Сатору навсегда

Сегодня у Сугуру был выходной, однако отдохнуть не удавалось от слова совсем. Все дело в том, что он снова слишком много думал… «Он, наверное, придет сегодня…» — Гето откровенно не знал, как взаимодействовать с Годжо после вчерашнего. «Извини, если я перегнул» «Все нормально, я… просто устал.» Сугуру не мог отделаться от липкого и неприятного предчувствия, что что-то между ними надломилось вчерашним вечером. Что-то настолько важное, что позволяло им понимать друг друга без слов, что помогало обоим убеждать себя, что они действительно влюблены. Гето чувствовал, что что-то не так, и даже, наверное, мог заметить слишком сильную и неестественную дрожь Годжо от его необузданных прикосновений, но сделать с этим ничего не мог. Или просто-напросто не хотел. «Мы ведь чужие друг для друга…» — как бы его новый «друг» ни стонал и ни извивался в его объятиях, Сугуру, в конце концов, его совсем не знал… «И все же жаль, что его сегодня не видно… А то у меня как раз лишние бабки завалялись.» «А че, скучаешь по его сладкой заднице?» Весь сегодняшний день Гето отгонял от себя мысли о том, что вчера услышал в баре от двух незнакомых мужчин. «С чего я вообще взял, что это про него?!» — Сугуру даже немного корил себя за то, что пытался разузнать что-то о Сатору у него за спиной. Может, так он просто пытался его узнать?.. Из раздумий вырвал стук в дверь его номера. Его время на размышления вышло. Пришло время вновь отключить голову в объятиях своего новоиспеченного любовника. Но почему от этого сейчас так противно?.. — Привет! — Годжо улыбнулся ему своей привычной лучезарной улыбкой. Слишком приторно. Сугуру лишь коротко кивнул и впустил его. — Чем занимался сегодня? — Сатору сразу уселся на кровать Гето, чуть наклонив голову и пристально его рассматривая. — Ничем, — ответил Сугуру, все еще не глядя в игривые голубые глаза. — Ждал меня? — усмехнулся Сатору, прикусив губу, и тут же принялся расстегивать рубашку, слегка измявшуюся на нем после смены. Сугуру стоял напротив него и просто наблюдал. Рубашка теперь валялась позади, а Годжо все настойчивее протягивал к нему руку, пытаясь ухватить то за ладонь, то за предплечье. Когда Гето все же неохотно подался вперед, Сатору сильнее раздвинул ноги в облегающих брюках. По всему телу пробежала дрожь, когда Годжо, все также безумно улыбаясь, обхватил его за бедра, прижимая к себе, а затем медленно провел длинным пальцем по его члену. — А я вот весь день думал только о тебе, — горячо прошептал Сатору в ответ на холодное молчание Гето. «Эта шлюха что угодно за деньги сделает» В сознании яркой вспышкой пролетело вчерашнее воспоминание и Сугуру рывком отстранился, сбрасывая с себя руки Годжо. Все эти противоречивые мысли о том, что он хотел его в последний раз, на прощание, вмиг оборвались не пойми откуда взявшимся отвращением. «Неужели он… каждые выходные… с кем-то… да еще и за де…» — Ну чего ты? — Годжо слегка непонимающе вскинул брови и прижался сильнее. — Или ты сегодня не в настроении? — он непонимающе моргал, пытаясь разгадать, что сейчас у Сугуру на душе. «Наверное, это из-за вчерашнего…» — размышлял Сатору, вспоминая о том, как торопился уйти домой после их вчерашней «занимательной» прогулки. Сейчас, когда Сугуру оттолкнул его, он вмиг вспомнил о том, как поздней ночью грубые удары падали на его ягодицы, как чужая сильная рука сжимала его талию, подгоняя двигаться быстрее в такт его рваным движениям. Тогда Сатору было по-настоящему жутко. «Ведь если не смотреть ему в глаза, то чувствую себя так, словно снова сплю с очередным клиентом…». И все же сегодня Годжо взял себя в руки. Потому что по-настоящему, совершенно искренне скучал. Он обнадеживал себя, что Сугуру больше никогда не будет с ним так холоден, как вчера, и сегодняшнюю ночь они вновь превратят в «извращения ради любви», а не «извращения ради… ради чего, блять?!». Сугуру тяжело вздохнул. «Опять эти глаза…» — он поймал себя на мысли, что Годжо сейчас смотрит на него прямо как вчера. Казалось, что вот-вот из громадных глаз покатятся слезы и Сатору станет обвинять его во всех своих бедах. — Прости, Сатору, — Гето присел на корточки рядом с кроватью, на которой устроился раздосадованный Годжо, и неловко погладил костлявое колено, — но я правда сегодня не хочу. У Сатору упало сердце. Казалось, что наступил тот самый момент, который он так долго оттягивал в голове — их встречи просто-напросто исчерпали себя. Пальцы пробирала дрожь, видимо, от желания в этот же миг все исправить, переубедить Сугуру, что им обоим это реально нужно. Убедить, что он ему все еще нужен… Но Годжо понятия не имел, как привлечь его внимание, кроме как сексом. — Ладно, — выдохнул Сатору, едва сдерживая дрожь в голосе. — Мне уйти?.. — он не злился, а скорее потерял контроль над ситуацией. Сатору знал, как никто, что когда теряешь контроль, единственное, что остается — это бежать со всех ног. Он уже было начал вставать с кровати, прихватывая с собой рубашку, которую снял, но запястье перехватили. — Постой, — голос Сугуру звучал несвойственно робко. — Не хочешь… — Гето мялся, — просто… полежать вместе? Сатору уставился на него с откровенным непониманием. — Останешься на ночь, м? — еще более смягчившись, Сугуру смог улыбнуться. И все же он хотел, чтобы Сатору был рядом. В последний раз. Тогда почему он должен отказывать себе в этом эгоистичном желании, когда вот он — совсем рядом.

