Into the Red (На красный)

— Квалификационная сессия 1, зелёный свет. Когда часовая стрелка приблизились к отметке, на въезде на трассу загорелся зелёный свет. Болид Оскара первым двинулся из гаража и быстро выехал за пределы пит-лейна*. Вальдо стоял у пит-уолла*, наблюдая, как синий крест на верхушке его шлема вспыхнул в солнечном свете, когда тот быстро проехал мимо. Несколько других машин команды проследовали за ним, сопровождаемые низким гулом двигателей. Тестовый болид, который ещё не являлся полноценной гоночной версией, был гладким и имел тёмно-синий цвет. Для гонки, открывавшей сезон, все гоночные болиды будут окрашены в пламя ярко-синего цвета с рисунком быка, в соответствии со своим названием «Team Toro Indigo». Болид Оскара, один из двух имевшихся у команды Торо Индиго, первым покинул пит-лейн и, с ревом начав ускоряться, выехал на трек. [п/п Пит-лейн (англ. pitlane) — часть гоночной трассы, на которой располагаются боксы команд, участвующих в автогонке.Пит-уолл (англ. pit wall) — стена или ограждение, отделяющее пит-лейн от гоночной трассы.ToroIndigo вероятнее всего отсылает к команде Red Bull – ToroRosso, участвовавшей в F1 с 2006 по 2019 г (далее команда была перерасформирована в Scuderia AlphaTauri).] Поскольку это был тест-драйв, семь мест на пит-уолле остались практически пустыми. Здесь сидели участники сессии. Но чаще их называли «Босс и его бандиты». Вальдо сел на последнем месте, сразу после пустых мест менеджера и технического директора слева, пройдя мимо босса команды и гоночного стратега, главного гоночного инженера и места гоночного инженера его товарища по команде. По сравнению с относительно пожилыми людьми по левую руку от него, Вальдо, сидевший на последнем месте с прямой спиной, выглядел моложе даже сзади. Механики, заметив его, начали шептаться сквозь шум: — Сколько ему лет, он только что закончил университет? — Он работал в команде разработчиков на заводе, а на гонках впервые в этом году. — Самый большой желторотик среди новичков. — Говорят, стратег рекомендовал его для работы в полевой команде. К тому же он был асом среди остальным на заводе. — В чём? В красоте лица? Механики перекидывались шутками, продолжая оттирать залитый маслом пол гаража. Вскоре их смех заглушил шум других болидов, выезжавших из гаража. По указанию главного гоночного инженера Вальдо связался с Оскаром по радио. Гоночный инженер обязан постоянно быть на связи с пилотом, пока тот находится на трассе, сообщая ему условия трассы и текущей гонки, а также решения, принимаемые на пит-уолле. Это своего рода навигатор. — Мы продолжим пробег по трассе на жестких шинах как можно дольше. Нам нужны достоверные статистические данные по воздушному потоку на кузове гоночного автомобиля в этом году, а также данные по долговечности самих шин, поэтому, Оскар, давай попробуем проехать не менее 100 кругов в текущих условиях. Оскар ответил на эти слова в наушники Вальдо невнятным звуком, который не означал ни да, ни нет. По звуку не было понятно, нервничал ли он или был взволнован. Вальдо посмотрел на монитор с трансляцией. Синяя машина Оскара направлялась к стартовой линии, по довольно плавной параболе. Хотя давление было не таким сильным, как во время гонок, ощущалось некоторое напряжение. Время всегда было ограничено. С помощью одного тест-драйва на трассе им нужно было получить достаточно данных, чтобы не отставать от других команд. Вальдо наблюдал, как начинается его первая миссия. Часы с точностью до 0,001 секунды начали обратный отсчёт. План Вальдо заключался в том, чтобы гонять, не останавливаясь, все 90 минут. После нескольких месяцев работы в условиях разработки, они ждали этого дня, чтобы