Клубок

      Связка ключей упала к ногам. Ник слабой рукой подобрал их с земли, главное — не оборачиваться, даже случайно… Он не узнал место, где его высадили. Такой же двор, как почти любой в его районе. Ник едва волочил ноги, вышел на главную улицу. Слава богу! Он узнал место. Всего пятнадцать минут, и он наконец-то будет дома… Дома. Плотная куртка душила, так тепло на улице, и утреннее солнце! Уже по-весеннему яркое. Как приятно здесь, в родных местах, в любимую погоду.       Ник вспомнил о телефоне, только подходя к подъезду. Ну вот, папа опять расстроится, уже устал ему новые покупать. Черты дома до боли резанули в глазах. Он быстро утер слезящиеся глаза, соседи и так удивятся его внешнему виду, зачем всех смущать еще больше.       У лавочки он дрогнул от громкого хлопка за спиной.       С тела семь потов сошло прежде, чем Ник решился обернуться.       В десятке метров у машин стояла невысокая фигура. Ник проморгался в попытке восстановить остроту зрения сквозь слезы. Фигура стремительно пошла на него, но Ник расслабился, развел руки. Это был человек, которого он мечтал увидеть все эти дни.       Фэш вцепился в Ника, как утопающий, пальцы сжали ткань куртки. Фэш был ниже его, поэтому Ник лица не видел. Ник так любил обнимать людей поменьше, хорошо, что почти все вокруг были ниже. Он по привычке по-дружески хлопнул Фэша по плечу, заметил, как вдруг его же рука задрожала. Какая непростительная для спортсмена реакция…       И как непростительно для него было расплакаться прямо посреди улицы в плечо своего лучшего друга.

***

      На следующий день по расписанию всего две пары, еще и его любимые, еще и с утра. Ник встал рано даже для него — ровно в пять. Занялся спортом, правда, на пробежку выйти не рискнул, доработал проект для компьютерной визуализации. Фэш спал, как убитый. Но все равно продрал глаза, когда Ник закрывал дверь снаружи.       — Прости, друг, разбудил тебя.       — И правильно. Я довезу тебя.       — Да у тебя один глаз даже не открывается.       — Да, придется на десять минут задержаться.       — Фэш… — замычал Ник, стекая на косяк, — все нормально…       — Да, я же довезу тебя.       Вместо привычной болтовни в машине они оба напряженно пялились на улицу. Ник все старался сохранить ангельское умиротворение, которое сошло на него с утра. Но, похоже, получалось так себе.       — Сколько пар?       — Да две всего.       — Приеду за тобой.       — А у тебя что, пар нет? Сегодня же вторник.       — Да в жопу эти пары. Что я их, в гробу что ли не видел, — зло бормотал Фэш, еще больше растрепал волосы. Ник все же подождал, пока он припаркуется. И совсем немного вспылил.       — Фэш! Ты теперь на учебу забьешь, чтобы меня одного на улицу не пускать?       — Сегодня не пойду, потому что спать хочу.       — Хорошо.       — Потом подумаю, что могу пропускать.       — Фэш! — Ник почувствовал, как загорелись щеки, сам нервно растрепал прическу. — Это ты меня вчера весь день убеждал, что теперь все в порядке и волноваться не нужно! Какого хрена?       Фэш цепко держал руль, аж костяшки белели. Нику показалось, что даже воздух стал тяжелее.       — Хорошо. Извини. Не выспался просто. Иди давай, отличник-заучка, — Фэш выдавил улыбку. Бедный, он правда совсем не спал. У входа на факультет среди студентов Ник увидел широкоплечую высокую фигуру, и тут же ее узнал. Это Витя или «Жаба», его хороший друг с секции по футболу. Добродушный, самый веселый парень на свете, который тоже издалека его узнал и активно замахал руками. И вообще-то учился на другом факультете.       — И, Ник, — Фэш приоткрыл дверь, — помни. Никому ни слова.       — Я помню.       Витя подбежал к нему, широкими руками обнял и даже приподнял. Ник рассмеялся — знал бы Жаба, насколько сильно Ник тоже рад его увидеть.       — Братанчик, я распережевался. «Пацаны, на выходные без созвонов, приболел» и не отвечаешь! Я ж знаю, как ты обычно тяжело болеешь, даже приходил с апельсинками, но никто не открыл. Че за дела? — Витя вдруг отпустил его и обиженно сложил руки на груди.       — Блин, прости, пожалуйста, спал сутками, как убитый. Сейчас все нормально. А ты подстричься успел, опять лысая башка. Красавчик, Жаба.       — Знал, что ты оценишь.       — Я-то думал, меня ждешь, а ты за Алисой охотишься.       Жаба от души стукнул его по плечу.

