Чёрное золото его сердца

***

Юнги чувствует, что что-то не так. Вроде, Чимин рядом, улыбается, принимает ласку и дарит свою в ответ, но... Он будто стдыдится? Они всё так же редко видятся, но когда есть время, альфа мчится к своему мальчику на всех парах, однако встречает его железная стена, не пускающая близко. Чимин не даёт даже взять себя за руку, не даёт обнять и поцеловать, всё время осматриваясь по сторонам. Юнги делает то же самое, видя проходящих мимо студентов, школьников, да вообще разнообразных людей, и не понимает, в чем причина. Сам омега отмахивается, что просто ещё не привык, не нравится, когда на них смотрят. Но Юнги чувствует что-то другое. — Не здесь же. — Чимин скидывает руку со своей талии и снова осматривается по сторонам. Картинная галерея полна народу, новая выставка известного художника всегда собирает полные смотровые залы. — Я хочу обнять тебя. — тихо закипает Юнги, потому что шуметь здесь нельзя. Да что за чертовщина?! Почему ему нельзя прикасаться к своему ангелу? — Я тоже. — ласково улыбается омега и прячет руки в карманах повседневного платья, уходя от новых прикосновений. — Но давай не здесь? — Да почему?! — не выдерживает Мин, за что тут же получает кучу возмущённых взглядов и опущенный в пол Чимина. Злость поднимается откуда-то из желудка, готовая вырваться наружу громким рыком, но альфа берёт себя в руки. Выдыхает шумно и все-таки грубо прижимает к себе за талию своего омегу. — Если я хочу — то я обниму. Чимин не отвечает, лишь прикрывает на секунду глаза, а потом натягивает на лицо улыбку, больше не вырывается и старается не смотреть по сторонам. Юнги таким не сказать, что доволен, потому что, во-первых, пришлось повысить голос, а во-вторых, потому что грубость — это не про него. Но всё же парень в его руках, пусть и таким образом. Дальше прогулка по галерее проходит легче. Чимин делится впечатлениями о картинах, сдержанно улыбается и через лёгкие смешинки пытается совладать с эмоциями и донести свои мысли так, чтобы их поняли. Юнги понимает и наслаждается такой открытостью. — До завтра? — прижимает к себе альфа вечером, стоя за углом общежития, водит носом по открытой шее. Чимин стоит, прикрыв глаза и полностью расслабившись в его руках. — Давай я сам приеду к тебе? — неожиданно предлагает омега, заставляя оторваться от вкусно пахнущей кожи и посмотреть на себя с любопытством. — С чего вдруг такое предложение? — выгибает бровь Юнги, всё ещё удерживая за талию. Не хочет отпускать даже на секунду, и осознание того, что сейчас Чимин уйдёт, причиняет почти физическую боль. — Подумал, что тебе уже надоело таскаться ко мне. — просто жмёт плечами омега и как-то странно уводит глаза в сторону, не смотрит прямо. — Никогда не надоест. — пламенно шепчет мужчина и касается его губ своими в невинном поцелуе. — Но если ты хочешь, то я не против. Вызову тебе такси. — Я напишу, как освобожусь. — обещает Чимин и первым тянется за новыми поцелуем. Уже более смелым, глубоким, таким приятным, что Юнги едва не мурчит от игр языков и тонких пальчиков в своих волосах. Чимин смелеет, прикусывая нижнюю губу и улыбаясь, не отстраняясь, а, наоборот, прижимаясь ближе, тихо постанывая от сильной хватки на талии. Но когда альфа опять увлекается и спускает ладони на ягодицы, резко отстраняется. — До завтра, Юнги. — и уходит.

