Хаори в подарок

14:32

Золотой свет, сочившийся сквозь сёдзи, заливал комнату мягким, умиротворяющим сиянием. Но Лёша не чувствовал умиротворения. Тяжелый, изучающий взгляд, скользивший по нему сверху вниз, вызывал лишь тревогу. Перед ним, словно воплощение власти и загадки, восседал хозяин поместья. Его кимоно, сотканное из шелка цвета глубокой лазури , ниспадало плавными складками, намекая на высокий статус и богатство. Лёша не отводил взгляда. В его зрачках отражался свет фонарей и отблеск презрения, смешанного с любопытством, в темных глазах напротив. Это было шахматное противостояние, где ставкой была свобода… или даже его жизнь. Хозяин поместья, двигался с грацией кошки. Вальяжно поднявшись, он словно расправил невидимые крылья, и в пару бесшумных шагов оказался в неприличной близости от Лёши. Запах сандала и терпкого чая окутал его, заставляя сжать кулаки. Дыхание незнакомца опаляло щеку, а взгляд, казалось, проникал в самую душу. Да, уж, не так он планировал провести этот день.

12:24

Резкий плеск холодной воды обжег лицо. Лёша резко распахнул глаза, словно очнулся от кошмара. Яркое, безжалостное солнце врезалось в глаза, заставляя их болезненно жмуриться. Голова гудела, словно колокол, а в висках пульсировала адская боль. Все тело затекло и болело, протестуя против его незавидного положения. Он лежал на куче жесткого сена, набросанной под раскидистым кустом. Это сложно было назвать кроватью, скорее – местом для выброшенных отходов. Горькое послевкусие саке и позора преследовало его. Лёша схватился за голову, проклиная всё на свете, и давая себе клятву, что больше никогда в жизни не прикоснется к алкоголю. Но его внутренние терзания были грубо прерваны чужим голосом. Лёша с трудом сфокусировал рассеянный взгляд на мужчине, стоявшем перед ним. Незнакомец. Высокий, широкий, в рабочей но качественной одежде. Но что-то в его лице казалось знакомым, будто он видел его когда-то… Не успел Лёша и слова вымолвить, как его рывком подняли на ноги. Он пошатнулся, и его взгляд встретился с обеспокоенным и сердитым взглядом напротив. – Вот же алкаш, – с досадой проворчал незнакомец, рассматривая Лёшу с плохо скрытым презрением. – Так и знал, что из тебя ничего хорошего не вырастет. Идём, ты весь грязный, удивительно, что в тебя ещё не плюются. Слова незнакомца, грубые и резкие, почему-то отозвались в душе Лёши знакомым теплом. В них звучала та же забота, что и в ворчании собственной матери, когда он возвращался домой в невменяемом состоянии. Это показалось Лёше до странного забавным, и он слабо улыбнулся. Его ноги, как ватные, едва слушались, но он старался перебирать ими как можно быстрее, пока его грубо тащили в неизвестном направлении. – Ты кто? – заплетающимся языком пробормотал Лёша, все еще пребывая в полусонном состоянии. – Мама, ты выкопалась? Мужчина остановился, поднял голову к небу и громко вздохнул. – Идиот… – пробормотал он себе под нос. – И зачем я только тебя спасаю? Узкая тропинка петляла среди рисовых полей, и вскоре они подошли к высоким резным воротам. Лёша понятия не имел, кто здесь живет, но было очевидно – кто-то очень богатый. Ворота распахнулись, открывая вид на ухоженный внутренний дворик. Каменные дорожки причудливо извивались среди клумб с яркими цветами, а небольшой пруд с золотыми рыбками блестел на солнце. В центре возвышался просторный дом, выглядевший новым и ухоженным. Неожиданно, сбоку раздался резкий звук отодвигающейся рисовой перегородки. Из дома выскочил еще один парень и, схватив Лёшиного "спасителя" за руку, потащил их обоих вглубь дома. Лёша не сопротивлялся, словно загипнотизированный. Его мозг отчаянно пытался выудить из глубин памяти образ того, кто его спас. Где он его видел? Почему этот человек кажется ему таким знакомым? Дверь за ними захлопнулась с тихим хлопком, а Лёша просто стоял, оглядываясь по сторонам, словно завороженный. Просторная комната была обставлена скромно, но со вкусом: низкий столик, несколько подушек для сидения, на стенах – каллиграфия и пейзажи тушью. – Ты теперь сюда и бомжей таскаешь? – Голос парня, который затащил их в комнату, был полон возмущения. Он явно сдерживал себя, чтобы не сорваться на крик. – Зачем ты привёл этого пьяницу? От него перегаром за километр несёт! Первый парень, тот, кто спас Лёшу, заметно поник под напором критики. – Ну, Эмир... – виновато пробормотал он. Лёша отметил про себя новое имя. Действительно, тот был на голову ниже своего собеседника, и для Лёши его гнев выглядел скорее комично, чем устрашающе. – Я не мог его оставить на улице, – продолжал оправдываться тот. Эмир, казалось, сменил гнев на холодное спокойствие и теперь сверлил его ледяным взглядом. – В детстве он мне был как брат, – продолжал давить на жалость. – Я слышал, что вся его семья недавно умерла, и он остался один на улице. Тем более, на весь дом рук не хватает, он будет мне помогать. – Илья, у нас тут приют для бездомных, что ли? – Эмир не унимался. По-видимому Илья, продолжал говорить мягким, умоляющим тоном, пытаясь успокоить Эмира. В конце концов, последний раздраженно перевел взгляд на Лёшу. – Ты хоть что-то делать умеешь? – спросил он с вызовом и неприкрытой неприязнью. В его голосе звучало такое презрение, словно Лёша был куском грязи, попавшим в их чистый дом. – Ну, ручками ты работать научишь? – парировал Лёша. Ему сразу не понравился этот парень, с его высокомерием и надменностью. И вообще, почему эти двое решают его судьбу? Может, ему и в кайф спать пьяным под кустом. Главное, чтоб не холодно было. Илья тихо прыснул со смеху, услышав ответ Лёши. Эмир тяжело выдохнул и, услышав смех Ильи, вновь переключился на него. – Я за это ответственность нести не буду. – отрезал Эмир. – Если ты хочешь, чтобы вас обоих вышвырнули, веди к Нурлану. Эмир уже собирался выйти из комнаты, но Илья схватил его за руку, останавливая. – Ну, Эмирчик, помоги, – взмолился Илья. – Я не могу оставить его гнить на улице. Глаза Эмира еще сильнее округлились от возмущения. Он резко вырвал свою руку из хватки Ильи. – Иди ты… – прошипел он, прежде чем вылететь из комнаты, оставив Илью и Лёшу в неловкой тишине.

