Синий дракон

Интенсивные клубные биты давили на ушные перепонки, но это было настолько фоновым, что Макото давно не испытывал никакой дискомфорт, один за другим делая глотки смешанного с колой и льдом виски. Барная стойка перед глазами слегка плыла, бармен казался тенью, а в голове стояла пустота – приятная, понятная и лёгкая. Эта пустота каждый раз настигала ровной и тёплой волной, счищая из сознания все те мысли, которые ощущались в трезвом состоянии абсолютно непрошенными; оставаться опьянённым хотелось вечно – в общем-то, это было причиной, по которой Макото стал завсегдатаем клуба "blue dragon". К нему подошла Ева. Ева была студенткой психфака с длинными золотисто-рыжими волосами, в блестящем топе, едва прикрывающем грудь, мини-юбке и сверкающих на запястьях и шее украшениях. Макото закинул руку ей на плечо, снова мысленно отмечая, что, если бы его привлекали девушки, то с ней они бы проводили гораздо больше времени в постели, чем у барных стоек – она словно сияла изнутри и снаружи, и объяснить это было достаточно сложно. Они были приятелями, но в основном просто составляли друг другу компанию в алкогольных мероприятиях, и иногда пересекались в университете. Ева обняла Макото в ответ и наклонилась к его уху. – Я встретила друзей, – прокричала она, пытаясь звучать отчётливее громкой музыки. – Пойдём познакомимся? С одним, мне кажется, я поеду домой. – Девушка тоже улыбалась и едва держалась на своих высоченных шпильках. Макото осушил до дна очередной бокал и развернулся к ней. – Пойдём, пойдём. – Ему было весело; в таком состоянии он мог делать что угодно и был не против знакомиться с кем угодно. Пара сквозь плотную толпу медленно прошла вглубь клуба, где стояло двое молодых людей; один был брюнетом с чёрными глазами и выглядел так, будто абсолютно точно знает, как хорошо он выглядит – базовый типаж Евы. Второй, со спадающими на лоб тёмно-русыми волосами, имел несколько не характерный для парней, посещающих подобные места, вид. Не то чтобы что-то выдавало в нём чрезмерную правильность, и он не был зажат – абсолютно расслабленный и спокойный, очень уверенный даже в статичном положении, однако его взгляд был слишком пронзительным и трезвым. Почему-то Макото смотрел на этого человека как будто бы дольше, чем требовалось, но пьяная лёгкость в голове оборачивала подобную встречу в одну сплошную шутку. – Это Оуэн Райс, – Ева, снова пытаясь перекричать музыку, указала на своего брюнета и немного развязно улыбнулась ему. – А это – Маркус Райт. Они старше меня на два курса. Макото неопределённо махнул им обоим и убрал с талии Евы до этого лежащую поверх ее пояса-цепочки руку – мешать предстоящей отельной идиллии приятельницы с очередным парнем он не желал. Лишившись опоры, он пошатнулся, но стоически удержался на ногах. – Это Макото Исе, из Токио. Он учится на экономике и бизнесе. Оуэн рассмеялся. – Ты на якудза похож, или как его там. Что за бизнес будешь на родине вершить? – У моего отца наркокартель. Маркус внимательно смотрел на Макото, думая, что тот действительно выглядит странно для факультета бизнеса и экономики – как минимум, татуировки покрывали и кисти его рук, и шею. Сейчас Макото всё ещё улыбался, но взгляд, которым он смотрел на Оуэна, как по щелчку стал намного жёстче; повисла короткая пауза, после чего смеялись уже все трое. Марк лишь улыбался – на самом деле, он действительно был слишком трезв рядом с этими людьми, и собирался уйти раньше; напиваться ему не сильно хотелось, а без этого неумолимой волной настигала скука. Не особо вслушиваясь в живую несодержательную болтовню, последовавшую после заминки, он некоторое время наблюдал за Макото, который всё же действительно умел притягивать взгляды, и дело было не только в татуировках – черты его лица можно было назвать абсолютной победой в генетической лотерее. Это ещё больше наводило на мысли о странной неуместности направления его учёбы – он мог бы спокойно преуспеть как модель. В общем, Марк редко видел настолько красивых людей, хоть он и не сказал бы, что Макото ему