***

— Вызывали? — Чимин входит в кабинет ректора, с любопытством смотря на мужчину за столом. Странно. У него нет долгов по учёбе, до следующего матча ещё месяц и они готовятся пока не так активно, чтобы пропускать лекции. Так зачем же вызвали? В глубине души он надеется, что сейчас снова нужно будет поехать к Юнги с папкой документов. Но... — Как ты это объяснишь? — господин Ю разворачивает ноутбук к нему. Чимин бледнеет, видя на экранефотографию со спины, где Юнги прижимает его к себе. Вот этого он и боялся. Что их увидят, узнают те, кто не должен был. Особенно преподаватели университета. Кричащий заголовок: "нефтяной магнат Мин Юнги нашёл себе молоденького омегу, который повёлся на его состояние". А ведь это не так. Чимину и дела нет до банковского счета альфы. Ему важен сам мужчина, его безграничная в своих проявлениях любовь и уважение к нему. Важно то, как Юнги смотрит, как обнимает и целует, как переживает и поддерживает каждую минуту. Но прессе этого не докажешь. — Я... — не находится сразу ответа. — Я просто гулял по галерее и встретил господина Мина там. — всё, что способен сейчас выдать Чимин, пока паника медленно протягивает к нему свои когтистые лапы. — А его руку на твоём теле как объяснишь?! Ты представляешь, какие слухи поползут теперь? — шипит ректор, сцепив пальцы на столе. — Господин Мин — наш спонсор, ты — наш студент. Какая "слава" тебя ждёт, знаешь? — Догадываюсь. — отводит взгляд омега. — Но всё не так, как здесь написано. Я просто споткнулся и господин Мин спас меня от падения. Ничего такого у меня даже в мыслях не было! — он ненавидит врать, но нужно как-то отмазаться, заверить, что между взрослым мужчиной и ним нет ничего общего. — Чимин, ты уже взрослый мальчик. — выдыхает Ю. — Твои личные отношения не должны меня волновать. — Но... — договорить не дают. — Но тебя застукали с ним в галерее. Мне не важно, что там было на самом деле. Ты никому ничего не докажешь, понимаешь? — в ответ обречённый кивок. — Эти пираньи доберутся до тебя, узнают, что ты студент университета, который спонсирует господин Мин. — И что же делать? — глаза готовы наполниться слезами, но Чимин их упрямо сдерживает, не показывая, что ему, на самом деле, страшно. — Постарайся не появляться с господином Мином на публике. Иначе я буду вынужден тебя отчислить, чтобы избежать проблем в стенах учебного заведения. — омега молча кивает, давая понять, что услышал просьбу. — И если до тебя доберутся журналисты, просто не разговаривай с ними, молчи, убегай, делай, что хочешь, но чтобы ни одного слова от тебя про нашего спонсора. — Я понял. Всё хорошее настроение вмиг улетучивается, оставляя после себя пустоту. Чимин прекрасно понимает, какие последствия могли бы быть, начав он встречаться с Юнги. Он боялся их до жути, до дрожи в ногах. И вот они — эти последствия — не заставили себя долго ждать. Но, если прикинуть, то всё же долго. Они встречаются чуть больше двух месяцев, и, если честно, Чимин ждал чего-то подобного намного раньше. Нужно поговорить с альфой. Чимин не слепой, прекрасно видит, как мужчина бесится от того, что его беспричинно отталкивают, а после растворяется в нежности, которую дарят. Но парень думает о том, что просто возмещает то, что не дали сразу, и это бесит. Нужно всё обсудить, объяснить свою позицию и вывалить