Клубок

      Ник тряс его за плечи. Он словно одичал, мотал друга из стороны в сторону. Фэш пытался его успокоить, но Ник не останавливался. И зашептал: «Фэш. Фэш. Фэш Драгоций. Фэш». Вдруг у Ника выросла третья рука и защекотала его лицо. Фэш медленно открыл глаза. Прямо над ним, перевернутое, в темноте нависало бледное лицо Огневой.       — Пиздец, лучше уж Ник с тремя руками.       — Что-что?       И щекотала его не рука, а длиннющие рыжие волосы. Фэш отмахнулся и резко сел — и это стало самой большой ошибкой за жизнь.       — Тише, — Огнева подхватила его за плечо и залезла в машину, в которую, оказывается, затащили Фэша. Ноги ныли от неудобного положения, а голова грозилась развалиться на две части.       — Уебки, блять, просто нахуй… Сука! Даже девчонку избили…       — Ударила меня такая же девчонка. Женщина.       — Ты запомнила ее лицо?       — Ну, вроде как да…       — Опиши, — Фэш похлопал по карманам, телефон лежал там же, целый. Щепетильные ублюдки, — очень подробно, составим фоторобот.       — Ого, ты еще и рисовать умеешь?       Фэш усмехнулся на «еще», но движения мышц отдали новой болью.       — Знаю человека, который умеет. Говори.       — А ты кого-нибудь видел?       — Нет, на меня со спины напали. Я отключился не сразу, но их было аж трое, кажется… Ай.       — Так, — Огнева засуетилась, потянулась к передним сидениям и достала аптечку с телефоном. Включила фонарь, дала ему в руки. — Держи ровно, надо обработать рану… вдруг заражение.       — Откуда аптечка?       — Вообще-то из твоего бардачка. Извини за вторжение, я сама в крови была.       Не было у него никогда аптечки. Неужели Ник сунул? Господи, Ник… он собственными руками порвет каждого и — да плевать — каждую, кто причастен к этому. Если они не побоялись ударить случайных парня и даже девушку, то что они делали с попавшим не в то время не в то место Ником? Из бешеного потока мыслей вытянуло щипание во лбу. Фэш зашипел. Огнева не реагировала, снова в своем трансе. Она плотно сжимала губы, была совсем белая, даже в этой огромной шубе Фэш видел, как она дрожит всем телом.       Да, он предупредил. Но то, что их будут бить так, предугадать не смог. Идиот.       — Крови что ли боишься, — неудачно пошутил Фэш. Да, точно идиот. Огнева кивнула. Приплыли… — Серьезно? Сильно?       Она уже не реагировала.       Он аккуратно отвел ее руки, сам схватил салфетку и быстро протер лицо. Он не Войт, который пугал зажженными спичками. Фэш нашел бутылку воды.       — Вот, попей. Аккуратней, холодная.       Но Огнева даже не смогла открутить крышку, еще и задышала прерывисто. Фэш помог, даже придерживал бутылку за донышко.       — Так, отвезу тебя домой.       Приятный мороз ночи отрезвил. Фэш кинул злой взгляд на пустующую дверь подъезда, косой на дисплей — три часа утра. Захарра, дура, еще не спит, сразу составит фоторобот. Только источник информации не в состоянии даже говорить.       — Садись, — Фэш довел ее до дивана от самого подъезда по лестнице, лифт не работал, еще и голова гудела, — что, еще воды?       — Нет… сейчас, минутку…       Фэш помог ей снять верхнюю одежду, быстро прошелся по комнате в поисках выключателей. Огневой действительно понадобилась только минута:       — Прости, пожалуйста, за это… спасибо, что до дома довел, мне тут… спокойнее.       — Зачем ты полезла обрабатывать рану, если так боишься крови?       — Ну… мое и твое лицо в крови пугали меня гораздо больше.       — Я бы сам обработал.       — Ты нет, кажется, о таких вещах не думаешь, — улыбнулась она, — и заражение, конечно.       — Ипохондрик?       — Зачем мне напарник со столбняком?       Фэш тоже не смог подавить улыбку.       — Где у тебя вода?       — Вон, за чайником…       Фэш подкидывал зажигалку, разглядывая холодильник. Весели фотографии на магнитах: Огнева с каким-то светловолосым парнем; с Дианой Фрезер, с Нерейвой Огневой.       И с Ником.       А вот фотографий с отцом и братом не было.       Похоже, в расследовании он все-таки выходил на себя.       — Вот, обезболивающее, — Огнева протянула ему плитку таблеток. — У тебя, наверное, голова раскалывается.       — И у тебя.       Они снова улыбнулись. Фэш забегал взглядом по комнате, искал, что бы могло вернуть его в прежнее раздраженное состояние.       — Так, надиктуешь описание?       Фэш сел на диван, Огнева на кресло-подушку напротив. Причина для раздражения вернулась быстро — она почти ничего не сказала.       — Серьезно?       — Темно было.       — Но степень худобы под курткой и размер глаз ты разглядела!       — За что взгляд зацепился!       Фэш цокнул.       — Ты, блять, прекрасно знала, как это важно. Мы ездили именно за этим! Додумалась уболтать бабку, подумать о заражении крови, а запомнить хоть размер носа — нет.       — На то времени больше было…       — А ты туго соображаешь?       Она уже в сотый раз за день покраснела, умолкла и даже умудрилась отодвинуться с креслом.       — Ладно, фиг с ним, завтра что-нибудь придумаю.       — Какой же мерзкий у тебя характер.       Фэш медленнее, чем обычно, поправил волосы. Отправил сообщения Захарре. Накатившую усталость Фэша Огнева расценила по-своему:       — Прости. Не могла не сказать.       Фэш смотрел такси и, конечно, к четырем часам утра в субботу до Стрельны не находилось ни одной машины, а Рок спал. Автобусы уже не ходили, даже «братья» сейчас за городом. Боль постепенно утихала, и в сон клонило нещадно:       — Это снотворное было?       — Ты не спал, нервничал. А сильные обезболивающие часто вызывают лекарственно-индуцированную гиперсомнию.       — Начинается…       — Вызывай такси, — Огнева что-то строчила в телефоне, не отрывалась.       — Я одиннадцатый в очереди на ожидание.       — Неприятно… забрать никто не может?       — Нет, — отрезал Фэш.       Ладно, заедет на заправку за кофе, доберется, не маленький. Огнева окликнула его уже на пороге:       — Оставайся.       — Обязательно.       — Я серьезно.       — Ненавижу спать в чужих местах.       — А я ненавижу, когда у меня ночует, кто попало, но что теперь, — она встала, потягивала плечи.       — Вот, куда еще больше бесить друг друга.       — Фэш Драгоций, — спокойным голосом, — кажется, ты должен был понять, что лучше не кататься одному, когда можно этого избежать.       Он вгляделся в ее сонный взгляд, расслабленные губы. Добрая она. К большому сожалению.

