Скользкая граница

Солнце ещё едва касалось стеклянных стен университета, когда команда “Львы Северного кампуса” вышла на лёд. Мэт уже прыгал с клюшкой в руках, разгоняя кровь. Он никогда не любил ждать — ни на тренировках, ни в жизни, ни, тем более, на льду. Йен скользнул за ним, спокойно натягивая шлем, словно весь мир мог гореть, но ему это было глубоко безразлично. Он не любил суету, и Мэт с его дерзкими усмешками и скверными шутками был полной противоположностью. — Эй, Йен, ты опять собираешься стоять в обороне как хуй в пальто? — Мэт скрестил клюшки, ухмыляясь, как будто уже предвкушал драку. Йен медленно поднял взгляд. — Лучше быть статуей, чем идиотом, который пинает воздух. — О, это было больно, ёб твою мать… — Мэт громко рассмеялся, отбивая шайбу от борта и швыряя её прямо к Йену. — Или тебе, блять, надо, чтобы я показал, как это реально делается? Йен коротко вздохнул и, не теряя ни сантиметра спокойствия, ловко отбил шайбу. — Давай без уроков, окей? — А где, блядь, удовольствие, если ты не пытаешься меня достать? — Мэт фыркнул и сделал резкий рывок, выходя на встречную атаку. Игра была напряжённой. На льду шли удары, столкновения, крики тренера. Но Мэт целенаправленно пытался вывести Йена из равновесия — дерзкие поддразнивая, резкие движения, маленькие толчки. Йен же, как обычно, сохранял невозмутимость. Но внутри что-то кипело — Мэт был на грани того, чтобы его разозлить. После финального свистка команда, уставшая и вспотевшая, пошла в раздевалку. — Ты знаешь, Йен, — начал Мэт, бросив клюшку на пол и широко улыбаясь, — у тебя лицо такое… серьёзное. Как будто ты сейчас собираешься кого-то убить. Йен поднял взгляд, не меняя тон: — Не хочу тебя разочаровывать, но почти собираюсь. — Ха! — Мэт присел на скамейку рядом, закинув ноги на лавку. — И это делает тебя таким… привлекательным. Честно, блядь, охуительно привлекательным. Йен фыркнул, не отводя глаз, но руки чуть сжались на ремне сумки: — Слушай, Мэт… ты реально наглый. После всего, что было на льду, ты ещё смеешь так выпендриваться? — Я всегда говорю, что думаю, — Мэт ухмыльнулся, вытягивая руки к Йену. — Даже если это доставляет тебе удовольствие, — и добавил сквозь зубы: — или злость. Бля, я кайфую от того, как ты злишься. Йен, уже привычно, не ответил. Он просто снял шлем, аккуратно поставил на пол, ища глазами полотенце. Но Мэт не отставал. — Слушай, мы могли бы… — Мэт склонился ближе, едва касаясь коленом Йена, — провести немного времени вместе. Ты же знаешь, я умею развлекать… — дерзко подмигнул, — и не только на льду. Да я, блять, могу свести тебя с ума одним взглядом. Йен замер, сжимая полотенце в руках. Его лицо оставалось спокойным, почти холодным. — Уверен, что твоя идея развлечения стоит моих усилий? — Ты же знаешь, что стоит, — Мэт наклонился ещё ближе, его лицо оказалось на расстоянии пары сантиметров от лица Йена. — Но только если сможешь выдержать мою наглость. Чёрт побери, мне нравится, как ты смотришь на меня с этим холодным выражением. Йен, не отводя взгляда, медленно вздохнул: — Я умею терпеть. Но знаешь что… — тут в голосе Йена прозвучала лёгкая грубость, почти шёпот, — иногда терпение заканчивается. — Хм… — Мэт улыбнулся, ощущая, как напряжение между ними растёт. — Тогда проверим, где кончается твоё терпение. Они молча смотрели друг на друга. Слова были не нужны. В раздевалке пахло потом, льдом и напряжением. Мэт слегка дотянулся рукой до бедра Йена, просто чтобы проверить реакцию. Йен не дёрнулся, но пальцы его сжались на полотенце чуть сильнее. — Кажется, я буду наслаждаться этим, — Мэт пробормотал себе под нос, улыбаясь. — Очень, это будет охуенно. — Смотри, — тихо, но с заметной грубостью ответил Йен, — если хочешь… наслаждаться, придётся потрудиться. Игра началась. И не на льду.