Просвещение командира

      Пар с запахом масел окутал комнату, пока Эми принимала ванну. Хотя она и хвасталась Жозефине, что может собраться всего за час, в особых случаях предпочитала посвятить подготовке больше времени. Её первый «официальный» выход в Скайхолде как раз и был таким особым случаем. Эми вымыла каждый дюйм своего тела и вышла из медной ванны.       Эми смазала влажную кожу маслом и подождала, пока она не высохнет и не смягчится. Затем настало время выбрать наряд.       Хотела она выглядеть привлекательной или манящей? Утончённой или соблазнительной? Эми остановила выбор на первом варианте, вспомнив, что, хоть Инквизиция и не заявила о том, что является сугубо религиозной организацией, она всё ещё была связана с Церковью и последней Божественной. Поэтому она не хотела, чтобы её выход привёл к скандалу с более консервативными членами организации. Эта была горная крепость, а не один из салонов Вивьен, где правила моды часто сводились к тому, сколько кожи можно открыть, чтобы у мужчин не потекла кровь носом. Эми мягко улыбнулась: Орлей, не было другого места, которое она любила и ненавидела в равной степени.       Она остановила выбор на платье мягких пастельных тонов, поскольку оно бы выделило её на фоне тёмных цветов этого сезона. Кроме того, Эми предпочитала практичный стиль во время торжеств, и платье идеально подходило к её ярко-розовому парику.       — Достаточно скромно, — подумала она, довольная выбором. Эми прибережёт более смелые образы для следующих приёмов. Её длинные волосы были заплетены в косу и уложены короной на голове. К ним Эми прикрепила розовые локоны множеством заколок с хрустальными вставками.       Она надела белоснежные шёлковые трусики, прозрачные чулки в тон кожи, соединённые с тонким поясом на бёдрах. Несмотря на то что у Эми было бельё пооткровеннее, корсеты, бюстгальтеры и бюстье разного покроя и из всевозможных тканей, носить их всю ночь было неудобно, и они мешали танцевать. Сегодняшний вечер был полностью посвящён её выходу в свет, а не тому, в какой спальне она окажется.       Присев за туалетный столик, Эми увлажнила и размягчила кожу на лице и шее, пока она не стала сиять. Затем она взяла румяна и аккуратно нанесла их на щёки. Для пухлых губ она выбрала помаду более тёмного оттенка. Наконец она подкрасила ресницы и подвела веки. И последнее — Эми дополнила образ полупрозрачной пудрой, придавая коже перламутровый блеск.       Она надела платье, натянув плотный корсет на обнажённую грудь, и распушила юбки, чтобы они мягко ниспадали вокруг ног. Эми ловко обкрутила руки лентами крест-накрест и закрепила сверкающие манжеты к каждому запястью. Вырез был настолько глубоким, что обнажал верхнюю часть груди, но не более, и платье крепилось простым узлом за шеей. Довольно недооценённый элемент практичности, ведь платье можно снять, просто потянув за бант. И конечно же, туфли — простые, белые, на высоком каблуке, с лентой в тон.       Наконец Эми надела хрустальный кулон на длинной цепочке. Кулон лежал между грудей и красиво переливался. Он всегда отражал свет свечей и сразу притягивал внимание.       Эми наполнила его чуть ранее. Одним из фирменных снадобий гильдии от беременности и болезней. Это было масло, которое представляло собой превосходную смазку. Однако одна его капля в бокале воды или вина превращала напиток в мощное успокоительное, что стало её единственной защитой на случай, если спутник на вечер окажется жесток.       Эми наконец поняла, что выглядит прекрасно, покрутившись перед большим зеркалом. К тому же горный воздух расслаблял её. Платье из органзы переливалось всеми цветами радуги, пока она осматривала свою фигуру. Оно облегало её в нужных местах, добавляя грации движениям.       