От слабости к величию.Или долгая дорога становления Богом еды Доуло

После того, как команда академии « Шрека» прошла без боя первый рауд, они автоматом попали на второй. Студенты пошли развеяться по городу Храма Боевого Духа. Вышли они одной дружной кучей, однако вскоре поделились по интересам, по парам. Но было исключение: с Ронрон и Оскаром пошёл Хунцзюнь. Ронрон злилась, что Оскар не был против, она хотела бы поболтать с ним наедине, погулять, познакомиться поближе. Она думала, что он разделяет её желания. Из-за того что её планы накрылись медным тазом, она очень переживала и, от этого, искала магазины; покупки её успокаивали. Хунцзюнь и Оскар, будучи голодными, дегустировали уличную еду, тем более что Оскар, раньше сам был уличным торговцем, и сейчас мотал на ус некоторые годные лайфкаки. Сьев порцию, Оскар искал ещё что-нибудь вкусненькое, и вдруг его сердце остановилось: ему предстал до боли знакомый силуэт.Кто бы мог подумать, что Оскар так быстро его найдёт, даже не стараясь, словно это сама судьба Он изменился, но Оскар всё равно легко его узнал. Прям как у него самого — пепельные полосы, голубые глаза... Правда, одежда изменилась, её стали украшать серебряные вставки, изящно изогнутые в виде волн, которые подчеркивали его утонченность и водную стихию... Теперь он знает, но если бы не знал, то и не догадался бы... Он сидел за столиком с какой-то девушкой, её он никогда раньше не видел... Забыв, что он не один, Оскар пошёл в направлении Мяо Дзина. Но уже на полпути его осенило, что он не может просто так взять и подойти что он скажет? Ворвётся в разговор. После такого ему точно не будут рады. Поэтому он решает скрытно понаблюдать, подождать, выждать удобный момент. Столик, за которым сидел Мяо Дзин, находился возле большой колонны, одной из нескольких, которые стояли вдоль улицы. Он и спрятался как раз за этой самой колонной. Юноша прислонился к ней и стал напрягать слух, чтобы услышать разговор — ...Не заставляй меня жалеть, что я так поступил. Режешь без ножа! — говорил Мяо Дзин. — Любя, — радостно звенел девичий голос. — Я тебя не поддержу. Что за вредная привычка, сжигать все мосты? Думаешь только о себе. — Я люблю власть. Уйти на пике — самое крутое. Это ты сильно зависишь от мнения окружающих и всё время пытаешься казаться добреньким. Я-то знаю, каков ты на самом деле. Услышав это, Оскар удивился. Уже второй человек говорит, что Мяо Дзин более многогранный, чем кажется. Потому просто слушать стало уже неинтересно, и Оскар попытался незаметно выглянуть со стороны его укрытия. — Жизнь — театр, каждый играет свою роль... Я не исключение. Но я стараюсь действовать исходя из ощущений. Делая гадости, на душе у меня плохо, — он устало уперся лицом в ладонь и закрыл глаза. — Тебе не понять, ведь у тебя её нет. — Конечно, Ты знаешь меня как облупленную. Это же ненужный груз, как и совесть, жалость... И... Что там ещё тебе не даёт спокойно спать по ночам? Последовал ещё один тяжёлый вздох, уставший. — Кроме меня у тебя всё равно никого ближе нет. — Девушка продолжала говорить, её голос был надменный. — Ты только представь, мы сможем стать богами. Мы сможем жить вечно. Тут — Нам не быть богами. Тут. Эта участь доспутна лишь достойным. До меня тут дошло, что сила не так важна, как... — Власть! — Не терпеливо закончила девушка за парня не желая случаи его вариант заведомо неверный. — Ведь только это имеет значение! В ответ она получила высокомерное молчание; он не собирался что-то объяснять ей. Это взбесило девушку. — Легко говорить тому, кто в тридцати шагах от сотни. Напомни, сколько тебе ещё не хватает? Диалог начал походить на монолог. — Да, если бы не я, так бы и таскался по подворотням. — Резко высказалась девушка. — Это моё дело, где таскаться. Я тебя с собой не звал. — Да кому ты нужен кроме меня? Был бы лучше благодарен. — Ты мучение всей моей жизни, — он отвернулся от девушки, она явно его начинала выводить из себя. — С первой встречи. — Я стараюсь, — тон девушки стал более настойчивым, она явно получила то, что хотела от разговора.