понравился – слишком развязный и будто готовый при малейшем триггере вступить в сопротивление, а открытые жесты словно скрывают какую-то глубокую внутреннюю агрессию. Впрочем, этот человек был ещё и пьян практически в хлам; через некоторое время Марк потерял интерес, махнул друзьям и направился к бару, чтобы всё же выпить что-нибудь до ухода. Пока Марк ждал свой джин с тоником, его телефон моргнул уведомлением; он опустил взгляд на экран. В сообщении от eve_withouttheapple содержалась краткая информация о том, что они с Оуэном покинули клуб. Оставаться здесь не было никакой необходимости; Марк, решив, что прекрасно обойдётся без своего джин-тоника, принялся лавировать между танцующими или просто разговаривающими людьми на пути к выходу. Его не напрягали ни шум, ни пьяные посетители – однако искать здесь что-то вроде веселья или компании смысла он не видел. На выходе из клуба Марка встретила волна свежего августовского воздуха, и он почувствовал себя достаточно хорошо, несмотря на перебивающий вечернюю прохладу запах сигаретного дыма. Он отошёл ближе к задней двери, где было гораздо более пусто, и тоже достал из кармана пачку сигарет. Лязг зажигалки, две медленные затяжки, сизый дым в окрашенной цветными огнями уличных прожекторов полутьме, песня, сменившаяся в клубе на нечто гораздо более медленное – Марк понемногу окончательно расслабился, чувствуя наполняющую удовлетворённость самим собственным существованием. Примерно в этот момент он снова встретил Макото. Вернее сказать, Макото вывалился из дверей клуба, и Марку пришлось быстро подхватить его одной рукой; второй он всё ещё держал сигарету. Макото, не собираясь избавляться от его поддержки, некоторое время смотрел ему в глаза, без улыбки, и, судя по всему, пытаясь понять, знакомы они или нет. Марк отбросил недокуренную сигарету в сторону и взял навалившееся на него тело, впрочем, довольно лёгкое, двумя руками, чтобы Макото встал более прямо. Тот справился, но всё равно удерживал своего спасителя за шею, продолжая на него слегка невидяще смотреть. – Ты как? – Осведомился Марк. Его начинала слегка веселить эта ситуация. – Может, такси тебе вызвать? Из клуба всё ещё приглушённо звучала музыка, мешаясь с гулом весёлых голосов, но здесь это казалось практически тишиной. Марк спокойно смотрел в лицо Макото в ответ, пытаясь сохранять серьёзность; из взгляда красивых карих миндалевидных глаз, хоть и помутнённого, постепенно исчезало непонимание. – Ты же... – глухо проговорил он и поморщился, отводя взгляд – Тот, который Евы... – Да, Маркус Райт. Мы знакомы. Вроде как. Марк уже улыбался, не решаясь убрать от новоиспечённого знакомого руки, или убрать чужие руки от себя. Его снова настиг взгляд Макото – на этот раз чуть более осознанный, но такой же долгий. В тот момент, когда Марк отчётливо решил, что пора двигать ситуацию с мёртвой точки, и с осторожностью начал перемещать руку к карману, в котором лежал телефон, его резко притянули ближе и поцеловали. Это было внезапно, поэтому Марк замер на некоторое время, чувствуя на своих губах сухое, горячее и на удивление мягкое прикосновение; не встретив сопротивления, Макото стал настойчивее, и Марк уверенно отстранил его, всё ещё стараясь держать так, чтобы тот не упал. – Полегче давай... – Он не знал, смеяться или нет, поэтому просто дотянулся наконец до своего телефона. – Скажи свой адрес, тебе явно пора домой. – Третья святой Екатерины... Шесть. Вроде, так... – Макото, казалось, ситуация не смутила, а может, он вообще ничего не понял, так и продолжая довольно беспечно висеть у Марка на шее. Тот посмотрел на него и всё-таки рассмеялся. – Серьёзно? Если "вроде так", тогда нам в одну сторону, мы с тобой соседи. Не то чтобы тот факт, что они живут в соседних домах, был сильно удивителен, учитывая, что их жилой комплекс находился недалеко от университета и был популярен среди студентов; однако это показалось Марку довольно забавным совпадением. Такси не заставило себя ждать. На комфортном заднем сидении Макото отключился практически моментально, и