Здесь покоится репутация Драко Малфоя / Here Lies Draco Malfoy's Reputation

«ВЫДРЫ» ВЫХОДЯТ НА МЕЖДУНАРОДНЫЙ УРОВЕНЬ

КАКОВ СЕЙЧАС ЧИСТЫЙ ДОХОД ГРЕЙНДЖЕР?

НЕДЕЛЯ МОДЫ В ЛОНДОНЕ ВОТ-ВОТ НАЧНЁТСЯ

ГАРПИИ ПОБЕЖДАЮТ ВНОВЬ!

РОЖДЕСТВЕНСКИЕ ПОКУПКИ НАЧАЛИСЬ ЗАРАНЕЕ

Драко всегда знал, какое место занять. За правым столом, чтобы он мог видеть её и её безумную прическу боковым зрением и смотреть, как она пытается превзойти его в зельеварении. Он не знал, в какой момент началась эта одержимость. Может быть, это началось в ту секунду, когда она ударила его, или когда он увидел её спускающейся по лестнице на Святочный бал, пока он ждал Пэнси. Всё, что он знал точно, это то, что он должен был видеть её. Быть рядом с ней. Никогда не разговаривать с ней, просто наслаждаться её присутствием. Он знал, что его родители или друзья этого бы не одобрили, поэтому он подумал, что может оставить это только для себя. Гермиона уже перешла к разговору о Поттере и Уизли, расстроенная отсутствием преподавательской стратегией у Снейпа, и её волосы встали дыбом от гнева. — Честно говоря, я не знаю, как, по его мнению, мы сможем сдать наши экзамены на СОВ с таким плохим педагогическим подходом. Даже когда Снейп здесь, его здесь нет. Я просто не понимаю! — Гермиона закатила глаза. Обычно он не пытался с ней разговаривать, но сейчас ничего не мог с собой поделать. Она вызвала в нем что-то дикое, почти мальчишеское. — Грейнджер чего-то не понимает? Кто-нибудь, позвоните в министерство! — фыркнул Малфой, а Крэбб рассмеялся рядом с ним. Возможно, в следующий раз он дернет её за кудри, посмотрит, как они пружинят, и она гаркнет на него. Теперь она повернулась к нему, почти обнажив зубы: — Я не помню, чтобы спрашивала твоего мнения, Малфой. Разве у тебя нет других дел? Например, заглянуть Паркинсон под юбку или утопиться в своем котле? Драко усмехнулся, наклонив голову набок: — Возможно, я загляну под юбку Паркинсон, Грейнджер. Я уверен, что никто не пытался заглянуть тебе под юбку, потому что она у тебя практически до щиколоток, чёртова ханжа… — Драко, — Снейп материализовался у него за спиной и одарил смачным подзатыльником. Драко зарычал. Снейп повернулся к Гермионе: — Ну, а ты… Не знаю, почему я продолжаю ожидать от тебя большего, Грейнджер. Гермиона опустила глаза, уставившись на свои руки, сложенные на коленях, как зануда, которой она, если честно, и являлась. — Наказание. Вам обоим. И десять баллов с Гриффиндора за неуважение к своему профессору, мисс Грейнджер. — Эй! — оба запротестовали, Гермиона выглядела совершенно испуганной. — Вы оба будете приходить в мой класс после окончания занятий в течение следующих двух недель. А теперь продолжайте работать над своими проектами. Это обыкновенное бодроперцовое зелье, я мог бы приготовить его во сне. Снейп, развернувшись, вновь покинул класс, и чёрная мантия профессора била его по щиколоткам. Драко провел остаток учебного дня, сожалея о том, что его оставят после уроков. Его друзья уже безжалостно подшучивали над ним, Хиггс спрашивал, собирается ли Пэнси отпустить его сегодня. В ответ он хмыкнул и заявил, что Пэнси не его девушка, и они все могут трахаться с ней, если так сильно хотят. Он завернул за угол и увидел её, уже ожидающую у дверей кабинета Снейпа. Типичная Грейнджер: она старалась выделяться даже во время отработки — погодите, её юбка что, стала короче? Ему показалось, что её оливковые голени стали более открытыми. — Малфой, — она заметила его, доставая свои книги. — Грейнджер, — ответил Драко на приветствие. Она фыркнула, вздернув подбородок: — Я должна извиниться. Я тут подумала, я не хочу, чтобы ты утопился в своем котле. Драко чуть не фыркнул: — Но всё же хочешь, чтобы я заглянул под юбку Паркинсон? Гермиона поджала губы и через секунду добавила: — Возможно, и этого тоже. Драко нахмурил брови. Чего? — Дети. Входите, — Снейп материализовался в дверях, чтобы прервать их беседу. Они вошли в класс и увидели, что столы заставлены котлами. — Следующие две недели вы проведёте за чисткой всех грязных котлов, — пробубнил Снейп. Драко фыркнул: — Две недели? Я мог бы сделать это прямо сейчас, — Малфой начал доставать палочку, но Снейп ударил его по руке. — Никакой магии, мальчишка. Своими руками, — резко заявил Снейп. Драко удивленно приподнял брови: — Маггловским способом? Снейп брезгливо приподнял верхнюю губу: — Да, мистер Малфой. Магия не так хорошо удаляет остатки масла, как маггловский способ. И, возможно, с помощью этого наказания вы оба научитесь проявлять мало-мальское уважение. Драко в замешательстве посмотрел на профессора, но Снейп уже выскочил из кабинета. Драко был шокирован. Научиться проявлять уважение? Используя маггловский способ? Что вообще происходит? Он оглянулся и увидел, что Гермиона уже снимает свитер и закатывает рукава. — Что это ты собираешься делать? — нервно усмехнулся Драко. Гермиона просто ухмыльнулась: — Давай, Драко, сегодня тот день, когда ты узнаешь, как это делают магглы. Еще одна неделя — ещё один часовой сеанс, на котором Драко пристально смотрел на целителя Смита. Целитель Смит сидел, скрестив ноги. — Мистер Малфой… — Я собираюсь остановить вас на этом, целитель Смит. Мне всё равно, что вы скажете. Так что вы можете продолжать разглагольствовать о том, что Азкабан сделал со мной, но вы ничего не знаете, так что не смейте начинать… — Мистер Малфой, я как раз собирался спросить, не возражаете ли вы, если я почитаю во время этих занятий. Мне нужно наверстать упущенные исследования, и это было бы самым подходящим временем, — целитель Смит просто заявил с непроницаемым лицом. Челюсть Драко отвисла: — О. Что ж. Думаю, в этом нет ничего такого. И вновь час прошёл в гробовой тишине.

