Пробуждение Древнего

— Как раз вовремя, Леонард. Насчет твоего обеда сегодня… Когда Леонард толкнул дверь офиса «Ночных Дозорных», Розанна как раз вышла из-за перегородки и помахала ему квитанцией о доставке, которую держала в руке. Леонард сделал жест, перебивая её: — У меня срочное дело к капитану. Он у себя? Розанна растерянно приоткрыла рот, замешкалась на секунду и ответила: — Да, капитан только что вернулся. Леонард быстро прошёл мимо перегородки и направился к первой комнате справа. Дверь там была распахнута: Данн Смит и старина Нил стояли у порога и о чём-то беседовали. Оба сразу обернулись, заметив его. Леонард удивлённо моргнул, посмотрев на седого старика: — Старина Нил? Разве вы не брали отгул? — Болячка стариков — поясница, — с добродушной улыбкой ответил тот. — Что случилось? — спросил Данн, ведь он стоял достаточно близко, чтобы слышать слова Леонарда через перегородку. — Возможно, это не связано напрямую, но я думаю, стоит проверить, — сказал Леонард. — По поручению клиента я нашёл Эллиота и похитителей. — Он умолчал о самом заказе Эллиота. — Но во время задержания выстрелом пробил стену в соседней комнате. Там оказалась труп, пролежавший как минимум неделю. Не исключено, что к делу причастен дикий полустороний или опасный запечатанный артефакт. Брови Данна нахмурились — он уже понял подтекст слов Леонарда. Если за неделю в Тингене появился новый артефакт высокого уровня, это, возможно, связано с «Дневником Антигона». А если и нет — случай всё равно серьёзный, и реагировать нужно немедленно. — Мы должны проверить это место, — сказал Данн. — Сейчас же, — кивнул Леонард. — Кенли сейчас, должно быть, в комнате отдыха, — распорядился Данн. — Позови его, пусть заменит Фрая у ворот Чаниса. Я закажу экипаж, встретимся у входа через пять минут. — Он повернулся к старому Нилу. — И ты с нами. — Я понял, — мягко улыбнулся тот. — Понадобится кто-то, кто разбирается в ритуальной магии. Леонард кивнул и быстро зашагал по коридору к лестнице. Когда он ступил на тёмные ступени, в его голове вдруг раздался голос Шута: [Твой коллега… от него идёт след Скрытого Мудреца.] Леонард споткнулся, едва удержавшись за перила, чтобы снова не скатиться вниз. — Ты о старом Ниле?! — в ужасе прошептал он. [Да. Похоже, он уже вступал в прямой контакт со Скрытым Мудрецом.] — Что же теперь делать?! — Леонард с трудом сдерживал голос. — Каждый полустороний знает, чем грозит разговор с божеством! После этого можно только молить о милости, а ни один из семи богов не называет себя милосердным. Что уж говорить о злых богах! [Я не смогу помочь ему], — тихо сказал Шут. — [Сообщи об этом. Пусть Богиня решит. Сейчас Скрытый Мудрец полностью безумен. Если тянуть дальше, старого Нила ждёт лишь потеря контроля.] Леонард замолк. Спустя мгновение он выдохнул: — То есть ты не можешь ему помочь… [Если бы я полностью восстановился — возможно, смог бы. Но это займёт время.] Он помолчал и добавил мягче: [Не переживай. Старик Нил — Страж Ночи. Богиня не позволит ему стать марионеткой безумного божества.] Так ли это? Подумал Леонард. Зачем Богине заботиться о каком-то жреце тайн, девятой последовательности? К тому же — если он уже вступил в контакт с злым богом, не считается ли это изменой вере? Он нахмурился, но быстро отогнал крамольные мысли. [Поторопись, капитан ждёт.] Голос Шута вывел его из раздумий. Леонард уже собирался спуститься, но остановился и спросил: — Ты знал, где найти «Записки Антигониса», а теперь говоришь мне про старого Нила. Откуда ты всё это знаешь? [Хм… потому что я — "герой эпохи"?] — ответил Шут с лёгкой усмешкой. Эти слова заставили Леонарда нахмуриться. Ещё недавно он сам считал себя героем своего времени — пока в его голове не появился Шут. Теперь же, имея в себе сразу двух загадочных существ, он больше напоминал не героя, а рассадник бездны. — Старик, — тихо сказал он, — ты что-нибудь видишь по поводу Нила? [Не зови меня так,] — раздражённо буркнул другой голос. — [Откуда мне знать дела богов?] [Возможно я лучше знаком с их взглядом], — спокойно заметил Шут. — Тогда спрошу по-другому, — сказал Леонард, подходя к воротам Чаниса. — Зачем ты мне помогаешь? [Я ведь уже говорил], — усмехнулся Шут. — [Хочу, чтобы ты написал письмо.]

