Что я значил

До невозможности раздражает. Невозможно найти человека, который не хочет чтобы его нашли, особенно если этот человек скрывался годами. Вряд ли он изменился, да и слабо верится что вообще сможет измениться. Ёнджуну бы хватило его увидеть, хотя бы на пару минут, желательно просто случайно в участке, когда того поведут на допрос. Он сам пытался от него спрятаться, даже старым соседям не сказал почему и куда переезжает. Тэхён прав, ему бы не составило труда выяснить новое местожительства Ёнджуна. Но раз он не появлялся, явно уже окончательно про него забыл. Хоть и забыть такое невозможно. Поход в магазин, три бутылки виски, четыре пачки сигарет. Даже есть не хочется, хотя омега чувствует как желудок выворачивает наизнанку, а в глазах слегка темнеет. Он не будет его искать, не станет опускать свою гордость. Если ему суждено снова сесть в тюрьму, пусть садится. Шесть часов сна, обеденное время, курьер со свежей лапшой и мясом, новый стакан алкоголя рядом. Ему придётся провести все три дня в одиночестве, за исключением коротких звонков Бомгю, которому иногда нужна помощь. — Я без тебя тут и загнусь — хныкал омега, позвонив в очередной раз. Впервые за долгое время Ёнджун заходит в интернет, но более ожидаемо отбрасывает телефон в сторону. Первая выпитая бутылка, выкуренная на половину пачка, белый потолок с плесенью в углу. Балкон, тёплый плед, суета на дороге, хмурое лицо омеги. Так не хочется быть дома. Да и не его это дом вовсе, лишь просто квартира, будто совсем не родная. Вроде бы везде валяются его вещи, везде его запах, но всё это не его. Вновь разбитый стакан, в попытке помыть накопленную неделями посуду. Эту идею пришлось отбросить. По углам везде целые клубки грязи и выпавших с него волос, а на всех поверхностях толстый слой пыли, что кажется уже скоро мох появится. Заляпанное зеркало в коридоре и омега наконец обращает внимание на то что он совсем потерял массу. Ощущаются выпирающие рёбра, острые плечи, в особенности похудевшие ноги. Ходячий скелет не иначе, а ведь ещё два года назад он в идеале сдавал физическую подготовку на высшем уровне. Нездоровый образ жизни губит всё сильнее. Снова ложится спать, просыпаясь уже в тёмной комнате, из мрака которой вытаскивает лишь свет уличных фонарей. Снова балкон и тёплый плед на голое тело, а шорты так и наровят упасть с бёдер. Сигарета, зажигалка, тонкая струйка дыма, а в голове последние слова Тэхёна. Всё нарушает дверной звонок. Бомгю? Тэхён? Не дай бог им увидеть его домашнюю мусорку. Хотя наверное, они так и представляют его квартиру, с кучей хлама и грязи. Чхве быстро проходит в спальню, накидывает футболку и подходит к двери. Даже не спрашивая, сразу открывает. Да. Иначе он поступить не мог. Именно сейчас, когда и так всё совсем хреново. Высокий альфа, держащий руку на дверном косяке, расслабленное лицо без единой эмоции и чёрные волосы. Он проходит без приглашения, знает что омега не сможет его выгнать, нагло этим пользуется, закрывая за собой дверь. Ёнджун замирает, невинным взглядом смотрит на затуманенные глаза напротив, и не может поверить. — Скучал? — тихо спрашивает альфа, подходя ближе к нему. — Зачем… — произносит Ёнджун, отходя на шаг назад, поглубже вздыхая — Лучше бы… — Я же вижу, что скучал — говорит он, дальше идя к нему, несмотря на отступление омеги. — Уходи — шепчет тот, опуская глаза, пока не упирается спиной в стену. Хочет ли он сейчас остаться один? Нет. Хочется ли сейчас обнять его? Да. И летели крахом все попытки его совладать с собой, стоит альфе протянуть ладонь к его лицу. Он расслабленно прикрывает глаза, пока кончики пальцев ласково гладят по щеке. Запах его так и тянет к себе, дурманит голову и просит быть ближе. Такой терпкий, слишком настойчивый, но такой близкий и приятный. — Ты сильно изменился — говорит альфа, убирая волосы с лица, открывая его глаза. Он не мог не измениться. От того Ёнджуна, наивного ребёнка, который верил каждому слову, уже ничего не осталось. По крайней мере, он был в этом уверен, пока вновь не ощутил тёплые родные руки на своей шее. — Субин… — еле слышно произносит омега, поднимая глаза, с которых уже сбегают слёзы, полосами стекая по щекам — Ты не можешь так поступать. — Как? — спрашивает альфа, второй рукой аккуратно накрывая его талию. — Уйди, я тебя прошу — слегка заскулив, говорит Ёнджун, закрывая глаза. Нет, это невозможно переносить спокойно, то как ласково альфа целует по щекам, губами собирая все солёные капельки. Омега осмеливается уверенно посмотреть в его глаза. Совсем ведь не изменился, такой же игривый взгляд, те же аккуратные немного пухлые губы. Плечи правда явно стали более широкими и крепкими, что прекрасно чувствуется даже в его руках, которые постепенно прижимают ближе к себе. Всё же возмужал, хоть не так это и заметно. Ёнджун выставляет вперёд открытые ладони, упираясь в его грудь. Еле заметная ухмылка на его лице в ответ, буквально