14:33

Лицо Нурлана, словно высеченное из камня, нависло над Лёшей. Тень от длинных, густых ресниц скрывала истинное выражение его глаз, но Лёша чувствовал, как прожигающий взгляд проникает в самую глубь его души. Нурлан смотрел сверху вниз, словно оценивая его как товар на рынке, внимательно считывая каждое движение, каждую микроскопическую эмоцию, отражавшуюся на лице Лёши. "Интересно, что Эмир успел нашептать ему?" – пронеслось в голове у Лёши. Когда его ввели в эту комнату, Эмир что-то говорил на ухо Нурлану, но, заметив Лёшу, тут же отступил. Лёша перевел взгляд за спину Нурлана, на Эмира, который всë ещё стоял там. Он казался поразительно спокойным, но Лёша все равно чувствовал исходящее от него напряжение. Словно натянутую тетиву лука, готовую в любую секунду сорваться. Но мысли были грубо прерваны низким, бархатным голосом, который целиком и полностью окутал его сознание, словно шелковый саван. Голос с хрипотцой, пропитанный опытом и властью. – Что ты умеешь? – вопрос прозвучал властно, словно Нурлан пытался выбить Лёшу из равновесия одним лишь звуком, проверить его на прочность. – Что надо, то и умею. Я быстро обучаемый, – ответил Лёша без тени сомнения в голосе. Он не собирался прогибаться под этого аристократа, а уж тем более бояться его. В ответ, его дерзкий ответ был вознагражден тихим, коротким смешком. Нурлан медленно поднял руку и длинными, изящными пальцами взял Лёшу за подбородок, слегка приподнимая его лицо. – Ладно, ты мне нравишься… Мне надоели эти скучные люди, а ты я смотрю борзый, – Нурлан говорил медленно, томно, впиваясь взглядом в лицо напротив. — Голодать не будешь, а если сильно постараешься, может и вознаграждение получишь. — Как именно надо стараться? Руками? Или может, головой? — Лёша не хотел уступать в этой странной словесной дуэли. Он готов был играть по правилам, но только по своим. — Судя по тому, как ты болтаешь… — усмехнулся Нурлан, — Работать будешь ротиком. Губы Нурлана тронула хитрая и зловещая улыбка, читая на лице Лёши замешательство и попытки скрыть смущение. Но тут они оба услышали тихий кашель Эмира, который напоминал о своем присутствии. Нурлан медленно отпустил подбородок Лёши и отошел назад, возвращаясь на свое место за столом. Плавными, отточенными движениями он зажег длинную курительную трубку, сделал глубокую затяжку и выпустил плотную струю дыма. Не сводя взгляда с уже более напряженного Лёши, он улыбнулся и уверенно произнес. – Будешь помогать Илье и делать всё, что он тебе скажет. Эмир, будь добр, выдели ему комнату. Его слова звучали как приказ, но смягченные притворно-доброй интонацией. Властный и не терпящий возражений тон говорил сам за себя. Эмир тяжело выдохнул, и, плохо скрывая свою раздраженность, жестом пригласил Лёшу следовать за ним. Он развернулся и, ничего не говоря, повел его прочь из комнаты.

