       Та поддавалась под ласку, словно кошка, и у Кларка в груди бешено забилось глупое влюбленное сердце. Уэйн бы никогда не подпустил его к себе так близко, тем более показывая свою уязвимость таким образом, будучи человеком. И эта мысль слегка отрезвила, вновь заставив его сомневаться, но неугомонная мышь, будто прочитав его мысли и оставшись ими недовольной, цапнула его за палец, после чего очень шустро поползла по его руке, намертво вцепляясь в ладонь своими крохотными коготками.       Не ожидавший подобного, Кларк снова вскочил, неосознанно несколько раз взмахнув рукой прямо в сторону открытого окна. Мышь, отчего-то в этот момент пытающаяся ползти дальше, а не держаться, отцепилась от его руки и вылетела в него. — Черт! — Кларк бросился к окну, опершись руками на подоконник и пытаясь найти мышь взглядом, забыв о том, что у нее есть крылья, но помня о том, что это вполне мог оказаться Брюс, у которого крыльев нет… — Что тут происходит? — раздался за спиной такой же, как на записи, взволнованный голос Брюса.       Кларк резко обернулся, убеждаясь в том, что перед ним на самом деле стоит Брюс Уэйн собственной персоной. В тот момент на него обрушилось столько чувств, что захотелось сигануть в окно вместе с мышью. И облегчение от того, что Брюс все же не стал животным, и радость от того, что он увидел его, и какое-то тоскливое разочарование от того, что ластился к нему все-таки не Брюс.       Уэйн переводил быстрый взгляд с Кларка на диван и обратно, а потом резко оказался перед ним, хватая за пиджак. — Что ты с ним сделал? — выкрикнул он зло. — Ты так ненавидишь их, что решил просто выкинуть беднягу в окно? У него же крылья повреждены!       Сначала Кларк не понял, почему Брюс так разозлился и о чем он вообще говорил, но озарение наступило быстро. — Черт! — Кларк выпутался из хватки Брюса и вновь кинулся к окну, со страхом и надеждой, что ничего не увидит, вглядываясь в асфальт. — Ее там нет! Нет! — развернувшись к Брюсу, который находился прямо перед ним, глядя с таким отчаянием, что Кларк тут же возненавидел себя. — Малыш! — выкрикнул Брюс, до чертиков перепугав этим Кларка, и, отпихнув его в сторону плечом, вытянул вперед руку, на которую тут же забралась летучая мышь. — Слава Богу! — одновременно выдохнули они и, взглянув друг на друга, громко облегченно рассмеялись. — Ты чего так долго? — обратился к нему Брюс, усаживаясь на диван и укладывая летучую мышь к себе на колени. — Лучше ты скажи, что это такое? — Кларк ткнул пальцем, указывая на животное, и тут же присаживаясь на другой конец дивана. — Нашел его на улице, недалеко от университета. Его какие-то животные подрали, и он не мог взлететь. Хотел написать тебе, что задержусь, а в итоге ты и сам… — объяснял Уэйн, не отвлекаясь от поглаживания мыши. — А ты чем тут занимался? Почему не позвонил, не сообщил, что пришел?       У Кларка в голове калейдоскопом замелькали последние полчаса его жизни, и он очень надеялся, что не покраснел, осознавая, какой ерундой занимался все это время. — Да у меня телефон разрядился, вот я и это… — Ну, с тобой все ясно, — усмехнулся Брюс, — опять за учебой застрял. — Кларк на это мог только виновато улыбнуться. — Ладно, пойдем чего-нибудь перекусим, а то с этими переживаниями я ужасно проголодался! — Ага, пойдем, — улыбнулся Кларк, поднимаясь с дивана вслед за Брюсом, и думая о том, что пора уже ему признаться в своих чувствах, даже если они не будут взаимны, а то уже совсем крыша поехала.