Into the Red (На красный)

Вальдо последовал за Оскаром, когда тот выскочил на парковку автодрома. На парковке уже было темно и пусто, многие машины уехали, и лишь редкие фонари освещали её. За спиной Оскара, который, не оглядываясь, открыл дверь машины и бросил внутрь свою сумку, раздался голос Вальдо: — Не делай так, поговори со мной. Что произошло? Оскар обернулся. Вальдо почувствовал ещё большее разочарование, увидев на его лице замешательство. Оскар не спешил с ответом и лишь провёл руками по волосам. В такие моменты он становился ещё более неразговорчивым, но Вальдо не мог ждать. — Почему я должен чего-то о тебе не знать? Если уж ты спросил меня, то с чего бы начать объяснение? Оскара одолевали сомнения, и он нахмурился. — Я собирался рассказать тебе, когда всё улажу. Я просто ждал подходящего момента. — Когда? — Это не важно. Люди распространяют слухи о трансферах, но это ничего ещё не значит. Тебе не о чем беспокоиться. — И когда наступит подходящее время? Ты собирался сказать мне об этом после того, как примешь решение самостоятельно? Или после того, как подпишешь контракт с другой командой? Неожиданно из уст Вальдо вырвались довольно резкие слова. Хотя он начал первым, Вальдо выглядел обиженным. Оскар вздохнул. Он почувствовал, как во рту всё пересохло. — Если бы я собирался заключать контракт, я бы сначала рассказал об этом тебе. — … — Со мной связались ещё в Монце. Они просто сделали мне одностороннее предложение по трансферу в команду М. Откуда мне было знать, какие слухи они начнут распускать? Разве это то, что я могу решить самостоятельно? Вот и всё. Я пока не говорил с ними ни о чём конкретном. Вот почему я не сказал тебе. — Но как ты смог допустить, чтобы я услышал это от кого-то другого? — Потому что мне не о чем было говорить. Это всё равно закончилось бы отказом, поэтому я не хотел беспокоить тебя подобным. Я не хотел испортить наш настрой перед гонкой! — Дело не в том, что ты не хотел беспокоить меня, а в том, что ты сам хотел, чтобы тебя не беспокоили! Услышав последнюю фразу Вальдо, Оскар едва сдержался, чтобы не произнести лишнего. Внезапно Оскар ощутил тревогу. Почему ты так злишься? Я ведь никуда не ухожу. Оскар вспомнил его лицо, когда Вальдо прошептал, что больше не сможет жить без него. — Ты не хотел портить нашу гонку, решив не рассказывать мне об этом, но зато об этом знает Хоэль Соса? — Вальдо… — Неужели вы правда думаешь, что я соглашусь с решением, которое помешает тебе? — Давай прекратим обсуждать это. Я же уже сказал, что никуда не уйду. — Не веди себя, как дилетант! От удивления Оскар закрыл рот. С губ Вальдо сорвались неожиданные слова. — Это не то, от чего ты можешь просто так отказаться, Оскар. Взгляд Оскара на мгновение застыл. Но Вальдо не остановился. — Ты не должен так просто отказываться. Ты профессиональный гонщик. Ты никогда не можешь быть уверен, что тебе подвернётся другая возможность, и ты успеешь за неё ухватиться, получив желаемое. Почему ты так легко отказываешься? — Ты же сказал, что не сможешь без меня. Голос Оскара стал тише. Когда он поднял голову, свет фонарей на парковке отразился в его глазах. Это были те же глаза, полные уверенности в любви, которые Вальдо видел в Будапеште. Поджатые губы Вальдо слегка дрогнули. — Ты так сказал. — … — Вот почему я не буду участвовать в гонках без тебя. Вальдо с силой зажмурился. Причиной, по которой он бросился за Оскаром на парковку после слов Хоэля, стало уже знакомое чувство тревоги. Однажды человек, которого ты так сильно любишь, может оставить тебя без всяких сожалений. Но вместе с тем Вальдо надеялся, что, возможно, им