Тень за кухонной дверью

Эдгар Аллан По

Вечерняя звезда .

Лето в зените, полночь темна.

Звезды бледнеют – всходит Луна,

В небо выводит свиту планет.

Брызжет холодный на воду свет.

Луна улыбалась, но мне показалась

Улыбка её неживой,

А тучи под нею — трикраты мрачнее,

Чем черный покров грибной.

Но тут я в молчанье увидел мерцанье

Вечерней звёзды над собой.

Был луч её дальний

Во тьме изначальной

Чуть зрим, но согрел с вышины

Он душу, которой так больно от взора

Бесстрастной и близкой луны.

За окном был февраль. Россия после праздников ощущалась совсем иначе, не так как раньше. Больше не было никаких украшений и новогоднего настроения, остались только серые многоэтажки, холодный вечер и куча не распакованных коробок и пакетов. Они совсем недавно переехали сюда, в новую квартиру и новый город. Как же она надеялась, что это последний переезд, надеятся, что они в кой-то веке останутся на одном месте и не будут ездить по всей России переезжая с места на место. Красноярск ей понравился, город сам по себе красивый. Они были на зимних каникулах, поэтому школу видели только снаружи, но не изнутри. Для Коё не было проблемой освоиться в новой школе, она общительная и не закрытая, люди сами тянуться к ней, а она их принимает. Для Чуи же все было сложнее, у него до ужаса вспыльчивый характер. Это конечно хорошо, когда младший брат умеет за себя постоять, но иногда эта самостоятельность вызывает некоторые проблемы. В прошлой школе он подрался с одним богатеньким мальчишкой, его родители спонсировали школу, поэтому прикрыли своего абортыша и всё перекинули на Чую. В последствии отца вызвали в школу, но вместо него пришел кое кто получше, и его дружок для защиты директора. Вместо отца алкоголика пришел старший брат не-до-француз-Поль-Верлен. Он приехал из Франции, примерно пол года назад, из за того, что Чуя ему позвонил в час или два часа ночи и решил излить душу и заодно рассказать как отец пропадает в офисе, спивается и все дела по дома переспали их сестрице Кое. После этого, через день Поль собрал вещи: в одной руке чемодан, а в другой – Артур Рембо, его лучший друг, с которым он пару лет назад свалил во Францию. Между собой они кстати, говорили на французском, по скольку владели им на ровне с японским и русским, и у обоих были французские корни и родитель (или оба, в случае Артура), которые тоже говорили на французском. И вот, почти два дня и эти два голубка стояли на крыльце их дома. На самом деле Верлен терпеть не мог отца. Он ненавидел его всей душой, из за него он свалил из дома и бросил Кое и Чую одних. Накахара очень долго обижался на брата, злился, кричал, материл и сыпал проклятиями. Конечно, не в полный серьез. Для него брат был многим, он был ему как наставник, а тот поступил с ним по "скотски" как выражался Чуя. Он не знал всей ситуации, в тот день он уехал к своему другу Осаму на выходные. И слава богу. В тот вечер Кое и сама сбежала, она застала начало ссоры, пощёчины удары и разбитую посуду. Она сидела у себя, старалась не слушать, но Верлен зашёл к ней, и попросил уйти из дома. Она ушла, и попрощалась с братом на много лет. Тогда она не знала, чем закончится та ссора, и жалела, что не обняла его сильнее. Он уехал. Отец на эмоциях назвал его пидором, наорал отрекся и выгнал из дома. Тот был только рад, и в тот же день уехал во Францию. Тогда ему было всего 18, а сейчас ему уже 20.       Часы пробили пол двенадцатого, стоит идти спать, завтра им предстоит познакомиться с новой школой.