***

      Первой парой — лекция по основам теории архитектурной композиции, второй — семинар по компьютерной визуализации. На самом деле, Ник оба предмета не особо любил, но сегодня готов был просидеть на основах хоть сто часов. И завтра, лишь бы просто просыпаться утром в своей квартире, спокойно идти на свои пары и спокойно жить обычную жизнь.       Одногруппники здоровались, рассказывали о выходных. Алиса, милая светленькая девушка, узнавала, почему позавчера он не ответил на звонок. У Ника, оказывается, был праздник. А он и забыл. И отца не смог поздравить… Ник так аккуратно следил за каждым сказанным словом, что у него даже голова разболелась.       Растрепанная и взмыленная Василиса влетела на пару спустя двадцать минут после начала — она всегда опаздывала, когда ездила без него. Ник коротко махнул рукой и спрятал взгляд.       — Господи, Ник, ты как, в порядке? Что произошло, где ты был, все хорошо? — тараторила Василиса, как только села к нему. Ник смущенно улыбнулся преподавательнице.       — Все хорошо. Давай на перерыве, договор?       Василиса молчала, но всю пару не сводила с него глаз. Ник старательно записывал за преподавательницей, переносил схемы, но не запомнил и слова. И перерыв все-таки настал.       — Все хорошо, Василиса, пожалуйста, не нервничай так, — Ник мягко положил руки ей на плечи.       — Я чуть с ума не сошла от твоего звонка вчера, ты сказал, что все расскажешь на парах…       Одногруппники толпами выходили из кабинета, заинтересованно на них поглядывали. Ник взял ее вещи, саму Василису за руку и повел на другой этаж.       — Я заболел, очень сильно, все время спал. Прости, что даже не писал.       Василиса остановилась посреди коридора. Огромными глазами смотрела на него, у нее как будто даже волосы дыбом встали. Ник покраснел от пальцев до кончиков ушей. Но Василиса больше ничего не сказала и не двинулась. Пришлось вести ее на пару. На семинаре под еще более пристальным взглядом Ник растерял все остатки утреннего умиротворения. Точнее понял, что его и не было.       Ник винил себя за произошедшее так сильно, что, придя домой, не мог даже смотреться в зеркало — настолько было противно от самого себя… Он уже тысячу раз корил себя за периодичную забывчивость. Как можно планировать поездку неделю и забыть сумку? Но дело было не в забывчивости, а в тревоге. Его упрямое бегство от всего плохого сработало. От плохого убежал, добежал к ужасному. Хотел не пропускать прием витаминов на два дня, пропустил на три; хотел забрать заказ сразу же, теперь непонятно, когда заберет вообще. Он так следил за расписанием каждого своего дня, что пробыл три дня в… расписании чужом. К концу пары Ник так погрузился в тревогу, что в реальность его возвращала уже Василиса.       — Ник, пожалуйста… я понимаю, что ты не можешь ничего рассказывать. Скорее всего. Но…       — Да нечего рассказывать, — улыбался Ник, — говорю ж, жутко заболел.       Он засобирался, но Василиса вдруг оттащила его вещи к своему компьютеру и загородила спиной.       — Ты чего?       — Не уйду, пока не расскажешь. Хотя бы намеком.       Ник задумался. Откуда же она вообще знала, что что-то произошло. Точно, он же пропустил праздник. А значит, знали и Диана, и Николь, и Данила… Стольким хорошим людям врать… но стольких людей подвергать опасности еще хуже.       — Извини, Василис, я же уже все сказал. Прости, что пропустил встречу, знаю, как ты ждала…       — Ник.       — Прости.       