***

[Достопочтенный мистер Азик Эггерс] [На северо-западе от Тингена есть небольшой городок Ламде. В горах неподалёку стоит старый заброшенный замок. Его история и тайны, возможно, помогут вам найти ответы на многие вопросы.] [С уважением, ваш временно не способный показаться друг.] Леонард сложил письмо, вложил в чистый конверт и запечатал воском без герба. Расследование дела старого Нила подошло к концу без особых трудностей. Всё оказалось именно так, как говорил Шут: Нил пытался воскресить свою невесту Селесту и, сам того не осознавая, стал мишенью Скрытого Мудреца. Он не сопротивлялся и не оправдывался. Когда уничтожили все материалы и записи, его долго сдерживаемые эмоции прорвались наружу. Старик, некогда введший Леонарда в мир мистицизма, опустился на пол, умоляя оставить их с Селестой в покое. Говорил, что никому не причинит вреда. Что любит её. Что просто слишком слаб. Что не смог её спасти. Что если бы был чуть сильнее, знал больше — смог бы тогда спасти её. Операция завершилась под его хриплые рыдания. На обратном пути Леонард смотрел на заходящее солнце и чувствовал тяжесть на плече — там, где впитались слёзы старика. Тяжесть, как будто на нём лежали годы сожалений и кошмаров. Потом были дежурства у ворот Чаниса, очередные вылазки, патрули, расследование по «Записям Антигона». Команда Ночных Дозорных работала на износ. В последний день июля, во время обхода кладбища, Леонард случайно наткнулся на похороны Клейна Моретти. Народу было немного — только сестра, брат и несколько знакомых, учителей, соседей. Он не ушёл. Подошёл, чтобы проститься с юношей, с которым так и не успел по-настоящему познакомиться. Сестра Клейна, не в силах сдержать эмоции, ухватилась за первого попавшегося слушателя — и долго рассказывала о брате, о семье, пока наконец не разрыдалась. Тогда подошёл старший брат, Бэнсон Моретти, поблагодарил Леонарда и увёл сестру. Он выглядел измученным, волосы у висков поседели. Когда они отвернулись, Леонард тихо сунул в его пальто пару фунтов и ушёл. Через две недели старого Нила отправили в Собор Безмятежности округа Уинтер. Лишь тогда, после нескольких бессонных ночей, Леонард наконец нашёл время закончить письмо Шута. — Как мне его отправить? — спросил он. Шут не оставил обратного адреса, явно не желая, чтобы получатель знал, от кого пришло письмо. Простая почта не подойдёт. [Попроси господина Паллеза помочь], — посоветовал Шут. — [У него наверняка остались черви времени. Пусть один из них временно вселится в птицу и доставит письмо на подоконник или в щель двери.] [И с чего бы мне помогать тебе?] — хрипло усмехнулся старик. [У нас общий враг. Разве не говорят, что враг моего врага — мой друг?] — спокойно ответил Шут. — [Да и отдать одно из временных воплощений червя времени, чтобы доставить письмо, — для тебя сущая мелочь. А взамен ты получишь обещание Шута. Разве это не выгодная сделка?] [И что ты можешь мне пообещать?] — спросил Паллез. [Ты сможешь продолжить быть своим червём времени. Я компенсирую твою характеристику с помощью фрагмента силы Амонa.] Паллез усмехнулся: [Громкие слова для того, кто вместе со мной застрял в теле этого парня.] [Раз уж мы оба здесь, значит, я имею право.] — мягко ответил Шут. — [Это не кража. Это возвращение.] Рука Леонарда с пером напряглась, вены проступили на запястье. Даже если оба старались избегать по-настоящему тайных знаний, остаток их разговора всё равно вызывал боль и звон в его голове. «Червь времени…» Он пытался вспомнить хоть что-то — но таких знаний у него не было. Это явно касалось уровня, намного выше восьмого. А искать объяснение бесполезно: оба «соседа» видели всё, что он не видел сам. [Не думай слишком много, поэт,] — с лёгким смехом напомнил Шут. — [Это ещё не твой уровень.] Леонард раздражённо нахмурился. В это время на подоконник опустился белый голубь, постучал красным клювом по стеклу. [Вот он], — сказал Паллез. Леонард открыл окно, и голубь уверенно прошёл по столу, схватил конверт и, расправив крылья, улетел. Леонард откинулся на спинку стула, глядя на серо-голубое небо за окном, и впервые за долгое время почувствовал усталость. — Старый Нил… вернётся? — спросил он. [Богиня присмотрит за ним], — ответил Шут. — [Если повезёт, через какое-то время он снова вернётся в Тинген — вместе со своими незаполненными авансовыми отчётами.] Когда спокойствие полудня погрузило его в глубокий сон, он услышал бормотание голоса, словно говорящего самому себе [Спи. Всё скоро закончится.] Шут… Сознание Леонарда уже туманилось, но где-то в глубине всё ещё всплывала смутная мысль: Он ведь… не упоминал, что старый Нил любит заполнять отчёты по расходам? Его несколько спутанные и усталые мысли снова всплыли, не желая так быстро погружаться в сон. В этом месяце он почти не встречался со Старым Нилом. Внезапно его осенило: упоминал ли он о его энтузиазме по поводу возмещения расходов?