Будь элегантной, опускай глаза, пока к тебе не подойдут. Будь кроткой, покорной, доброй и заботливой.       Кроткой и покорной? Эми слегка усмехнулась. Какое облегчение, что командир не знал о её правилах, ведь она была груба с ним сегодня в часовне. Что-то в нём проскользнуло через её тщательно возведённую стену, отчего Эми совсем забыла своё место. Как бы хорошо ей ни платили, она всё равно была своего рода служанкой. Командир, конечно, может игнорировать её воинственность из-за её положения, но у каждого мужчины есть пределы. Он и правда назвал меня шлюхой, вспомнила Эми с приятным чувством в груди.       Она решила не вспоминать о других, более приятных ощущениях, которые он пробудил в ней. Влечение, привязанность, вожделение. Ничего из этого не должно быть в её работе. Да и командир вряд ли бы заинтересовался услугами и навыками Эми, ведь он был занят изучением эльфийского для Инквизитора. Восхитительный мужчина, страдающий от неразделённой любви.       Как и полагалось по моде, Эми немного опоздала. Ужин закончился, все столы были прибраны, и все ждали, когда менестрель и её музыканты настроят инструменты.       Эми собрала в кулак всю давно забытую уверенность в себе и смело прошла в центральный зал. Когда Эми вошла, воцарилась тишина. Она почувствовала, как все взгляды устремились на неё. Какое-то пьянящее чувство лишило присутствующих дара речи, и Эми почувствовала себя сильной, желанной и даже счастливой из-за открытого восхищения.       Как и положено, она направилась к трону Инквизитора и выразила своё почтение реверансом. Вестница была погружена в беседу со своим самоучкой-эльфом, полностью поглощённая его словами, и лишь кивнула в знак признательности.       Эми низко поклонилась советникам, собравшимся всего в шаге от трона. Она старалась избегать горящего взгляда командира, даже когда он бормоча поприветствовал её «леди Эми». Жозефина и Лелиана тепло поздоровались с ней и похвалили стиль.       — Отличный выход, дорогая, — сказала Вивьен, подходя в обнимку с мужчиной постарше.       — Мадам де Фер! — поцеловала её Эми в обе щёки. — Спасибо вам за добрые слова. Сегодня вечером вы выглядите просто великолепно.       Вивьен натянула кошачью улыбку в ответ на комплимент.       — Позволь мне представить графа де Карделе. Граф, это леди Эми, наше сокровище.       Эми присела в низком реверансе, из-под век разглядывая джентльмена.       — Де Карделе, — задумалась Эми. — Ах да. — Тот мужчина, что пытался остаться нейтральным во время гражданской войны, и это оказалось ему непосильной задачей. Но Эми волновали люди, а не политика. На руке у него было обручальное кольцо, на костюме в области сердца — чёрная лента. Вдовец, печально подумала Эми.       — Могу я пригласить вас на первый танец, леди?       Эми с улыбкой приняла приглашение и взяла мужчину за руку. В тот момент бард заиграл вступительные ноты традиционного вальса.       Как Эми и ожидала, даже по истечении десяти минут вдовец не сделал ей никакого предложения. Он искал друга, а не партнёршу.       — Спасибо за то, что уважили старика. Иногда приятно снова почувствовать себя молодым.       — Конечно, месье, буду счастлива услужить, если вам снова захочется потанцевать, посмеяться или поговорить о вашей любимой покойной жене.       Глаза графа засияли благодарностью.       — Добрая вы душа, — поцеловал он её руку и ушёл.       Не прошло и трёх секунд, как к Эми подошёл другой джентльмен чуть моложе с оценивающим выражением в глазах. После последнего танца у неё всё ещё была отдышка. В этот момент Эми была рада, что решила не надевать корсет. Кажется, сегодня вечером я буду нарасхват. Когда молодой человек осмотрел её с нескрываемым восхищением, Эми добавила: во многих отношениях.