выводит из себя. Снова эта дрожь, пробивающая насквозь всё тело. Субин плавно движет руками от талии выше, сантиметр за сантиметром продвигаясь к хрупким плечам омеги. По предплечьям ведёт одними пальцами, щурит глаза, глядя будто в самую душу. Мурашки от прикосновений по голой коже. Руки альфы аккуратно обхватывают чужие запястья, тянет их на себя и укладывает ладони омеги на свои плечи. Ёнджун не сопротивляется, даже не шевелится, как только на талии снова гладят его пальцы. Субин не торопится, подталкивает его назад и своим телом прижимает к стене. Омега приоткрывает рот, опускает голову, уткнувшись носом в избиг шеи второго. Вдохи рваные, а внутри становится так спокойно, несмотря на то как колотится его сердце. Губы альфы на задней части шеи, мелкие короткие поцелуи, ведущие дальше к наполовину оголённым ключицам. Пальцы легко цепляются за ворот футболки Ёнджуна, оттягивая в сторону, предоставляя больше места. Кончик языка на коже, прямо в ямочке ключицы. — Субин… — шёпотом произносит омега, поднимая голову. Прямо перед ним в паре сантиметров, лицо человека, которое он видит в своих ночных кошмарах, а в следующую ночь наблюдает в сладко-приторных сноведениях о счастливой жизни. Пальцы альфы цепляют край подбородка, вырвав с уст испуганный вздох. Он наклоняется к нему, оставляя жалкий миллиметр между их губами, касается кончиком носа щеки Ёнджуна. — Что такое, ёжик? — расплываясь в улыбке, спрашивает альфа. Чёртово прозвище, его мягким голосом. Снова этот смешок, давящий на открытые раны. Хочется взорваться, кричать, орать и оскорблять. Нельзя так издеваться над людьми, пользуясь своим положением в их жизни. Пальцы омеги неуверенно скользят на шею альфы, ужасно хочется сжать её до покраснения его лица, а затем задушить. А Субин дышит в самые губы, опуская пальцы на бока омеги, чуть ощутимо сжимая. — Позволишь? — уточняет альфа, хотя делает это лишь для формальности, чтобы сильно не задевать гордость омеги. Ёнджун слегка выше задирает подбородок, как бы случайно касаясь чужих губ своими, но намеренно делает это. Хотелось бы зацепить альфу, чтобы тот чувстовал то же самое что и он сам. Альфа накрывает мягкие губы Ёнджуна, расслабленно выдыхает, нежно сминает нижнюю губу. Омега медлит, робко отвечает, хотя сам тянет Субина за шею ближе к себе. Крепкие руки проводят по передним рёбрам, оглаживают талию, ведут двумя пальцами по линии позвоночника, футболка слегка задирается. Тёплая кофта с капюшоном на теле Субина сильно раздражает, но омега не смеет этого показать, только запускает пальцы вниз по шее за воротник. Зато альфа явно не скован, приподнимая край верхней одежды Ёнджуна. Ладони на оголённой коже, а поцелуй становится более жадным. Субин явно не даст ему передумать. Прижатый к стене затылок, руки альфы начинают грубее сминать оголённую кожу. До жути приятно и тепло, чувствовать себя рядом с ним. Субин неожиданно переходит на шею, выбивая всю землю из-под ног, коснувшись губами участка под ухом. Омега склоняет голову в бок, выпрашивая большего. Он ему это даёт, кончиком языка проводя по выпирающей венке, тягуче целует на каждом сантиметре. Ладонь оглаживает впалый живот омеги, проводя лишь подушечкой пальцев возле линии резинки шорт. — Сними — просит Ёнджун, цепляясь за капюшон альфы. Субин отстраняется, взявшись за свой ворот, тянет кофту наверх. Бросает её на пол, ловя застывший взгляд омеги на своём теле. На спине альфы огромный шрам, рубцы растекавшиеся от лопаток до поясницы. Ожог напоминавший о прошлом, которого нельзя было изменить. Этот шрам тянулся выше с одной стороны, проходил по ключице и заканчивался на плече. Енджун всегда цеплялся за него взглядом, не мог не посмотреть, хотя пытался. С возрастом он становился больше, растягивался и помнится со слов альфы сильно болел. Омега в то время сам смазывал его мазями, помогал облегчить его боль. Альфа же пользуется моментом, задирая наверх его футболку, вынуждая поднять руки и снять её. Повисла минутная пауза. Субин меняется во взгляде, рассматривая настороженные чужие. Альфа поднимает руку, не отводя глаз, и водит подушечками пальцев по часто вздымающейся груди. Круглая линия вокруг ареола соска, кривые ведущие по рёбрам. Омега дышит всё менее чётко, местами задерживая дыхание. Субин словно наслаждается видом, расстягивает момент как можно слаще, хотя даже не смотрит на тело, лишь чувствует пальцами. Снова впивается в губы, прижимаясь всем телом, а жар между ними разгорается всё сильнее. Субин всегда тянул, долго ласкал, шептал всякие пошлости и обожал целовать его тело. Омеге часто сносило крышу из-за этого, точно как и сейчас. Он отталкивает его лишь на шаг и берёт за руку, под слегка нахмуренный взгляд альфы. Ёнджун разворачивается спиной и ведёт его в свою спальню, где кроме него самого давно не было ни одной живой души. Сам прижимает альфу к дверце стоящего шкафа, накрыв его губы своими. Такие