всё, что оставалось – лишь иногда придерживать его за плечо, чтобы он не заваливался вбок. За окном мелькали ночные огни, и Марк начинал чувствовать себя несколько утомлённым. Это знакомство его слегка развеселило, однако он всё больше хотел оказаться в абсолютной тишине своего дома; про внезапный поцелуй Марк практически не думал, но некоторое время думал про самого Макото. В конце концов, у них было мало общего, и Марку действительно не очень нравился этот тип людей. С другой стороны, ситуация в целом едва ли была для него волнующей – весь сегодняшний вечер Марк мог охарактеризовать как занятный, но слегка утомительный. Из машины Макото пришлось практически вытаскивать, но в какой-то момент он всё же смог, хоть и неустойчиво и с поддержкой, встать на обе ноги. На улице было очень тихо, их дома стояли прямо напротив; небольшой двор освещался фонарями, а вокруг не было ни души – вечерние собачники разошлись, и большинство окон уже не светились. Марк слегка тряхнул Макото. – Какая у тебя квартира и где твои ключи? – Без понятия. – Эта фраза прозвучала на удивление трезво, и Марк было подумал, что спутник пришёл в себя, но мысль продержалась ровно до того момента, пока он не начал снова падать куда-то вперёд. – Что именно "без понятия"? – Поинтересовался Марк, перехватывая Макото. – Какой номер квартиры или где ключи? Или и то, и другое? В ответ прозвучало нечто крайне неразборчивое, и Марк тяжело вздохнул. – Прости, но, во-первых, мне придётся обыскать твои карманы, а, во-вторых, тебе придется всё-таки вспомнить номер квартиры. Он развернул Макото к себе, одной рукой крепко и уверенно удерживая его, а второй начав исследовать многочисленные карманы его чёрной джинсовой куртки. В карманах были обнаружены телефон, наушники, кардхолдер, какие-то смятые чеки, мелочь, металлическая крышка от пива, сигареты, зажигалка, пара презервативов и мятная жвачка. Марк ещё раз тяжело вздохнул, ослабил хватку, и Макото упал ему на плечо; сопротивляться этому было уже бесполезно. – Серьёзно... Ты мог потерять что угодно... Почему именно ключи? Или их вообще там не было? Ответа ожидаемо не последовало. Сделав бессильную паузу – постоянно поддерживать чужое тело становилось уже тяжеловато – Марк совершил единственное, что мог, чтобы избежать посетителя в собственной квартире – снова дотянулся до телефона и набрал номер Евы. Она не ответила. Примерно через пять минут они оба оказались на пороге квартиры Марка. Справившись с кроссовками и джинсовой Макото, он из последних сил повалил гостя на диван; тот из пьяного полусна вновь моментально переключился на глубокий. Марк некоторое время смотрел на неумолимо занявшего его диван человека, испытал некое облегчение и отправился в душ. *** Солнечный свет будто бы продрался сквозь веки Макото, заставляя открыть глаза – это вызвало сильнейший дискомфорт, как и в целом то ощущение, когда ты всю ночь спишь непонятно где в уличной одежде. Потолок был определённо незнакомым, как и вся остальная квартира, которую он обвёл медленным взглядом. Вставать очень не хотелось, но больше, чем врасти в диван навеки, хотелось пить, поэтому Макото с трудом сел, и голова моментально закружилась. Это состояние, впрочем, было очень знакомым, и потому принять его малоприятность было посильной задачей. На кухне раздался шум льющейся из крана воды и лёгкий звон посуды; без особого энтузиазма гадая, где он вообще оказался, Макото оглядел близлежащее пространство и обнаружил на тумбочке свой телефон, на котором значилось 12:36. "Рань..." – подумал он. Солнечные блики на диване и стенах неимоверно раздражали. Кинув взгляд на окно, Макото увидел снаружи до странного знакомый вид, и это стало первым, что слегка озадачило его за сегодняшнее утро. Шум воды стих. – Проснулся? – Хозяин квартиры вошёл очень неслышно, и Макото бы вздрогнул, будь у его организма на то хоть какие-то силы. Обернувшись, он увидел смутно знакомого парня на пару лет старше, который смотрел на него то ли с насмешкой, то ли с состраданием, но, скорее всего, и с тем, и