удастся добиться чего-то большего, чем победа в бельгийской гонке. Он выпалил несколько резких слов, запутавшись в своих эмоциях, но получил совсем не тот ответ, который ожидал. Признание Оскара одновременно восхитило и ранило Вальдо. — Это не нам решать. Он знал, что настанет день, когда он это скажет. Вальдо изо всех сил старался держать свои эмоции под контролем. Внезапно ему стало страшно. — Когда я сказал, что не смогу жить без тебя, я не говорил о том, что просто хочу остаться в этом моменте навсегда без надежды на будущее. Так нельзя. Если я буду знать, что так лучше для тебя, я, естественно, приму твоё решение... — Ты хочешь сказать, что мне следует принять это предложение? Оскар вдруг глухо рассмеялся. Выражение его лица, ещё минуту назад наполненное страстью от признания, бесследно исчезло, а взгляд рассеянно блуждал в пространстве. Вальдо знал, что он злится. Взгляд Вальдо исказился, будто ему стало больно. — Считаешь, это была просто удача? Нельзя победить на машине Индиго. — Оскар… — Тот день был просто случайностью. Всё, чего мы с тобой достигли. — … — Так что вместо того, чтобы попусту тут болтать, иди и сядь уже в болид, который действительно может побеждать, чтобы ты мог превзойти все эти бессмысленные рекорды, которые достигал, участвуя в гонках со мной, и наконец начал побеждать. Ты это хочешь мне сказать? Глаза Оскара увлажнились. Свет замерцал в наполнившемся влагой взгляде. Вальдо чувствовал, как спазм сжал горло. Он хотел сказать «нет». Хотел обнять Оскара сейчас и сказать, что будет с ним всегда, даже если это была бы безнадёжная ложь. — Ты не думал о том, как жестоко будут звучать эти слова для меня? Вальдо не смог ответить. Единственным, кто не мог вынести эту тишину, стал Оскар. Он повернулся, чтобы сесть в машину. Вальдо попытался остановить открывшего дверь машины Оскара. Он не собирался оправдаться, просто не мог позволить тому уйти с таким обиженным лицом. Оскар посмотрел на Вальдо. Увидев заплаканное лицо Оскара с гораздо более близкого расстояния, Вальдо захотелось крепко обнять его. Рука Вальдо, неосознанно потянувшаяся к нему, упала, так и не сумев схватить Оскара и обнять. — Я лучше, чем кто-либо другой, знаю, что это не случайность. Я пошёл за тобой, не чтобы говорить о наших проблемах. Я пошёл за тобой только для того, чтобы сказать, что ты заслуживаешь лучших возможностей. Оскар пришёл в ярость, услышав эти слова. Он поднял взгляд и прямо посмотрел на Вальдо. — Разве ты не понимаешь, ради чего я всё это делал? Рука Оскара толкнула Вальдо в грудь, и тот сделал шаг назад. — Ты правда не понимаешь, почему я участвую в гонках? Почему я каждое утро просыпаюсь с болью в мышцах и несусь вперёд, почему я тренируюсь до тех пор, пока не начинает тошнить, и кажется, что я сейчас умру, почему я продолжаю гнать, пытаясь забыть о страхе, что моё тело может в любой момент сломаться? Единственная причина, по которой я делал все эти сумасшедшие вещи до сих пор, — это потому, что ты рядом! — … — Потому что ты говорил со мной. Даже когда гравитация давила на лёгкие, и я не мог дышать, ты был со мной... Я готов сделать для тебя всё, что угодно. Дыхание Оскара участилось. Из-за напряжения слёзы навернулись на его глазах. Эти слова ошеломили Вальдо. С каких пор всё стало таким сложным? Что мне делать с тобой, если ты так сильно влюблён в меня, что не можешь больше двигаться вперёд? — Лучше бы ты сказал мне бросить гонки. С самого начала я никогда не был предназначен для этого. Теперь мне правда всё надоело. Я собираюсь бросить всё. Оскар покачал головой. Когда он моргнул, крупные слёзы покатились из глаз. Он