***

      После оплошности ранее Каллен был полон решимости весь вечер вести себя профессионально и дружелюбно, приложить особые усилия, чтобы не оскорбить куртизанку, если вдруг она окажется рядом. Он немного побеседовал с представителями знати, у которых был военный склад ума. Каждый выдвигал молодому командиру свои предложения о том, как подавить мятежных храмовников или принести мир в места, осаждённые демонами.       Каллен был вежлив, показывал хорошие манеры. Жозефина даже одобрительно кивнула в ответ на его внезапную перемену в поведении.       А потом появилась леди Эми.       У него бы ни за что не получилось оскорбить её грубыми словами, потому что Каллен лишился дара речи. Беседы, которые он вёл с почётными гостями, остановились, поскольку его внимание было полностью сосредоточено на чём-то более приятном, чем стратегии и сражения.       Андрасте, она была восхитительна. Многослойная одежда, которую Эми обычно носила в крепости, скрывала фигуру, которую, должно быть, вырезал сам Создатель. Её тело было пышным, мягким и покрытым прекрасной шелковистой тканью, которая облегала её изгибы. Она была словно река, объятая закатом.       На первый взгляд платье казалось скромным. Но на руках, которые выглядели прикрытыми, на самом деле переплетались ленты, обнажая кожу под ними. Декольте было почти скандальным, но, когда Эми сделала реверанс перед ними, её мерцающий хрустальный кулон привлёк его внимание. Груди выглядели великолепно в тюле и дразняще исчезали под ним прежде, чем Каллен успевал запечатлеть эту картину в памяти.       И когда Эми танцевала, многослойная юбка развевалась, а два разреза почти до талии открывали её длинные ноги, обтянутые чулками.       Как что-то настолько невинное вызывало у него такие порочные мысли?       Каллен не знал, да и ему было всё равно. Вместо этого он с восхищением наблюдал, как Эми порхает по центральному залу, словно богато украшенная бабочка. Она танцевала с мужчинами, беседовала с женщинами и одаривала всех гостей застенчивыми улыбками и милыми взглядами.       Он начал замечать, что все мужчины наклонялись и шептали что-то ей на ухо после танца. Каллен увидел, что, оставшись одна, Эми мгновение молчала, а затем снова терпеливо ждала, когда к ней обратятся. У него не было никакого права ревновать, но он понял, что, как и все, может легко подойти к ней, но не решался и стоял в стороне, испытывая неловкость и тоску.       Молодой сын маркиза теперь составлял ей компанию, и Каллен услышал, как кожа его перчаток заскрипела оттого, что он сильно сжал рукоять меча, когда мужчина вёл рукой всё ниже и ниже по спине Эми. Я должен вмешаться, подумал Каллен и уже собирался направиться к ним, как куртизанка сама поправила расположение рук мужчины, бросив на него добрый, но строгий взгляд. Но, когда музыка стихла, он наклонился прошептать что-то ей на ухо. Эми мило улыбнулась, и Каллен увидел, как она поблагодарила его.       — Что они все ей говорят? — Каллен ни к кому не обращался, сам удивляясь своей вспышке.       — Кто? — Посол проследила за его взглядом. — О, леди Эми. Ну, они говорят: «Могу ли я попросить вашей благосклонности?» — или что-то в этом роде. Вы ничего не знаете о куртизанках?       — Не будь строга к нашему командиру, Жози. Он человек действия и стратегии, а не изысканных манер и светской утончённости, — добавила Лелиана певучим голосом.       Каллен разочарованно покачал головой. Зачем он спросил? Другие советники, которые почти не отличались от его брата и сестёр в детстве, радовались любой возможности его подразнить.       Посол почувствовала его дискомфорт и из чувства милосердия обязала себя рассказать неискушённому командиру об искусстве куртизанок:       — Слова и обычаи — дань древним традициям. Люди просят её об услуге, и в конце вечера куртизанка уходит в одну из комнат. Когда девушка придёт, она обсудит условия, и, если сочтёт их приемлемыми, предложит свои услуги, и всё — куртизанка ваша. По крайней мере, на одну ночь.       — Это кажется… — Удивительно прямо, подумал Каллен. — Очень по-орлесиански, — сухо сказал он.       Жозефина рассмеялась в знак согласия.       — На самом деле это антиванский обычай. Гильдия была основана в Антиве, где они сейчас и обучают девушек. В год принимается только одна, вот почему пользоваться услугами леди Эми — такая редкость.       — Я думаю, это добавляет загадочности ей и её любовникам. Никто не знает, кому посчастливится увидеть её в своих покоях, если только они не решат похвастаться, но это считается дурным тоном.       Каллен не заметил огонька в глазах Лелианы, пока переваривал её слова.       Никто не знает. Он взглянул на Филаур’эль, сидевшую выше всех на своём троне. Её внимание, как всегда, было сосредоточено полностью на Соласе и их нескончаемом разговоре. Никто не узнает.       Жозефина, сидящая рядом с ним, сделала краткое замечание об этой паре и их близости.       Каллен не удивился, но, что странно, он обнаружил, что его это больше не волнует. План выучить эльфийский был последним и отчаянным шагом вернуть её внимание. Но с появлением куртизанки его восхищение было направлено на что-то более привлекательное.       — Эми, — мысленно произнёс Каллен. Всё его внимание переключилось на Эми и её приятное присутствие, пока она кружилась по центральному залу в объятиях знатных мужчин Скайхолда. Никто не узнает, она ничего не узнает.       Спустя время, увидев куртизанку одну, Каллен собрал всю закалённую в боях силу духа и двинулся к Эми. Она стояла немного в стороне от танцевальной площадки, сложив руки перед собой. Её подведённые карандашом глаза скромно опустились.       Когда Каллен приблизился, Эми тут же подняла взгляд. Этот чувственный взор очаровательных зелёных глаз, сверкнувший из-под длинных ресниц, поставил его в ступор и снова лишил дара речи.       На её лице промелькнуло замешательство, но Эми взяла себя в руки и сделала Каллену низкий реверанс. Он подавил стон, когда это действие в очередной раз продемонстрировало ему манящую кожу.       — Командир, — тепло поприветствовала его куртизанка. — Надеюсь, вы наслаждаетесь вечером.       Если и была какая-то неловкость в их общении, то только из-за него. Каллен сжал рукоять меча для поддержки.       — Я… спасибо, вечер…       Звонкое хихиканье Эми прервало его неловкий ответ, а простое прикосновение её руки к наручам заставило сердце биться чаще.       — Не нужно быть вежливым со мной. Я вижу по вашему лицу и по тому, как сильно вы сжимаете меч, что вы это дело жутко презираете, — наклонилась и прошептала Эми. — Я сохраню ваш секрет.       — Хорошо, — тут же согласился Каллен, и его смущение в обществе Эми улетучилось.       Да, было бы неплохо… Создатель, она, как никто другой, чувствовала, как его успокоить. Каллену показалось, будто они снова были вместе в церкви. Доброта, понимание и неимоверное терпение. Если бы он встретил Эми, не зная о её профессии, он бы подумал, что она сестра-мирянка. Так хороши были её манеры.       — Вы хотели потанцевать, командир? Я могу порекомендовать вам несколько партнёрш, если не хотите танцевать со мной, — мягко спросила Эми, продолжая разговор.       — Нет, я…       Отбросив всю нервозность, Каллен подошёл ближе. Положив руку на её обнажённое плечо, он наклонился. Аромат сандала и ванили усилил его желание и прогнал последние сомнения.       Каллен прошептал ей на ухо слова, от которых Эми тихо вздохнула:       — Миледи, я хочу попросить вашей благосклонности, но мои слова не изысканны, а манеры так же грубы, как руки, но пожалуйста. Я прошу вас подумать. Подумать обо мне.       — С-спасибо. Я-я подумаю, — сказала Эми. Её щёки запылали, а глаза опустились.       Из-за её молчания Каллен почувствовал, как в груди растёт ощущение униженности. Он не стал долго стоять в зале рядом со своей теперь уже молчаливой собеседницей. Каллен сбежал в своё убежище в башне, к своей работе и совсем не заметил полный тоски взгляд, который Эми бросила в его сторону, когда он быстро ушёл.