***

— Чуя, вставай.— Накахару потрепали по волосам и мягко дернули за плечо. У его сестры никогда не было отвратительной привычки будить его самыми зверскими способами, как же он был благодарен ей за это, в отличии от брата. — Да что ты с ним сюсюкаешься? Он уже не маленький, взрослый амбал, сам вставать должен.— Верлен просунул лицо в приоткрытую дверь и держался за косяк, чтобы ненароком не упасть. — Поднимай его, а лучше стяни одеяло, чтоб жизнь малиной не казалась. — Стяни его лучше со своего дружка, ему полезнее будет.— Фыркнул тот и отвернулся на другой бок. — Не, он так не сделает, он же до дрожи боиться его будить, он же ему тогда голову оторвет.— Чуя слыашал в её голосе улыбку. У нее сегодня хорошее настроение, и портить его не стоит. — И правильно, тогда больше еды в холодильнеке будет, а то этот кабан все сжирает на своем пути, только и успевай готовить.— Верлен молчал, как странно. Сзади себя он услышал копошение, Коё встала и отошла в сторону. Он обернулся, но было слишком поздно. Поль уже разбежался и прыгнул на Чую, тот только взвизгнул и чуть было не встал, но брат оказался чуточку быстрее. Через мгновение Чуя лежал снизу и отбивался как мог, дрыгал руками ногами и пытался смеяться не так громко, Поль его щекотал. Коё же в свою очередь не пыталась сдеражать смех, но все таки из приличия прикрывала рот рукой. Веселье закончилось, когда дверь открылась, и в комнату вошел Артур. Он, злой (скорее всего потому что его разбудили), лохматый (по той же причине почему и злой) и с полотенцем в руке. — Arthur, mon chéri, bonjour. Pourquoi si tôt? — Верлен нервно улыбнулся, и Рандо без тени улыбки ответил. — Je doute que l'on puisse qualifier de bonne cette incompréhension. Allons discuter, alouette. Накахара повернулся на нервно улыбающегося Поля и поиграл бровями. — Мне кажется, что кому-то сейчас ой как влетит.— Коё прикрыла рукавом халата рот и наклонившись к брату посоветовала. — Иди лучше исправляй ситуацию, пока тебя не повесили на этом полотенце. Верлен сглотнул и встав медленно побрел к двери, и лишь один раз обернулся. Чуя ему помахал в жесте "иди, на нас можешь не рассчитывать" и скрылся за дверью. — Бедняга, мне его немного жаль.— Кое кивнула, и пошла к выходу из комнаты. — Одевайся, завтракай и мы пойдем.

***

Ранее утро зимой мало, чем отличались от ночи. Так же темно и холодно, вчера был лютый мороз, около 47°. Наверное, хорошо, что они тут долго живут, иначе вряд-ли быстро привыкли к резкой смене климата. Всю дорогу они шли молча, Чуя засунул руки в карманы куртки и смотрел под ноги, Коё укуталась в теплый шарф и зарылась в него носом. — Как ты думаешь, Верлену сильно влетит от Рандо?— Он покосился на сестру, и в его взгляде виднелась вина. Она хихикнула и потрепала его по рыжей макушке. — Не волнуйся Чиби, Рандо не настолько жестокий, чтобы избивать кого-то просто за то, что он его разбудил, даже если этот кто-то – это Поль.— Чуя сощурил глаза и уставился на сестру, она смотрела на него в ответ. — Ты правда думал, что только у Осаму есть смелость так тебя называть? Да и к тому же, очень милое прозвище на мой взгляд.— Чуя фыркнул и через пару мгновений задал следующий вопрос. — Как думаешь, между ними может быть что-то больше, чем просто дружба?— Коё не успела ответить, прозвенел звонок и они вошли в хол.