21:43

Солнце уже нырнуло за горизонт, окрасив небо в багровые и лиловые оттенки. В доме постепенно зажигались фонари и свечи, отбрасывая мягкие тени на стены. Лёша, накормленный добрыми женщинами рисом и рыбой, ощутил непривычное чувство сытости и умиротворения. Эмир, вопреки своей неприязни, выдал ему сменную одежду – простую хлопковую юкату, и показал спальное место. Сейчас Лёша лежал на мягком футоне, в чистой одежде и с полным желудком. Тело, натруженное долгим днем и отравленное вчерашним алкоголем, постепенно расслаблялось. Да уж, он точно не думал, что этот день закончится именно так. Разглядывая причудливые тени на потолке, Лёша задумался. Может, все не так уж и плохо?

0:28

Над Японией воцарилось безмолвие ночи. Луна, подобно огромному серебряному блюдцу, поднялась высоко в небо, заливая землю мягким, призрачным светом. Дом, словно уставший путник, погрузился в глубокий сон, готовясь к новому рабочему дню. Лишь в одной комнате, едва заметный огонек пробивался сквозь тонкие сёдзи, выдавая присутствие жизни. Эмир готовился ко сну и попутно к завтрашнему дню. Он тихо ходил по плетёным матам, складывая и переставляя вещи, словно расставляя фигуры на шахматной доске грядущего дня. Илья лишь сидел, укутавшись в лëгкое одеяло, и с нескрываемым любопытством наблюдал за чужой суетой. Закончив с приготовлениями, Эмир встретился взглядом с Ильей, подошëл к нему и сел на край футона. Он заговорил тихо, словно делился сокровенной тайной. — Мне не нравится этот Лёша. Зачем ты вообще его сюда приволок? — в голосе Эмира звучала обида, как у ребенка, чью любимую игрушку отобрали. — Он уже несколько недель живет на улице, попрошайничает, а все деньги пропивает, — Илья понимал недовольство, но его бы совесть замучила, если бы он оставил друга на улице, на произвол судьбы. — Мало того, ты притащил бомжа и пьяницу в наш дом, так он ещё и Нуру приглянулся, — Эмир повысил голос, пытаясь донести до него всю глубину своего возмущения. — Правда, понравился? — с любопытством спросил Илья, брови его взлетели вверх от удивления. — А что, тебе тоже? — Эмир прищурил глаза, в его голосе звучала неприкрытая ревность. — Нет-нет-нет… — поспешно начал оправдываться Илья, понимая, что с этим шутки плохи. — С чего ты вообще решил, что нам нужны еще люди? — не унимался Эмир. — Здесь не такая уж и большая территория. — Ты разве сам не замечаешь? — Илья понизил голос, переходя на шепот. — Нурлан вообще перестал в свет выходить. Он даже на охоту перестал ездить, а когда он в последний раз виделся с кем-то из семьи? — Это не наше дело, — отрезал Эмир, отворачиваясь. — А если его ещё раз попытаются убить? — Илья выдержал паузу, позволяя своим словам осесть в воздухе. — От него уже давно требуют продолжения рода. Если он не даст наследника… — И каким боком этот Лёша поможет ему в этом? — Эмир прекрасно понимал, о чём он переживает, но не видел в этом логики. — Я не знаю… — короткая тишина повисла между ними, прерываемая лишь тихим треском ночных цикад. — Но надеюсь, что Нурлан хотя бы станет немного счастливее. Слова Ильи повисли в воздухе, словно дымка, полная надежды и отчаяния.