***

      Впервые за долгое время Фэш уснул за секунду, причем так крепко, что не услышал ни одного из пяти пропущенных звонков. По два от Захарры, сейчас она еще спит, и от Рэта. И один от Рока. Дело дрянь. Тело ныло от неудобной позы, голова снова гудела. Время — час дня. В доме тихо. Фэш убавил громкость и набрал Року.       — Надеюсь, ты помнишь, что завтра к десяти утра ты должен быть дома?       — Почему ты решил напомнить об этом в десять утра сегодня?       — Почему шепотом? Ты где?       — Тебя ебет?       — Ты не ночевал дома неделю. Рад, что у тебя есть друзья, но, напоминаю, семья тоже. Ебет. Ты где?       Фэш поставил бы брату памятник за ангельское терпение, а потом разбил бы за дотошность.       — У девушки.       — Всю неделю?       — Да, всю неделю, Рок, погугли, что такое любовь. Гетеросексуальная.       — Дебил. Подарок деду не забудь. Только не в виде правнуков.       — Придурок.       Рок сбросил, и в комнату вошла совсем вялая Огнева. На этот раз в длинной, не такой очаровательной, пижаме.       — Как много ты успела услышать?       — Ничего, — хрипло отмахнулась она и поставила кофемашину.       Фэш ускользнул в ванную. Тут уже лежала стопка полотенец, зубная щетка в упаковке и даже пробник крема. Она так ему на совесть за вчерашнее давит?       — Еды нет, сам себя обслуживай, — вместо «доброго утра, как себя чувствуешь» буркнула она.       Ясно, принцесса Огнева не в настроении. Наверняка и его звонки слышала с утра. Фэш не думал ни о чем ее просить, сам зашел в доставку. Поглядывал на Огневу, та застыла за барной стойкой с кружкой в руках.       — Сырники любишь?       — Я не ем с утра.       — Я не про это спросил.       — Люблю.       — С чем?       — Блять, с вилкой!       Фэш на всякий случай добавил все виды топингов.       — Я предупреждал. Не надо меня винить за произошедшее.       — Мир, кроме времени, сэкономил бы и кучу нервных клеток, если бы Драгоции хоть кого-то слушали…       — Серьезно? — спросил с нажимом. — И что же мне нужно было услышать?       — Ну, например, что можно было машину поставить подальше. Или привлечь кого-то еще. Или…       — Особо одаренная? Если сто раз повторять надо. Я все уже сказал. Случилось, что случилось. Боишься — не лезь.       — Или хотя бы ставить телефон на беззвучный.       Фэш упал на диван, Огнева надула губы и замолчала. Он пил приготовленный ею кофе без чувства вины. В этот раз точно плюнула. Второй самой большой ошибкой стало открывать поток сообщений Рэта. Фэш тяжело выдохнул, глянул на неподвижную Огневу:       — Э-эм, слушай, а я могу… покурить? На балконе?       Она отклонилась чуть дальше, бросила взгляд на балкон и на порозовевшего Фэша. Он ненавидел проситься покурить.       — Не можешь.       — Понял.       Фэш натянул куртку, спустился на улицу, поганый лифт все еще не работал. Он неторопливо затянулся, голову на голодный желудок приятно вскружило, боль чуть отступила. Подъехал светлый, грязный Haval, мужчина с эмблемой доставки набирал в домофон. Чувствительная до звонков Огнева явно не обрадуется. Подозрительно, что она пропустила девять от Ника.       — Добрый день, это мой заказ.       Пока доставщик проверял чеки и рылся в пакетах, Фэш оглядывал двор — ни площадки, ни магазинов изнутри, только усаженное деревьями пространство. Взгляд зацепился за машину курьера. Интуиция обрабатывала информацию быстрее, чем мозг, Фэш подошел поближе, оглядел лобовое.       Что-нибудь придумал.       Фэш забрал заказ, кинул мрачный взгляд на свою машину. И почему он всегда их игнорировал? Но Фэш просто никогда не переживал за авто — это же просто металл. «Странно, что ты не купил новую машину».       Этаже на четвертом Фэш вспомнил, что у него, вообще-то, есть прекрасная сестра. Хоть что-то в этой жизни стабильно — он рассмеялся с ее сообщений.       > Захарра: еб твою тетушку Фэш!       > Захарра: какой фоторобот?       > Захарра: решил снять фильм-исповедь?       > Захарра: эта мечта уже занята.       > Захарра: и в твоих любимых пиратах карамбского моря такого не было       > Захарра: расскажи мне ВСЕ       > Захарра: а то сам знаешь, куда прячет кисточки злая художница.       Огнева его перепадов настроения не оценила, но Фэш уже с равнодушным видом положил перед ней телефон.       — Время пожинать плоды. Тут двенадцать фотороботов. Ищи похожий.       Где-то на середине она приоткрыла рот от удивления:       — Ух ты. Этот. Точно этот. Как тонко чувствует… кто такой прекрасный художник?       Фэш сохранил изображение, уже во всю отсылал сестре сообщения:       — Одна прекрасная женщина.       Фэш забрал свой завтрак, оставив перед Огневой ее еду в пакете, сама пускай разбирается. Он бездумно тыкал вилкой в тарелки, сканировал глазами ровный эскиз карандашом. Осталось понять, через какие ресурсы ее лучше искать. И безопаснее.       — Куда нам сейчас?       Сырники были поприятнее Огневой, Фэш ответил с прохладцей:       — Поедем допрашивать владельцев машин с видеорегистраторами.       Слышалась возня, Огнева засуетилась, убирала еду и посуду, ушла одеваться. Фэш демонстративно долго наблюдал, как она собирает нужные вещи:       — Успокойся. Поедем позже, дай хотя бы поесть.       И тут «бам» — резко кинула телефон на ковер у ног Фэша и с надрывом и хрипом крикнула:       — Но что они с ним успеют сделать?       В этот раз Фэш понял ее настроение. Бегло оглядел сонные глаза, сухие губы. Фэш считал, что в такие моменты лучше слышать правду.       — Ник жив и в порядке. Если они что-то ищут у директора Холдинг Setl Group, причем так щепетильно, выбирают время его экстренно важной командировки, которая точно не сорвется, время отсутствия его сына, меняют замки, а нас затаскивают обратно в мою же машину, то зачем им избивать или, тем более, убивать его сына? — ровным голосом. — Как найдут, что им нужно, отпустят Ника, но, конечно, пригрозят ему чей-нибудь безопасностью за разглашение. Но я, конечно, найду его быстрее. — Огнева даже в лице не менялась. — Они еще б на Дворцовую с плакатами вышли, смотрите, это мы!       — Уверен, что он в порядке?       Нет. Вообще не уверен. Себя пытался успокоить. Пора уже держать голову настолько холодной, насколько возможно. Больше он не ошибется.       — Да.       Твердым голосом, а Огнева шептала:       — На сколько процентов?       Фэш считал, что в такие моменты лучше слышать правду. И в этот раз счел нужным сказать иначе.       — На 99.

***

      Фэш дежурил на парковке, ловил подъезжающие машины, Огнева — у подъезда, расспрашивала заходящих и входящих людей. Как хорошо, что сегодня воскресенье — люди так и катались во все стороны. Подходящее время для обысков и хищений, в потоке новых лиц никто и не заметит. Профессионалы. «И суки». Спустя час Фэш присел на лавочку, разгребая все, что успел найти. Огнева в это время улыбалась рослому мужчине, но тот даже не ответил — отмахнулся и зашел в подъезд. Она, наконец, заметила Фэша и его явно нахальная улыбка ее взбесила.       — Как твои успехи?       — Лучше, чем у тебя, солнышко.       — Здорово. Припер парочку водителей к лобовому?       — Не всегда стоит быть добрым. Особенно такой краснощекой нюней, как ты.       — Спасибо за сырники. Пошел к черту за все остальное.       — Обязательно, солнышко. Займемся делом?       Фэш смог «уговорить» двоих мужчин поделиться записями с видеорегистраторов, один из них — водитель машины, у которой вчера припарковался Фэш. Сейчас они наблюдали, как Огневу толкнули в спину и небольшим чемоданом ударили по голове. Мерзотное зрелище.       Женщина действовала осторожно, ни разу не повернулась к камерам — что лишний раз подтвердило его теорию. Но на записи была еще одна важная деталь.       — Видишь?       — Какие у нее странные сапоги…       — Да. Что? Сапоги?       Огнева вытянула телефон — так не хотела садиться ближе — и показала ему приближенный скриншот. Бирюзовые высокие сапоги под змеиный принт, на его нескромный вкус:       — Полная безвкусица.       — Да нет же! Они на каблуках, очень тонких…       — Девушки носят каблуки, если ты не знала. Это ты непонятно в чем ходишь.       — Очень неудобных, — буркнула Огнева и сунула телефон обратно, — она точно не была готова к тому, что придется за кем-то бегать.       — И?       — Они не знали, что кто-то будет искать Ника. А теперь знают. Явно проверили наши документы, телефоны… и… да. Ладно. Главное — найти Ника.       Совсем спутались волосы, так сильно она их перекрутила. Огнева заметила его научный интерес, тут же опустила руки, но снова сжала их в кулаках. О чем вообще может переживать дочь человека, который построил половину зданий в этом городе и здоровается с губернатором за руку?       — Она ударила тебя кейсом по голове. Посмотри. Ничего не напоминает? — конечно, ничего. — Это чемодан, с которым ходят следователи.       — Ну да, мы же знали. Они что-то ищут.       — Но не знали, что «они» могут быть причастны к полиции.       За всей беготней Фэш и не заметил, какая хорошая стояла погода. Февраль кончался, погода соответствовала учебнику по окружающему миру — все таяло, горы снега слипались. Захарра в такие дни всегда собирала снеговиков. И где бы сейчас не был Ник, ему хотя бы не холодно.       — Хорошо, что я все же не позвонила в полицию.       — Я снова оказался прав, — выдохнул Фэш.       — А сапоги… не знаю, не дают мне покоя. Нечасто такие в магазинах увидишь. По камере непонятно, но, кажется, хорошего качества…       — У тебя есть подружки? С ними и болтай о моде.       — Думаю, они из дорогого магазина… надо поискать…       И потом поспрашивать в нужном магазине. Дельная мысль, справедливости ради — не первая ее в расследовании.       — Есть у меня один эксперт по моде.       — Та прекрасная женщина?       — Нет, другая.       Не такая прекрасная, но повод для связи подходящий. Фэш, пока не передумал, достал сигарету и быстро напечатал сообщение. Рука зависла над стрелкой отправки в телеграме. Плевать. Он по важному делу — ей придется отвечать. Огнева, оказывается, все это время нарезала круги у крыльца.       — Только не говори, что ревнуешь. Мы провели вместе всего одну ночь.       — Попробуем достать записи с камер подъезда у охранника?       — Его будет очаровать сложнее, чем девушку с центра. Он не гей.       — Может… я попробую?       Фэш рассмеялся. Девчонка, которая извинилась перед человеком, который сам ее и толкнул, идеальный кандидат на эту роль.       — Ты не в его вкусе.       — Фэш Драгоций…       — Василиса Огнева, я ночую у Ника в среднем трижды за неделю. Всех тут знаю. Врубаешься? Не даст этот скряга нам записи, даже если ты наденешь свою очаровательную пижаму с вишенками. Да не бесись ты так, хочешь сигаретку?       Вдруг она подошла и вытянула руку. Недоверчивый Фэш вытянул сигарету из портсигары, дал зажигалку. Огнева покрутила ее в руках — и разломила на две части.       — Ты, блять, знаешь, сколько они стоят?       — Купишь новые! Как ты можешь быть таким несерьезным?       — Юмор — это защитная реакция психики! — Фэш вскочил с лавочки.       — Так шути, а не неси хуйню! И вообще! Я подумала, что нам стоит купить свои камеры, портативные. Раскидать тут, вот, под лавочку можно…       — Я тоже об этом подумал, — отрезал Фэш и сразу зашагал к машине. «Нихера ты не подумал, идиот».       В центре есть хороший магазин для охотников, болтливый консультант тут же всунул им самые дорогие, сначала помог подключить к телефону Огневой. Та откровенных знаков внимания не замечала. Камеры работали отлично и, если верить жадному продавцу, с любого расстояния.       — Время, — Фэш быстро приложил карту, всунул пакет в руки Огневой и кинул, почти убегая. — Приеду завтра днем. Ничего без меня не делай.       — Но мы теряем…       Фэш резко развернулся на каблуках, подошел к ней почти вплотную и прошептал:       — Если не хочешь получить по голове еще раз, то сегодня никуда не суйся. Врубаешься?       Первый подарок на любой праздник Астрагор всегда получал от Фэша. Завтра, когда вся семья будет поздравлять его с двадцать третьим февраля, дед уже должен похвастаться подарком от него. Сначала Фэшу льстило, что Астрагор настолько выделял своего третьего внука. Но Фэш, к счастью, взрослел. Перед тем, как зайти в его кабинет, Фэш постучал в дверь комнаты Рока. Рок демонстративно тянул, обиделся, бедняга, но все-таки открыл.       — Слушай, просьба, надо человека найти, — зашептал Фэш, чтобы Войт по соседству не услышал, и показал фоторобот. — Без тебя вообще никак, поможешь?       — Во что ты вляпался?       — Все законно, — опустил голову Фэш.       Рок также демонстративно не взял телефон в руки, рассматривал на расстоянии. Долго даже для него. Настолько долго, что на Фэша волнами накатывали подозрения. И страх, что кто-то из семьи сейчас точно пройдет по коридору.       — Я подумаю.       Губы поджал. Врет. Он потянулся к ручке двери, Фэш заторопился:       — Рок, только не говори деду, никому не говори. Пожалуйста.       Брат хлопнул дверью.

***

      На следующий день Фэш сильно задержался, приехал только вечером. Огнева как обычно села на заднее сидение и сказала:       — Десять часов.       Фэш завел машину:       — В следующий раз пойдешь пешком.       — А ты служил? — спросила Огнева, когда они уже раскладывали камеры. Две под лавочки, две у крыльца, одну она завязывала на ветке дерева, последнюю Фэш прятал под кустом, с самым хорошим обзором на дверь.       — Нет. И праздник этот терпеть не могу, — Фэш развернулся на пятках, — и не надо высказывать за «уклонение от законов и правил». Мне плевать. Нет. Мне похуй. — В этот раз Огнева промолчала, и это было самое правильное ее решение за последние несколько дней.       В машине они снова проверили все камеры и картинку на телефоне. На дисплее всплыло сообщение: «Привет! Как приятно получать от тебя сообщения) А чьи сапожки, твоей новой подружки? Познакомишь? Я как раз скоро приеду в Питер».       — Тут больше делать нечего. Дойди сама, у меня дела.       Плохое решение отпускать девчонку одну ближе к полуночи. Тем более по такому району как Купчино. Он и так ее вчера кинул. Хотя, ничего он Огневой и не обязан.       — Стой, я вызову тебе такси.       Огнева уже одной ногой была на улице:       — Не надо.       — Уже вызвал.       — Ладно. Спасибо. Завтра с утра?       Фэш желал бы ни с кем не видеться еще несколько дней. Он вяло кивнул, показал номер машины и больше ничего не сказал. Огнева ушла, тоже не попрощавшись.       Он скрыл от нее еще одно видео, которое достал, кстати, будучи самим очаровашкой. Ника всегда восхищало его умение убеждать людей. И ее он убедил, что все будет в порядке. Сам Фэш больше не верил в это ни секунды и хотел побыть один на один со своим чувством. Настолько тяжелым, что костяшки на руле синели.       На регистраторе, который писал картинку подъезда, анфасом мелькнуло лицо одного из «похитителей». Фэш тут же узнал мужчину, хоть и видел его лишь раз почти десять лет назад на похоронах. Он еще крепче сжал руки на руле, пока пальцы не заныли. Вперился взглядом в уже ненавистную дверь подъезда его лучшего друга. Пропавшего лучшего друга.       Фэш потянул за нитку. Скоро остальные больно хлестнут по рукам. Но ничего, штормы тоже кончаются.       Он готовился встретить этой ночью знакомые лица.