Наступила тишина, и девушка наслаждалась ею. Ведь ее слово последнее. — Я думаю, на этом мы закончим.— Мяо Дзин встал. – У меня дела. — Какие ещё дела?! Куда ты?! — Она вскочила недовольная.. Она не собиралась так быстро заканчивать разговор. — Шляться по подворотням, — он встал, положил деньги на стол и начал удаляться. Всё внимание Оскара, почему-то, было не на уходящем, а на оставшейся девушке, которая явно была недовольна столь быстрому окончанию разговора. Жажда крови волной ударила его да так, что дыхание перебило на мгновенье. Но почти сразу все стихло, а она скрестила руки на груди, тяжело села и отвернулась от уходящего. Оскару показалось, это по детски наигранной обидой, мол, видишь, я обиделась на тебя... Живи теперь с этим. Кто она ему? Сестра? Подруга? Любимая? Бывшая? Наставница?... Не! Слишком молода для наставници. Ученица? Нет.Они так открыто и прямолинейно разговаривали, что между ними явно есть близкая связь. Они хорошо друг друга знают , какие могут быть у них дела? От чего именно Мяо Дзин так категорически отказывается? Оскара насторожил момент об упоминании уровня, она сказала в тридцати шагах от сотни. Не может же быть, что он поднялся до семидесятого уровня? Цинь Мин сказал, что он только достиг шестидесятого! Неужели Оскар себя выдал, и Мяо Дзин так решил дать ему ложную информацию... Однако сказал это не он, а девушка... И упоминание титула бога... Неужели это их цель? Но по разговору Дзин отказался от неё, а она нет. Но зачем... Его мысли резко оборвались от голоса, прозвучавшего за спиной, заставив Оскара вздрогнуть всем телом. Мгновенно обернувшись, он прижался спиной к колонне, за которой только что пытался укрыться. Над ним надвисал Мяо Дзин, смотря сверху вниз с непроницаемым выражением лица. — Подслушиваешь? — Дзин схватил его за ухо и грубо подтянул к себе, как учитель провинившегося ученика. — Я… — Оскар съежился от боли и невольно начал заикаться от охватившего его волнения. — Я подглядывал… — Так я и знал, — закатил глаза Дзин, демонстративно показывая свое неверие. — Плохой из тебя шпион… — восприняв поведение юноши как игру, мужчина отпустил его ухо и, прищурившись, стал внимательно разглядывать. — Мы знакомы? Твое лицо кажется мне до боли знакомым. — Я Оскар… — потирая покрасневшее ухо, представился Оскар. Уже в который раз? Третий… — Маг вспомогательной системы пищи… Мой дух — сосиска… — выпалил он, начисто забыв о предостережениях Цинь Мина, о необходимости быть осмотрительным и о том, что в этом городе ко всем нужно относиться как к врагам, а к Мяо Дзину особенно. Дзин нахмурил брови и сжал губы словно пытаясь насильно достать что-то из глубин памяти. Оскару неужердимо захотелось что-то сказать, подсказать, сделать несколько уточнений, чтобы его, наконец, вспомнили. — Просто Оскар? Без фамилии? У тебя что нет роди… — Дзин осекся на полуслова не договорив вопроса, как вдруг его брови взлетели вверх. Выражение лица кричало, что его осенило что-то. — Пацан с сосиской… Оскар! Какая встреча! Сколько лет, сколько зим! Как ты поживаешь? Какими судьбами тут? Оскар несказанно обрадовался, наконец-то, его узнали. Для счастья больше ничего и не надо! — Все хорошо. Я тут на финале турнира молодых магов, представляю