Бездомный Король

      — Итак, пока каждый из нас не имеет и малейшего понятия, как нам выбираться отсюда… — воскликнул Сатору, пытаясь подбодрить растерянную толпу, — Я считаю, что полезно будет представиться. Здарова! Имя мое — Сатору Годжо, и я, помимо того, что являюсь… э-э-э, Гибридом Бесконечности? Правильный термин? Неважно, ведь помимо выше сказанного, я еще являюсь Сильнейшим Магом Современности!       — Ха, так ты попал сюда после смерти… — усмехаясь, сказал Сукуна, не спеша передавать контроль Денджи.       Ведь Сатору и Сукуна закончили свои жизненные пути с далеко от положительного впечатления друг о друге.       Сатору наигранно и невероятно театрально перевел свое внимание с растерянной толпы людей и Дьяволов на паренька в татуировках. Блондин, с растопыренными в разные стороны волосами, немного худощав для типичного мага, но все равно неплохо сложен, да и резервы Проклятой Энергии паренька пускай и не затмевают невероятные резервы Короля Проклятий, но выделяются достаточно сильно, чтобы Сатору через свои Шесть Глаз мог сказать, что парень еще жив.       — Так ты, старичок, проиграл, — растянув ухмылку во все тридцать два зуба до ушей, Сатору мгновенно оказался в расстоянии сантиметров от лица Двуликого.       Но Ремен Сукуна не дрогнул. Вернув его собеседника не менее хищную ухмылку, Сукуна попросту пожал плечами.       — Твоя правда. Заигрался я с ними, и твои подопечные смогли за время боя со мной развиться достаточно, чтобы меня завалить, толпою, как льва. Кстати, — пробормотал Сукуна, почесывая грудь и плечи, — Твоя одноглазая ученица с молотком вместо мозга оказалась жива.       Сатору лишь моргнул, а затем рассмеялся во весь голос, отходя от Сильнейшего эпохи Хейян.       — Она тебя Резонансом хлопнула, что ли? — посмеиваясь, Сатору попытался похлопать по плечу своего коллегу по титулу, но злостный рык остановил его руку… на мгновение, — Штука серьезная, я признать должен. Один раз я ей позволил меня бахнуть этой дичью, и я там чуть не расклеился надвое. Чего не сделаешь, чтобы показать величие Обратной Проклятой Техники…       — Было дело…       Тишина мгновенно повисла в воздухе, стоило Сатору прекратить смеяться. Даже такие самонадеянные Дьяволы, как Павер, чувствовали невероятное напряжение, исходящее от этой парочки. Напряжение, которое мгновенно может перерасти в насилие, к которому Охотники на Дьяволов и Гуаньси могут быть попросту не готовы.       Кишибе тихо вздохнул. Сегодняшний денек в прямом смысле прикатился в Ад, и даже тут старику вроде него не было покоя. Пока остальные опасливо подготавливали оружие и способы бегства, именно ему, по всей видимости, «выпала честь» разнять двух невероятно могущественных существ и заставить всех работать сообща.       И вот он сделал шаг.       — Скажи мне, Сукуна, — начал Сатору, подняв палец в сторону приближавшегося Кишибе, и старый Охотник, как бы того не хотел, признал, что у него прямо сейчас нет и единой возможности оторвать этих двоих друг от друга, — Я понимаю, что посмертие для каждого из нас индивидуально. В конце концов, не зря пропагандировал, что несмотря на масштабность битвы, в ней все равно погибаешь один. Мне просто интересно, через что ты прошел, чтобы стать таким ручным.       Сукуна поднял брови и сложил руки на груди. Сатору лишь усмехнулся.       — И не ври мне, что ты всегда был разумен. В нашу первую встречу ты грозился сотворить все смертные грехи с женщинами и детьми, сожрать всех шаманов, вставших на твоем пути, четвертовать Юджины яйца и скормить их ему…       — Хе-хе, такие порывы у меня есть до сих пор, Годжо Сатору, — сказал Сукуна, — Но… этот подлец Юджи… Мы провели с ним очень… «увлекательную» беседу в его Территории. Его последняя попытка провести мне, как вы это тогда называли, «нарутотерапию».       Сатору лишь удивлённо вытянул лицо. Тысяча мыслей вертелось в голове Достойного, начиная от угрозы ремнем своему непутевому ученику, который до последнего пытался увидеть свет в монстре, жрущему детей на завтрак, и заканчивая возведением целого парка в честь этого удачливого засранца, который таки смог достучаться до ранее названного монстра, пускай и после смерти.       — Очевидно, я понимал, что он мне пытался сказать. Что он пытался мне дать. Чему хотел научить. Но я не принял его. Я принял свое мировоззрение задолго до того, как дедушка этого сопляка был запланирован, и моя философия работала безотказно… Что против тебя, что против того парня с молниями, но… именно Юджи был исключением из этого правила. Слабак, недостойный жизни, но при этом обладающий невероятной силой духа и души, чтобы раз за разом вставать против той реальности, которую я ему раскрывал…       — Да, мой мальчик, — с гордостью сказал Сатору, на что получил лишь раздраженный взгляд от Короля Проклятий.       — В любом случае, он выжил, а я пал. Проиграл жалкому муравью, и только потому что недооценил то, чем он дорожил. И мне захотелось научиться тому же.       Сукуна выдохнул.       — В конце концов, я ведь проиграл.       Сатору смотрел на расслабленного Короля Проклятий с застывшей ухмылкой. По-хорошему, Годжо следовало бы разозлиться на эти лицемерные высказывания, посмеяться от души над идиотом, который упустил свой шанс стать хорошим человеком по собственному желанию, но…