Ник был широк в плечах, ростом под два метра, занимался спортом, да и от природы силен. Маленькая девушка едва могла стать ему противником. Ник отводил взгляд, много извинялся, запинался. Но забрал вещи и выбежал из кабинета. На углу коридора в толпе студентов Ник увидел взъерошенного Фэша. Он опирался на косяк и ленивым жестом поманил друга к себе.       — Ник! Постой!       — Прости, мне пора бежать!       Запыхавшегося Ника и Василису за его спиной Фэш встретил совсем мрачный.       — Фэш Драгоций, хоть ты скажи.       — Что сказать? — выгнул он бровь, не отлипая от косяка. Ник анализировал обстановку: студенты убегали на обеденный перерыв, гудели, всем было все равно. Небольшой стычки они уже не избегут.       — Мы же вместе его искали!       — Что?!       Фэш въехал Нику локтем в живот. Блин, точно…       — Ты не сказал ему? Почему?       — Что сказал, Огнева? Я так тебе нравлюсь, что ты свидания навоображала?       Ник замер, перед глазами все плыло.       — Смешно? — краснела Василиса. — Где ты был эти три дня?       — А тебе какая разница? Влюбилась?       — У меня есть записи с камер…       — Каких камер? Я был у своего друга, лечил, не поняла еще?       — У меня…       — Да отъебись, Огнева. Не трать мое время, — Фэш схватил Ника за руку и повел из коридора.       — Зачем ты так грубишь…       — Приставучие по-другому не понимают.       — Ты искал меня вместе с ней?!       — Не тут, — шипел Фэш.       Ник уже пришел в себя, виновато оглянулся к Василисе. Но та добежала до них и дернула Фэша за руку. Тот обернулся…       — Я имею право знать. Знать от тебя.       Фэш молча оглядывал Василису. Ник почему-то подумал, что сейчас они были даже похожи друг на друга. Растрепанные, в мятой одежде, со скрещенными на груди руками, метали жуткие взгляды. И до ужаса не нравились друг другу.       — Фэш, пойдем.       — Ты переоцениваешь свою значимость для него.       Сказали Ник и Фэш одновременно. Ник растерянно схватил друга за локоть. С тихим ужасом наблюдал, как сужаются глаза Василисы, сжимаются ее кулаки…       — Не нравлюсь я тебе, да.       — Гениальный вывод, Огнева. Я поражен твоим умом.       — Ты мне тоже не нравишься.       Фэш хмыкнул, а Ник обмер окончательно. Как за три дня он умудрился довести Василису Огневу до таких слов?       — Я переживу.       — Я вспомнила, почему так не могу тебя терпеть, — кинула Василиса им в спину. Фэш снова остановился. — Ты такой очаровательный, честно, но только когда тебе что-то нужно. В остальном ты невыносим. Злой и высокомерный. И, кстати, шутки у тебя несмешные. Ты лицемер, каких еще поискать, лгун и паршивец. Мечтаю забыть тот день, на вечере вашей ужасной семьи… лет восемь назад, когда была вынуждена сидеть с тобой рядом. Столько гадости от одного присутствия не ощущала больше никогда. Разве что сейчас.       Коридор опустел совсем, лениво плелись пару студентов, даже воздух стал легче, ушла духота. Как и сердце Ника ушло, в самые пятки.       — Я поклонюсь тебе в ноги за такое ангельское терпение, — сладким голосом тянул Фэш. Ни вздоха, ни лишнего моргания. — Ты уже целых пять минут распинаешься рядом со мной, доказываешь, какой я ужасный. Как тебя не затошнило? Я вот в восторге от твоего общества. Избалованная девчонка мерзкого папаши, въедливая, импульсивная, настоящая Огнева. Я бы такой беспринципной фамилией не гордился. Помнишь, что было в 2018? Значит, помнишь, что было всего-то пять лет назад? Что ты сказала моему брату про его мать? Что ты сейчас несешь про мою семью? — Фэш подошел к Василисе совсем близко. — Займись своими фотками на холодильнике, идиотка, а в мою семью не лезь. Не понимаю, как Ник тебя терпит. Кстати, может, поэтому тебя мамочка бросила? Тоже не могла вас выносить?       — Фэш! — Ник очнулся, схватил его за плечо, развернул к себе, но Фэш грубым жестом скинул его руку.       Василиса в один шаг преодолела расстояние между ними. И с широким размахом дала Фэшу пощечину.       Василиса красная, как помидор. А Фэш стремительно белел, яркий отпечаток выделялся на щеке. По коридору шла Алиса с кучкой друзей, они замерли, наблюдая за сценой. Ник снова схватил Фэша и шепнул Василисе:       — Прости, пожалуйста. Он не хотел.       Фэш не сопротивлялся, когда Ник бегом тащил его по коридору. Не сопротивлялся, когда Ник вытащил из его кармана ключи от машины, сам сел за руль. Но стоило им остановиться на случайной парковке, чтобы Ник перевел дыхание, Фэш взбеленился окончательно.       Он выскочил, огляделся и со всей дури пнул свое же колесо.       — Сука!       — Фэш! Успокойся! — Ник виновато улыбнулся мимо проходящим матери с ребенком.       — Какого хуя?!       — Фэш! — Ник сам едва не переходил на крик. — Ты оскорбил ее мать!       — Значит, ты на ее стороне?!       — Я ни на чьей стороне. Но ты точно не должен был говорить, что ее мать бросила!       — Так это правда, блять!       — Меня тоже мать бросила, — прошептал Ник. Фэш тут же стушевался.       — Она умерла.       — Да кому ты чешешь, мы же уже… — бурчал Ник. Хватит, не время сейчас. — Так что продышись, покури, и поехали. Расскажешь мне все про Василису, только честно. Договор?

***

      С самого утра поставили тренировку, футболистов даже с пар сняли. Уже через месяц их ждет межуниверситетский матч. Такие матчи проходили постоянно, но этот планируется с самой сильной командой города. Ник никак не мог ударить в грязь лицом. Поэтому всю тренировку с особым старанием вкладывал эмоции в игру. Ник замечал каждое движение, контролировал каждый вздох и даже взгляды между товарищами. Уже в раздевалке ребята не скрывали восторгов:       — Дружище, не знаю, чем ты там переболел, но явно чем-то полезным. Ты был великолепен!       Больше всего хвалил, конечно, Кирилл — низкий темноволосый парень, капитан их команды. И хороший друг Ника. Даже скупой на комплименты Костя все пытался выяснить, чем это Ника таким накормили.       Он был доволен таким уровнем самоконтроля. Но на парах, глядя на совсем тихую Василису, понял, что гордится тут нечем. Пар было много, день — долгий. Ник уже триста раз пожалел, что сидел с подругой в каждом кабинете. Он улыбался, смеялся, все расспрашивал, как у нее дела. Василиса не показывала никакой злости или обиды. Только отвечала односложно, выпадала из разговора.       То, что сообщил Фэш, в корне меняло правила этой ужасной игры. Ник обещал Фэшу никому ничего не говорить. Но сам же Фэш рассказал ему, как она плакала от переживаний. Как срывалась делать хоть что-то, чтобы его найти. Как помогала Фэшу, даже оставила его у себя.       Ник любил Фэша. Но Ник любил и других своих друзей. И хоть один из них должен знать правду.       — Василис… зайдешь ко мне в гости сегодня? Надо кое-что рассказать.       Та равнодушно кивнула и вернулась с линейкой к своему чертежу. Ник отписал Фэшу, что поставили еще одну пару, пусть не торопится. В автобусе они ехали молча, даже в долгой пробке не говорили. И разве мог он ее за это винить? И мог ли винить Фэша?       