быстро отвернулся от Вальдо. Тот попытался схватить Оскара за руку, но это было бесполезно. Оскар яростно оттолкнул руку Вальдо. После сказанного Оскар сел на водительское сиденье. Машина, едва тронувшись с места, без промедления выехала с парковки, оставив Вальдо стоять в оцепенении. Свет фар автомобиля Оскара быстро растворился в темноте. Влажный и тяжёлый тропический воздух опустился на землю. В тусклом свете фонарей бесчисленные мошки кружились в воздухе. Казалось, вот-вот польёт дождь. *** До самого вечера субботы Оскара нигде не было видно. После ссоры с Вальдо в полночь пятницы он бесследно исчез на весь оставшийся день. По мере приближения вечерних субботних заездов все, кто не знал о том, что произошло, один за другим начали задаваться вопросом, куда исчез Оскар. Только Вальдо и босс знали, что Оскар отключил связь. Мобильный телефон Оскара был выключен. Даже зная это, Вальдо пытался дозвониться до него снова и снова, но всё было тщетно. Пока Вальдо сидел, только что закончив безуспешную попытку дозвониться, Матео разговаривал с кем-то по телефону. Он пытался выиграть время, пропустив тренировочную сессию перед квалификацией, и использовал в качестве оправдания состояние здоровья Оскара. Когда разговор завершился, Матео снова посмотрел на Вальдо. Хотя Вальдо никогда не обсуждал с ним свои отношения с Оскаром лично, Матео смотрел на него взглядом, который говорил, что он уже всё знал. Он задумался на мгновение, а затем заговорил с Вальдо тихим голосом так, чтобы никто не мог их услышать: — Знаешь, что случилось? Вальдо бесцельно вертел в руках телефон с потухшим экраном. — Это правда, что мы были вместе до поздней ночи, но я даже не могу с ним сейчас связаться. Честно говоря, я тоже не знаю, где он. Матео никак не отреагировал на эти слова. Вальдо было бы легче, если бы тот разозлился или начал упрекать. Матео посмотрел в землю. Покрытие трассы, над которой днём ​​прошёл дождь, до сих пор было слегка влажным и блестело чёрным. Огни, освещавшие ночную трассу так, словно сейчас был день, создавали под их ногами чёткие, как от солнечного света, тени. Вглядываясь в темноту, где тени накладывались одна на другую, Матео сказал: — Если ты не уверен в своей способности контролировать ситуацию, тебе с самого начала не следовало в это ввязываться. Вальдо поднял голову. Слова Матео имели определённый вес. Мысли, беспокоившие Вальдо со вчерашнего дня, снова всплыли в голове. Неужели я уничтожаю Оскара? — Это моя вина. Мне жаль. — Речь не об Оскаре. Речь о тебе, — медленно ответил Матео, в чьем голосе не звучало никаких эмоций. Видя озадаченность Вальдо, он добавил: — Не слишком привязывайся к пилотам. На этом всё. Матео не стал ничего объяснять. Он стоял на пит-лейн, просто оглядывая остальных, как будто ничего не случилось, даже несмотря на то, что один из пилотов так и не явился уже на два заезда подряд. Он по-прежнему оставался загадочным человеком, и именно он был тайной команды Торо Индиго. Вальдо внезапно осознал, что он совершенно не знал Матео. На самом деле никто не знал, что творилось в ослепительном сиянии трассы во время ночных заездов. Тревоги Вальдо по поводу ожидания возлюбленного, который так и не вышел на связь, были точно такой же невидимой частичкой, погребённой в суете подготовки к Гран-при. Он понятия не имел, какие потери и тайны таил в себе сегодняшний день для каждого из присутствующих здесь. Одиночество каждого из них было подобно мерцающему свету в знойной ночи, что расталкивает тьму своим сиянием, а затем меркнет, теряя силу, и исчезает. Внезапно одиночество, как тень, прилипло к ногам Вальдо.