академию «Шрека», — выпалил он на автомате. — Ты с командой дошел до финала? — Радостно воскликнул Дзин. — Поздравляю! Похоже, ты стал очень сильным. Расскажи, какие у тебя успехи и у твоих друзей? Что вы подготовь ли на финал? — Да, стал, — кивнул он, собираясь мыслями и думая с чего начать. « Я так рад! Это все тот же Мяо Дзин которого я помню. Зря Цинь Мин рассказывал о нем всякие ужасы. Что это он нападал на нас в ущелье… Но если он был в ущелье, тогда он точно видел меня и остальных... А может, он нападал на другую группу учеников? Но за братом Мином в погоню отправились именно наши нападающие. Значит, это все ложь? Он узнал меня с самого начала, но притворился, что нет. Он хочет выведать у меня информацию о команде! Но вот тут он, похоже, просчитался. Мяо Дзин точно не в курсе, что Цинь Мин рассказал мне все». — Теперь и Оскар начал понимать, насколько Дзин ловкий манипулятор, и от этого ему стало не по себе. — «Но козыри у меня на руках. Нужно переиграть разводилу. Начать самому вести разговор. Самое время задать тот самый вопрос, что мучает меня. Сейчас или никогда!» Оскар почувствовал заминку в своем ответе, которая могла вызвать у Дзина ненужные подозрения. Нужно вести себя как всегда, показать, что он ни о чём не догадывается, и как можно скорее что-то ответить. — Да, они сильные, но что мы все о них да о них… поговорим о нас. Мяо Дзин, я не ожидал встретить вас здесь. — Я в командировке. — Живо ответил тот, и не подкопаешься! — Наша встреча – подарок судьбы. Я мог только надеяться, но вот вы тут, я хочу задать один очень личный вопрос… — он всеми силами пытался скрыть охватившее его волнение, но голос выдавал его с головой. И тут Оскар поймал на себе любопытный взгляд голубых глаз и понял, что нет, он не может. Вопрос об их родстве слишком личный… Он сможет его задать только тогда, когда они станут чуть ближе, резкая или грубая реакция, на столь важный для него вопрос, сильно ранит. Нужно начать немного с другого. — Мяо Дзин, почему вы не взяли меня в ученики? — Что? — Длиноволосый растерялся. Похоже он и понятия не имеет, о чём говорит Ао, и именно такой реакции он боялся. Моя Дзин даже не помнит, а у Оскара пости вся жизнь выстроилась вокруг этого. — Когда вы пробудили мой дух, вы посоветовали мне академию Шрека, а после помогли с поступлением. Я понимаю, я был мал, но сейчас… Я уже взрослый у меня сорок первый уровень. Возьмите меня в свои ученики? — Зачем? — Эта просьба явно вывела Дзина из равновесия, он не ожидал ничего подобного — Судя по результатам, Флендер неплохо тебя обучает. — Флендер – великолепный учитель, но я хотел бы, чтобы именно вы стали моим личным наставником, — наглеет Оскар. — Я не умею преподавать, — начал оправдываться Дзин, чувствуя, как разговор выходит из-под его контроля. — Да и чему я могу тебя научить? У нас разные классы, — на лице Мяо Дзина читалось явное изумление. — Да и как такое воспримут твои одногруппники? Ты же понимаешь, что подобным решением ты сжигаешь все мосты, отворачиваясь от академии и учителей. Ты готов предать своих друзей? Оскар растерялся, не зная, что и думать. В речах Мяо Дзина чувствовалась искренняя забота, словно он желает ему добра и пытается уберечь от опрометчивого шага, который он однажды совершил сам и теперь жалел? К слову, он уже слышал что-то подобное из его уст, только в сторону той девушки. Оскару очень хотелось верить в заботу с его стороны, но слова Цинь Мина резко вынырнули в его подсознании. — «Мяо Дзин двуличный!» — И что он хочет услышать в ответ на эти вопросы? Какой ответ будет правильным? Может, это проверка, чтобы понять, насколько он буду ему полезен? Чувство