Не боится стать арбузным человеком

«Почему я жду его? Почему хочу, чтобы проснулся? Сам ведь недавно хотел убить его» Йошики сидел в больничной палате. Ослабленный, голодный, голова раскалывалась, след на руке стал больше. Домой бы, но совсем не хотелось. И шага не сделает от Хикару, все мысли находились здесь, с ним, о нем. Воспоминания еле складывались в последовательность, разбегались сразу же, как только перед глазами всплывала картинка подкатывающейся головы со светлыми волосами. Дальше лишь поглощающий страх, паника, хаотичные движения, мольбы о помощи.  Наивно по-детски хотелось найти ответы. Хотелось расспросить людей о легендах деревни. Хотелось знать, кто перед ним. На самом деле Йошики лишь занимался убеждением себя, что у Хикару есть право остаться. Он не монстр. Не опасен.  А потом высокий мужчина. Катана. Отрубленная голова. Подзатыльник от Вселенной — вот, как выглядит тот, с кем ты хочешь быть. Посмотри еще раз внимательно, за кем хочешь следовать. Кому дал обещание быть рядом, даже если внутри все сломается, треснет, разобьется вдребезги и раздерет внутренности.  Йошики перевел взгляд на друга. Какого именно Хикару он хотел вернуть. Настоящего или монстра? Того, кто любит арбузы или мороженное? Того, кто засыпает в кино от скуки или кому нравится учиться? Йошики стал видеть в них разницу. Немножко ложь.  Он сразу видел, сразу все заметил. Обманывал себя и играл счастливую жизнь, притворялся, что все по-прежнему. Но ведь Йошики на самом деле испытывал счастье. Смеялся без остановки, интересовался именно этим Хикару, его жизнью, историей и воспоминаниями. Хотел показать ему океан, горы, мир. Желания рождались благодаря и для этого Хикару.  Йошики опустил голову. Был еще день, когда они прогуляли школу. Ладони до сих пор помнили кровь монстра. Смешно даже. Какая у монстра кровь. Он же видел сущность Хикару не один раз. В тот день совсем ничего не соображал. А может именно после ножа все поменялось. Связь с прошлым оборвалась. Йошики убил друга, человека, который уже давно мертв. Он ощущал тепло крови и видел, как она окрашивает белоснежную рубашку. Наблюдал за застывшим лицом, почти как в ту ночь в горах. Пелена с глаз спала, рухнула в одночасье.  Только потом понял, что натворил. «Монстр» мог бы и разозлиться. Но сидел, хлопал большими глазами, будто не мог подобрать вариант, что делать дальше. Притвориться мертвым? Подыграть? Что там люди делают в таких ситуациях, Хикару не знал.  Сейчас, сидя в палате у кровати, Йошики осознал нечто важное. Он переживал за этого Хикару. Боялся потерять то светлое, что совсем недавно обрел. Люди совершают чудовищные поступки каждый день. Почему тогда монстр не имеет права найти себе место, стать человеком, почувствовать жизнь. Йошики поднялся со стула и, пошатываясь, приблизился к Хикару. Пальцы коснулись шрама на шее, подушечки аккуратно погладили след, что скорее всего уже никогда не исчезнет. Пальцы исследовали дальше, маленькими шажками прошли по ушам и щекам.  — Вернись ко мне. Я ведь могу что-то сделать? Ты услышишь меня? Хикару блуждал во тьме. Привычной, мягкой, родной. Он двигался на ощупь, искал источник. Йошики должен быть рядом, его душа самая красивая, но как зацепиться и не поглотить, как снова выйти наружу. Нужно ли возвращаться. Хикару не должен вредить другим людям, так сказал Йошики. Не очень пока получается. Тяжело вынести, когда близкий человек расстроен, недоволен или злится. Особенно, если причина сам Хикару.   Он отдал часть себя и ослаб. Поможет ли это. Хикару родился во тьме. Это его место. Или нет. Совсем запутался. Может, не ждет его никто снаружи и стоит перестать стараться. Мысли явно не помогали, бросая из стороны в сторону, не давали сфокусироваться. Душа Йошики прекрасна. Для начала нужно найти ее.  — Вернись ко мне, - сжал в ладони подаренную частичку Хикару Йошики. Не понимая, что и зачем делает, пытался почувствовать хоть что-то.  Он приблизился к бледному лицу. Светлые ресницы оставались неподвижны, глаза закрыты. В груди затянуло. Тяжесть стремительно оседала, формируя ком и мешая сделать глубокий вдох. Дыхание стало поверхностным и частым, в висках давило, вокруг головы сжимались тиски. Йошики оперся руками о подушку Хикару. Сердце, пробиваясь сквозь кости, стремилось поселиться в груди друга. Тело горело, готовое упасть.  Миг и все испарилось. Йошики жадно поймал воздух, будто выныривая из-под толщи воды.  — Йошики! - звонкий голос раздался у самого уха.  Темно-серые глаза нашли фокус и встретились со светлыми, в которых постепенно гас алый огонь.  — Я думал, что умру, - устало упала голова Йошики на подушку Хикару. Нос зарылся в сгиб шеи, пальцы проникли в короткие волосы, поглаживая. В висках до сих пор стучало.  — Ни за что!