***

Драко посмотрел на свою Выдру. За несколько недель его друзья вложили в неё свою магию, чтобы в любое время иметь возможность выдрить ему. Он просмотрел папку «Входящие», и вот что он имел: Панси: Не забудь получить приглашение на мой показ в первом ряду на неделе моды, или я перережу тебе глотку, чао! Тео: Ты… Я… Скоро снова в «Дьявольские силки»? Тео: Не заставляй меня посылать эльфа, чтобы он похитил тебя. Они точно это сделают. Им невероятно скучно. Блейз: Меня не будет в стране некоторое время, но я вернусь к показу Пэнси. Не заавадься, пока меня не будет, спасибо. Тео: Если я пропаду, просто знай, что это сделали эльфы. Джинни: Прислала тебе кое-что из снаряжения для гарпий, всегда пожалуйста, Хорек. Целую Драко вздохнул. От неё не было ни единого сообщения. Может, ему нужно было связаться с ней первым. Что она сказала: «Расскажи мне что-нибудь случайное, расскажи о своем дне…»? Драко начал нажимать на кнопки, желая, чтобы его магия передала эту информацию Гермионе. Драко: Тео думает, что эльфы скоро поднимут восстание, если он не начнет массовое производство детей, я сказал ему, что это маловероятно. Мой день был скучным из-за бумажной работы, но хорошим. Он начал расхаживать по комнате, чувствуя себя нелепо из-за того, что послал эту выдру, прежде чем почувствовал лёгкое волшебное жужжание и, взглянув на экран, — облегчение. Гермиона: Я думаю, что учитывая репутацию Тео у него уже должно было быть несколько деточек. Мой день был полон встреч, причём утомительных. Я рада знать, что твой день прошёл хорошо. Драко выдавил из себя улыбку, глядя на свою Выдру, прежде чем ответить: Я думаю, наши родители заставляли нас повторять заклинание контрацепции столько раз, когда нам исполнилось 13, что, кажется, мы мечтали начать его использовать. Мне жаль, что у тебя такой утомительный день. Тебе что-нибудь нужно? На этот раз её ответ пришёл быстрее, как будто она ждала, что он ответит. Может быть, пообедаем завтра? Если я не запланирую обед, я в принципе не поем. Драко выпрямился на стуле. Теперь-то руки у него развязываются: у тебя на работе или где-то ещё? Гермиона: У меня в офисе в Косом Переулке, если ты не возражаешь. Я давно хотела его тебе показать. Договорились.