же горьковатые на вкус, сухие и заметно обветренные. Ещё и нагло улыбается в поцелуй, обхватывая руками обе ягодицы омеги. По-прежнему больно сжимает, заставляя невольно пискнуть. Он ведёт по накаченной груди альфы, обводит выделенные линии пресса, отчего альфа слегка прикусывает за губу. Пропускает язык, одной рукой цепляясь за волосы на затылке омеги. Ёнджун плывёт в его руках, удерживаясь за плечи. Субин подталкивает к кровати, укладывая его на смятую постель, а сам устраивается сверху, упираясь обеими руками в матрас с обеих сторон от его головы. Наклонившись, он вновь цепляет губы омеги, проводит по одной кончиком языка, словно не до конца распробовал их вкус. Руки постепенно спускаются вниз, как бы не специально задевая резинку шорт. Ёнджун обнимает его за плечи, одной рукой зарываясь в густые волосы альфы. Такие же жёсткие, словно солома, но кажутся очень приятными на ощупь. Ладонь Субина ложится поверх ткани шорт, поглаживая затвердевший член. В одежде становится ужасно тесно и некомфортно, вызывая тихий полустон омеги прямо в его уста. Альфа самодовольно усмехается, второй рукой обхватывает шею Ёнджуна, прижимая к матрасу, а сам отстраняется, коротко целуя по груди. Он припускает его шорты с одной стороны, твёрдо сжимая бедро до мелких покраснений. В ответ слышится тяжёлый вздох и недовольное шипение второго. Субин выпрямляется, стоя на коленях над ним. Омега соврёт, если скажет что не восхищается им, его внешность, харизма, тёмные глубокие глаза, да и в общем весь он, как одно сплошное произведение эстетики. Альфа разводит его ноги в стороны, стоя между и глядя в глаза стягивает вниз шорты вместе с нижним бельём. Ёнджун сглатывает, даже немного ощущает смущение, которого не было ни с одним другим альфой. Он обхватывает мягкую кожу на бёдрах и двигает на себя, вынуждая обхватить ногами его торс. В свете одного прикроватного светильника Субин выглядит более чем горячо, отчего омега приоткрывает рот, потянувшись рукой к нему, чтобы поцеловать. Альфа обхватывает его член в кольцо пальцев, проводя мучительно медленно от основания наверх. От этого омега прикрывает глаза, расслабленно выдыхая, бросив обе руки на постель возле своей головы. Снова эти поцелуи в шею. Ёнджун свободно отворачивает голову в сторону, слегка царапая верхнюю часть спины альфы. Субин лишь еле ощутимо прикусывает передними зубами кожу на изгибе, отчего омега распахивает глаза, вздрагивая всем телом. Альфа на это только усмехается, продолжая надрачивать ему рукой уже в более быстром темпе. — А если укушу? — тихо, с издёвкой спрашивает Субин прямо возле уха, пальцами свободной руки заправляя за него растрёпанные волосы. Ёнджуна будто током прошибает не меньше, эти слова так и бьют по самому центру. Ему никогда не ставили метку, а уж тем более этого не делал Субин. По крайней мере, это было тогда. С уст омеги слетает короткий сдавленный стон, от того как альфа обводит большим пальцем головку. — Не надо — шепчет омега, поддаваясь бёдрами на встречу его руке. — Боишься, что альфы в клубах не станут тебя трахать? — продолжает чуть громче Субин, проводя кончиком носа по его ключицам. Ладонь альфы пропадает, спускаясь ниже. Пальцы на пробу проводят по складке между ягодиц, размазывая природную смазку, специально не задевая истекающее отверстие. — Да пошёл ты — грубо шипит Ёнджун, стиснув зубы, но его рот тут же раскрывается в хриплом стоне от резкого болезненного ощущения внизу. Субин вставляет сразу три пальца без предупреждений, проталкивает почти до середины. Омега сжимает пряди его волос, на что слышит очередную усмешку, а зубы вновь лишь цепляют тонкую кожу на шее, но даже не оставляя следов. Ёнджун дрожит, пытается свести ноги, но альфа наклоняется бёдрами ниже, не позволяя этого сделать. — Пожалуйста, Субин… — просит омега, зажмурив глаза, тогда чувствует как кончик языка лижет по коже. Пальцы медленно покидают тело, массируя вокруг. Он вновь вставляет один, обводя внутри по стеночкам. — Давно ты стал спать со всеми подряд? — спрашивает Субин, добавляя второй, но уже аккуратнее. — Как будто сам святой — отвечает Ёнджун, блаженно выдыхая, расслабленно откинув голову на постель. Альфа упирается одной рукой возле его плеча и с наслаждением рассматривает его лицо, разводя пальцами в стороны. Второй же не открывает глаза, лишь приоткрытыми губами ловит кислород и тихо стонет, держаясь за его шею. — Так это из-за меня? — спрашивает альфа, добавляя третий палец — Искал замену? — Нет — лишь вырывается сквозь рваное дыхание омеги. Субин вытаскивает пальцы, отстраняясь от него и поднимается с постели, снимая свои джинсы. Ёнджун лишь наблюдает за ним со спины, но уже сейчас чувствует дикий жар внутри, и то как возбуждение накрывает с головой. — Поднимайся — твёрдым тоном произносит он, опуская колени на кровать перед омегой. Он послушно выставляет назад руки, отталкиваясь от постели. Ёнджун также