что на его эмоциях играют заставило Ао сильно разозлиться, вспыличавость «Розовой королевы» взяло верх над ним. — Вы же предали… — вырвалось у Оскара быстрее, чем он успел справится со своими внутреными демонами. Он тут же плотно сжал губы и виновато взглянул на Мяо Дзина. Такая дерзость должна была вывести его из себя. Оскару бы это точно не понравилось, однако Дзин лишь пару раз изумленно моргнул, а после весело улыбнулся. Неужели для него это ничего не значит? Как он объяснит свое поведение и будет ли он вообще что-то объяснять? Внезапно Оскару стало трудно дышать. И только сейчас он осознал, что голубоглазый, не моргнув и глазом, просто схватил его за шею и прижал к колонне. Оскар был ошеломлен, на сколько это действие было нежным и быстрым, он не успел ни среагировать, ни заметить, так как для подобной агрессии не было абсолютно никаких предпосылок. Оскар попытался разжать стальную хватку Дзина, но его рука была словно из железа: твердая и непоколебимая. Профессиональный захват не давал воздуху проходить через гортань в легкие. Казалось, для него придушить человека в общественном месте, все равно что щелкать семечки. И как назло, проходящие мимо люди словно не замечали их. Тут он снова вспомнил слова Цинь Мина — «Несмотря на всю противоречивость, его внешность обманчива. Он умеет пускать пыль в глаза. Для него убить человека так же легко и естественно, как дышать. Это пугает… Отсутствие ауры жажды крови при ее наличии сбивает с толку, из-за этого он становится непредсказуемым и от этого еще более опасным. Невозможно определить, то ли он пришел чай попить, то ли всех переубивать». Именно сейчас Оскару стало по-настоящему страшно. Вся опасность, с которой он когда-либо сталкивался до этого, померкла в сравнении с этой ситуацией. Осознание того, что он реально может умереть здесь и сейчас, ведь это не было пустым запугиванием силы духа, это было целенаправленно методичное убийство, и его задушит никто иной, как Мяо Дзин, человек к которому Оскар стремится душой, заставило сердце бешено колотиться. Адреналин резко подскочил в крови, и он начал отчаянно брыкаться и вырываться, в то время как Дзин просто смотрел на него… — Так, Цинь Мин рассказал тебе о нашей встрече? — Произнёс Мяо Дзин. В его тоне не было ни злости, ни раздражения, скорее наоборот, он словно испытывал любопытство и даже какое-то непонятное, извращенное дружелюбие? — Он стал таким болтливым, не то что, мог бы просто рассказать о своих друзьях, у нас, Шреков это в порядке вещей, детиться с другими тем, чем не стоит, ведь так? Это во-первых, а во-вторых… Зачем мне брать в ученики такое тупое ничтожество, как ты? Кто, зная об опасности, лезет на рожон? Цинь Мин не мог не рассказать тебе о моих умения. Ты даже себя защитить не можешь! Слова Дзина, словно лезвия, резали его душу. Сердце Оскара колотилось в груди с такой силой, словно пыталось вырваться наружу. — Знаешь, о чем я сожалею уже который год подряд? — Он интимно приблизился к его уху и продолжил говорить. Теплое дыхание коснулось мочки, заставив Оскара на мгновение забыть о нехватке воздуха и почувствовать себя девушкой, которой признаются в искренних чувствах. — Что встретил тебя! Что пожалел! Теперь ты палка в моем колесе! Следовало оставить тебя гнить в той деревушке. С этими словами он отстранился и сжал свою хватку сильнее, словно хотел вдавить Оскара в колонну. На лице Мяо Дзина появилась милая, но холодная улыбка. Похоже вот он настоящий, без масок и притворств. Неужели он хочет, чтобы последнее, что Оскар увидит перед смертью, было его насмешливое лицо? Чувство боли и безысходности пронзило его. Если кто-то проститался так это он сам. Похоже, что блондины играли в разные игры, у Дзина в руках тузы и он победитель в этой партии. — Ты думал, раз я однажды отнесся к тебе хорошо, то ты занял место в моем сердце? — Жестокий вопрос эхом отразился в помутневшем сознании Оскара. «Да! Прошу, скажи да, и тогда я умру счастливым». — Это было бы так, если бы оно у меня было.