***

      Тысячи хлопков. Ослепляющий белый свет. Труп девушки в его руках.       — Ты быстро, Сугуру.       Его друг ничего не ответил, шокировано осматривая Рико, покрытую белой простыней.       — Я, кажется, еще помню адреса парочки укрытий этих культистов. Как ты думаешь, мне стоит их убить? Ведь сейчас… я совершенно ничего не ощущаю.

***

      Чтобы произошло, если бы Гето не остановил его в тот момент? Кем бы стал Сатору Годжо?       Самопровозглашенным вершителем чужих судеб, который бы за свой титул дрался до последнего вздоха. Конечно, более лестная перспектива, чем каннибал, убийца, маньяк и Король Проклятий, но зная свое эго и самомнение, Сатору бы не очень сильно удивился, если бы и в такой ситуации за его головой отправили целую армию.       Пожалуй, только люди с величайшей долей власти, не затмившей им разум, могли понять упертость и привлекаемую этим проблемность Сильнейших своих эпох. Они до последнего верили в свои идеалы, и только сама смерть могла их переубедить. Сатору повезло. Несмотря на свое воспитание, на занимаемую им роль в обществе Магов, на прочие тысячи мелких причин, у него были верные и добрые друзья, которые показали ему ориентир после предсмертного изучения Обратной Проклятой Техники.       У Сукуны ничего подобного не было. Хейян была опасной эпохой, будь ты обычным крестьянином или Императором. Золотой век Магии не был таким прекрасным, каким кажется по названию, и Ремен Сукуна был концентрированным клубком идей и веяний той эпохи. Могущество превыше всего. В мире правят лишь удовольствия и неудовольствия тех, кто мог поставить на колени остальных.       И пускай Сатору все еще хотелось от души вмазать Сукуне за те проблемы, что он и его дружок Кенджаку привнесли в их жизнь, он лишь улыбнулся и протянул руку.       — Тогда добро пожаловать в фан-клуб доброты и мира имени Величайшего и Наипрекраснейшего Сатору Годжо! У нас пока нет даже личной комнаты для проведения еженедельных встреч, но организатором является великолепный Я, и этого хватает с лихвой!       — Прекращай. И советую тебе поприветствовать пацана, потому что я отбываю обратно в свои владения. От твоего галдежа у меня разболелась голова.       Татуировки и дополнительная пара глаз исчезли.       Денджи вернулся в строй.