Кора Хейл. Маленькая волчица

Сумка была собрана за десять минут. Документы. Наличные. Телефон. Нож — на привычном месте. Кора не проверяла дважды: руки знали порядок лучше головы. Она действовала так же, как всегда, когда что-то шло не по плану — быстро и молча. Телевизор она выключила уже на выходе. Квартира осталась позади — временная, безликая, удобная именно тем, что к ней ничего не привязывало. Дверь закрылась тихо. Кора не обернулась. На улице было прохладно. Воздух резал лёгкие, проясняя мысли. Машина отозвалась с первого поворота ключа. Двигатель загудел ровно и уверенно — как будто тоже знал, что времени нет. Бейкон-Хиллс был далеко. И всё равно — слишком близко. Кора выехала на трассу, когда город ещё спал. Серый рассвет тянулся вдоль горизонта, не обещая ничего нового. Километры ложились под колёса ровно, будто она ехала не к прошлому, а от него. Музыку она не включала. Тишина была рабочей. Она старалась ни о чём не думать. Вообще. Смотреть на дорогу. Считать километры. Дышать ровно. Держать руки на руле. Не задерживаться ни на одной мысли дольше секунды. Идеальная память издевалась. Раз за разом она подсовывала одну и ту же картинку: старший брат — взрослый, брутальный, грозный. И наручники на его запястьях. Кора сжимала челюсть и сильнее давила на газ, будто скорость могла стереть изображение. Не помогало. Лицо Дерека всплывало снова и снова — чужое и одновременно слишком знакомое. Дорога тянулась дальше. Первым пришёл холод. Не этот — за окном, а другой, старый. Тот, что въедается под кожу, когда ночуешь в заброшенных домах и не разжигаешь огонь, потому что огонь привлекает внимание. Кора помнила, как считать шаги до рассвета и как засыпать с ножом в руке. Потом — голод. Тупой, тянущий, настоящий. Когда добычу берёшь молча и быстро, а кровь на губах — не повод останавливаться. Руль под ладонями был тёплым. Настоящим. Настоящее удерживало её здесь. Несколько часов она боролась с собой. Честно. Не тянулась к телефону. Не сворачивала с трассы. Не искала. Просто ехала, позволяя дороге забирать внимание. Потом сдалась. Кора съехала на заправку, заглушила двигатель и достала телефон. Интернет ловил плохо, но этого хватило. Дерек Хейл. Статьи шли одна за другой. Заголовки менялись, смысл — нет. Обнаружены фрагменты человеческих останков, захороненные на заднем дворе дома Хейлов. Личность погибшей устанавливается. Через несколько экранов — уточнение. Останки принадлежат Лоре Хейл, старшей сестре Дерека Хейла. Кора медленно выдохнула. Основная версия следствия — конфликт из-за наследства. После смерти Лоры Хейл её брат считался единственным наследником состояния семьи Хейл. По версии полиции, между родственниками произошёл конфликт, приведший к убийству. Ведётся расследование. Кора заблокировала телефон и положила его экраном вниз. Наследство. Конфликт. Семья. Слова были знакомые. Чужие. Пустые. Она сидела в машине, глядя прямо перед собой, и впервые за долгое время позволила одной мысли дойти до конца. Она не возвращалась. Она просто ехала проверить.