Второй шанс на жизнь

Шли дни, недели. К Ци Жуну всё чаще стали приходить с просьбой об исцелении. Оплату юноша брал едой, одеждой, бытовыми вещами, деньгами. Хуа Чен же продолжал таскать из леса дичь. Мясо частично готовили, частично продавали. Стали продавать шкуры животных на базаре в соседней деревне. Два молодых парня жили скромно, но на самое необходимое вполне хватало. *** — А-Чен! Подай настойку подорожника! — кричал Ци Жун, обрабатывая разбитую коленку девятилетнему мальчишке. *** — А-Жун, ты не видел мой лук? — спрашивает Хуа Чен собираясь на охоту. — Возле шкафа, — отвечает бывший князь. *** Так и проходили их дни. Но спокойствие не могло быть вечным... *** — Ваше Высочество! Просыпаетесь! Проснитесь! — Хуа трясёт Сяоцзина за плечо. Ци Жун сонно поднимает голову. Смотрит на друга не понимающим взглядом. — А-Чен...? Что случилось? — Солдаты Юнъаня! Они совсем рядом! — Хуа Чен буквально вытряхивает Ци Жуна из постели, кидает в него какую-то серую накидку. — Вам надо бежать! — А.. А как же ты? — князь хватает парня за руку. — Ты должен пойти со мной! — Ваше Высочество, я задержу их, чтобы вы успели сбежать. Я обязательно вас найду. — Н-но... — голос Ци Жуна дрожит. — Я не хочу оставлять тебя одного! Это опасно! Пожалуйста, пойдём вместе, прошу тебя! В глазах Сяоцзина уже стоят слёзы хоть он и пытается их сдержать. Накрывает паника, он вцепляется в одежды Хуа. Внезапно юноша чувствует, как чужие руки опускаются на его талию, а губы накрывают губы друга. Карие глаза расширяются от удивления. Спустя несколько секунд Хуа Чен хватает Ци за руку и тащит на улицу. Там толкает сторону чащи и, выхватив меч, направляется в противоположную сторону, откуда доносится Юнъаньский говор, ржание лошадей и стук копыт. На поляну выходят люди, они окружают парня с повязкой на глазу. Бывший князь же сидит среди кустов чёрной смородины, прижимая ладонь ко рту. Он видит, как его друг пытается отбиваться от вражеской армии. Но что может один подросток против десятка взрослых мужчин? Верно, ничего. Острый меч сверкает в свете луны, прежде чем проткнуть грудь юноши. Из глаз Ци Жуна брызнули слёзы. Паника и отчаяние накрыли с головой. Страшно, страшно, страшно, страшно... Сяоцзин бежит, не разбирая дороги. Ветки деревьев цепляются за ткань одежд и пряди волос. Юноша падает, поднимается и бежит вновь. Впереди он видит какое-то здание. Что это... Храм? Один из храмов его брата! Ци Жун вбегает туда прячется в одной из ниш. Сердце бешено колотится, отдаваясь гулом в ушах. Сознание начинает уплывать. Глаза парня закатились и он отключился, рухнув на пол. *** Се Ляня окружила толпа, зараженных Поветрием Ликов людей. Каждый из них держал в руках меч. Падший бог судорожно вздохнул, коснувшись спиной ледяного алтаря. А люди всё наступали. Кто-то накинул на него верёвку. Ещё одну. — Нет! Не надо! Отпустите! Не трогайте меня! Наследного принца затаскивают на алтарь. Се Ляня кроет истерика. Ему до одури страшно. — Помогите! Кто-нибудь! Умоляю, пожалуйста, помогите! Не трогайте меня! Но для обезумевшей толпы его крики не имеют никакого значения. Се Лянь закрывает глаза, готовясь к тому, что его грудь проткнут сотней мечей. *** Ци Жуна заставил прийти в себя шум и какие-то возгласы. Он медленно открывает глаза, пытается сфокусировать зрение. Он видит толпу у алтаря. Видит до трясущихся рук знакомую фигуру в белом и... Брата... Связанного, брыкающегося в попытках вырваться. Видит, как над Се Лянем какие-то люди заносят мечи. Ци Жун срывается из последних сил, бежит к алтарю. Удар. Меч пронзает спину бывшего князя. Второй, третий... Он опускает взгляд, полный слёз на лежащего под ним