с другим. – Как видишь, – хрипло отозвался Макото, и постарался потянуться. Что-то между лопатками хрустнуло, и он решил не продолжать. – Мне срочно нужна вода. Ответом ему послужил молчаливый кивок в сторону кухни и всё тот же взгляд, слегка раздражающий, подобно солнечным зайчикам на стене. Макото пришлось осушить три стакана воды, чтобы почувствовать себя немного лучше; всё это время он старался игнорировать буравящий его взгляд. – Ты кто? – Поинтересовался он, закончив с водой. – Я тебе третий раз своё имя меньше чем за сутки говорю. – Вразрез смыслу слов, сказано это было без капли злости. – Маркус Райт. Я учусь на одном факультете с Евой. Макото обернулся и вцепился критичным взглядом в его лицо. – Не похоже, что мы переспали, – наконец сказал он. – Ты очень наблюдателен, – ответил Марк, не переставая улыбаться. – Будешь завтракать? От одной мысли о еде к горлу Макото подступила тошнота, и он помотал головой. Марк пожал плечами и двинулся по направлению к кофейнику. – Если тебе это важно, – казалось, он вспомнил это на полпути. – мы целовались. Вернее, ты меня. Но при этом, честно говоря, в данной ситуации ответственность за харассмент как будто бы лежит на мне, учитывая, что я был трезвее. Спорный вопрос. – Ясно. – Макото этот факт абсолютно не смутил, но на собеседника он посмотрел ещё более испытующе. В целом, глядя на его ровный профиль, выглядящие сильными уверенные руки, которыми Марк с беспечным видом наливал кофе, на его тёмно-русые волосы, стриженные в слегка отросший вульфкат и забранные на затылке, Макото понял, почему ему захотелось лезть к нему с поцелуями. Однако особых эмоций или сильных ощущений на этот счёт он не испытывал. – Где у тебя ванная? Марк кивнул в сторону коридора. – Слева. Макото был рад уйти подальше от запахов еды и от хозяина квартиры, который, похоже, искренне веселился и хорошо себя чувствовал, что выводило из и без того шаткого душевного равновесия. Включив воду в раковине, он набрал горсть ледяной воды и сполоснул лицо – это было довольно приятной вещью. Стерев воду с глаз, Макото уставился в зеркало – вид собственного бледного лица, покрасневших и слегка опухших глаз, а также беспорядочно растрёпанных волос был не очень, и долго это наблюдать у него желания не оставалось, поэтому он опустил взгляд, который сразу наткнулся на лежащий у раковины розовый блеск для губ. "Мда", – мелькнуло у него в голове. Насильно целовать гетеросексуального парня – это, конечно, не худшее, что Макото делал в состоянии опьянения, но в любом случае и не лучшее. Впрочем, Марк, похоже, оскорблённым себя не чувствовал, и по этому поводу особо не переживал; судя по всему, этого типа по жизни в принципе мало что волновало, поэтому Макото быстро оставил малоприятные мысли позади. Проведя в ванной наедине с холодной водой ещё некоторое время, он вышел, чтобы сообщить, что уходит. – Уходишь куда? В курсе, что у тебя ключей нет? – Ключей?.. Марк, всё ещё стоящий на кухне с чашкой кофе, вздохнул и стал слегка серьёзнее, а потом кратко пересказал ночную ситуацию. Макото озадаченно потёр нос. Минут через десять Ева ответила на его звонок; её голос звучал не лучше, чем у самого Макото. – Ключи твои? Понятия не... – она на некоторое время замолчала, а потом протянула: – Ааа. Вроде как Оуэн потерял карту, и ты дал свои ключи, чтобы мы поехали к тебе, а сам планировал пить всю ночь. Но, по-моему, что-то пошло не по плану, потому что я определённо не в твоей квартире сейчас нахожусь. – Замечательно, – огрызнулся Макото. – Просто скинь свою локацию, ок? Через минуту после завершения звонка на телефон пришло сообщение с локацией – место было очень далеко, но сделать с этим вряд ли хоть что-то представлялось возможным – и Макото отправился в прихожую, надевать кроссовки. Завязав шнурки и разогнувшись, он встретил бесстрастный взгляд Марка. – Эм, в общем... – он натянул джинсовку и замешкался. – Пока, увидимся. Марк улыбнулся, но как-то по-прежнему насмешливо. – Может и увидимся. Макото кивнул и решил поспешно покинуть квартиру.