Гарри Поттер и Бюрократия Средиземья

Группа расположилась на привале в небольшой лощине между Морией и Лориэном. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки розового и золотого, птицы пели свои вечерние песни, где-то вдалеке журчал ручей — идиллическая картина, достойная открытки. Гэндальф сидел на большом плоском камне в стороне от остальных и смотрел в никуда. Просто сидел и смотрел. Его посох лежал рядом, забытый. Шляпа съехала набок. Борода развевалась на ветру, но даже это не придавало ему обычного величественного вида. Сейчас Гэндальф Серый, Маг Истари, один из пяти волшебников, посланных в Средиземье самими Валар, выглядел так, словно только что осознал, что его любимое хобби — собирание марок — стало неактуальным, потому что почту теперь доставляют дроны. Арагорн заметил это первым. Следопыт подошёл к волшебнику, присел рядом на корточки и несколько секунд молча разглядывал его профиль. — Гэндальф, — осторожно начал он, — ты... в порядке? — Что? — Гэндальф вздрогнул, словно очнулся от транса. — Да, да, конечно. Всё отлично. Прекрасно. Замечательно. — Ты повторил три синонима подряд. — Я просто... подчёркиваю. — Гэндальф. Волшебник вздохнул. Долго. Протяжно. Так вздыхают люди, которые только что поняли, что потратили полжизни на изучение древнего языка, а потом узнали, что Google Translate делает это за три секунды. — Арагорн, — медленно сказал он, — я хочу задать тебе вопрос. Серьёзный вопрос. — Я слушаю. — Как ты думаешь... — Гэндальф помолчал, подбирая слова. — Как ты думаешь, я... устарел? Арагорн моргнул. — Что? — Устарел. Вышел из употребления. Стал... неактуальным. — Гэндальф, ты волшебник Истари. Тебе тысячи лет. Ты сражался с драконами, спорил с Сауроном, путешествовал по всему Средиземью. Как ты можешь быть неактуальным? — Потому что, — Гэндальф махнул рукой в сторону лагеря, где волшебники из Хогвартса обустраивались на ночлег, — потому что ОНИ делают за пять минут то, на что у меня уходят годы. Или вообще не могут сделать. Арагорн проследил за его взглядом. Гермиона стояла в центре поляны и методично устанавливала защитные барьеры. Она двигалась по кругу, тыкая палочкой в воздух и бормоча заклинания. После каждого взмаха в воздухе вспыхивала тонкая золотая нить, которая тут же исчезала, растворяясь в пространстве. — Протего Максима... Репелло Магум... Сальвио Гексиа... Кейв Инимикум... — перечисляла она, как студент на экзамене. — Хомонэм Ревелио на входах... Обезвреживатель слежки... Глушилку звука снаружи внутрь... и Тихую зону вокруг спальных мест... Рон сидел на траве рядом, жуя лембас (уже седьмой кусок за вечер) и периодически подсказывая: — Гермиона, ты забыла про барьер от дождя. — Рон, дождя не предвидится. — А вдруг? — Хорошо, — Гермиона закатила глаза и взмахнула палочкой. — Импервиус на область. Доволен? — Очень. Чуть поодаль Гарри и Джинни тренировались в боевых заклинаниях. Гарри запускал оглушающие в воздух, а Джинни отражала их щитовыми чарами. Красные вспышки рассекали сумерки, отскакивали от невидимых барьеров и растворялись в воздухе. — Быстрее! — командовала Джинни. — Ступефай должен лететь мгновенно! — Я стараюсь! — Недостаточно! Снова! — Ты хуже Снейпа! — Я СЛЫШУ ВАС, ПОТТЕР! — донёсся голос из-за деревьев, где профессор зелий собирал какие-то растения. Драко сидел на поваленном бревне и расчёсывал волосы специальной расчёской (откуда она у него взялась в походе — загадка). Рядом лежал его рюкзак, из которого торчали как минимум три флакона с непонятными жидкостями. — Эльфийское масло для блеска, — бормотал он себе под нос, разглядывая один из пузырьков. — Сказали, раз в два