***

На следующий день Драко обнаружил, что расхаживает по кухне Поместья, наблюдая за работой эльфов. Боппи стоял рядом с ним, нервно заламывая руки, и говорил: — Хозяин, еда почти готова. Я сложил всё, что вам нужно, в эту сумку. Не волнуйтесь, хозяин, всё пройдёт идеально. Драко знал, что заставляет эльфов нервничать, находясь на их территории, но, честно говоря, ему было плевать. Он просто кивнул, продолжая расхаживать по комнате, теребя свой перстень с печаткой Малфоев. — О, вот и ты, моя стрекоза! Почему ты на кухне? — спросила его мать, заходя на кухню и глядя на открывшуюся перед ней сцену. — Я просто наблюдаю. Ну, ты знаешь, занимаюсь делами хозяина поместья, — выпалил Драко, на лбу у него от волнения выступил пот. Нарцисса удивленно вскинула брови, оглядываясь по сторонам. — Ах, да. Дела хозяина поместья. Конечно. Как я могла забыть?.. Это именно то, что я для тебя и планировала. Боппи закончил складывать всё в сумку, прежде чем передать его Драко: — Хозяин, все готово! Нарцисса посмотрела на сумку: — Пикник? По какому случаю? Боппи подскочил на месте. — У хозяина свидание с мисс Грей… Драко проворчал: — Это не свидание, Боппи, это обычная деловая встреча. Его мать была практически шокирована. — Свидание? С кем? Асторией? — Ни с кем, мама. У меня деловой обед. Во имя Салазара, я не должен был ничего говорить!.. — воскликнул он, накладывая легкое, как перышко, заклинание на тяжёлуб сумку с обедом. — Если ты мне не скажешь, я заставлю эльфов рассказать всё, а ты знаешь, что у меня есть методы, — категорично заявила Нарцисса. Боппи взвизгнул от её тона, умоляюще глядя на Драко. Драко поднял глаза на мать, выдохнул, готовясь к перебранке: — У меня встреча с Гермионой Грейнджер, мама. Той, что создала Выдр. Его это больше не волновало. Он не собирался всю оставшуюся жизнь беспокоиться о том, что подумает его мать. На этот раз он будет сражаться за Гермиону. Он пойдет на войну ради неё. Глаза Нарциссы загорелись, когда она услышала слова сына: — Ах, мисс Грейнджер, она умница. Я собиралась пригласить её на чай в ближайшее время. В глубине его души вспыхнул гнев, выплескиваясь наружу. Он отказывался вовлекать Гермиону в заговор своей матери. — Зачем? Чтобы она могла приехать в поместье и выпить чаю там, где ее пытала твоя сумасшедшая сестра? Он был зол. Очень, очень зол из-за того, что его мать подумала, что Гермиона захочет иметь с ней что-то общее после всего, что случилось. Глаза его матери потускнели, губы поджались. Она тихо отступила на шаг и вышла из комнаты. Конечно, хороший Малфой не ссорится в открытую, особенно перед гостями или слугами. Эмоции оставались за закрытыми дверями. Жёстких дискуссий не существовало, их просто заметали под ковёр. Он поблагодарил эльфов и направился прямиком к камину, чтобы отправиться в Дырявый котел. Он вышел из Дырявого котла и прошёл по Косому переулку в отвратительнейшем настроении, следуя простой карте, которую Гермиона прислала ему рано утром, чтобы показать дорогу до своего офиса. Драко не знал, сможет ли сдержать свой гнев, если кто-нибудь окажется у него на пути. Толпа расступилась, и появилась она в своем облегающем магловском костюме, затянутом на талии, штанины которого были длиной до каблуков. Её волшебная мантия была тёплой и блестящей, она прямо сверкала на солнце. Лицо Гермионы расплылось в улыбке, когда она заметила его — мужчина размахивал руками, как сумасшедший. Весь его гнев растаял, и внезапно все это перестало иметь значение. — Драко! Добро пожаловать! Я не знала, найдешь ли ты дорогу, поэтому решила подождать тебя у входа, я не могу дождаться момента, когда ты наконец ты увидишь мой офис, — затараторила Гермиона. Драко огляделся: её офис занимал полквартала. Он чуть не рассмеялся: как он мог не узнать это место? Здание