поднимается на колени перед ним, прижимаясь телом к нему, как только руки альфы сжимают ягодицы. Субин не менее него хочет быстрее почувстовать тепло его тела внутри, но более хочется почувствовать омегу на пределе. Ёнджун тянет руку вниз, скользя пальцами по прессу альфы, но тот сразу хватает запястье, перемещая его руку на свою шею. Субин прижимает к себе ближе, трётся членом о чужой и ловит чужой язык, обводя по нему своим с обеих сторон. Между ягодиц становится ещё более мокро, отчего омега скулит в поцелуй, отдавая вибрацией по языку альфы. Он разворачивает его спиной к себе, целует за ухом, обводя изгибы тела. С уст Ёнджуна слетает звонкий протяжный стон, только стоящий член упирается между ягодиц. Тело Субина будто обжигает, с каждой секундой сильнее опаляя нежную кожу. Ёнджун откидывается головой на плечо альфы, хватаясь за его руки. — Субин… — еле разборчиво мямлит омега, стоит ему почувствовать головку члена прямо возле входа. Альфа толкает в спину, заставляя упасть вперёд, оперевшись на локти. Он плавно входит, постепенно заполняя внутри, вырывая из Ёнджуна стон наслаждения. Омега падает лицом в простыни, сжимая ткани в пальцах. Поцелуи на спине, мазок языком по плечу, руки так сильно сжимают талию, а Ёнджун сам толкается назад, прикрывая глаза. Альфа начинает слишком нежно, как по привычке, отчего тот словно смягчается в его руках, пряча все свои иголки. Он сам чувствует, что омеге этого мало, что вызывает невольную усмешку. Он двигается глубже, входя по основание резким толчком. Раз за разом ускоряя темп, грубее толкаясь в чужие бёдра. Смазка стекает по ногам, а низ живота сводит тёплым узлом. Громкие шлепки тел, красные следы от пальцев на теле, а высокие стоны омеги всё громче рвутся наружу. На секунду Субин останавливается, прикусывает нижнюю губу и осматривает его тело, словно просто любуется. Почти полностью выходит, проводя пальцем по линии ягодичной складки. Жёсткий толчок на всю длину, притянув параллельно его бёдра к себе. Ёнджун зажмуривает глаза, трётся вспотевшим лбом о простыни и почти кричит. Кровать раздражающе скрипит под весом двух тел, Субин со своей любимой ухмылкой всё быстрее вбивается в податливое тело, чувствуя как омега в его руках начинает дрожать. Колени разъезжаются, а тело держится только за счёт ладоней альфы. Места, где он до боли сжимает, предательски ноют, а спина выгибается дугой, укладываясь грудью на кровать. — Какой же ты… — произносит альфа, а омега слышит его рык и тяжёлое дыхание. Он сгибается, обхватывая лежащего за талию и поднимает к себе. Разворачивает лицом к себе и валит спиной обратно на постель. Ёнджун не успевает опомниться, как снова чувствует резкий толчок, заполняющий его полностью. Громкий стон, веки слегка прикрываются, а руки держутся за спину альфы. Субин хватает за лодыжки, закидывая на свои плечи. Он всё быстрее выбивает с омеги громкие стоны, полностью заполнившие помещение. Рука альфы на его шее, а пальцы лишь немного сжимают, вдавливая омегу в матрас. Ёнджун приоткрывает рот, глаза закрыты, а грудь покрывается испариной от жара чужого тела. Субин тянет его ноги вниз, заставляя опустить и завести за свою спину. Омега цепляет ступни между собой, сильнее выгибаясь в спине. Он цепляется за кисть альфы, которая перекрывает кислород, но даже не просит её убрать, лишь подушечками пальцев гладит по его коже. Вторая ладонь Субина обхватывает член омеги, подстраивая движения сверху вниз к своему ритму. Рука на шее сжимает сильнее, толчки становятся глубже и жёстче, а тепло внизу живота всё больше наколяется. Ёнджун перестаёт дышать, замирая в протяжном сладком стоне. Пальцы омеги стискиваются на его спине, а бёдра и колени подрагивать. Ноги сами падают на кровать, раздвигаясь в стороны. Он кончает в руку альфы, царапая короткими ногтями вспотевшую кожу на его плечах. Субин продолжает вбиваться в уже обмякшее тело, убирает руку с его шеи, подхватывая бёдра омеги. Держит его на весу, а Ёнджун обессиленно роняет руки на кровать. Он склоняется к нему, цепляет припухшие губы, раскрытые в очередном стоне. Ещё несколько толчков, а в уста альфы врывается болезненный скулёж. Субин прикусывает его нижнюю губу, ускоряя темп. Последние толчки, альфа выходит из тела, пару раз проводит рукой по всей длине, изливаясь на внутреннюю часть бедра Ёнджуна. Продолжает целовать, рвано дышит, оглаживая расслабленное тело. Он ложится рядом, откидываясь головой на подушки. Ёнджун двигается к нему, положив затылок на плечо альфы. А Субин так аккуратно перебирает пряди его волос, слегка наклонив голову к нему. — Ты был за рулём? — неожиданно спрашивает омега сквозь мелкую отдышку. Слышно как альфа сглатывает, выдерживая пару секунд молчания. Ёнджун не выдерживает, поднимается с места, оттолкнувшись от матраса. — Думаешь, я сбил человека? — с усмешкой произносит Субин, приподнимаясь на локтях, оглядывая его со спины. Ёнджун не