— Холодно, безэмоционально, но бесспорно честно ответил на свой же вопрос Мяо Дзин. Магу пищи захотелось плакать. Оскар чувствовал, как душа разрывается от боли, он не мог поверить, что тот, кого он когда-то считал своим другом, спасителей и даже более того, говорит такие ужасные вещи. Впервые в своей жизни он испытал настоящее предательство. Родители бросили его младенцем, и он не помнил, что это такое. Однако сейчас он в полной мере ощутил, каково это, быть отвергнутым дорогим человеком. Он потерял всякое желание бороться за свою жизнь. Одним словом, ему было невыносимо плохо… Сознание уже граничило с бессознательным, когда до него донеслись знакомые голоса, вселившие в него слабую надежду. Он прислушался к звукам. Где-то в глубине уличного шума состоялся разговор. — Мы же договорились ходить парами… — Голос Тан Сана был полон тревоги. Скорее всего, вся команда сейчас ищет недалеко от них задыхающегося члена их команды. — Ронрон, Хунцзюнь, вы уверены, что в последний раз видели Оскара где-то здесь? — Да… — резко и дерзко отозвался Ма Хунцзюнь, словно вопрос Тан Сана его оскорбил. — Именно здесь я слышала его болтовню в последний раз… — Вот жалость, — процедил растороенно Дзин. Его слова звучали как приговор. Очевидно, он тоже услышал голоса друзей Оскара. «Меня ищут, я спасен!» — Полузакрытые золотые глаза сверкнули желанием жизни. — Ты не подумай, твои друзья не помешали бы мне убить тебя, если бы в этом был хоть какой-то толк. — Рука Дзина отпустила шею Оскара, и он судорожно закашлялся, жадно глотая жизненно необходимый воздух. — Живи и постарайся больше не попадаться мне на глаза. Знай свое место, второсортный маг, — Дзин плюнул рядом с Оскаром, показывая свое презрение. Оскару на душе стало мерзко, ещё ни разу в жизни он не чувствовал себя на столько жалким, настолько некчемным. Это совсем не тот Дзин, которого он помнил… этот Дзин ужасен, он отвратителен! Оскар почувствовал, как слёзы подступают к глазам, но он не смел их выронить. Он больше не хотел с ним общаться, однако… Он так и не осмелился задать самый важный вопрос. Теперь мысль об их возможном родстве тяготила его, как камень на шее. Он не хочет иметь такого отца. Но чтобы наконец узнать правду, им придётся ещё раз встретиться, и он должен стать сильнее! Он был разбит, он не желал никого видеть, однако если бы не друзья он бы умер, посему, он быстро выравнивает дыхание, стерает влагу с глаз и сам, натягивая улыбку на лицо, выходит к поисковой команде. Они ругали его, что он заставил их так нервничать, а он кланялся и извинялся, но и слова не проронил, не показал вида что с ним что-то не так. Оскар вместе с друзьями вернулся в академию, он находился как в тумане полностью погруженный в свои раздумья, в который раз переживая момент с Мяо Дзином. Вечером на собрание учителя объявили, что следующими их соперниками будет команда из имперский академии Синло. Взгляд Оскара сам пал в сторону Босса. Он неестественно для себя напрягся, он почти всегда в напряжения и желает все держать под своим контролем, однако именно сейчас он выглядит как-то странно... Наверное это связано с прошлым Белого тигра, о котором Ао не осведомлён. Хотя, после сегодняшнего события, он слишком резко на все реагирует и возможно, что в реакции Мубая нет ничего необычно.