Во всей этой ситуации Ник мог винить только себя. Должен был.       Снова взъерошенный, еще в пижаме, Фэш встретил его недовольными возгласами:       — Я только собирался за тобой ехать! Ты закончил раньше? Или мне… соврал. Так, что она тут делает?       — Ник, почему ты меня не предупредил! — дергала за рукав Василиса.       — Прости… ты бы не поехала.       — И правильно бы сделала, — отрезал Фэш.       В полном молчании они разделись, поставили чайник. Теперь Фэш с Василисой совсем не похожи. Он растяпа в пижаме, а Василиса в отглаженном бежевом костюме и с симпатичной укладкой выглядела даже лучше Ника. Фэша это точно взбесило:       — Я жду ответа.       — Фэш, — Ник отвел взгляд, сосредоточенно наливал чай, — я все ей расскажу.       — Ты с ума сошел? Ей?! — Фэш не постеснялся ткнуть пальцем в Василису в коридоре. — Давай еще на колоннаду заберемся и с рупором всему городу расскажем, а? Как идея?       — Помоги чай в комнату унести.       Фэш ворчал, бурчал, Ник не вслушивался. Еще обязательно перед ним извинится. Ник быстро застелил диван за Фэшем, разгреб пару сумок, усадил Василису за кресло напротив дивана. Рядом этим двоим лучше не сидеть.       — Ты совсем еб…       — Да пускай. Пускай ебнулся. Но Василиса тоже в этом участвовала и имеет право знать.       Наверное, комично они смотрелись со стороны. Посреди огромной комнаты с кружками чая прожигали друг друга взглядами.       — Ты просто испытываешь чувство вины за мои слова. О которых, кстати, вообще не жалею.       — Хороший повод для гордости, под стать тебе.       — Огнева…       — Брейк! — Ник развел руки. Спасибо, что окончательно разбили мечту о том, как все его друзья дружат между собой! — Мне, конечно, очень приятно, что вы чуть не подрались из-за меня… Хотя нет, нет. Вы же вместе меня искали. Как так можно! Так что пусть так, Фэш. Если честно, мне совсем без разницы, как ты это назовешь. Я решил. Пожалуйста, уважай мое решение.       Василиса с Фэшем синхронно вытянулись, Ник же стушевался. Что-то он перегнул…       Вместо ответа Фэш сел на диван и громко отпил из чашки. Ник присел рядом.       — В целом… блин. Во-первых, прости, что сначала соврал.       — В ножки ей не забудь покланяться.       — Фэш! — Ник виновато глянул на Василису, та даже не дернулась. — Помолчи. Во-вторых… спасибо. Огромное. Это очень много значит для меня.       — Не за что, я почти ничего не сделала.       — Ага, Ник, это правда.       — Расскажи, пожалуйста, что случилось?       — А то непо…       — Фэш! В общем… как ты уже знаешь, я приехал домой, нашел вещи. Смотрю, паспорта нигде нет. Бегал по дому, и тебе, Василиса, названивал. Думал, да ладно уже, совсем задерживаюсь, и вдруг за дверью шум. Отец не мог вернуться, Фэш бы не поехал, я никого не ждал… — Ник не привык так тараторить и быстро сбился. Они оба неотрывно смотрели на него, хотя Фэш уже все знал. Щеки и уши запекло от такого пристального внимания. Ник перевел дух, отвел взгляд и заговорил размеренно. — Я взял биту, и как только дверь открылась, въехал кому-то по морде. Испугался, но обрадовался, что мужик вырубился. И тут по лестнице куча людей забежала… все в масках и все на меня. Я дрался, кому-то нос сломал. Был уверен, что справлюсь, в армии был, все-таки… но их было слишком много. В общем, повалили меня, вкололи что-то в шею, я отрубился. Очнулся уже на полу в небольшой комнате. В светлой такой, прям