Божественный ублюдок? Что ж, я пожалуй соглашусь.

      Они не торопясь направились к лестнице, ведущей на первый этаж. По крайней мере, Том знал, куда идти. Рен витал в облаках.       Когда они спустились, Рен заметил в прихожей брюнетку с длинной косой. В руках она держала пакеты с покупками, которые поставила на пол, чтобы закрыть за собой дверь.       — Мама! — звонко воскликнул Том и потянул за руку Рена.       Рен неверующе покачал головой.       «Он слишком хорошо играет».       — Том, Рен, — улыбнулась женщина. Но, заметив действия Рена, подняла брови. — Что вы успели натворить?       Том улыбнулся, и Рен пришел к выводу, что про тот чёрный взорвавшийся предмет нагло расскажут незнакомке.       Какой ужас.       — Ничего!       — Рен сломал телевизор!       Рен нахмурился и скрестил руки на груди. Он наигранно топнул ногой, когда увидел взгляд Тома.       «Да, слишком хорошо играет».       — Он сам сломался! — возмутился Рен, однако она уже не слушала.       Она бросила пакеты и умчалась наверх, скорее всего, в комнату, в которой очнулся Рен.       «Эта вещь столь нужная?» — задумался Рен, которого Том вновь тянул за руку.       Когда они зашли в комнату, женщина облегчённо вздохнула. Она села на колени и начала тискать лица близнецов.       Они оба нахмурились, что не могло не рассмешить её. — Хорошо, что вы в порядке, — пробормотала она, приобнимая их.       Окно было открыто и в воздухе чувствовался запах сажи. Рен посмотрел на неизвестный предмет, который перестал искриться. Он прищурился и перевёл взгляд на Тома, но тот лишь вопросительно поднял бровь.       Рен нахмурился и похлопал женщину по плечу.       — Да, в порядке.       Том поступил так же.       Когда женщина удостоверилась, что Том и Рен в порядке, она отправила Тома и Рена разбирать покупки, а сама ушла переодеваться.       Рен с еле заметным удивлением рассматривал кухню. Столько неизвестных предметов! Взять хотя бы большой белый шкаф, в который Том помещал маленькую коробку с яйцами, хлеб и другие продукты.       Ему подобное не вселяло доверия, он подошёл к белому предмету и заметил, что там находятся более интересные вещи: тарелка с едой... стеклянная банка.       Том не обращал внимание на любопытство Рена. Он смирился с тем, что его будут использовать как личный навигатор или интернет с доступными примерами из прошлого мира.       Он раздражённо цокнул языком, когда понял, что ему в добавок придется обучать Рена английскому языку.       То, что Том способен говорить без акцента, а Рен понимает и говорит на нём — бонус от бога.       Он, когда попал в тело Кэйла Хенитьюза, понимал язык Королевства Роан, и всё дело было из-за того, что он оказался в теле носителя этого языка. Чхве Хану, из-за того что он переместился в мир в своём теле, пришлось его долго изучать.       И сейчас происходило то же самое. Он и Рен оказались в других телах.       «Бонус не из лучших, но сойдёт», — он сжал пакет и открыл шкаф рядом с раковиной. — «Я обязательно найду способ избавиться от некоторых бесполезных ублюдков», — с этой мыслью он выкинул в мусорное ведро пластиковые пакеты.       — Что ты делаешь?       Том странно посмотрел на Рена, который задал вопрос.       — Мусор выбрасываю.       — У тебя было выражение лица, как будто ты желаешь этому мусору мучительную смерть.       Том не ответил и пожал плечами. Он поднял руки вверх и с улыбкой выбежал из кухни.       — Мама! — воскликнул он. — Мы закончили.       Рен негромко вздохнув, тоже натянул на лицо улыбку и удовлетворение. Женщина спустилась через пару минут и похвалив их, направилась готовить обед.       Тома и Рена она отправила сидеть в комнате первого.       — Не лучше убить её? — поинтересовался Рен на языке королевства Роан.       Том задумчиво кивнул.       — Я понял, почему ты предложил этот вариант. Но он не подходит. Если этот мир отличается от остальных лишь существованием магии, то скрыть тело и подстроить убийство в нашем возрасте будет сложно. Но даже после успеха, у нас появится больше проблем.       — Что насчет того, чтобы сбежать?       Том посмотрел на него как на идиота и покачал головой.       — Нет, тоже проблем больше, чем пользы. Предлагаю подождать сентября, — увидев взгляд Рена, он вздохнул. — Девятый месяц по календарю феникса. Именно в этот месяц начинается учёба.       