отвечает, бросает косой осуждающий взгляд исподлобья. Он проходит к шкафу, абсолютно без грамма стеснения, и забирает первые попавшиеся под руку спортивные штаны. Омега скрывается в дверном проёме и без слов уходит в ванную комнату. Оставить Субина одного в его комнате немного смелое решение, а тем более самому закрыться в ванной. Почему-то есть уверенность, что прямо сейчас, включив воду, он услышит хлопок входной двери. Либо и вовсе, окажется что Субин был просто галлюцинацей. И что дальше ему делать, если альфа не уйдёт сразу? Просить пойти в участок? Орать о том, как сильно он его винит во всей своей дерьмовой жизни? Молча надеяться, что он не уйдёт? Или признаться, что правда скучал? Горячая вода обжигает, а сверху по потолку клубится пар, плавая по помещению. Ёнджун опускает кран вниз, замирает, но ничего не слышит. Страх перед пустой постелью сжирает всю его уверенность. Пальцы дрожат, отчего даже завязать шнурок штанов приходится испытанием. Обводит языком по своим губам, морщится от того как саднит маленькая ранка на нижней, и наконец рывком распахивает дверь. Обувь альфы, оставшись возле дверей спальни, всё ещё стоит. Теперь он тем более не знает что чувствует. Радость ли это, что Субин не воспользовался шансом сбежать. Грустно ли, что теперь точно придётся с ним разговаривать. Ёнджун заходит на кухню, взяв с полки целый стакан, и аккуратно обходит лежащие осколки. Пачка сигарет схваченная с подоконника, зажигалка, а дым заполняет его лёгкие. Он кладёт маленькую коробочку в карман, и проходит в спальню. Субин стоит в одних джинсах у окна. Омега пытается делать вид, что его не напрягает нахождение альфы рядом. Молча проходит в сантиметре от него, опускаясь к прикроватной тумбочке, и достаёт когда-то припрятаный на аварийный случай виски. Заполняет стакан до середины, одним глотком выпивая всё содержимое. Сразу закуривает, наливая повторно, но на этот раз руку перехватывают. Субин под его удивлённый взгляд забирает стакан из рук и залпом его опустошает, присаживаясь рядом с ним. — Ты был пьян в тот момент? — спрашивает Ёнджун, наплевав на всё, что после может вылиться на него. — Да — признаётся альфа, взяв бутылку с тумбочки. — Сколько было человек? — продолжает омега, но даже не обращает внимания, лишь смотрит в одну точку где-то на пыльных серых шторах. — Четверо — отвечает Субин, протягивая ему стакан, заполненный до краёв. Неужели, он хочет проверить его выдержку? Это вынуждает поднять грозный непонимающий взгляд на альфу, на что получает лёгкую усмешку. Смотрит в глаза Ёнджуна, подносит стакан к губам и выпивает ровно половину, после чего всё же отдаёт ему. Омега послушно допивает за ним, снова поднося фильтр сигареты к губам. Стряхивает пепел в стакан из-под кофе, стоящий возле прикроватной лампы. — Водитель был трезвым? — спрашивает Ёнджун, не настаивая говорить кто был за рулём. — Нет — качает головой альфа, на что тот вновь поворачивается к нему. — Так это был ты? — с упрёком произносит он, нахмурив брови. Субин мягко приподнимает уголки губ, наклоняясь к нему. Обводит пальцев контур губ, на которых поблёскивает алкоголь и красные следы, с уже фиолетовыми подтёками. — Я сидел на пассажирском — отвечает альфа, не отводя глаз от чужих. Ёнджун заметно расслабляется, хотя сильно его это не радует. — Это всё, что ты хочешь знать, старший детектив? — с издёвкой говорит Субин, вновь протягивая руку к его лицу. Он заправляет пряди передних волос за ухо, присаживаясь ближе к нему. — На какой скорости вы ехали? — тихо спрашивает Ёнджун, а взгляд невольно смягчается. — Девяносто, может девяносто с копейками — пожимает плечами альфа, забирая тлеющую сигарету из его рук. Наклоняется вперёд, уперевшись рукой позади спины омеги, и молча стряхивает пепел в стакан. Субин обхватывает губами фильтр, морщит нос и с отвращением сглатывает, отдавая её обратно хозяину. — Всё ещё куришь эту дрянь — говорит альфа, выпуская дым тонкой струйкой в его лицо. — Мне они нравятся — отвечает Ёнджун, опуская глаза, и делает очередной затяг. Конечно же, Субин и так это знает, спрашивал об этом когда-то не меньше чем каждый час, стоило омеге уйти курить. А ведь Ёнджун тогда мог обнаружить в своей пачки другие сигареты, более дорогие и если правда, более вкусные. — Ты должен пойти в участок — строго произносит омега, хотя сам так и сжимается внутри от навязчивых мыслей. Омега тушит сигарету, потерев её о край стакана и бросая её на дно. Хватает бутылку за горлышко, делая из неё пару больших глотков. Наконец тело расслабляется, пальцы слегка покалывает, а матрас рядом прогибается. Рука гладит по оголённой спине, тянет на себя, вынуждая лечь на плечо альфы. — Как скажешь — бездушно произносит альфа, целуя его в макушку. — Ты не понимаешь — возмущённо произносит Ёнджун, отталкивая его, выпрямляясь в спине — Вам и так прибавят за побег с места приступления. Учитывая, что вы… — Не надо — перебивает