брата, изо всех сил стараясь не упасть, не позволить лезвиям коснуться Се Ляня. Светлые одежды падшего божества заливает кровью его младшего брата. Больно... Больно... БОЛЬНО-БОЛЬНО-БОЛЬНО-БОЛЬНО-БОЛЬНО-БОЛЬНО... Се Лянь же, не чувствуя боли, в непонимании открывает глаза. Которые в следущую секунду расширяются в ужасе. Он видит младшего брата. Се Лянь с ужасом выдыхает: — Ц-Ци Жун... Младший брат нависает над ним, закрывая собой. Из его глаз текут слёзы, однако он плотно сжимает губы, не позволяя себе издать крика. Одежды юноши пропитаны кровью, из груди торчат острия мечей. Придя в себя, Се Лянь понимает, что его брат, его милый младший братишка, которого он потерял, покидая Сяньлэ, спасает его, закрывая собой. Внезапно Се Лянь чувствует прилив сил. И ярость. Дикую, жестокую, совершенно не свойственную божеству ярость. Он выбирается из под едва держащегося брата. Выхватывает меч из рук одного из зараженных поветрием крестьян. Буквально за пару минут храм превращается в кровавое месиво руками одного божества. Безликий Бай лишь смеётся глядя на это, но прежде чем принц успевает задеть его, исчезает. Лишь когда пелена гнева сползает с глаз, он видит то, что сделано его руками. Весь храм залит кровью. Повсюду трупы. А на алтаре подле статуи, напоминавшей о былом величии Се Ляня, лежит его брат. В спину воткнуто около сотни мечей. Се Лянь подбегает к нему, падая перед ним на колени. — Нет! Нет-нет-нет-нет-нет! Пожалуйста, А-Жун, не умирай! Слышишь? Только не умирай! Пожалуйста, очнись! Ну же! Открой глаза! Нееееееееет! — крик боли наполнил округу. Так кричат тогда, когда теряют последнюю надежду. Се Лянь долго лежал, обнимая тело брата. Ци Жун открыл глаза, морщась от фантомной боли. Он сел, посмотрел на свои руки. Проморгался. Нет, ему не показалось. Ногти на руках удлинились, стали похожи на когти. Сяоцзин коснулся руками ушей. Те удлинились и заострились. Подобрал меч и взглянул на своё отражение. С зеркальной поверхности стали на него уставились ядовито-зелёные глаза. Внутри запылала ярость. Грёбаный Юнъань! Это из-за них он потерял дом и близких! Дважды! Мать вашу, дважды! Желание отомстить разгоралось всё сильнее, в то время как былое желание исправить ошибки будто затухало. Да с какого хера он вообще должен считать резню на золотом пиру ошибкой?! Он отомстил за своё королевство, и он сделает это ещё раз. Внезапно он услышал движение за спиной. Обернувшись, Ци Жун увидел Се Ляня. Тот лежал на алтаре, обнимая его труп. Бывший князь подошёл к алтарю. Так странно было вновь смотреть на собственный труп. Он с тоской взглянул на лежащего в крови и грязи брата. Кажется, тот отключился. Ци Жун поднял на руки собственное тело на руки и понёс за пределы храма. Он кладёт тело на землю, начинает копать могилу. Почва влажная, поддаётся легко. Он кладёт в могилу своё тело. Мягко касается губами лба. Засыпает землёй. Получается небольшой холмик. Ци Жун находит небольшой камень, выжигает на нём лазурным огнём: "Ци Жун 16 лет" После возвращается в храм. Проверяет бессознательное тело брата на повреждения. Не найдя их, демон поднимает Се Ляня на руки и направляется подальше от кровавой бойни. Идут по лесу долго. Юноша мягко, практически бесшумно, словно дикий зверь, ступает по опавшей листве. Спустя минут тридцать дороги, Ци Жун натыкается на какой-то ветхий домик, который, судя по всему, пустует уже давно. Положив принца на кровать и последний раз взглянув на него, юноша уходит. Се Лянь не маленький и сможет о себе позаботиться. А у Ци Жуна сейчас были дела поважнее. Например, найти убежище, набраться сил, найти последователей и отомстить проклятому роду Юнъаня.