Забавно, что календарь феникса с того мира совпадает с календарем этого.       — А сейчас какой?       — Сейчас конец седьмого.       Он откинулся на кровать и уставился взглядом в Рена, который сидел на краю кровати.       — К тому же, мы не сможем жить одни. Здесь нужно будет каждый месяц платить за свет, воду и газ... огонь. Разумеется, мы можем попасть в приют, — он кивнул. — Но, скорее всего, нас вернут обратно или отправят к родственникам матери или отца.       Рен нахмурился, но кивнул.       — Если узнают, что мы убили её, то могут посадить за решётку, или, если повезет, признать недееспособными. В любом случае, мы будем Лонгманами-убийцами. Подобных семьи не усыновят, и в учебных заведениях или в том же приюте мы будем подвергаться травле.       Рен на последние слова фыркнул.       — Я сомневаюсь, что у детей хватит и сил, и возможностей противостоять мне, — он скрестил руки на груди. — Лишь один человек смог одолеть меня, и этот человек сейчас находится в том же положении, что и я. Я — самый сильный человек во всем мире!       — Был, — заметил Том. — Ты сейчас слабый и находишься в теле ребенка.       Рен не согласился.       — В этом мире существует магия, которая...       — ... Отличается от той, которую ты использовал в прошлом мире.       Рен возмущённо открыл и закрыл рот.       — Древние силы!       Том поднял брови, сомневаясь, что его друг по несчастью способен использовать их.

***

      Когда Кэйл открыл глаза, он заметил, что находится в кабинете Бога Смерти.       «Умер, значит».       Он сел на диван и прикрыл глаза. Хотелось улыбнуться, скинув всё на неприятную иллюзию, но правда была жестокой.       В помещении было прохладно и тихо. Не было лишних голосов или шума. Блаженная тишина, о которой он иногда задумывался, сбылась.       Он вздохнул, когда понял, что сердце не бьётся.       Разумеется, оно не может биться, его, собственно, нет.       «Но...»       Хотелось надеяться.       На 806 секунде в комнате раздался громкий щелчок. Кэйл открыл глаза и увидел Бога Смерти.       — Явился?       Бог Смерти скупо улыбнулся и сел в свое кресло.       — Явился, — кивнул он. — Не думал я, что встречу тебя здесь так скоро.       Кэйл недоверчиво поднял брови.       — Ты — Бог Смерти. Разве ты не знаешь, когда умирает человек?       — Я не знаю точный момент смерти, — Бог Смерти развел руками. — Ты всегда находишься на грани жизни и смерти, и всегда стоит неимоверных сил не забрать к себе.       Кэйл на пару секунд задумался и, посмотрев в глаза Бога Смерти, спросил:       — Зачем ты всё это устроил? Я не верю в твою доброту, так будь любезен, — он скрестил руки на груди, — поясни, зачем тебе этот мир? Ты оттягивал мой конец до конкретного момента. Для чего?       Бог Смерти не ответил, но и Кэйл его не торопил. Он помнил, что Мировому Древу пришлось платить за свои слова. Даже маленькие намеки, которые пытался разобрать Кэйл, стоили ей долгого сна и лечения.       — В этом мире всё началось, — скомкано ответил он спустя десять минут. — И мне не хотелось, чтобы это «всё» так глупо закончилось.       Кэйл нежно улыбнулся.       — Значит, тебе не хотелось, чтобы мир слетел к чертям? — его голос звучал мягко, но Бог Смерти знал, что подобный тон Кэйла хуже любого. — Именно из-за этого ты решил, что будет неплохим решением заставить меня, Чхве Хана и Чхве Чжон Гуна пытаться предотвратить подобный исход?       Он вздохнул и прикрыл глаза. Ему не нравилось, что в подобном участвовали люди, которые как-либо связаны с ним.       Чжон Гун, Хан.       Почему корейцы? В том мире не только в Корее произошел апокалипсис! Буквально по всей планете бегали монстры и уничтожали людей.       — Я, — начал подбирать слова Бог Смерти, — могу вернуть тебя обратно... Но после того, как ты, ммм, проживёшь конкретное время в другом мире.       Кэйл устало посмотрел на Бога Смерти.       — Я лишь хочу спокойно жить, без всего этого дерьма.       Его голос звучал... необычно. Проскальзывали нотки раздражения и едва слышного отчаяния.       Бог Смерти прискорбно покачал головой.       — Я понимаю, но это сейчас наилучший вариант, чтобы ты вернулся в целости.       