***

      Не смотря на ранний подъем ученики были весьма бодрыми, хотя, кого такой мороз не разбудит? В классе было по обыкновению шумно, наверное, учительница ещё не пришла. Ей ещё вчера сказали как зовут её классную.       «Виктория Васильевна» повторила она про себя, будто пробуя имя на вкус. Увы она её ещё ни разу не видела, ей просто написали как зовут учителя и куда идти утром, вот она здесь, подходит к новому классу. Сзади послышались быстрые шаги, и её окликнули. — Коё Озаки?— Она повернулась и улыбнулась. Женщина в возрасте стояла на пару ступенек ниже, и смотрела на неё, осматривая сверху до низу. — Доброе утро.— Сдержанно кивнула девушка. — Вы как я полагаю, Виктория Васильевна?— Женщина кивнула. — Пойдем в класс, представим тебя твоим одноклассникам? Не волнуйся, они ребята добрые.— Озаки кивнула и поравнялась с Васильевной, и только у входа в кабинет та прошла вперёд и за ней пристроилась сама Коё. У нее никогда не было особых проблем с адоптацией в новом обществе, и у самого общества с ней проблем никогда не было.       Пока учитель успокаивала возбуждённый гул голосов, Озаки успела осмотреть кабинет. Ничего необычного не было. Три стройных ряда, первые парты пустовали. Старшеклассники никогда не стремились сидеть впереди, как первоклассники, они хотели назад, подальше от строгих взглядов неприметных учителей. Сквозь занавешенные шторы проглядывали первые лучи солнца. В самом заду кабинета стояли огромные шифанеры, с множеством вещей внутри, на стенах красовались карты земли и портреты поэтов и писателей. Класс быстро замолчал. Они смотрели на неё, она смотрела на них лениво, изучая незнакомые лица. Среди них было несколько выделяющихся личностей. Парень с длинной белой косой, и два разных глаза как у кота. Интересно, он красил волосы или от природы такой? Он и его сосед сидели на последних партах у окна, за эти места всегда вёлся бой между учениками. Бой за окно, в которое можно попялиться, когда скучный учитель ведёт ещё более скучный предмет. Рядом с ним сидел высокий, на вид худощавый и бледный, брюнет, с отросшими до плеч волосами. Глаза так же лениво и без особого интереса изучали её, они были похожи на два рубина. Интересная на вид личность. Перед ними сидел ещё один парень, но цвет волос был немного непонятен. То ли серые, то ли голубоватые, но одна было сразу видно, они были длинные как у девушки. Интересная у них мода на длинные волосы, рядом такой же длинноволосый парень. На вид он был довольно милым, волосы двухцветные, одна половина пурпурная, вторая белая. Она успела рассмотреть только их, когда Васильевна её окликнула. — ...Прошу любить и жаловать, Коё Озаки. Дорогуша, расскажешь им что нибудь о себе?— Коё одарила её скептичным взглядом, но все же согласилась, и пролепетала будто заученную фразу. — Меня зовут Коё, я родом из Японии, но в возрасте 9 с половиной лет, переехала в Россию. Я жила в многих городах и планирую закончить последние года учебы здесь, и потом уехать учиться в другой город. У меня есть двое братьев: старший и младший. Младший учиться здесь.— Учитель медленно кивнула. — Хорошо, даже отлично. У нас в классе тоже есть девочка из Японии, Акико Йосано, садись к ней, не бойся она не кусается. Но прошу вас говорить на Русском, чтобы все понимали и у нас не возникало проблем.— Она кивнула и направилась к предпоследней парте, девушка приветливо улыбнулась. Белая рубашка с широким рукавом, заправленная в юбку, которая идёт по колено, черный галстук и пальто, висящее на спинке стула. Коё улыбнулась в ответ и взгляд невольно зацепился за заколку бабочку. — Красивая заколка.— Она, по-птичьи, склонила голову набок, и девушка рефлекторно коснулась заколки и улыбнулась кончиками губ. — Спасибо. Это мне кое-кто подарил. — Парень? — Что?— Она улыбнулась, сложила руки в замок, положила на них голову и отрицательно покачала головой — Нет, вовсе нет. Это подарок от близкого, от отца.— Она опустила взгляд и Коё показалось, что её глаза на миг потускнели. Она не стала продолжать эту тему, и весь оставшийся урок просидели молча.