Правда или Ложь?

Тени в комнате сгущались, будто пытаясь скрыть то, что только что произошло. Блум лежала, прислушиваясь к ровному дыханию Валтора, его грудь медленно поднималась и опускалась, а пальцы все еще слегка касались ее бедра — будто боясь, что если он отпустит, она исчезнет. И в этот момент за дверью раздались шаги. Легкие, торопливые, знакомые. Блум замерла. — «Блум? Ты не спишь?» — голос Стеллы прозвучал слишком громко в ночной тишине. Сердце Блум бешено заколотилось, кровь ударила в виски. Она резко приподнялась, толкнув Валтора в плечо. — «Уходи», — прошептала она, и в ее голосе была паника. Он не шевельнулся. Только приподнял бровь, словно наслаждаясь ее страхом. — «Блум?» — Стелла постучала. — «Я слышала шум…» Дверная ручка дрогнула. Блум вскочила, хватая первое, что попалось под руку — тяжелый бархатный плед — и набросила его на Валтора, который все еще лежал на ее кровати, слишком спокойный, слишком уверенный. — «Сейчас!» — крикнула она, стараясь, чтобы голос не дрожал, и бросилась к двери, прижавшись к ней спиной. За дверью наступила пауза. — «Ты в порядке?» — Стелла звучала настороженно. — «Да! Да, просто… переодеваюсь!» Еще одна тишина. Слишком долгая. — «Ладно…» — наконец ответила Стелла, но в ее голосе явно слышалось сомнение. — «Если что, мы с Флорой на кухне. Приходи, если не спишь». Шаги затихли в коридоре. Блум закрыла глаза, чувствуя, как дрожь бежит по спине. — «Она не ушла», — тихо сказал Валтор. Блум обернулась. Он уже стоял, его плащ, черный и безмолвный, струился по фигуре, как живая тень. — «Что?» — «Она ждет за углом. Проверит еще раз». Блум сжала кулаки. — «Ты должен уйти. Сейчас же». Он усмехнулся, но в его глазах не было насмешки — только что-то странное, почти… понимающее. — «Как прикажешь». Он сделал шаг к окну, и лунный свет скользнул по его профилю, высветив резкие черты. — «Но это ничего не изменит, Блум». Она не ответила. Он исчез так же внезапно, как и появился — не в клубах тьмы, не с театральным поклоном, а просто растворившись в ночи, будто его и не было. Только смятые простыни да странный, терпкий запах — что-то между дымом и мятой — напоминали о том, что это не сон. Блум глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках, и потянулась к двери. И тут же услышала шепот за ней. — «Я же говорила! Там кто-то был!» — это Стелла. — «Может, это просто ветер…» — неуверенно ответила Флора. — «Ветер не пахнет серой!» Блум замерла. Они знают. Ее ладони стали ледяными. Они все узнают. За дверью шаги снова приблизились, на этот раз твердые, решительные. — «Блум, открой!» — Стелла постучала уже громче. Блум отступила, чувствуя, как комната начинает плыть перед глазами. Что она скажет? Как объяснит? «Да, это был Валтор. Да, мы…» Нет. Она не могла. Но дверь приоткрылась сама — Стелла, видимо, использовала заклинание. И в проеме возникли три силуэта: Стелла с поднятой бровью, Флора с широко раскрытыми глазами и… Текна, стоявшая чуть поодаль, с холодным, изучающим взглядом. — «Так», — Стелла скрестила руки. — «Кто это был?» Блум попыталась сделать беззаботное лицо. — «Никто. Я просто…» — «Не ври», — резко оборвала Текна. — «Мы чувствовали его магию. Это был Валтор». Тишина повисла в воздухе, густая, как смола. Флора побледнела. — «Блум… это правда?» Блум сжала зубы. — «Да». Стелла ахнула, будто ее ударили. — «Ты… ты что, с ним…» — «Нет!» — Блум резко встряхнула головой, но даже ей самой ее голос показался фальшивым. Текна медленно подошла ближе, ее фиолетовые глаза сверлили Блум насквозь. — «Он враг. Он убивал. Он пытался уничтожить целые миры». — «Я знаю», — прошептала Блум. — «И что теперь?» — Стелла развела руками. — «Он будет убивать, а ты… что, будешь защищать его?» Блум не ответила. Потому что ответа у нее не было. Флора осторожно коснулась ее плеча. — «Блум… он тебя заколдовал?» Блум засмеялась — резко, горько. — «Если бы…» Но она не договорила. Тишина в комнате стала невыносимой. Казалось, даже воздух застыл, пропитанный гневом, разочарованием и чем-то еще — чем-то, что Блум не решалась назвать. Стелла первой нарушила молчание. — «Значит, так», — ее голос дрожал, но она держала себя в руках. — «Никто не должен узнать. Никто. Понятно?» Текна скрестила руки, ее глаза сузились. — «Ты серьезно? Мы просто… промолчим?» — «А что ты предлагаешь?» — резко обернулась к ней Стелла. — «Бежать к Гриффину? К Саладину? И что мы скажем? «Простите, Блум встречается с тем, кто пытался нас всех убить»?» Флора сжала руки перед собой, ее пальцы нервно переплелись. — «Но если он снова начнет что-то замышлять…» — «Он не начнет», — тихо сказала Блум. Все взгляды устремились на нее. — «Откуда ты знаешь?» — Текна не скрывала скепсиса. Блум сжала зубы. Она не знала. Но верила. Или хотела верить. — «Он изменился». Стелла фыркнула. — «О, конечно. Как же я сразу не догадалась! Ведь все злодеи просто мечтают стать добрыми и пушистыми!» — «Стелла!» — Флора бросила на нее взгляд, полный укора. Текна медленно покачала головой. — «Мы не можем это скрывать. Это предательство. По отношению ко всем, кто нам доверяет». Блум почувствовала, как в груди закипает что-то острое и горькое. — «Значит, ты собираешься меня сдать?» Текна не отвела взгляда. — «Я не знаю». Стелла резко шагнула вперед, встав между ними. — «Слушайте, мы Винкс. Мы всегда держались вместе. Да, сейчас все… сложно. Но если мы начнем друг на друга доносить — все, конец. Нас просто раздавят». Флора кивнула. — «Она права. Мы должны разобраться в этом сами». Текна сжала кулаки. — «А если он снова станет угрозой?» Блум подняла подбородок. — «Тогда я сама остановлю его». Стелла закатила глаза. — «О, вот это меня успокоило». — «Хватит!» — Флора неожиданно повысила голос. — «Мы не решим ничего, если будем ссориться. Давайте просто… возьмем паузу. Подумаем». Текна медленно выдохла. — «Ладно. Но это не значит, что я согласна». Стелла бросила взгляд на дверь. — «Кто-нибудь еще мог его почувствовать?» — «Если бы почувствовали — уже были бы здесь», — пробормотала Текна. — «Тогда все. Ни слова. Никому». Они переглянулись. Даже без слов было ясно — доверия между ними больше нет. Но другого выхода не было. Блум осталась одна в комнате, но ощущение, будто за ней наблюдают, не исчезало. Она подошла к окну. Где-то в темноте, за границами Алфеи, он был. И она знала — он ждет. Но теперь между ними стояло нечто большее, чем просто выбор. Теперь между ними стояли они. И Блум не была уверена, сможет ли когда-нибудь снова посмотреть подругам в глаза без этого гнетущего чувства вины. Но выбора у нее не было. Как и у них. Все, что оставалось — молчать. И надеяться, что это не станет их самой большой ошибкой.