Кэйл потратил полчаса на размышления. Другие варианты Бог Смерти не предлагал, и в скором времени он решил согласиться на предложение Бога Смерти.       — Чудесно, — он щелкнул пальцами, и перед Кэйлом появился небольшой блокнот. — Прочитай его.       Информация в блокноте была... интересной. Он прищурился, пытаясь понять, Бог Смерти подшучивает над ним или нет.       — Белая Звезда? Ты предлагаешь существовать неопределённый срок с Белой Звездой?       Бог Смерти открыл рот, но Кэйл наигранно ахнул и провел пальцем по строке.       — Нет, ты не предлагаешь, ты ставишь перед фактом, — он холодно посмотрел на Бога Смерти, из-за чего тот вздрогнул. — Какого черта именно он?!       — Понимаешь... Вы по некоторым, ммм, обстоятельствам? Да, по обстоятельствам связаны... И из-за последнего события ваши души, ммм... изменились.       Кэйл раздражённо отбросил на диван блокнот и начал мерить шагами помещение.       — Правильно ли я понимаю, — он остановился рядом с Богом Смерти и тихо заговорил. Тот не сводил с Кэйла взгляда, вся его поза была напряжена, — что наши души в какой-то момент повредились?       Бог Смерти осторожно кивнул.       — И большая схожесть была не только из-за проклятия?       Бог Смерти снова кивнул.       — Кинжал должен был уничтожить душу Кэйла Барроу, но из-за того, что твоя душа была в ужасном состоянии, кинжал начал поглощать и её.       Кэйл нахмурился и вернулся на диван. Он посмотрел на Бога Смерти, который тихо кашлял. Кэйл взял блокнот и спустя секунды раздражённо откинул его.       — Раз я до сих пор существую, ты наладил всё с моей душой?       — Не всё, чтобы всё наладилось, тебе как раз и нужно отправиться в другой мир.       Кэйл задумчиво кивнул.       — Что по поводу древних сил или других способностей?       — Зависит от состояния души, но первое время они будут вас игнорировать.       — И Белую Звезду?       — Его сильнее, — он закашлялся. — Ты сам видел его душу, требовалось немало усилий заново собрать её.       Когда Кэйл хотел задать еще несколько вопросов, Бог Смерти резко выпрямился и щёлкнул пальцами. Сознание Кэйла уплыло.

***

      Исходя из коротких ответов Бога Смерти, Том понял, что его душа пока в нормальном состоянии.       Его душу и душу Рена поглотил кинжал. Но душу Тома Бог Смерти вернул без сильных изменений, а с душой Белой Звезды пришлось намучиться. Её разобрали и заново собрали.       — Сейчас ты без древних сил.       — Что?!       Том понимал его. Подобные заявления вроде «ты без древних сил» звучат глупо. Всё-таки они привязаны к душе.       — Ты не сможешь использовать их долгое время. У меня похожая ситуация, только мои возможности в разы сократились.       Рен сжал челюсть и угрюмо уставился в одну точку, Том не спешил мешать ему размышлять по поводу своей ничтожности.       Том вздохнул и направился к своему шкафу. Он оттуда достал чистую тетрадь и ручку, он вернулся на кровать и принялся рисовать предметы, которых не было в том мире, и записывать рядом значения.       Его иллюстрации были на удивление чёткими. Он рисовал легко и быстро. Несмотря на то, что сейчас он находится в другом теле, благодаря хорошей памяти он мог точно изображать запомнившиеся предметы.       Они сидели в тишине. Один сидит погруженный в мысли, другой изображает для своего врага что-то на подобии Азбуки. Том хмыкнул, когда подумал, что для тысячелетнего придурка это будет слишком просто и понятно.       «Или нет».       Из-за своих амбиций Рен утратил здравый смысл. Тот факт, что Том смог победить тысячелетнего реинкарнатора с помощью старого дерева, звучит забавно, но реальность оказывается ещё более нелепой.       — Как её зовут? — спустя несколько минут задал вопрос Рен. На вопросительный взгляд Тома пояснил: — Я про ту женщину.       Он неопределённо махнул вниз, скорее всего, имея в виду мать настоящих Рена и Тома.       — Дороти.       — А... отца?       Назвать неизвестного человека отцом было трудно. Рен его не видел. Обычно, после перерождения, ему хватало пару недель, чтобы запомнить лица новых родителей. Он не сбегал от них, как только учился заново ходить, он оставался в их компании до совершеннолетия. И если понимал, что толку от них нет, — избавлялся.       