свои страхи и опасения на того, кто сильнее, на того, кто знает, что делать. Поэтому, снова разыграв спектакль перед медработником, Чимин с колотящимся сердцем вызывает такси сам и едет в офис. Можно было бы добраться на метро, но омега думает, что за долгую дорогу передумает откровенничать. Юнги оказывается занят вне офиса, но расторопный секретарь связался с ним и оповестил, что в приёмной его ожидает омега из университета. Закончив разговор, мужчина то и дело поглядывает в сторону кресел, на одном из которых Чимин медленно пьёт зелёный чай и будто ничего не замечает. Но нет, замечает эти косые взгляды, которые будто оценивают. Альфа показывается на пороге приёмной через полчаса, весь взмыленный, будто бежал через весь город. Он кивает секретарю и приглашает омегу в кабинет, плотно закрывая за собой дверь. — Не ожидал, что приедешь днём. Мы, вроде, на вечер договаривались? — мужчина устало опускается в кресло, но взгляда не отводит, любуется им, ласкает тёплыми глазами. Уверенность Чимина немного отступает. — Что-то случилось? — Ты читал сегодняшние новости? — чтобы не передумать, омега сразу переходит к делу. — Видел. Что там не так? — не понимает Юнги. — "Мин Юнги нашёл себе молоденького омегу, который повёлся на его состояние". — цитирует отвратительный заголовок Чимин, сев на диванчик. — Нас заметили вместе в галерее и сфотографировали. — И что в этом такого? — всё ещё не понимает мужчина, но пересаживается, чтобы быть рядом, берёт прохладные ладошки в свои и сжимает пальчики. — Мы ведь оба знаем, что это не так. — Да. — соглашается Чимин. — Но мы никого не переубедим, не докажем. Даже если ты сделаешь заявление, выдернут слова из контекста. Скажут, что ты просто жутко влюблён и защищаешь, а я — тварь такая — промыл тебе мозги и активно пользуюсь твоим кошельком. Я не хочу такого. — голос нервно дрожит и Мин привлекает к себе. Сажает на колени и гладит по спине, успокаивая. — Не надо никому ничего доказывать, Чимин-и. — говорит серьёзно, но мягко, целует в щеку. — Важно, что только мы знаем правду. Ты никогда не будешь хорошим для всех. Обязательно найдётся какой-нибудь мудак, который тебя осудит даже за выбор воды в супермаркете. — А университет? — омега смотрит на него так убито, что сердце сжимается. — Ты — спонсор, я — студент. Это выглядит так отвратительно со стороны, что ещё чуть-чуть, и я сам поверю в то, что про нас пишут. — И что ты предлагаешь? — альфа напрягается, боясь услышать ответ. — Я не хочу расставаться с тобой, если ты подумал об этом. — надувает губы омега и хмурит брови, будто сама мысль о таком исходе причиняет боль. — Но, пожалуйста, давай больше не будем появляться вместе в общественных местах? Давай не будем афишировать наши отношения? Я хочу, чтобы всё было спокойно и только между нами. — Для тебя это действительно так важно? — Юнги тоже хмурится и Чимин понимает, что ему не нравится эта просьба. — Да. — всё же кивает. — Понимаю, что ты хочешь другого, но так нам обоим будет спокойнее. — обнимает его за шею парень и целует нежно, передавая все свои переживания. Страх отступает, когда мужчина отвечает, обнимает крепче и, разорвав поцелуй, нехотя, но соглашается на такие условия. Чимин безмерно благодарен ему и судьбе, что выбрала для него такого понимающего и принимающего альфу.