зафиксировать, как ветер обтекает гоночный болид при всех переменных, таких как меняющаяся температура трассы, солнечный свет, пыль и влажность воздуха, которые невозможно было настроить с помощью симулятора. На экране замигал жёлтый значок. Официальная камера трека издали наблюдала за синей машиной, застрявшей на углу. Шлем Оскара дернулся, и тот вылез из болида. Он снял шлем и с равнодушным выражением лица оглядел гоночную машину, замершую со сломанным передним колесом, а затем поднял голову, чтобы оглядеть трассу. Вдалеке валялось гладкое переднее антикрыло*, неоднократно проходившее испытания на заводе. В то время как одетые в оранжевое трек-маршалы* бросились собирать искорёженные останки гоночного болида, который еще мгновение назад был в великолепном состоянии, Оскар просто наблюдал за происходящим с тем же выражением лица, что было у него в гараже. Он снова неопределенно вздохнул. На сегодня с тестами было покончено. Солнце даже не достигло зенита. Взгляды всех людей, сидевших на пит-уолле, устремились на Вальдо. А тот с отчаянным выражением лица смотрел сквозь экран на бездельничавшего Оскара. [п/п Антикрыло — аэродинамическое приспособление для увеличения силы сцепления автомобиля с дорожным покрытием, расположенное на кузове, и имеющее зазор между своей плоскостью и поверхностью, к которой элемент крепится.Трек-маршал — это маршал, располагающийся на определенном участке трассы, наблюдающий за чистотой трассы и выходящий на трек по разрешению руководителя гонки для устранения разных опасностей.] Механикам пришлось до полной темноты восстанавливать разрушенную Оскаром машину, прежде чем они смогли уйти с работы. Полностью потеряв день, Вальдо вернулся в отель около полуночи и в баре на первом этаже застал Оскара, просившего бармена открыть ему бутылку вина, поскольку он не нашёл штопор в номере. — Чем это ты занят после того, как испортил первый день тестов? — сказал Вальдо, быстро окидывая бар взглядом. К счастью, он не заметил лиц начальства или других знакомых товарищей по команде. Чтобы никто его не видел, Вальдо толкнул Оскара к выходу, а тот всё продолжал бормотать о том, что в номере у него нет штопора. На выходе к ним подошёл сообразительный бармен с двумя свежими винными бокалами. Когда Вальдо собирался что-то сказать, бармен улыбнулся, как будто был доволен своим умелым обслуживанием, и даже сказал: «Спокойной ночи». Оскар взял бокалы одной рукой, сказал «Спасибо» и вышел из бара. — Ты делаешь это специально, чтобы посмотреть, как меня уволят? Вальдо затащил Оскара, которого нашёл в баре, в свой номер. Не обращая внимания на Вальдо, рухнувшего на диван и продолжавшего что-то ворчать, Оскар сел на пол рядом со столиком и стал наливать белое вино в тонкий бокал, врученный ему барменом. Прозрачное золотое вино полилось в бокал. Оскар некоторое время полюбовался им и протянул бокал Вальдо. Тот вытянул руку, лежавшую у него на лбу, и подхватил бокал из тонкого стекла под дном. Рука, на которой красовались старинные часы с кожаным ремешком, выглядело изящно. Он опустошил бокал за один раз, а затем поставил на стол и внезапно нахмурился, проверяя этикетку на бутылке. Кажется, вино ему понравилось. «Красивый мужчина, даже когда раздражен, выглядит круто», — восхитился про себя Оскар, поднося бокал к носу. Насыщенный цветочный аромат заставил его почувствовать себя хорошо. — Бесполезно пить хорошее вино, не сделав ничего толкового. Вальдо откинулся на спинку дивана и растёр лицо обеими руками, как будто устал. Его гостиничный номер выглядел опрятно, нигде не было следов беспорядка. Оскар, не проронив ни слова, снова наполнил пустой бокал Вальдо вином, пока думал о том, что ни за что не