Повторно появиться в той семье Рен не желал. Иногда ему везло — перерождался аристократом или принцем. Тогда он настраивал связи, брал всё, до чего мог дотянуться. И уходил лишь в том случае, когда находил себе человека, который будет сидеть на определённом месте, создавать семью и править по его инструкциям.       Он создавал союз с оборотнями. Кошки, львы, медведи... Раньше в его власти было больше разных племен, но осталось три. Ублюдки предавали и платились за предательство уничтожением. Тигринное племя, которое тоже предало его, должно было полностью исчезнуть. Однако ублюдок неизвестным Рену способом нашел их и взял под свое крыло.       — Леонард, — голос Тома вывел его из мыслей. — По крайней мере, могу сказать, что мы похожи на Леонарда Лонгмана внешне больше, чем на Дороти Лонгман.       Рен и кивнул и посмотрел в тетрадку Тома. Тот, не отвлекаясь, продолжал рисовать предметы, которые он увидел на кухне. И читая под иллюстрациями небольшие объяснения с примерами, Рен нахмурился.       Подобное Тому не нужно, он явно знает, где он и как всё вокруг обустроено. Однако он сейчас сидит над тетрадкой и рисует.       — Зачем?       — Что зачем?       — Зачем ты это делаешь?       Том оторвался от тетрадки и приподнял брови. Рен вздохнул.       — Зачем это, — он махнул в сторону тетради. — Ты уже знаешь, что это за предметы и как ими пользоваться.       Том снова посмотрел на Рена как на идиота. Его глаза в какой-то момент стали пустыми, и Рен не мог понять почему.       — Рен, — его голос звучал ровно и без эмоций. — Ты действительно настолько глуп?       Рен громко и протяжно вздохнул. На оскорбление он не ответил, он следил за его глазами, которые, Рен никогда не признает, пугали его.       — Я делаю это тебе, — Том взял тетрадку и потряс ею перед его лицом. — Я уже говорил, ты мне нужен. И я не хочу, чтобы ты прокололся перед ними глупым образом. Ты обязан знать об базовых вещах и уметь пользоваться ими. Это пойдёт на пользу и тебе.       — Я понял.       Том моргнул и его глаза стали прежними. Он вернулся к тетрадке не обращая внимания на задумчивость Рена.       «Странно».       Рен вспомнил, что ещё внизу, на кухне, у Тома мелькнуло что-то подобное. Однако тогда Том после отклика Рена быстро вернул себе свой обычный взгляд. Рен не придал этому значения, списав всё на тень и галлюцинацию, но сейчас подобное повторилось.       Рену это не нравится.       — Мальчики! — звонкий голос Дороти вывел их из мыслей. — Обед готов!       Рен бросил взгляд на Тома, но тот без изменений в глазах убрал тетрадь и приглашающе открыл дверь.       — Если я поднимаю руку, — произнес Том, закрывая дверь, — мы одновременно произносим слово. И как только спустимся, произносим: я здесь. Когда поели: спасибо! Я не знаю, как здесь общаются эти близнецы, но лучше произносить некоторые слова одновременно. В другом случае заканчивать друг за другом. И в присутствии Дороти и Леонарда мы всегда будем говорить на английском. Надеюсь, ты запомнишь это.       Закончив, Том не дожидаясь реакции Рена, спустился по лестнице вниз. Они повернули на кухню и увидели там Дороти. Она стояла спиной к ним, но мальчики все равно улыбались.       Том немного поднял руку, и он с Реном хором произнесли:       — Я здесь.       Они сели за стол, и Дороти спустя минуту хлопнула в ладоши и повернулась к ним.       — Вот и отлично! Давайте приступим.       Том притянул к себе супчик, и Рен поступил так же. Он все равно не чувствует вкус блюда, потому и привередничать смысла нет. Они приступили к трапезе, Дороти поделилась с детьми, что Леонард сегодня задержится на работе, на что Том и Рен одновременно кивнули. Они доели довольно быстро и, поблагодарив Дороти встали из-за стола.       Поднимаясь наверх, дети остановились на лестнице. Раздался звонок в дверь. Они спустились на пару ступеней ниже и увидели, что Дороти открывает дверь некой высокой женщине в квадратных очках. Даже по меркам Тома и Рена она выглядела странно: на ней была остроконечная шляпа и строгое платье.       — Кто это? — тихо спросил Рен.       Том пожал плечами. Он не видел её на фотографиях.       — Мама, — обратился к замершей Дороти Том. — Мне принести милостыню?       Конечно, Том понимал, что незнакомка пришла просить не милостыню, но раз Дороти её не знает, то стоит проводить её. И лучше неприятным для неё способом.       Доверия старая незнакомка Тому не внушала.