7:11

Раннее утро окутало поместье, туман, словно призрак, клубился над садом камней, едва пропуская первые лучи восходящего солнца. В кухне, просторной и светлой, несмотря на ранний час, уже вовсю кипела работа. Илья, облаченный в простую, но чистую одежду, колдовал над плитой, ловко орудуя ножом и сковородой. Аромат жареной рыбы, смешанный со сладковатым запахом риса, наполнял все вокруг, обещая скорое начало нового дня. В этот момент, словно тень, в кухню проскользнул Лёша. Сон еще не покинул его, глаза слипались, а движения были неуверенными. Он тихонько прислонился плечом к прохладной стене, пытаясь прогнать остатки дремоты и насладиться теплом и ароматом, царящими в кухне. Илья обернулся на звук, и его взгляд смягчился, когда он увидел Лёшу, почти спящего в углу. – Доброе утро, – громко произнес Илья, стараясь разбудить гостя, не отрываясь при этом от готовки. Лёша вздрогнул, словно от удара, резко выпрямился и зевнул во весь рот. – Доброе… – пробормотал он, подходя ближе к Илье. Его взгляд с жадностью скользил по сковороде, где аппетитно шкворчала рыба. – Что ты готовишь? – в животе Лёши предательски заурчало, выдавая его голод. – Завтрак для господина Нурлана, – сухо ответил Илья, не поднимая глаз. Лёше показалось, что в его голосе прозвучала едва уловимая нотка раздражения. Желая разрядить обстановку, он решил продолжить расспросы. – А почему здесь так мало людей? Я думал, у аристократов всегда много прислуги. Илья хмыкнул, продолжая помешивать содержимое сковороды. – По-твоему, все здесь – прислуга? Нурлан не любит лишних людей, – он бросил на Лёшу мимолетный, но серьезный взгляд. – Чем меньше языков, тем меньше сплетен. – Ну да… Вчера он показался мне… странным? – осторожно проговорил Лёша, словно изучая границы дозволенного. Не получив ответ, он продолжил, – А как ты сюда попал? – Около шести лет назад, в ресторане моего отца… – Илья помедлил на мгновение, – Эмир увидел, как я готовлю, и предложил работать здесь. В его голосе зазвучала легкая теплота, а на губах появилась едва заметная улыбка при упоминании Эмира. – И тебе здесь нравится? – Определенно лучше, чем с семьей, – Илья развернулся и начал ловко раскладывать готовые блюда на лакированный поднос, создавая настоящую кулинарную композицию. Лёша замолчал, переваривая его слова. Только вчера вечером он смутно припомнил, что в детстве они были соседями, но потом семья Ильи переехала. Удивительно, как судьба вновь свела их вместе, в таком неожиданном месте. – А ты не знаешь о семье Нур… – его слова оборвались, когда дверь на кухню с тихим скрипом отворилась. Лёша обернулся и увидел Эмира, стоящего в дверях. Вопросительный взгляд Эмира метался между ним и Ильей, словно между двумя пойманными с поличным воришками. – Даже суток не прошло, а вы уже что-то от меня скрываете? – Эмир сложил руки на груди, в его голосе звучала легкая угроза. – Нет, что мы можем от тебя скрывать? – Лёша постарался сделать свой голос как можно более невинным, иронизируя над этим глупым обвинением. – Да по вам обоим видно, что вы не о цветах беседовали, – Эмир раздраженно прищурился, бросая злой взгляд на Илью. Тот отложил палочки для еды и, быстро наклонившись к Лёше, прошептал: – Отнеси завтрак господину. Затем он подошел к Эмиру и что-то тихо сказал ему на ухо. Лёша не смог разобрать ни слова. Эмир, слушая Илью, хмурился, а потом его лицо внезапно просветлело. Эмир взял Илью под руку и повлек за собой прочь из кухни, оставив Лёшу наедине с подносом, полным еды, и поручением, которое он явно не горел желанием выполнять. Лёша, стараясь не расплескать ни капли ароматного соуса, с осторожностью взял поднос и вышел из кухни. Внутренний дворик, залитый мягким утренним светом, встретил его умиротворяющей тишиной. Недалеко от центра двора, возле небольшого пруда, в котором неспешно плавали разноцветные карпы кои, он увидел Нурлана. Тот сидел на краю порога, с отрешенным видом наблюдая за грациозными движениями рыб. Лёша несмело подошел ближе и бесшумно поставил поднос рядом с Нурланом. Собравшись с духом, он уже было собрался ретироваться, как вдруг его остановил спокойный голос. – Сядь. По спине Лёши пробежал неприятный холодок. Предчувствие чего-то нехорошего давило на него, словно тяжелый груз. Собрав волю в кулак, он обернулся и, стараясь скрыть волнение, опустился рядом с Нурланом. Он с нетерпением посмотрел на господина, который, казалось, не замечал его присутствия и неспешно приступил к завтраку. Спустя тягостное время, наполненное неловким молчанием, Нурлан, не отрываясь от еды, внезапно спросил: – Ты сам-то завтракал? – Нет, – ответил Лёша, не спуская глаз с Нурлана. Краем зрения он изучал его: черные, небрежно собранные волосы, резкий, словно высеченный из камня профиль, острые скулы, выдающие аристократическое происхождение. Он следил за тем, как длинные, изящные пальцы взяли со подноса небольшое печенье и протянули его Лёше. – Это что? – Якква, – буднично ответил Нурлан, оторвавшись от еды и устремив свой пронзительный взгляд на Лёшу, словно ожидая его реакции. Лёша осторожно откусил кусочек. Медовый, маслянистый вкус мгновенно разлился по всему рту, обволакивая язык приятной сладостью. Увидев, что Лёша попробовал угощение, Нурлан отвернулся. – Как спалось? – Хорошо, только… слышимость здесь хорошая, – уклончиво ответил Лёша, намекая на то, что несколько раз за ночь просыпался от громких разговоров и шагов. Нурлан усмехнулся: – Не беспокойся, у меня в комнате плотные стены. Лёшу смутил такой откровенный ответ. Он чувствовал исходящую от Нурлана странную напряженность, которая вызывала в нем смутное беспокойство. К счастью, в этот момент из дальней комнаты вышел Илья. Заметив их, он поспешно подошел ближе. – Я вам не мешаю? – спросил запыхавшийся Илья, слегка задыхаясь. Нурлан встал, передал ему пустой поднос и, бросив на Лёшу мимолетный взгляд, сказал: – Нисколько. Мы уже закончили. Затем он резко развернулся и скрылся в своих покоях. Илья, проводив взглядом закрывшуюся перегородку, перевел вопросительный взгляд на Лёшу, который всё ещё сидел на месте, словно ошеломленный произошедшим. – Что-то случилось? В ответ Лёша лишь растерянно покачал головой. – Ладно, вставай, у тебя ещё много дел на сегодня, – сказал Илья, направляясь обратно в кухню. – А завтрак? – обиженно спросил Лёша в спину уходящему Илье. Впереди Лёшу ждал, судя по всему, тяжелый и совершенно непонятный день. Он гадал, что имел в виду Нурлан под "плотными стенами", и почему от него исходит такое странное напряжение. И, конечно же, он очень надеялся, что ему все же удастся сегодня нормально поесть.

