Defying fate/Противостояние Судьбе

— Планы поменялись. Я иду в лес. Я хочу побыть одна, — сказала Беллатрикс. — Но уже почти темно, — сказала Нарцисса. — У меня есть глаза, Нарцисса, — рявкнула Беллатрикс.       Нарцисса перестала следовать за своей сестрой, та заметила это и остановилась. — Я вернусь, — сказала Беллатрикс, — Скажешь Энди, чтобы не закрывала дверь для меня, хорошо? — Хорошо, — сказала Нарцисса.       Беллатрикс кивнула и пошла в сторону леса. В её укрытие, где можно было выть так громко, как душе угодно        Запретный лес.       С опасностями, скрывающимися в темных уголках леса, большинство учеников не имели право находиться здесь. Но Беллатрикс никогда не слушалась правил. Фактически, она регулярно посещала определенную область Запретного леса. Там было спокойнее, чем в других местах, и она могла наложить заклинание, защищающее ее от любых опасностей, будь то человек или нечеловек. Хотя это скорее было местом для уединения, чем для защиты. Не то чтобы опасность была в приоритете в ее стремлениях в данный момент. Нет, Родольфус Лестрейндж оказался "победителем" в этой гонке. Только мысль о том слизняке вызывала у Беллатрикс ярость.       Как только Беллатрикс исполнилось шестнадцать лет, ее родители объявили, что они заключили договоренность о браке с семьей Лестрейндж. — Чтобы обеспечить чистокровных потомством, — говорил ее отец.       Фактически, Беллатрикс должна была стать наложницей Родольфуса. Несколько недель она спорила с родителями, чтобы они отменили брак, но все оказалось напрасно.       Но она ничего не могла сделать, кроме как пнуть камни. Хотя при мысли об этих камнях она получала некоторое удовольствие, представляя их головой Родольфуса. Его обезглавленной, кровавой, глупой загорающейся головой.       С тех пор, как было заключено соглашение между семьями Блэк и Лестрейндж, Родольфус неоднократно пытался попасть в кровать Беллатрикс. Независимо от того, сколько раз она кричала или выгоняла его из комнаты, через несколько недель он вновь появлялся. Конечно, во время семейных мероприятий она сохраняла вид ужасно счастливого брака. Но в сердцах она хотела выдрать себе волосы и кричать на своих родителей так громко, насколько возможно.       Несправедливо... Беллатрикс собиралась закончить учебу и попытаться стать профессиональным игроком в квиддич. Почему ей пришлось бы отказаться от этого шанса? Только мысль о том, что ей придется пожертвовать своими мечтами, вызывала в ней такую... ЯРОСТЬ!       Издав небольшой крик, Беллатрикс развернулась и ткнула ногой в ближайший пень. Конечно, каждый раз, когда она высказывала свое презрение к этому браку, ее родители твердили ей о ее долге, как чистокровной ведьмы, обеспечить продолжение семейной линии с другими чистокровными. Беллатрикс издала еще один крик злости, нанеся пню несколько ударов, охая при каждом ударе.       Вскоре она почувствовала острую боль в ноге, вероятно, вывихнув несколько пальцев. Беллатрикс закрыла глаза и тяжело вздохнула, заставляя себя успокоиться. Она наслаждалась тишиной Запретного леса в полночь и находила это место утешительным. Иногда она проводила всю ночь в лесу. Там были только она, палатка с постелью и ее скетчбук. Она лежала на земле и смотрела в небо, рисуя бескрайние просторы небес.       Для нее Запретный лес был местом уединения без бремени ожиданий или политики. Начинало темнеть, Беллатрикс остановилась, чтобы отдохнуть, глядя на звезды, медленно пробивавшиеся через голубое небо. Беллатрикс чувствовала, что застряла в своем собственном пустом пространстве... совершенно одна. Не секрет, что у Беллатрикс не было друзей. Конечно, у нее были сестры. Но даже они не знали некоторых ее вещей. И она не хотела обременять их своими проблемами.       У Энди уже достаточно проблем с родителями из-за того, как часто она с ними спорит, и Нарцисса почти полностью не разбиралась в том, что происходит. Вскоре Беллатрикс достигла своего безопасного места. Небольшая поляна рядом с естественным водоемом. Хорошее место для отдыха.       