позволит тому увидеть свои сумки и одежду, которые он оставил в своей номере. Вальдо посмотрел на него и спросил: — Тебе нравится алкоголь? — Я только что купил его, мне было интересно, какое на вкус испанское вино. — Ты же в курсе, что тебе нужно следить за своим весом, верно? — От вина ничего плохого не случится. — Не могу согласиться. Вальдо взял второй бокал, который налил ему Оскар. И на этот раз выпил его медленнее, стараясь прочувствовать вкус. — Почему ты попал в аварию? Что случилось? — спросил Вальдо чуть более мягким голосом, чем раньше. — Ничего... Просто ощущения от машины сильно отличаются от тех формул*, на которых я ездил прежде. Я думал, что смогу ехать быстрее, но что могу сказать... Я вообще не могу контролировать эту машину. [п/п Формула – определение гоночных автомобилей с открытыми (вынесенными за кузов) колесами. В Америке технические требования к таким автомобилям начали сводить в специальные документы, получившие название «формул», далее сведя это к названию самих автомобилей. Позже это название стало фигурировать в названиях гонок, таких как Формула-1.] — Как это не можешь контролировать машину? Технических проблем не было. — Ну, могу сказать, что задняя часть слишком сильно дергается при входе в поворот… Оскар поднял руки и тихим голосом попытался объяснить всё. Но, когда это не удалось, он одним глотком опустошил бокал с вином, будто это была прохладная вода. Вальдо ждал, пока он объяснит. Он подумал о том, что, может быть, Оскар обделен талантом красноречия или дело в том, что он не очень хорошо говорит по-английски, ведь, это не его родной язык. Попробовав объяснить еще немного, Оскар сдался и пожал плечами. — Завтра будет лучше. — Тебе легко говорить. Если мы продолжим в том же духе, завтрашнего дня для нас может не быть. —Если меня уволят, я это как-нибудь сам переживу, а ты со своей докторской степенью чего волнуешься? Просто сменишь работу. На этих словах Вальдо рассмеялся. Наконец-то напряженное выражение лица Оскара тоже смягчилось. Глядя на него, Вальдо почувствовал легкое сожаление за то, что отругал его, когда тот был расстроен. — Расскажи мне немного больше о сегодняшнем заезде. Трудно объяснить? — Не знаю. Даже если я объясню всё, не думаю, что ты сможешь понять, что я чувствую. — Почему? — Ты можешь понять это, глядя на данные? Ну... такое ощущение, что разряженный воздух проходит мимо меня и уходит вниз. Оскар сымитировал руками поток воздуха. Открытая ладонь медленно прошла по его сосредоточенному лицу. Затем внезапно он положил обе руки на пояс. — И когда я пытаюсь описать словами жару, тряску, волнение, силу тяжести и стресс, мои ощущения в бедрах и заднице… Вальдо поднял брови. Он хотел переспросить, но не хотел ещё раз произносить слово «задница». Оскар вздохнул. — Не знаю, мне это всё незнакомо, я не знаю, правильно ли я выполняю свою работу, правильно ли чувствую и передаю то, что тебе нужно, пока ты на пит-уолле? Сказав это, Оскар наклонил верхнюю часть тела вперёд. Его маленькая задница, которую Вальдо отметил еще во время подгонки сиденья, вдруг снова привлекла внимание, и он больше не стал отводить взгляд, просто разглядывая её. Он подумал, что стройное тело пилота с почти полным отсутствием жира было достаточно привлекательным, чтобы любой мог бы восхититься им с объективной точки зрения. Внезапно Оскар выпрямился и посмотрел Вальдо в глаза. Пронзительный взгляд заставил Вальдо ощутить жар, как будто его только что раскрыли. — Ты поймёшь, когда прокатитесь на нём. Я бы хотел, чтобы ты мог точно почувствовать то, что чувствую я. Мне бы хотелось, чтобы кто-то мог перевести эти ощущения. Оскар улыбнулся. Маленькие губы красиво изогнулись вверх.