было из камня цвета слоновой кости с большими черными арочными окнами. Маленькие веточки плюща обвивали углы здания и большой дверной проем. Вывески не было, но на камне цвета слоновой кости было обычным шрифтом выгравировано «МАГГАРД ЛИМИТЕД». Это было настолько по-классически, что он был впечатлен. — Ты бы видел, как цветёт глициния, от этого захватывает дух. Я купила это здание много лет назад на деньги, которые министерство выдало нам вместе с орденом Мерлина, но я чувствую, что оно преобразилось после создания Выдр. Заходи, я покажу, — Гермиона схватила Драко за руку и потащила его вверх по ступенькам. В другой руке мужчина продолжал держать сумку с обедом. — Знаешь, мне нравятся твои новые мантии. Но, думаю, по магловским джинсам и джемперу я буду скучать ещё больше. Ведьма понимающе поглядела на него, и на её лице появилась ухмылка: — Не говори Пэнси, но я всё ещё ношу их, когда рядом никого нет. Драко пришлось бороться с расплывающейся на лице улыбкой. Пока они шли по коридорам с большими открытыми окнами и гладким чёрным кафелем, люди, проходившие мимо, махали ей или останавливались, чтобы поздороваться. Каждый раз она останавливалась всего на секунду, не отпуская его. Драко наслаждался этим. Снова принадлежать ей. Близнецы Патил прошли мимо с бумагами в руках, остановились, чтобы поздороваться, и радостно обернулись к Драко: — Драко Малфой! Рады тебя видеть. Он кивнул в знак приветствия. Они не смотрели на него с презрением, что было очень занимательно. Закончив всю необходимую болтовню с работниками, Гермиона потащила Драко к лифтам, на которых они поднялись на самый верх здания. Она подвела его к передней части здания, где находился её офис, и оба в знак приветствия кивнули её секретарю, Деннису — Малфой хорошо его помнил. Деннис не взглянул на Драко, когда они проходили мимо, потому что был слишком занят своими записями. Большие стеклянные двери открылись, и Драко увидел большой письменный стол, стоящий посреди кабинета. Кабинет обрамляли большие окна, находящиеся прямо за рабочим столом. Гермиона уже потянула мужчину к окнам. — Только погляди! Мне очень нравится этот вид. Я каждый день могу любоваться видом на Косой переулок. Я люблю период, в который маленькие ведьмы и волшебники начинают закупаться к учебному году, слоняясь по этой улочке, за ними очень увлекательно наблюдать. Она взяла сумку с ланчем, поставила её на стол и начала распаковывать. — Гермиона, когда мы только что проходили через твой кабинет… Ну, я просто увидел близнецов Патил, и они поприветствовали меня. Довольно дружелюбно. И никто на меня не кричал. — Драко обнаружил, что не уверен, какого рода отношения связывают его с Гермионой, и ещё менее уверен в своём положении в волшебном обществе. Он думал, что столкнется с большим количеством оскорблений, ехидных комментариев или неприязненных взглядов. Гермиона оглянулась, чтобы встретиться с мужчиной взглядом, а потом внезапно улыбнулась: — Да, теперь, когда ты вернулся в общество, я позаботилась о том, чтобы сказать своим друзьям и семье, что если у них возникнут проблемы с тобой, то они могут валить. И когда я узнала, что ты придёшь в офис, я позаботилась о том, чтобы разослать памятку о том, что, если они встрянут в конфликт с Драко Малфоем, их могут уволить. Я не очень хорошо отношусь к общественному осуждению. Заставив себя держать себя в руках, Драко заявил: — Ты не должна был этого делать. Я могу сам о себе позаботиться. Теперь ему хотелось влепить себе пощечину. Она была добра к нему, а он всё испортил, ведя себя жестко. Кажется, гордость всё ещё не покинула его. Улыбка Гермионы погасла, её губы сжались в тонкую линию: — Я знаю, Драко. Я знаю, что ты можешь. Но в этом месте и в это время главная я, Драко. У меня есть власть. И я планирую её