После того, как она установила барьер вокруг поляны, Беллатрикс достала из своего кошелька блокнот. Или, вернее, она достала свой скетчбук. Используя Люмос в качестве источника света, Беллатрикс легла на траву и начала набрасывать звезды, а также другие вещи... например, кита. Глубоко в пустоте космоса, проплывающего среди звезд. Её отец увидел её наброски и сказал ей, что она тратит время на детские фантазии.       Это только заставило Беллатрикс хотеть рисовать ещё больше. Она нарисовала очертания кита, его глаз был звездой. Его хвост завивался так, будто он брызгал водой на небе, заставляя звезды менять свои положения под волнами пространства. Лицо кита было бесстрастным, хотя кто-то мог ошибочно трактовать существо как грустное или подавленное. Кто может сказать? Но для Беллатрикс это было просто создание. Создание... одно в пустоте, пытающееся оставить свой след... чтобы обнаружить, что океан всегда возвращается в своё нормальное состояние. Продолжая рисовать, Беллатрикс почувствовала, что глаза начинают закрываться, и прежде чем она поняла, она уснула как убитая.       Через несколько часов.       Глаза Беллатрикс медленно открылись, когда её разбудили странные звуки и маленькое сияние, проникающее сквозь её закрытые глаза. Она посмотрела на озеру и увидела, что вода светилась синим. — Что это такое..? — спросила Беллатрикс, думая, что это может быть новым материалом для наброска.       Осторожно подойдя, она нашла себя сидящей у бассейна с блокнотом в руке, начиная рисовать новый эскиз. Мощь, которую почувствовала Беллатрикс из этого бассейна, была ошеломляющей. Поднимая руку, Беллатрикс увидела, что волосы на её руке начали подниматься от чистой концентрированной магии, излучавшейся из бассейна. Всё вокруг словно исчезло из мыслей Беллатрикс, она была практически опьянена светом воды. Сначала она могла только любоваться тем, насколько чиста вода... словно смотреть в зеркало. Но продолжая глядеть в воду, она заметила что-то странное. В отражении небо было облачным, граничащим с грозовыми тучами. Но когда Беллатрикс посмотрела на небо, она увидела, что ни единого облака там не было.       Следующее, самое бросающееся различие... было в ее отражении. Или, точнее, в его отсутствии. Она протянула руку над водой и... ничего. Убрав руку, она собиралась достать блокнот для того, чтобы нарисовать это открытие, когда увидела руку, появившуюся в отражении. Она явно не была ее собственной, поскольку рука находилась немного правее.       «Что это?», подумала Беллатрикс, увидев, как рука медленно коснулась воды, и решила, что лучше попробовать что-то, чем ничего. Итак, она спросила: — Привет?       Рука в отражении мгновенно исчезла на несколько мгновений. Потом она снова появилась, наряду с еще одной рукой, схватившей край бассейна, и она решила сделать то же самое.        Запретный лес        1998 год       Гермиона неуверенно посмотрела внутрь и увидела кого-то, кого она никогда не ожидала увидеть снова... по крайней мере, кого-то, кого она не ожидала увидеть снова в реальном мире. Беллатрикс Лестрейндж. Она выглядела моложе в воде, но эти глаза... этого не отрицать. Гермиона смотрела прямо на ту ведьму, которая мучила ее, наложила клеймо, пыталась убить. Женщину, которая, как она знала, была мертва... она должна была быть мертва. И тем не менее, она здесь... смотрела на нее своими темными глазами.       Инстинктивно Гермиона издала тихий крик, прыгнув назад, упав на землю и оттолкнувшись как можно дальше от бассейна, пока не спряталась за кусочком укрытия. — Эй, ты в порядке? Я не собираюсь тебе вредить.       Этот голос. Её голос. Этого быть не могло. Не может быть, что это она! Гермиона, со слезами, текущими по её лицу, сильно качала головой, сердце её бешено колотилось в груди, словно отбойный молоток, и она начала переходить на гипервентиляцию.       Гермиона быстро начала свои дыхательные упражнения, когда услышала, как голос Беллатрикс снова раздался из воды. — Привет?       Гермиона медленно обернулась, чтобы посмотреть на воду. — Я не буду кусаться, обещаю.        