20:56

К закату дня Лёша почувствовал себя выжатым как лимон. Сменяющие друг друга поручения и задания, то нелепые, то откровенно издевательские, заставили его усомниться в собственном рассудке. Летнее солнце, словно назойливый кредитор, весь день преследовало его своими палящими лучами. Сейчас же, наконец, подул легкий ветерок, приятно остужая разгоряченную голову. Лёша, мечтая лишь о глотке воды и минуте тишины, вышел во внутренний дворик. Его уставший взгляд тут же зацепился за фигуру Нурлана. Вдали, на залитой багровым светом закатного солнца ровной площадке, он тренировался с катаной. Движения Нурлана были одновременно сильными и плавными, точными и быстрыми. Каждый взмах меча, каждый поворот тела, был совершенством сам по себе. Лёша на мгновение застыл, завороженно наблюдая за завораживающим танцем. В этот момент Нурлан казался ему то изящной цаплей, бесшумно скользящей над водой, то свирепым тигром, готовым в любой момент броситься в атаку. Резкий толчок в плечо вырвал Лёшу из плена грез. Он вздрогнул, а затем, злобно взглянув вбок, увидел Илью, расплывшегося в лисьей ухмылке. – Что, залип? – подколол его Илья, явно наслаждаясь произведенным эффектом. – Отстань, – раздраженно прошипел Лёша, чувствуя одновременно злость и стыд за то, что его поймали споличным. – Да ладно, все всё уже поняли, – Илья подмигнул. Лёша, искренне удивленный, перевел на него растерянный взгляд. – Кто все? – злобно, но тихо спросил он. – Уже ходят сплетни, что господин к тебе неровно дышит, – промурлыкал Илья, стараясь придать своему голосу как можно больше кокетства. На самом деле, никаких сплетен и в помине не было, но вывести Лёшу на эмоции было бесценно. – С чего бы это? Я здесь только сутки… – Лёша отказывался верить в происходящее. Не может же Илья его обманывать? – А ты что, не веришь в любовь с первого взгляда? – Илья говорил приторно мечтательно, с ноткой иронии, которая еще больше бесила Лёшу. – Не верю. – отрезал он, и, резко развернувшись, ушел подальше от этого изверга. Ему срочно нужно было уединение и немного тишины, чтобы обдумать все произошедшее. Илья, с довольной ухмылкой, проводил его взглядом, предвкушая новые возможности для подколов и шуток.