***

      Каллен сбросил доспехи и сидел в совсем недавно прибранном кресле, работая за столом. Он решил скрасить вечер кружкой медовухи и отчётами, новыми отчётами, которые нужно было просмотреть, одобрить и убрать. И всё это для того, чтобы попытаться отвлечь себя от собственного абсолютно нелепого предложения.       Неужели мужчина, который столько лет был лидером, нёс ответственность за сотни, а теперь и тысячи человек, не может пригласить красивую женщину к себе в постель, не выставив себя дураком? Я должен был сначала поцеловать руку Эми или потанцевать с ней, подумал он, потирая усталые глаза. Он мог бы сделать столько джентельменских поступков, а вместо этого выставил себя неотёсанным варваром. Куртизанка крутилась в высших слоях общества, а он был, видимо, слишком самоуверен, раз решил, что обладает какими-то чарами, которые привлекут её.       Каллен так погрузился в жалость к себе, что едва услышал тихий стук в дверь.       — Войдите, — на автомате произнёс он.       Каллен даже не оторвал глаз от кружки в руках. Он давно привык, что посыльные приходят к нему в любое время.       — Командир? — раздался в кабинете чёткий женский голос без акцента. Каллен поднял взгляд и вскочил с кресла.       — Вы пришли?       Каллен едва мог поверить в это. Подумав, что это какое-то видение, вызванное ломкой или выпитой медовухой, он сделал несколько шагов к Эми.       — А-а-а… — подняла руку куртизанка, останавливая его. Каллен тут же, как по волшебству, замер. — Я ещё ни на что не соглашалась. Присядьте, — спокойным тоном настояла она.       Каллен так нервничал, что ему было безумно сложно усидеть на кресле, поэтому вместо этого он прислонился к краю стола в надежде выглядеть невозмутимым. Но Каллен был уверен, что Эми по лицу заметила, как бешено бьётся его сердце.       Она стояла, аккуратно сложив руки перед собой.       — Вы пробуждаете во мне любопытство, командир. Признаюсь, после вашего довольно грубого поведения я совсем не ожидала, что вас заинтересуют мои услуги, — произнесла Эми, ожидая его ответ.       — Я всего лишь мужчина… — сказал Каллен, вцепившись руками в стол, сдерживая напряжение от предвкушения.       — Я вижу. — Её взгляд скользнул по его телу. Она покраснела?       Когда Эми снова заговорила, в её голосе прозвучала настороженность:       — Я не собираюсь участвовать в измене. Командир, вы женаты или у вас есть возлюбленная, которой будет больно, если мы проведём время вместе?       — Нет! — поспешил ответить Каллен, мысленно представляя то, что повлечёт за собой «время вместе».       Каллен увидел, как сузились глаза куртизанки. Эми была умна, мастер игры, и, вероятно, видела больше, чем он намеренно показал. Он будет честен.       — Была одна девушка, о которой я заботился, но она…       Предпочитает того, кто может говорить с ней на одном языке, может удивить её рассказами о древних временах.       Каллен вздохнул.       — Предпочла другого. Я свободен, — закончил он. Его взгляд опустился.       Это звучало жалко даже для его ушей. Каллен почти вздрогнул, услышав, как дверь кабинета громко закрылась.       Конечно, Каллен не мог винить Эми, она могла выбрать любого подходящего ей мужчину. Зачем соглашаться на любовника, который сломлен, чёрств и…       — Хорошо. Тогда я в вашем распоряжении, — её успокаивающий голос пронзил его жалость к себе.       Глаза Каллена метнулись вверх, и он увидел, что Эми продолжала скромно улыбаться. Когда она задвинула засов на двери, его член запульсировал.       — Правда?       — Да, я вся в вашем распоряжении, — сказала она, соблазнительно наклонив голову.       Создатель, в его распоряжении… Каллен изумлённо смотрел на Эми, на её красоту и мягкие изгибы. На девушку, излучающую доброту и чувственность, завёрнутую, как самый соблазнительный подарок на Сатиналию.       — Что вы хотите от меня? — настойчиво спросила Эми, отойдя от двери и придвигаясь ближе к месту, где Каллен сидел на столе.       Он не мог подобрать слов.       