Чёрное золото его сердца

***

В следующий раз они встретились через месяц. Мучительно долгий месяц, в течение которого что Чимин, что Юнги изводили себя кучей вопросов. И самые главные из них: Почему Чимин поцеловал? Почему Юнги не задержал? Почему никак не отреагировал? Хотелось об этом поговорить, но каждый раз, когда Юнги являлся в университет по абсолютно глупым причинам, ректор говорил, что баскетболисты вырвались дальше, чем планировали, поэтому команда и, соответственно, чирлидеры, задерживаются в Пусане. Хотелось зарычать на старика, заставить вернуться всех домой, но это выглядело бы не просто странно, а безумно. Хотелось позвонить омеге или написать, но смелости почему-то не хватало каждый раз, как диалог открывался. Вообще-то, номер Чимина альфа получил в тот день, сделав дозвон с его телефона себе, и вписал свой на всякий случай. Только случая всё не находилось. Потом Юнги затянула работа. Сроки контрактов исходили, нужно было выезжать в другие страны для продления. Потом посыпались благотворительные вечера, где богатейшие люди мира набухивались и жертвовали огромные деньги для детей и инвалидов, к которым, к сожалению, дойдёт даже меньше половины всех собранных средств. Юнги такие встречи не любил, потому что знал, что это лишь замыливание глаз для прессы и простых людей. Лучше он самолично набьёт целые грузовики игрушками, лекарствами и всем необходимым, и отправится во главе этого "картежа" по социальным домам. Но вот, спустя месяц ожидания, они встречаются. Торжественное мероприятие по открытию второго корпуса после ремонта. Ректор в новеньком зале для торжеств распинается в благодарностях спонсорам, желает студентам хорошей и лёгкой учёбы в новых условиях, лепечет что-то ещё про будущие изменения, но Юнги, сидящий в ряду спонсоров на сцене, встречается глазами с Чимином. Тот ловит его взгляд и мило, смущённо улыбается, кивнув головой в приветствии. Рядом с ним стоят одногруппники, но омега их словно не замечает, приковав свои тёплые глазки к мужчине, который вынужден отвернуться и встать за микрофон. — Дорогие профессора и студенты. — начинает Мин после аплодисментов. — Я и другие спонсоры очень рады быть частью такого важного события, как открытие второго корпуса. Я надеюсь, что всё новое, что мы установили и сделали, не разлетится на щепки после первой же сессии. — по залу проходятся смешки. — Желаю вам хорошей учёбы, отличной стипендии и прекрасного настроения на протяжении всего учебного года. Спасибо. После того, как Юнги снова занимает своё место, он выискивает омегу глазами, но его уже и след простыл. Даже компании, которой был окружён парень, нет на своих местах. Мужчина бросает взгляд на часы и снова смотрит в зал. Многих студентов и преподавателей тоже нет, зал постепенно редеет, потому что в первом корпусе скоро начнутся лекции и студентам нужно успеть добраться. Мин выдыхает сквозь сжатые зубы, обещая себе выяснить группу и расписание Чимина.

***

Чимин улыбается на шутки друзей, которые пародируют ректора, распинающегося перед спонсорами. Обычно такие мероприятия проходят быстро, господин Ю озвучивает важные новости и гонит студентов по аудиториям, а тут улыбается, смеётся и весь светится от счастья. И вот глаза встречаются с чужими чёрными, такими уже родными, красивыми, глубокими. Чимин скучал. Очень скучал по мужчине весь тот месяц, с той самой последней встречи, когда он так отвратительно себя повёл, нарушив чужие границы и не спросив разрешения. Но сейчас, робко улыбаясь и видя в ответ светящиеся удовольствием глаза, омега смеет глупо понадеяться, что рады именно ему, а не открытию корпуса. — Чимин-а, нам пора. — толкает его в бок один из баскетболистов и тянет за рукав куртки к выходу из зала. Чимин слабо передвигает ногами, желая остаться и слушать-слушать-слушать этот чарующий голос, который всё ещё пускает толпы мурашек вдоль позвоночника. Но если они опоздают на лекцию, не жить студентам музыкального факультета на ближайшем зачёте — профессор сожрет с потрохами и даже не подавится. Поэтому, вздохнув, омега позволяет себя увести. Лекции проходят до невозможного скучно, но уже без таких нагрузок, как было ещё недавно. Профессора сжаливаются над игроками и чирлидерами, позволяя просто