Это должен быть сон... Беллатрикс умерла в Хогвартсе. Миссис Уизли её убила. Превратила в пепел. Так почему она здесь... это должен быть какой-то бредовый сон. Так и должно быть... но тогда... почему голос Беллатрикс звучит... радостно? — Я сошла с ума... — Привеееет?       В этот момент Гермиона успокоилась и послушала дальше. Это был голос Беллатрикс, только... он звучал моложе. Это был какой-то кошмарный сон. Так должно быть. Затем Гермиона услышала тихий вздох из воды, и услышала, как Беллатрикс говорит: — Вернись, пожалуйста.       Эта просьба что-то в ней потревожила. Этот призыв звучал... отчаянно. Как будто она умоляла её. Несмотря на то, что её сердце колотилось так, что казалось, что оно готово выбиться из груди, Гермиона медленно встала и начала подходить к воде. Её шаги были как миллиметры, но она продолжала приближаться. Это дало ей больше времени для обдумывания всего, что происходило.       Наверняка, если бы это был сон, она бы уже проснулась. Гермиона подняла руку и ущипнула себя... К сожалению, это было реальностью. Несмотря на все страхи, Гермиона все ещё оставалась Гермионой. Загадочное всегда привлекало её, и это было матерью всех загадок.       По мере того как она приближалась к краю озера, Гермиона провела еще одно быстрое дыхательное упражнение, прежде чем вновь увидела свое отражение в воде и заметила молодую Беллатрикс Лестрейндж, сидящую там с грустным выражением на лице... по крайней мере, до тех пор, пока она не заметила Гермиону. — О, боже мой, ты вернулась. Я не схожу с ума, — засмеялась Беллатрикс.       Теперь, глядя на эту Беллатрикс, Гермиона заметила некоторые очень заметные различия. Самое очевидное из них было то, что она была значительно моложе, чем та Беллатрикс, которую она знала. Рассматривая ее школьную форму, Гермиона предположила, что она была шестикурсницей... если не младше. Ее волосы были прямыми и собраны в пучок, и ее кожа, хотя и все еще была заметно бледной, уже имела немного больше цвета. Но самое заметное отличие было улыбка на лице Беллатрикс.       Вместо жестокой и злобной ухмылки, как у покойной Беллатрикс, у этой Беллатрикс улыбка выглядела теплой и доброй. — Э-э... здравствуй? — мягко ответила Гермиона. — Ты не здесь со мной в этой чаще, — сказала Беллатрикс, оглядываясь. — Я... я так не думаю... но в то же время, кажется, что да, — сказала Гермиона, глядя на ясное небо в отражении Беллатрикс в воде: — Отражение в воде. Оно другое. — Я знаю, — ответила молодая Беллатрикс, поднимая руки, — Ты чувствуешь магию, исходящую из бассейна? Это что-то неземное, не так ли?!       Гермиона кивнула. — Это... буквально заставляет волосы на затылке встать дыбом. — "Это выходит за рамки всей магии, с которой мне довелось сталкиваться, — сказала Беллатрикс. — О, как невежливо с моей стороны. Я еще не представилась! Беллатрикс Блэк, из благородного и древнего рода Блэков. Рада познакомиться.        Ну, по крайней мере, эта версия Беллатрикс была вежливой, если несколько горделивой... и восторженной. Подождите... Беллатрикс Блэк? Что это за портал? — М-Меня зовут... Г-Гермион... — Гермиона запнулась. — Гермиона... а как твоя фамилия?" — Грейнджер, — ответила Гермиона. — Я никогда раньше не слышала о Грейнджерах... но в общем-то, я не особо обращаю внимание на высшее общество. Нарцисса, может, знает больше об этом.       «Ну... она добрее. Хотя как бы она отреагировала, если узнала... опять,» подумала Гермиона, прикрывая шрамированную руку. — Что ты здесь делаешь? — спросила Гермиона.       Улыбка Беллатрикс на мгновение исчезла, когда она быстро сказала: — Я могу спросить то же самое у тебя. У тебя сейчас тоже комендантский час. — Я... просто ищу кое-что, — ответила Гермиона. — Что именно? — Какие-то светлячки. — Светлячки? Зачем тебе светлячки? — спросила Беллатрикс. — Для зелья, над которым я работаю, — сказала Гермиона. — Что? Ты собираешься кого-то отравить?       Гермиона на мгновение уставилась на воду, затем покачала головой: — Нет... нет, ничего подобного.       