его альфа, большим пальцем накрывает пухлые губы и качает головой. — Да послушай — вскрикивает омега, убирая от себя его руки — Ты же хочешь знать, как снова не сесть в тюрьму. За этим ведь ты пришёл — повысив голос, продолжает он. — Нет — отвечает Субин, кладя руки на его плечи, и заглядывает в глаза — И я не хочу это обсуждать. — Не хочешь обсуждать? — усмехается Ёнджун, а в его кривой улыбке видна недоверечивость и грусть — Но на вопросы ответил. — Ты бы не успокоился, если бы не узнал то что хотел — отвечает альфа, потянув его лечь на постель. Оба ложатся боком на матрас, лицом друг к другу, а пальцы альфы убирают с глаз Ёнджуна все упавшие волосы. — Ёжик — шепчет Субин, глядя в блестящие глаза омеги. Его губы подрагивают, грудь часто вздымается, а нервы уже где-то на краю. Он искренне не хочет показывать альфе свои эмоции, которые тот и так прекрасно видит и чувствует. — Уходи… — шепчет Ёнджун, а по краю глаз рисуется прозрачная пелена. Справа по щеке стекает слеза, падая на простыни и оставляя мокрый маленький кружок, а ресницы всё быстрее намокают. Руки альфы притягивают к себе, протискивая левую между телом омеги и матрасом. Ёнджун наклоняет голову, уткнувшись в его грудь и зажмуривает глаза, хватая открытыми устами частички воздуха. Простота в его касаниях, тихие томные вздохи и уютное тело. Омега позволяет себе заснуть в его руках, так и оставаясь лежать поперёк кровати. И впервые так безмятежно на душе, а во снах не видятся кровавые месива и лица потерпевших. Сквозь пелену сна чувствуется, как голова ложится на подушки, а тело рядом исчезает, но всё это кажется нереальным. Да и Субин, всё ещё кажется ненастоящим, хоть и отметины от пальцев на его теле, которые начинают приобретать фиолетовый оттенок, говорят об обратном. Где-то на фоне разрывается звонящий телефон, с именем «Тэхён» на экране. Веки еле как разлипляются, а всё тело неприятно ноет, в частности поясница. Рука альфы на бедре, а спиной он чувствует его грудь, вместе с дыханием на задней части шеи. Ёнджун поднимается за телефоном, лежащим на самом краю кровати в углу возле подушки. Он оборачивается ещё на спящего Субина, который притягивает обратно к себе, и проводит пальцем по зелёному значку на экране. Подносит сотовый к уху и сразу сталкивается с недовольным голосом альфы. — Как себя чувствуешь? — спрашивает Кан, а глаза омеги снова закрываются. — Хреново — хрипло отвечает Ёнджун севшим голосом. — Может Бомгю заедет к тебе вечером? Он вчера хотел поехать, не знаю заезжал или нет — говорит альфа, а в голосе слышно явное беспокойство. — Нет — прокашливаясь, отвечает он — Не надо, я справлюсь сам. — Уверен? — уточняет тот, а Ёнджун чувствует что Субин точно проснулся. — Да, всё нормально — уверяет его омега, ощущая как пальцы альфы ведут по его плечу вниз по талии. — В общем, я почему позвонил — вздыхает Тэхён, тут омега и понимает что речь пойдет о человеке позади него — Он не объявился? Ёнджун сглатывает глянув в уже светлое небо за окном, возможно даже слышно для Тэхёна, а тело явно напрягается, что чувствует Субин, ласково оглаживая его живот. — А ты что-то узнал? — решает спросить детектив, перенося телефон из правой руки в левую, свободной хватаясь за назойливую руку альфы. — Тот альфа, которого мы вчера нашли, назвал нам ещё два имени. Все трое сейчас в нашем участке под следствием — говорит Кан, что заставляет Ёнджуна подняться в сидячее положение. — Вы их допросили? — спрашивает Ёнджун, зарываясь рукой в собственные волосы. — Да, все они топят его — говорит Кан, отчего омега тяжело вздыхает, обернувшись на более чем спокойного альфу — Говорят это его идея была, да и за рулём тоже был он. Ёнджун смотрит в его глаза, ищет правды и искренности, но не видит ничего кроме чистого вида равнодушия. — Ёнджун, если это подтвердится фактами, то… — начинает Кан, но омега не даёт ему закончить. — Значит, посадишь его — говорит омега, глядя Субину прямо в глаза. На лице альфы расплывается хитрая ухмылка, а сам он поднимается к нему, цепляя за подбородок пальцами. — Ты мне соврал? — спрашивает он, прежде чем тот успевает коснуться губ. — Зачем мне тебе врать? — останавливается Субин, ловя зрительный контакт, а сам пальцами оглаживает шею. — Чтобы я поверил тебе и помог вылезти из этого дерьма — тихо отвечает омега, опуская взгляд на чужие губы. — Нет — качнув головой, отвечает альфа, мазнув большим пальцем по нижней губе, задевая все проявшиеся фиолетовые подтёки. — Субин, они все дали показания против тебя — говорит Ёнджун, отворачиваясь от альфы. Он поднимается, на коленях подбираясь к краю постели. Хватает пачку сигарет, зажимает одну между губ и раздражённо бросает коробочку в стену над кроватью, отчего она падает прямо на подушки перед Субином. — А что ещё они должны были сказать? — с усмешкой произносит альфа, только омега щёлкает зажигалкой — Каждый сам за себя, если дело доходит до полиции. — Каждый