Каллен хотел от неё всего. Но сначала желал видеть в ней женщину, а не куртизанку с клиентом. Не завернутую в наряд и фальшь. Ему нравилась та девушка, которая ворвалась в его кабинет и предложила сладкий рулет. Ему нравилась женщина, которая одним лишь взглядом и охапкой книг могла поставить его на место.       Ради этой цели…       — Сними этот нелепый парик, — прорычал Каллен, сам удивляясь грубости своего голоса.       Эми изумлённо выгнула бровь, но сделала, как он просил. Она убрала собранные в пучок цветные локоны, показав аккуратно закрученную корону из волос на голове.       — Хотите, чтобы я распустила волосы? — предложила Эми.       — Да, — выдохнул Каллен.       С нарочитой медлительностью она вынимала каждую заколку, пока скрученная коса не упала ей на плечо. Затем Эми развязала чёрную ленту на конце, позволив ей упасть на пол, и распушила густые пряди. Роскошные шоколадные волны свободно струились по плечам и спускались к основанию позвоночника.       Каллен даже не заметил, как его рука скользнула к передней части штанов, и начал гладить себя через ткань. Твердеющему члену уже было неудобно в обтягивающих штанах.       — С-сними платье, — прозвучал его приказ едва громче шёпота.       Сначала Эми расстегнула застёжки на запястьях, и ленты, перекрещивающиеся на руках, развязались, обнажая безупречную кожу. Затем она подняла руки за шею и потянула бант, скреплявший платье. Его глаза ни на мгновение не могли оторваться от неё.       — Да, — прошептал Каллен, высвобождая твёрдую эрекцию, поглаживая её с той же нарочитой медлительностью, с которой Эми мучила его.       Неспешно она спустила цветастую ткань, которая струилась по телу. Каллен застонал, когда обнажились пышные груди. Смуглые соски были большими, но они сжались в маленькие бутоны, когда холод кабинета окутал её кожу. Узкая талия идеально подчёркивалась округлостью чувственных бёдер, переходящих в длинные стройные ноги.       И, когда ткань лужицей упала у её ног, Каллен почувствовал каплю желания на кончике члена при виде Эми, одетой только в украшения, трусики и тонкие чулки.       Она шагнула ближе, и Каллен впитывал каждую деталь, как вуайерист, которым, как он думал, оказался. Каждую веснушку, каждую родинку, румянец, покрывающий её от щёк до груди. Какими упругими и шикарными выглядели её груди.       — Ты такая красивая, — чуть не простонал он, когда Эми покружилась перед ним.       Её глаза потемнели, когда она увидела, как Каллен ласкает себя при виде её почти обнажённого тела. Он застонал, когда Эми облизнула губы в предвкушении.       — Командир, — промурлыкала она. — Хоть мне и нравится быть музой для вашего самоудовлетворения, я также очень хочу поучаствовать. Можете просить меня о чём угодно.       О, как многого он хотел. Каллен хотел, чтобы Эми воплотила его самые сокровенные фантазии, кричала его имя, когда он будет входить в неё снова и снова. Хотел узнать всё об искусстве наслаждения, которому она обучалась, хотел утонуть в её запахе и теле. Но как он мог? Каллен не был девственником, но прошло слишком много времени с тех пор, как у него была любовница, и слова его желаний застряли в горле.       — П-подойди ко мне, — умолял Каллен, и Эми подчинилась, покачивая бёдрами и подходя ближе, пока он не почувствовал запах пьянящих духов. Каллен отпустил член, истекающий смазкой, и поднял руку к её груди.       — Могу я прикоснуться к тебе? — неуверенно спросил он, опасаясь, что Эми окажется всего лишь миражом, созданным его одиноким похотливым разумом.       — Да, — выдохнула она, беря его руку и притягивая её к обнажённой груди.       Кожа была нежна, как шёлк, в который она была завёрнута несколько мгновений назад. Она была гладкой и безупречной, полностью отличающейся от его твёрдых, покрытых шрамами рук солдата.       Нежные ласки Каллена вскоре превратились в неуклюжие, когда он с безумным восхищением начал трогать и сжимать тяжёлые груди своими нетерпеливыми руками. Он теребил сосок подушечкой большого пальца, наслаждаясь лёгким одобрительным стоном Эми и тем, как напрягся сосок от его стимуляции. Эми выгнула спину, прижимаясь к Каллену сильнее, бормоча «командир», пока он исследовал её тело. Ободрённый её смелостью, он поднёс другую руку к её приоткрытым бархатным губам и провёл по ним указательным пальцем. У него перехватило дыхание, когда Эми высунула язык и лизнула палец. Каллен поднял глаза, не сводя с Эми пристального взгляда, пока она повторяла нежные ласки ещё несколько раз, затем втянув палец в горячий рот.       