23:11

Солнце давно уже скрылось за горизонтом, уступив место ночному небу, усыпанному мириадами звезд. Эмир, с тяжелым сердцем, подошел к покоям Нурлана. Остановившись у двери, он на мгновение замялся, не решаясь войти без приглашения. – Проходи, – спокойный голос Нурлана раздался изнутри, словно развеивая его сомнения. Даже не поднимая глаз от каких-то бумаг, лежащих на столе, Нурлан знал о его приближении. – Как обживается Алексей? Эмир, откровенно говоря, удивился. Неужели Нурлан позвал его в такой поздний час лишь для того, чтобы узнать о самочувствии какого-то бродяги? – Нормально. Целый день помогал Илье. Я за ним не следил, – честно признался Эмир, которого начинал раздражать чрезмерный интерес Нурлана к этому Лёше. – А вот надо бы, – с легкой усмешкой произнес Нурлан. – Мне кажется, или он слишком часто с Ильёй крутится? – Тебе кажется, – отрезал Эмир, чувствуя, как в груди начинает что-то закипать. Нурлан поднял глаза от бумаг и вопросительно вскинул бровь, выражая свое сомнение. – Разве? Как ни посмотрю, все время о чем-то болтают, – в голосе Нурлана проскользнула нотка раздражения, которую Эмир не мог не заметить. – Не переживай по поводу Ильи, он занят, – с иронией парировал Эмир. – Кем? – серьезно спросил Нурлан, не отводя взгляда от Эмира. – Работой, естественно, – с усмешкой ответил Эмир, наслаждаясь произведенным эффектом. Он видел, как на лице Нурлана промелькнула тень раздражения, и это доставляло ему какое-то странное, болезненное удовлетворение. В тишине комнаты повисло напряжение, неразрешенное и опасное, словно лезвие катаны, занесенное над головой.

0:58

Лунный свет робко проникал сквозь тонкие бумажные стены, очерчивая причудливые тени на полу комнаты. Лёша, утомленный до предела, лежал в кровати, уставившись в потолок. Несмотря на физическую усталость, сон упорно не приходил. В голове вихрем кружились мысли, перебивая друг друга, не давая покоя. Он то и дело возвращался к странным подколам Ильи. Неужели и правда ходят какие-то слухи? Лёша, конечно, не знал Илью достаточно хорошо, чтобы доверять ему безоговорочно, но какой ему смысл врать? Потом мысли обращались к Эмиру. Почему он все время такой раздражающий и истеричный? Как вообще Илья может с ним общаться? Они казались совершенно разными людьми. Но была еще одна личность, к которой подсознательно тянулись все мысли, но Лёша упорно отсекал их, как отсекал воздух сегодня на тренировке Нурлан. Ладно, он сдался. Этот аристократ вызывал в Лёше целую бурю противоречивых чувств. Раздражение? Страх? Интерес? Все и сразу. За всю свою жизнь Лёша не общался с людьми такого высокого статуса. Он вырос в глухой деревне и только перебравшись в город, стал видеть искусных мечников. Интересно, а он сам сможет также научиться владеть катаной, или хотя бы луком? А что, если попросить Нурлана его научить? Эта мысль внезапно показалась ему безумной и притягательной одновременно. Представить только: он, простой крестьянин, под его руководством упражняется во владении оружием. Он усмехнулся про себя, понимая всю нелепость этой затеи, но от этой мысли ему почему-то становило теплее на душе.