сам за себя — усмехается Ёнджун, втягивая дым в свои лёгкие — И все трое решили сдать тебя. — У нас было время, пока вы устанавливали личность второго, ведь моё дело есть в вашей базе, а он ещё не привлекался — говорит Субин, присаживаясь позади омеги. Он тянет его к себе, укладывая его спиной на свою грудь. Ёнджун не сопротивляется, головой падая на его плечо. С уст клубится дым, а глаза задумчиво рассматривают горящий пепел. — Меня вы не нашли, зато нашли второго, а он без задней мысли сдал остальных двух — говорит альфа, оглаживая его по животу и груди, уткнувшись носом в ключицы, поглубже вдыхая его запах, смешанный с противным табачным — Все они знают о моей судимости, на меня проще перевести все стрелки. — Здесь ты прав — признаётся Ёнджун, поворачивая голову к нему. Он сам ловит губы альфы, сам слегка шипит, стоит второму случайно зацепить затянувшуюся ранку. Руки Субина хозяйничают по нагому телу, жадно сжимая талию. Альфа напоследок проводит кончиком языка по его верхней губе, чувствуя когда тот собирается отстранить. Ёнджун вновь подносит к себе сигарету, пока Субин выцеловывает ключицы омеги. Гладит по плечу, касается губами шеи, трётся кончиком носом под мочкой уха. — Зачем ты объявился, если не ради моей помощи? — спрашивает Ёнджун, стряхнув пепел прямо на пол. — Поверишь, если скажу что ради тебя? — внезапно шёпотом произносит Субин, убирая с его глаз упавшие волосы. Заправляет их за ухо и целует в висок. Он прижимает его сильнее к себе, водит носом по щеке, более резко ощущая запах табака. Омега всё ему позволяет, даже выкинуть недокуренную сигарету в стакан, из которого продолжает струиться дым. Он чуть отодвигает плечо, садится боком и усаживает омегу между своих ног, держа его одной рукой на весу. — Не поверю — шепчет Ёнджун, как только альфа сталкивается с ним взглядом. — Тогда больше об этом не спрашивай — отвечает Субин, зарываясь пальцами в его волосы. — И что ты предлагаешь? Сделать вид что этих шести лет не было? — спрашивает омега, поднимаясь. Он садится сверху на его колени и толкает альфу в грудь, заставляя лечь на кровать. Чужие руки сразу ложатся поверх его бёдер, а сам Ёнджун наклоняется к нему, смотря в глаза. — Я не собирался извиняться, просить второй шанс и всё подобное, но если тебе это нужно… — начинает говорить Субин, пока омега ведёт пальцами по его линии пресса. — Нет — обрывает тот, склонившись ещё ниже, целуя его грудь мелкими короткими касаниями. От альфы следует глубокий вздох, а ладони снова сжимаются на узкой талии, большими пальцами отчерчивая рёбра. — В ближайшие дни ты всё равно снова исчезнишь из моей жизни — произносит Ёнджун, затягивая в жадный требовательный поцелуй. На этот раз кусает он, чувствуя как морщится альфа и как больно сжимают его пальцы на ягодицах. Но почувствовав металлический привкус и странное ощущение на своих губах, омега невольно напрягается, отстраняясь от него. Субин сразу закрывает рот, сглатывает кровь вместе со слюной под испуганный взгляд омеги. Ёнджун оттягивает пальцем его нижнюю губу, видя эту кровоточащую ранку посередине. Алая жидкость стекает по деснам и явно не собирается останавливаться. — Я не думал… — начинает Ёнджун, ведь и правда не думал что получится так сильно, но альфа не даёт ему договорить. Притягивает к себе, а после переворачивает на спину, нависая сверху. Напористо сминает поочередно его губы, а во рту омеги продолжает развиваться вкус крови, стекающей по губам Субина. Штаны вместе с бельём срываются рывком, отчего омега неосознанно простанывает в поцелуй, вызывая бурю эмоций внутри второго. Руки ложатся на спину альфы, прижимая ближе к себе. Запах Субина расслабляет получше всяких сигарет. Он откидывает голову назад, давая ему в очередной раз расцеловать свою шею. Альфа встаёт с постели, показательно расстёгивает пуговицу джинс, медленно потянув язычок молнии вниз. Ёнджун приоткрывает рот, языком проводит по щеке и кончиком надавливает посередине, дразня альфу. Хитрая ухмылка, глаза сужаются в уловке, а ладони оглаживают по щекам, снова наклонившись над ним. Омега спускает ладонь по груди и прессу Субина, обхватывая в кольцо уже вставший член. Он опускается над грудью Ёнджуна, обводя языком вокруг, и прикусывает передними зубами сосок. Тут же зализывает, прихватывает губами, снова слегка кусает. Оставляет еле видный засос чуть выше, пальцами проникая в расслабленное тело. Омега перекладывает руки на шею, затягивает в глубокий поцелуй, пропуская язык в рот альфы. Субин продолжать мять в пальцах его бока, наклоняя голову в бок, обводя по кругу язык омеги. — Быстрее — в губы произносит Ёнджун, лишь слегка отстранившись. Альфа подставляет головку к входу, медленно входит на половину, а затем резко заполняет до самого основания. Омега вздрагивает, выпуская стон в чужие губы. Грёбанный больничный, взятый совсем не к месту. Стоило лучше явиться на работу в том ужасном