***

Не афишировать отношения — легко, а вот удержаться от взглядов на омегу — невозможно. Над Юнги натурально издеваются, раз ректор решил лично отчитаться спонсорам о ремонте в одной из самых больших аудиторий, а затем провёл их всех в спортзал, где сейчас проходят репетиция и тренировка одновременно. Спонсоры восхищаются физической подготовкой молодых спортсменов, бегающих с мячом, закидывающих его точно в кольцо чуть ли не с другого конца поля. А Юнги смотрит на то, как Чимина ловко подкидывают вверх, но недостаточно, и он летит вниз, из-за чего юбка костюма поднимается, открывая вид на упругие ягодицы, скрытые защитными шортиками. В моменте сердце останавливается, по коже бегут тревожные мурашки, а тело вздрагивает, но хорошо, что никто этого не замечает, а мужчина переводит дыхание, когда видит самую красивую улыбку и заверения команды, что всё в порядке. — Господин Мин? — привлекает внимание ректор слишком громко. Юнги поджимает губы от злости, потому что теперь всё внимание на нем. Даже баскетболисты остановили игру. — Что? — со злостью спрашивает он, отводя взгляд от Чимина, который тоже заметил присутствие своего альфы. — Я спросил, не могли бы вы заказать новые баскетбольные мячи и сетки. — ректор, кажется, догадавшись о чём-то, переводит глаза на чирлидеров. Чимин заметно вздрагивает и, поклонившись ректору и всей делегации спонсоров, зовёт свою команду на перерыв и они уходят из зала. — Я выпишу чек. — нехотя соглашается Мин, но, вообще-то, новый инвентарь был заказан в начале учебного года. Вернувшись домой, Юнги скидывает на диван пиджак и удушающий галстук. Все мысли об омеге, который сегодня слишком занят, чтобы увидеться или хотя бы созвониться. Он скучает. С каждым днём держаться подальше от Чимина становится просто невыносимо. Раньше они хотя бы гуляли, вместе ужинали и иногда обедали, а сейчас встречи только в машине, в которой дико неудобно целоваться. Лишь вечерние покатушки по городу, еда из авто-кафе. И из головы так же не выходит мысль о единственной просьбе Чимина за всё время отношений. Не афишировать. С одной стороны, Юнги понимает, понимает его опасения и страхи, понимает риски и последствия, которые могут возникнуть из-за публичности. С другой, альфе уже давно плевать на то, что о нём подумают, что скажут и в чëм обвинят. Хочется, наоборот, прокричать на весь мир, что наконец-то найден тот, кто завладел его разумом, сердцем, душой и телом. Однако тот, кому всё это принадлежит, думает по-другому, и Юнги просто не может ему отказать. Но, блин, как же тяжело делать вид, что они не знакомы, сложно постоянно оглядываться по сторонам в поиске лишних глаз и ушей, сложно держать руки при себе, не касаясь. Поэтому, лишённый даже мало-мальской, но такой любимой ласки, мужчина думает о том, чтобы кое-что предложить омеге.

***

— Ну я же просил не приезжать за мной. — ворчит Чимин, забираясь на переднее сиденье и кидая назад рюкзак со спортивной сумкой. Влажные волосы несколькими прядками выпали из наспех собранного хвоста и теперь красиво обрамляют овал лица. Юнги не удерживается, убирает одну за ушко и притягивает к себе за шею для долгожданного поцелуя. — Я соскучился, Чимин-и. — оторвавшись, улыбается альфа, видя румянец на щеках. — И я соскучился. — сияет омега. — Но больше не делай так. — Я постараюсь. — это будет тяжело, это понимают оба, но снова сливаются в поцелуе, который больше, чем простые слова. — На самом деле я хотел поговорить с тобой. — В последний раз после таких слов я разревелся. — хмыкает Чимин, но уже не боится, потому что мужчина слишком ласков, слишком завороженно на него смотрит. — Переезжай ко мне. — просто выпаливает альфа, а Чимин округляет глаза. — Чего? — После того, как ты попросил меня не афишировать наши отношения, я буквально голодаю по твоим прикосновениям. Мы и так редко видимся из-за занятости, а если переедешь, то у нас будет хотя бы ночь для того, чтобы утолить этот голод. — Юнги. — немного отстраняется Чимин, поджав губы, чем пугает мужчину, но он терпеливо ждёт. — Это слишком серьёзный шаг. — Я не тороплю. — тут же заверяет. — Просто подумай о моём предложении и дай ответ, как будешь готов. — Ты же понимаешь, что мы слишком мало вместе? Всего лишь три месяца. Мы ещё плохо знаем друг друга. А вдруг мы не уживемся? — поворачивается к нему омега с паникой в глазах, но Юнги успокаивает, берёт за руку и сжимает в своей. — А если я выселюсь из общежития, то обратно меня уже не пустят до следующего учебного года. — Ты уже думаешь о том, что мы расстанемся? — Мин не показывает, как, на самом деле, больно сделали ему эти слова и очередные сомнения. — Да нет же! Но я и не исключаю такого поворота событий. Всё может быть. — выдыхает Чимин. — Тогда давай начнём с малого? — предлагает, заинтересовывая. — Предлагаю тебе перебираться ко мне на выходные и праздники. Насколько я знаю, иногородние уезжают по домам, а ты один скучаешь в общежитии. — Я подумаю, ладно? — натянуто улыбается омега и, когда мужчина кивает в согласии и заводит двигатель, отворачивается к окну, тихо выдыхая и прикрывая глаза.