использовать. Здесь с тобой никто не будет плохо обращаться. Я позабочусь об этом. От её слов по его телу вмиг пробежали тепло и возбуждение. Ладно, может быть, у него и правда было особенное отношение к повелительным женщинам. Он задвинул эту мысль на задворки своего сознания, чтобы вернуться к ней позже, когда будет в одиночестве. — Я создала все свои компании с целью обеспечения инклюзивности, — между тем продолжила Гермиона. — Я хочу, чтобы моя власть, товары и деньги достались всем, кто хочет ими пользоваться, независимо от происхождения, расы, дохода или других факторов. Губы Драко дрогнули: — Это… это чудесно, Гермиона. Я знаю, что ты всегда боролась за тех, кто в этом нуждался. Боже, ведьма, стоящая прямо перед ним, была великолепна и так сострадательна. Он не думал, что достоин даже дышать с ней одним воздухом. У Гермионы перехватило дыхание: — Я давным-давно поняла, что ты ничего не добьешься, если у тебя нет денег и власти. Я знала, что должна добиться успеха. Без этого я не смогла бы жертвовать на благотворительность или влиять на принятие законопроектов в министерстве. — Давным-давно? — смутился Драко. — Когда… когда я не смогла спасти тебя, — Гермиона поникла, опустив взгляд в пол. В кабинете повисла тишина. — Спасти меня? Гермиона, ты никак не могла этого сделать, я… Гермиона вскинула голову, в её глазах стояли слезы: — Могла бы. Я умоляла Кингсли вразумиться. Не отправлять тебя в эту адскую дыру. Я сделала всё, что могла, но этого все равно было недостаточно. Кингсли сказал, что Министерство хотело сделать из тебя пример и использовать в назидание, причём в конце концов они так и сделали. А я, совершенно беспомощная, сидела в первом ряду и наблюдала, как на тебя надевают эти кандалы! Я видела, как жизнь покидает твои глаза. Но теперь всё иначе. Драко видел, как Гермиона вызывающе вздёрнула подбородок. — Я никогда больше не позволю этому случиться. Поэтому я поступила как они: если нельзя победить соперника, надо присоединиться к нему. Так что я буду карабкаться вверх по карьерной лестнице, пока не стану самой успешной ведьмой в Волшебном мире, и тогда никто не сможет сказать мне «нет». Он подошёл к ведьме, скрестившей руки на груди и вздёрнувшей подбородок. В её глазах блистала яростная решимость. Она была воплощением того, что такое сила. — Я знал, что Министерство собирается сделать меня назиданием для остальных, Гермиона. Я знал свою судьбу ещё в тот день, когда смог починить исчезательный шкаф, — прошептал Драко. Выражение лица Гермионы исказилось: — У тебя не было выбора, Драко. Они этого не понимали. Клянусь, я пыталась, Драко. Я пыталась. Мне очень, очень жаль. Плечи женщины опустились, когда она начала всхлипывать, закрыв лицо руками. Не успев даже осознать свои действия, он потянулся к ней, прижал к своей груди, запустив руки в её волосы. Её руки мгновенно обвились вокруг его талии. Гермиона прильнула к нему. Даже на каблуках она казалась в его объятиях настолько маленькой, что Драко пришлось наклониться, чтобы прижаться щекой к её макушке. — Не тебе нести это бремя, Гермиона. Я виноват. Я виноват во всем. Ты сделала всё, что могла. Ты верила в меня, когда в меня не верил никто. Ты была рядом со мной, когда рядом не было никого больше. Ты так упорно боролась за меня… Я этого не заслужил. Я не заслуживаю тебя, — едва слышно прошептал мужчина. Гермиона продолжала громко всхлипывать, заливая слезами его одежду. Она крепче прижимала его к себе при каждом его маленьком признании. Ему казалось, что его маленькое израненное сердце разрывается на части. Шли минуты, и Драко понял, что это был первый его физический контакт с момента ареста. Это были первые его прикосновения с тех пор, как его бросили в ту тёмную камеру. И ему было приятно, что первые его объятия были именно с ней.