как я люблю, — Ник горько хмыкнул. — Только матрац с подушкой лежали… Окон не было, ко мне никто не заходил. Никто меня не бил, не допрашивал, не пытал, ничего. Вообще ничего. Я сидел совсем один. Только еду с водой заносили, ровно четыре раза в день. Тарелки, стаканы, приборы — все из пластика. Так и прошло три дня. И три ночи. А потом дверь открылась, опять на меня толпа людей, опять связали, еще и мешок на голову надели. Не разглядел ни одного лица, прости, Фэш… затащили в машину, высадили в каком-то дворе. Кинули ключи под новые замки, сказали, чтобы я не оборачивался и… и… блин, — Ник закончил совсем шепотом. — И что «займутся» моим отцом, если я буду болтать. И каждым, кто об этом узнает.       Воздух совсем спертый, надо бы проверить… но полные сочувствия взгляды с двух сторон приковали его к дивану. Он отхлебывал остывший чай.       — Ник, — Василиса подсела и мягко накрыла его руку своей, — мне так жаль, что это с тобой случилось. Я не представляю… ты такой смелый. И сильный. Все кончилось. И ты не виноват, Ник. Вообще ни в чем.       — Конечно, в чем он может быть виноват? Виноваты эти ублюдки. Которых я обязательно найду.       Ник крепче сжал руку Василисы. Прошептал едва: «спасибо тебе».       — Ты осмотрел дом? Что пропало?       — Нихуя не пропало. За идиотов нас держишь? Мы весь дом перерыли. Даже, блять, мусор на месте.       — Да, Василис, вообще ничего. Даже пыль на тех же местах, как будто ничего и не трогали… Аккуратная работа. Мне кажется, просто все нужное отфоткали, и все.       — Может, ты слышал их разговоры?       Ник зачесал затылок. Фэш уже раз десять спрашивал его о том же.       — Не слышал.       — Ситуация «пиздец». Зацепок ноль. Есть только наши с Ником мозги.       — Как жаль, что с нами нет Дианы! — Василиса вынула кулон из-под пиджака и закрутила его в пальцах. Фэш тоже развлекался — все подкидывал зажигалку. Ник же исчесал весь затылок.       — Да, кстати… мне кажется, она бы помогла.       — Так, стоять, — Фэш вскочил, шумно поставил кружку на стол с компьютером. — Дианы Фрезер и вообще любой Дианы с нами быть не может, надеюсь, все врубились? И «нас» тоже нет. Я и Ник, все.       Ник сжал руку Василисы чуть сильнее. С Фэшем он потом поговорит.       Но когда Василиса ушла, Фэш на разговоры не был настроен, да и сам Ник хотел спокойно поучиться и ни о чем не думать. Фэш вызвался приготовить ужин, пока Ник закрывал накопившиеся за несколько дней долги, чертил большой проект. На колонке тихо играла музыка, повсюду горел приглушенный свет, из окна шла приятная прохлада. Идиллия, за которую Ник бы продал душу.       Заиграла прекрасная «Counting stars» группы OneRepublic. Ник подпевал, включал еще раз. И руки сами потянулись к бумаге. Он вырезал ровный квадрат, достал старую краску, намешал цвет, похожий на хаки. Как песок на берегу моря — его любимый цвет. На стене у длинного стола висели чертежи, несколько фото, один рисунок. Все ровными рядами. Ник очень аккуратно подходил к тому, как выглядит его комната.       Пришлось снять один из старых, но добротных чертежей. И повесить чудесные строки, которые сегодня играли по-особенному.       Old, but I'm not that old       Young, but I'm not that bold       And I don't think the world is sold       I'm just doing what we're told       Ник соврал своим друзьям. Много раз.       Иногда по ночам его «похитители» тихо разговаривали. Но то, что услышал Ник — ни Василисе, ни Фэшу знать не стоило.