лежать на столе и ничего не делать. Все-таки есть плюсы в том, что они пропускают занятия из-за матчей — когда их университет возвращается с победой, преподаватели становятся необычайно добрыми и приветливыми, а если победы ещё и между городами, так вообще зачёты за красивые глазки ставят. Чимин такого не одобряет, стараясь наверстать упущенное, за что получает ещё один плюс в копилку и долгожданный зачёт без каких-либо проблем. — Студента Пак Чимина вызывает ректор к себе в кабинет. Срочно! — посреди лекции врывается парень на курс старше. Прогульщик тот ещё, поэтому, наверное, его отправили хоть что-то полезное сделать. Профессор кивает, давая разрешение, находит глазами студента и разрешает покинуть занятие. Чимин собирает в рюкзак тетрадь и пенал, закидывает на плечо и спешит покинуть аудиторию. Выйдя за дверь, никого уже нет, только одна лампочка моргает в конце коридора. Несмотря на весну, когда уже тепло, темнеет всё ещё рано, так что за окном уже горят фонари. Благо, хоть они работают без перебоев, хоть немного освещая жуткий коридор. — Привет. — в тишине раздаётся знакомый голос, но Чимин всё равно подпрыгивает и взвизгивает от испуга. — Извини, не хотел напугать. — Юнги выходит из тени, убрав руки в карманы темно-синих брюк. — Господин Мин! — пищит возмущённо Чимин, но улыбка всё равно растягивает губы. — Что вы здесь делаете? — Приехал увидеть тебя. — просто отвечает мужчина, подходя ближе. Его терпкий запах тут же забивается в нос и вся накопленная за день усталость словно смывается волной. Чимин переводит дыхание, чувствуя облегчение, и поднимает голову, чтобы видеть его лицо. Юнги выше на целую голову, что дико нравится маленькому по росту омеге. За таким мужчиной хочется спрятаться, быть как за каменной стеной, и Юнги одним своим видом даёт это приятное ощущение. — Хотел дождаться окончания лекции, но подумал, что потом просто тебя не найду в этой суматохе. — улыбается Мин. — Ещё полтора часа. — укоризненно замечает Чимин, выгнув бровь и усмехнувшись. — Потом я буду занят. — поджимает губы Юнги, наслаждаясь тем, что видит и чувствует запах омеги перед собой, достаточно только руку протянуть. Но нельзя, потому что Чимин не разрешал касаться себя. — Поэтому... — неловко заканчивает он, почесав затылок и хмыкнув. Ведёт себя, как школьник, честное слово. — Ну... — улыбается Чимин. — Вы меня увидели. Что будет дальше? — Сегодня хоть не откажешь мне? — зеркалит улыбку мужчина. — Поужинаем? Место выбираешь ты. — Вы по таким не ходите. — опускает уголки губ омега. — Тот комбини через два дома от вашего общежития ещё работает? — парень растерянно кивает, словно не ожидал подобного. — Тогда я провожаю тебя, ты закидываешь рюкзак и мы идём туда. Помнится, у них был самый вкусный кипяток для рамëна. Чимин не сдерживается и его звонкий смех, словно родник, льётся по всему коридору кристально чистой мелодией. Но у поста охраны, где в небольшой будке сидит молодой, крепкий альфа, он неожиданно тормозит. — Может, вы выйдете первым? — нерешительно косится омега на охранника, который их не замечает, увлечённый своим телефоном. Юнги выгибает бровь. — Просто будет странно, что я посреди лекции выхожу вместе с вами. А вы ведь... Ну... — Я понял, не продолжай. — сжимает кулаки Мин, но не спорит. Ему не нравится такой расклад, но вполне логично, что уже завтра к омеге пристанут с вопросами, куда это он сбежал со спонсором. Он покидает стены университета первым. Чимин выходит через пятнадцать минут, изображая из себя заболевшего. Юнги, заметив это, пытается сдержать смех, но когда они отходят подальше, всё же взрывается и сквозь слезы делится, что делал так же. У общежития им всё же снова приходится расстаться, потому что коменданты в любые времена — строгие и противные старики, любящие тишину и комендантский час. Чимин выбегает через 10 минут в теплом флисовом костюме цвета лаванды и белых кроссовках. Вечером, всё же, ещё прохладно. — Заедем ко мне? Я тоже переоденусь. — хмыкает Юнги, расстегивая пуговицу на пиджаке. Да уж, для комбини он выглядит слишком шикарно. Так, будто может купить этот магазинчик. И оба они знают, что может. — Предлагаю взять по рамëну, по бутылочке колы и засесть в парке. Вы его знаете, наверное. — добродушно