Он застонал, когда она пососала, потянула и обхватила губами палец. Ресницы Эми трепетали, пока она занималась такой простой задачей, которая почти поставила его на колени. Его глаза, которые были прикованы к чувственным губам, опустились на забытый член. Каллен не мог попросить её об этом. Годы подавления желаний не давали ему вымолвить и слова. Почувствовав его сомнения, Эми остановилась и отпустила палец с пошлым хлопком.       Она наклонила голову, и в её улыбке читалось приглашение.       — Хотите, я отсосу вам, командир?       Храни меня Андрасте. Эми, должно быть, была демоном желаний, посланным соблазнить его и исполнить все сокровенные желания.       — Создатель, да, — чуть не прокричал Каллен, когда Эми опустилась перед ним на колени. Каллен жадно наблюдал, как очаровательная соблазнительница скользила розовыми губами по твёрдому как камень стволу и набухшему кончику.       Затем Эми лизнула его. Мягким дразнящим прикосновением от основания члена вверх до щели. Каллен сорвал и отбросил в сторону рубашку, закрывающую обзор. Хоть на нём всё ещё были штаны, это не мешало Эми крепко обхватить член и ввести его между своих блестящих губ во влажный и горячий рот.       — Эми! — зашипел Каллен от удовольствия. Его рука скользнула в её шелковистые волосы. Мягкие пряди скользили сквозь пальцы, когда Эми взяла член глубоко и жадно пососала.       Каллен потерялся в ощущениях её языка, губ и рук, работающих в распутном тандеме. Вниз и вверх. В горячем и влажном рту. После нескольких мгновений этой пытки его бёдра начали двигаться навстречу её мучительному темпу. Каллен застонал, когда Эми начала нежно массировать яйца. Вместе с посасывающими движениями рта это со стремительной скоростью приближало его к концу.       — Такая горячая, такая красивая, такая, такая… — простонал Каллен похвалу сквозь стиснутые зубы и прикусил губу, пытаясь сдержать оргазм.       Но у него давно такого не было, и Эми была искусной мастерицей. Она стояла на коленях и сосала член с закрытыми глазами и превосходной сосредоточенностью, а её тихие одобрительные стоны из глубины груди добавляли вибрацию удовольствия к смеси ощущений.       Это было слишком горячо. Каллен старался держать бёдра неподвижно, но не мог остановить безумные толчки. Пресс напрягся, пока он отчаянно трахал рот Эми, прежде чем оргазм накрыл его. Член упёрся в заднюю стенку горла, и, дёрнувшись, Каллен изверг струи спермы на её жаждущий язык и наблюдал, как Эми всё проглотила.       Каллен отпустил её голову, и Эми откинулась назад, с удовольствием облизывая губы и глядя на него снизу вверх из-под полуприкрытых век.       — Это всё, командир? — её тон был нейтральным, он не выражал ни нетерпения, ни страсти.       Внезапно после освобождения Каллен осознал, что ему придётся отпустить Эми. Это был подарок для него от Создателя, но он, без сомнения, был печальной обязанностью для неё.       Но затем Каллен увидел это. Мимолётное движение, когда Эми двинула бёдрами друг о друга. И тогда Каллен понял, что есть чувства, которые даже куртизанка не сможет подделать. Большие зрачки, розовые щёки и снова лёгкое покачивание бёдер в попытке потереть её набухшую вершинку.       Мысль о том, что Эми, возможно, желает его, разгорячила кровь и подпитала просыпающееся возбуждение. Каллен был готов сорвать с Эми маску, снова получить удовольствие и надеялся, что сможет доставить наслаждение ей.       Почувствовав внезапную уверенность, Каллен взял Эми за подбородок и осторожно поставил девушку на колени, положив её руки себе на бёдра. Она приоткрыла губы, когда он погладил подбородок, и тихий стон выдал её страсть.       Каллен был командиром, и этой ночью Эми принадлежала ему.       — Нет, моя прекрасная Эми, — наклонился Каллен вперёд, заглянув ей в глаза. — Ты остаёшься на ночь, — приказал он и соединил их губы во властном поцелуе.