Беллатрикс несколько мгновений смотрела на Гермиону, прежде чем сказать: — Ну, я знаю, где их можно найти, на несколько ярдов позади тебя. — Спасибо, — сказала Гермиона, повернувшись к месту, откуда пришла. — Что касается меня... Ну... мне нравится здесь бывать. Это мое укрытие от мира. Здесь я могу насладиться уединением. — Я понимаю это, — сказала Гермиона, чувствуя, что начинает относиться дружелюбно к девушке в бассейне. — Честно говоря, я здесь даже уснула, — сказала Беллатрикс, потягиваясь.       Была короткая пауза, прежде чем Беллатрикс посмотрела на воду и сказала: — Подожди, у меня есть идея.       Гермиона могла видеть, как Беллатрикс преклонилась и опустила руку в воду. — Гермиона? Моя рука выходит из воды на твоем конце? — Нет, — ответила Гермиона. — И вообще, разумно ли совать руку в очевидно мощный магический сосуд, когда у тебя нет ни малейшего представления, что он на самом деле делает или что это вообще такое?       Беллатрикс пожала плечами. — Кто не рискует, тот не пьет шампанское, верно? Давай, сунь свою руку в воду. Посмотри, можешь ли почувствовать мои пальцы в воде.“ — Что? — переспросила Гермиона. — Я сказала — ДАЙ МНЕ СВОЮ РУКУ!        Гермиона подумала, эта молодая Беллатрикс превратилась в свою старшую версию, когда она скрипя зубами посмотрела на Гермиону. Она начала паниковать, держа свою руку, и отвернулась от воды, чтобы не показать этой Беллатрикс, как ей страшно. — Гермиона? — Прости, я... мне просто нужно минутку... — Ну, торопись. Мне может и понравится холод, но макать руку в ледяную воду в три часа ночи на самом деле не входит в мои приоритеты.       Гермиона собралась с силами и спросила: — Ты уверена, что нам стоит делать это? Это противоречит всем правилам безопасных магических экспериментов. — О, не будь ребенком. Единственная опасность, с которой я сталкиваюсь прямо сейчас – это гипотермия, — улыбнулась Беллатрикс, хотя ее зубы начали стучать немного.       Гермиона вздохнула и осторожно опустила руку в бассейн. До сих пор она только чувствовала ледяную воду и ничего больше. Она осмотрела бассейн, но чувствовала только воду. — Что-то есть? — спросила Беллатрикс. — Только холодная вода, — ответила Гермиона. — А у тебя? — То же самое, — сказала Беллатрикс, вынимая руку и немедленно начиная ее вытирать, „полагаю, магия только на поверхности бассейна. Мы точно находимся в одном и том же месте. Но все по-другому…       Гермиона заметила, что Беллатрикс начала смеяться и спросила: — В чем дело? — Не смешно. Волнующе. Ты и я стоим здесь в одном и том же месте, но мы не находимся рядом друг с другом. Это должно быть каким-то прорывом.       Гермиона кивнула. Это было действительно удивительно. И если бы человек по другую сторону бассейна был кем-то, кроме Беллатрикс Блэк, она была бы бесконечно более возбуждена.       Тем не менее, эта Беллатрикс казалась такой… не похожей на безумную фанатичную Пожирательнцу, какой была ее старшая версия…       Когда она подумала об этом, что-то начало происходить в бассейне. Свет вокруг бассейна начал блекнуть. — Гермиона, — спросила Беллатрикс, — Что происходит? — Мне кажется, что магия исчезает, — сказала Гермиона.       Когда портал начал закрываться, Гермиона увидела, что образ Беллатрикс начал исчезать. Часть ее, большая часть ее была рада этому... пока она не услышала, как Беллатрикс о чем-то спросила.‘ — Гермиона… не могла бы ты прийти завтра?        Но прежде чем она успела ответить, портал закрылся.        Время: 1968 год       Беллатрикс посмотрела на закрывающийся портал и спросила: — Гермиона?!       Ничего. Беллатрикс вздохнула, встала и посмотрела в сторону замка: — Я надеюсь, ты придешь завтра.        С этими словами Беллатрикс направилась обратно в замок, обдумывая это новое открытие.       Время: 1998       Гермиона возвращалась в замок, когда увидела кучу светящихся колпачков, на которые указала Беллатрткс. Подойдя к ним, она опустилась на колени и уставилась на них. Все, что ей было нужно, это два... Этого было бы более чем достаточно.       Гермиона медленно потянулась за светящимися колпачками, но остановилась, когда этот вопрос засел у нее в голове, пока она смотрела на бассейн. «Гермиона… ты не могла бы прийти завтра?» Поднявшись, Гермиона направилась обратно в замок… в ее корзинке не было никаких светящихся колпачков.