предлагает Чимин. — Или я могу вынести свой костюм, у меня ещё один есть. Юнги отказывается с улыбкой и зовёт уже скорее отправиться в магазинчик. Как бы ни хотелось, но время уже поджимает и ему скоро нужно на встречу. В комбини никого, кроме местных пьяниц, и когда один из них заваливается прямо на Чимина, Мин рефлекторно хватает омегу за запястье и тянет на себя, спасая от нежелательного столкновения. Чимин врезается в грудь мужчины и рвано выдыхает от резкой сцены картинки перед глазами. Юнги держит одной рукой за запястье, а вторую держит на талии, грудь его вибрирует от вырывающегося злого рыка, а глаза полыхают огнём. — Спасибо. — благодарит омега, без стеснения наслаждаясь природным ароматом альфы и после очередного рыка поднимает голову. Мужчина смотрит на пьяниц, пустившихся в извинения и комплименты красивой паре. Чимин кожей чувствует его злость и желание схватить за грязную куртку и выкинуть из магазина. — Пойдёмте, господин Мин. — тихо просит, сжимая пальчики на лацкане пиджака. Юнги промаргивается и, стиснув пальцы на талии, уводит его подальше. Они берут по самому вкусному рамëну и смеются с того, как совпали предпочтения. Чимин остаётся за столиком на улице, пока Юнги заваривает лапшу и чуть позже возвращается с двумя картонными чашками ароматной еды. Едят молча, лишь иногда постанывая от удовольствия. Чимин прикрывает рот, сдерживая смех, когда альфа выругивается на каплю бульона на своём пиджаке. Он, чтобы ему не было так обидно, специально проливает на себя колу и по толстовке расползается большое тёмное пятно. — Ты совсем, что ли? — округляет глаза Юнги, наблюдая за тем, как довольно улыбается Чимин на свою выходку и палочками заталкивает лапшу в рот. — Чтобы вам не было так обидно за то, что вы свинья. — с набитым ртом смеётся омега, удивляя ещё больше. — А ты наглый. — одобрительно кивает Юнги, принимая такой ответ. В стенах университета этот парень слишком скромный и стеснительный, а вот так, сидя на улице и поедая дешёвый рамëн — открытый, улыбчивый, без капли смущения. И это как-то странно волнует мужчину, контраст поведения парня посылает стайку мурашек к низу живота слишком неожиданно. Мин вздрагивает и яростнее начинает есть, лишь бы омега ничего не заметил. Альфа провожает его до общежития за десять минут до закрытия. Возле входа шушукаются парочки, откуда-то раздаются звуки смачных поцелуев, что смущает обоих, и Чимин, взяв мужчину за руку, уводит его за угол, где никого не бывает и окон на этой стороне нет. — Я отлично провёл вечер. — улыбается омега, убрав дрожащие то ли от прохлады, то ли от нервов руки в карман толстовки. — Спасибо. — Знаешь, это действительно было весело. — ответно улыбается Юнги, но руки в карманы не убирает, сжимает и разжимает пальцы, утихомиривая желание снова прикоснуться к омеге. — Давно я там не был. Как-нибудь повторим? — Вы приглашаете меня на первое свидание? — выгибает бровь Чимин, поймав взглядом нервные движения рук и отмечая про себя, что так же нервничает. — Первое свидание было сегодня. — пожимает плечами Юнги и довольно ухмыляется на удивлённые глаза омеги. — Потом будет второе. — И когда же оно будет? — Чимин, чтобы занять руки и успокоить дрожь, складывает руки на груди и с вызовом смотрит в чёрные глаза, желая в них утонуть. — Завтра у тебя четыре лекции по два часа и тренировка. Так что, думаю, послезавтра я смогу заехать за тобой. — размышляет Юнги и едва сдерживает смех от удивления Чимина. Ему так нравятся все эти проявления эмоций. Люди в его окружении уже давно утратили способность показывать чувства, так что он цепляется за омегу с неприкрытым удовольствием. Кажется, что если бы не Чимин, то и он сам тоже лишился бы этого навыка. — Тогда... До послезавтра? — со смущенной улыбкой спрашивает Чимин и слышит, как кто-то приближается к ним. Глаза хаотично бегают по чужому лицу. И Юнги воспринимает это не так, как следовало бы. Притягивает к себе за талию и целует. Без языка, просто касание губ, но такое, кажется, долгожданное, потому что Чимин в его руках тут же расслабляется и вцепляется пальцами в пиджак, закрывая глаза. Всего пара секунд, длящиеся словно вечность, смех за углом, резкое отстранение и Чимин опять сбегает, даже не попрощавшись.