состоянии, попросить Бомгю поработать за двоих утром, а к обеду бы состояние улучшилось. Тогда бы Субин до ночи стучал в дверь, может быть бы и ушёл. Там бы подоспел Тэхён, нашёл бы его, да закрыл в комнате допроса. Завтрак на двоих, крепкий кофе, тишина в помещении. Субин с веником, ходящий по кухне. — Сам хоть не порезался? — спрашивает альфа, сметая осколки из-под батареи, оставшиеся от ещё давней истерики. — Нет — коротко отвечает Ёнджун, подсаливая яичницу. Он оборачивается на него, пока Субин выбрасывает содержимое совка в мусорный бак под раковиной. Альфа в одних его домашних шортах, согнувшийся в спине. А ведь прекрасен, без всяких шуток, даже с розоватыми полосами на плечах. Горячий кофе обжигает пустой желудок, отчего живот неприятно побаливает. Альфа довольно неожиданно благодарит за еду, уплетая кусочки с вилки. Как можно вести себя так, словно всё в порядке? Но сейчас он рядом, обнимает за талию, пока омега чистит зубы. Ёнджун верх дном переворачивает шкафчик под раковиной, протягивая альфе новую даже не распакованную щётку. А ведь сложно, да? Представить, что его можно снова потерять. Омега скромно улыбается ему, но получив яркую улыбку в ответ, сам невольно поднимает выше уголки губ. Субин уходит в душ, а второй остаётся наедине с недопитой бутылкой алкоголя. Пара глотков прямо с горла, а тепло начинает распросняться по телу. Он допивает залпом оставшееся содержимое, зажимает зубами сигарету, открывает шторы и выключает лампу. Открытое окно, а в лицо ударяет прохладный ветерок. Телефон снова разрывается от звонка, отчего Ёнджун устало закатывает глаза, выдыхая дым на улицу. — Слушаю — произносит омега, усевшись боком на подоконник, стряхивая пепел вытянув руку в открытое окно. — Ёнджун, мне нужна помощь, я не справляюсь — грустно хнычет голос Бомгю из динамика. — Извини, что оставил тебя одного — произносит омега, поднося сигарету к губам. — Да чёрт с этим, как ты себя чувствуешь? — более оживлённо спрашивает второй. — Уже лучше, спасибо — мягко говорит Ёнджун, поворачиваясь на звук приближаюшихся шагов. Субин вытирает мокрые волосы полотенцем и вешает его на свою шею, вставая перед ним. На его теле всё ещё видны капельки воды, стекающие по оголённому торсу. — Так что случилось? — спрашивает омега, не отводя глаз от тела альфы. — Я не могу сдать эти грёбанные отчёты — ноет Бомгю, высоко завопив, отчего второй на секунду отстраняет динамик от уха. — Что там не так? Я же заполнил всё — хмурится Ёнджун, потушив сигарету об оконную рамму и выбрасывая на улицу. Субин опускает глаза и проходит к кровати, вновь схватившись за полотенце, обтирая волосы. — Ты не поверишь, начальник их не подписал — возмущается Бомгю, явно что-то уронив. — Что? — злобно произносит омега, соскочив с подоконника — Почему? — Сказал, что сдавать должен ты, а не я — растроенно говорит тот. — Бред какой-то — вздыхает Ёнджун, проходясь по комнате — Там же везде мои подписи. — Вот именно — соглашается Бомгю — Но теперь без тебя я не могу закрыть дело. — Чёрт — вздыхает омега, понимая что из-за этого могут возникнуть серьёзные проблемы. — В общем, я посоветовался с Тэхёном и Каем, они предлагают написать от твоего лица объяснительную, с твоей подписью — говорит второй, явно уже порядком подустав от этой ситуации — Сможешь написать? Я заеду вечером и завтра всё сдам. Только не это. Бомгю не должен увидеть Субина, а уж тем более познакомиться с ним. Выгонять альфу не хочется до сжатия сердца, а отказывать омеге, в буквальном смысле вредит работе. И что тогда, закрыть Субина в комнате, а Бомгю не пускать дальше порога? Или вообще попросить подождать на улице? Но он в любом случае может почувствовать запах альфы на Ёнджуне, даже если попробовать посильнее набрызгаться духами. Хотя они сразу могут вызвать подозрения, ведь Бомгю прекрасно знает, что второй не признаёт никаких запахов кроме прирордных и никогда не пользуется духами. — Хорошо — неожиданно для себя самого, выдаёт Чхве, хоть и уже готов сбежать с этой квартиры куда-нибудь подальше. — Отлично, спасибо тебе — сразу радостно пищит Бомгю — Часам к восьми приеду, жди. Омега как и обычно завершает звонок, даже не прощаясь. Он поворачивается на Субина, расслабленно лежащего на постели, и тяжело вздыхает, проходя к комоду под телевизором. — Работа зовёт? — не открывая глаз, спрашивает альфа, слыша как тот копошится в ящиках. — Неудивительно? — переспрашивает Ёнджун, доставая пару листов бумаги и полузасохшую ручку. Омега проходит к подоконнику, положив листы на него и щёлкает ручкой, на секунду повернувшись на замолчавшего альфу. — Всё как и раньше — шепчет Субин, но достаточно слышно для него. Он поднимается с постели, подойдя со спины к согнувшимуся над подоконником омегой, и непринуждённо проводит пальцами по его выпирающим позвонкам. Ёнджуну нечего на это ответить, ведь в буквальном смысле Субин будто прочитал его мысли этой фразой.