Не боится стать арбузным человеком

— Йошики!  Над ними простиралось небо. Без границ, рамок, условностей. Голубое, с редкими облаками. Будто чистые краски без примесей вылили на холст. Солнце грело и не обжигало лучами. Ветер невесомыми касаниями колыхал кончики высокой травы, в которой они лежали. Лиц почти не было видно за зеленой завесой.  — Йошики! Почему небо голубое? - вытянул указательный палец вверх Хикару. Звонкий голос эхом отразился в тихом омуте Йошики.  Вокруг больше никого. Не слышно ни птиц, ни насекомых. Лишь шелест травы от их движений.  — Тебе, правда, интересно знать? - перевел темно-серые глаза на поднятую руку Йошики.  Хикару распрямил пальцы и, скорее всего, игрался с тенью и светом на глазах. Ладонь постоянно перемещалась.  — Тогда бы не спрашивал.  — Наши глаза видят небо голубым. Солнечный свет состоит из множества цветов.  Рука Хикару застыла в воздухе.  — То есть глаза обманывают? — Нет. Просто не все могут увидеть.  Справа от Йошики зашелестела трава. Хикару оперся сначала на руки, затем развернулся и торопливо забрался на бедра друга.  — Что ты…? - приподнялся на локтях Йошики, чуть отодвинувшись. Возмущения испарились, встретившись с потерянными, светлыми глазами, нависающими над ним.  — Мои глаза тоже не все могут увидеть? - зачем-то раскрыл их сильнее Хикару и приблизился к лицу напротив.  Йошики не знал, в какой именно из глаз смотреть. Слишком близко, чтобы фокусироваться прямо. Видно, сам Хикару неудобств не испытывал. Его ни сколько не смущала внезапная близость во имя знаний. Йошики решил смотреть на траву под пальцами.  — А что ты хочешь видеть? - не поднимал он серых глаз.  — Все, - с детской решительностью ответил Хикару. — Тебя.  — Думаю, как… не человек ты можешь видеть и чувствовать больше, - не обращал уже особого внимания Йошики на внезапные признания. По спине пробежал колючий холод. Тело вздрогнуло от первобытной реакции страха. Йошики поднял темные глаза. Как в подтверждение слов, черные зрачки светлой радужки загорелись алым. Брови свелись к переносице. Хикару поднял голову в сторону гор. Йошики только сейчас ощутил тяжесть веса друга. А может ее и не было до этого. В ушах заложило.  — Что там? - не мог отвести Йошики взгляд от острого подбородка. От напряженной шеи. От ключиц, видневшихся из-под рубашки. Ком подступил к горлу.  — Мусор, - раздраженно выплюнул Хикару.  Давление в считанные секунды исчезло. Хикару вновь улыбнулся, зрачки погасли и заискрились привычным блеском.  — Так о чем это я, - вернулся звонкий голос. — Хочу видеть тебя. Всегда.  Как Йошики привык к признаниям, так потихоньку стал привыкать к подобным заявлениям. В такие моменты он остро ощущал, кто перед ним. Становилось жутко и некомфортно. Биение сердца учащалось, дрожь проносилась до самых кончиков пальцев. Йошики бежать бы надо со всех ног. А он лишь соглашался.  — Всегда.  Йошики сел и обвил талию Хикару одной рукой. Притянул ближе и сжал. Губы прижались к шее. Хикару застыл на вдохе, не способный дышать дальше. Воздух испарился из груди. Пальцы вцепились в плечи друга. Мягкий язык коснулся его кожи. Все тело напряглось. Губы Йошики спустились ниже. Хикару сдержал скулеж, но запустил пальцы в черные волосы.  Медленные поцелуи напоминали пытку. Внутри тела росло желание, распространялось, захватывало территорию. Отвоевывало свое. Властвовало над плотью и сознанием. Хикару хотелось большего. Оставить Йошики себе.  Он оттолкнулся от плеч друга, тяжело дыша. Встретился с затуманенным взглядом серых глаз. Из приоткрытых губ Йошики с шумом выходил горячий воздух. Дыхание постепенно успокаивалось.  — Прости, - выпустил Хикару из объятий Йошики. Встал на ноги и отряхнул одежду. Быстро засобирался, не поднимая больше глаз.  — Это я что-то сделал? То есть моя сущность? Или… Эй! Ты куда? - наблюдал за ломаными движениями друга Хикару. Затем тот и вовсе развернулся к тропинке с поля.  — Пошли домой, - раздалось недовольное бурчание.