***

— А когда ты уезжаешь, — спросил Сатору, нежно прижимаясь к плечу Сугуру и зарываясь в его раскинувшихся по подушке волосах. Они уже посмотрели какую-то невеликого содержания комедию на ноуте Гето, и теперь просто лежали в обнимку. Сатору настойчиво переплетал их ноги, прижимался к груди Сугуру и иногда тянулся, чтобы поцеловать его. И все же, Гето нравился ему до безумия… Перед тем, как задать этот ненавистный вопрос, Сатору несколько дней крутил его у себя в голове. Возможно, он слишком все торопил, но уже не мог скрыть своих истинных чувств по этому поводу. «Не строй иллюзий. Вы просто спите и ничего больше!» — твердил разум, но он не прислушивался, ведь сердце слишком сильно хотело влюбиться. — Я пока что никуда не тороплюсь, — с улыбкой ответил тогда Сугуру, покрывая его бесчисленными поцелуями. Сатору натянуто рассмеялся. Как он и ожидал. Ничего конкретного. Его с одной стороны обижало, что Сугуру не хотел посвящать его в свои планы, но с другой он не хотел спугнуть его своей настойчивостью. Сейчас он прокручивал в голове многое, но больше всего его занимало осознание, что «нормальных» отношений у него до этого толком-то и не было, и сейчас Сатору безумно хотелось назвать то, что между ними происходило «отношениями». Сердце грел факт, что Сугуру не знает про него всё, не шепчется у него за спиной, как каждый в этом чертовом городе. Сатору по-настоящему любил его за то, что он не лез ему под кожу, не расспрашивал и не осуждал. Они любили здесь и сейчас, не хватаясь за прошлое. Главное было не обжечься. Сатору закрыл глаза, сильнее прижимая Сугуру к себе, обхватив длинными пальцами его талию. Не мог дождаться, когда уже проснется в его объятиях…