дня. Но в горах сухой воздух, может, чаще? Леголас, проходивший мимо, остановился и с нескрываемым интересом уставился на Драко. — Я просто провожу по волосам пальцами. — И это РАБОТАЕТ?! — Драко выглядел так, словно услышал, что кто-то выиграл в лотерею, купив билет случайно. Леголас пожал плечами и ушёл. Драко проводил его взглядом с выражением глубокого экзистенциального страдания. Гэндальф наблюдал за всем этим и чувствовал, как внутри что-то медленно, но верно ломается. — Видишь? — тихо сказал он Арагорну. — Гермиона за десять минут поставила защиту, которую я бы колдовал час. И её защита, держу пари, в три раза сильнее. — Ты не можешь знать... Гэндальф стукнул посохом по земле. —Они ЗАМОРОЗИЛИ ГОРНУЮ МЕТЕЛЬ. Они открыли дверь Мории ШИПЕНИЕМ. Снейп УТОПИЛ БАЛРОГА ВОДОЙ. Гэндальф развернулся к нему, и в его глазах было что-то отчаянное. — За последние три дня я ни разу не сделал ничего полезного. Ни разу! Я как... как пятое колесо в телеге, которая вообще-то ездит на четырёх! — Это... не очень хорошая метафора. — Я ЗНАЮ! — Гэндальф всплеснул руками. — Я даже метафоры нормальные придумать не могу! Вот до чего дошло! Арагорн открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут к ним подошёл Гимли. Гном выглядел не намного лучше Гэндальфа — он шёл медленно, понуро, волоча топор по земле. — Можно я присоединюсь к вашему... к чему вы тут занимаетесь? — спросил он. — К сеансу групповой терапии, — мрачно ответил Гэндальф. — Отлично. Мне как раз нужна терапия. Гимли грузно опустился на землю рядом с камнем, вздохнул и уронил голову на руки. — Я воин, — начал он без предисловий. — Я гном. Мои предки сражались с драконами. Мой народ тысячу лет держал Морию. Я тренировался с топором с пяти лет. Я участвовал в тридцати битвах. — Гимли... — И вчера, — продолжил гном, не слушая, — вчера рыжий МАЛЬЧИШКА, который выглядит так, словно ветер может его опрокинуть, убил больше орков, чем я. При помощи ПАЛОЧКИ. Деревянной. Палочки. — Рон тренировался... — Он ЕЛ во время боя! — взорвался Гимли. — Он жевал, Арагорн! Жевал лембас и параллельно швырялся заклинаниями! Как это вообще возможно?! — Многозадачность? — неуверенно предположил Арагорн. Гимли застонал и снова уткнулся лицом в ладони. — Я чувствую себя... бесполезным. — Вот-вот! — Гэндальф ткнул посохом в его сторону. — Видишь, Арагорн? Я не один такой! — Гэндальф, Гимли, вы оба... — Не говори "ценны по-своему", — предупредил Гэндальф. — Не смей. Мне две тысячи лет, я переживу правду. Арагорн замолчал, явно подбирая слова. В этот момент к ним присоединился Леголас. Эльф выглядел задумчивым. — О чём разговор? — спросил он, садясь на траву. — О том, что мы устарели, — коротко ответил Гэндальф. — А, — Леголас кивнул. — Понимаю. — Ты тоже?! — Арагорн уставился на него. — Леголас, ты эльф! Ты бессмертный! Ты стреляешь из лука лучше всех в Средиземье! — Да, — согласился Леголас. — Но сегодня я видел, как Гарри сбил птицу на лету заклинанием, отскочившим от скалы, прошедшим через дерево и срикошетившим от ручья. Он даже не целился. Сказал, что "случайно". — И? — И я тренировался три тысячи лет, чтобы делать такие выстрелы СПЕЦИАЛЬНО. А он сделал это СЛУЧАЙНО. — Может, он соврал? — Арагорн, он даже не смотрел в ту сторону! Он разговаривал с Джинни! Арагорн посмотрел на собравшуюся компанию. Гэндальф — мрачный, со взглядом человека, переоценивающего жизненный путь. Гимли — угрюмый, кусающий бороду. Леголас — задумчивый, теребящий тетиву лука. — Боромир! — позвал Арагорн. — Иди сюда! Боромир, который сидел у костра и чистил меч, поднял голову. — Зачем? — Нам нужно больше людей для сеанса терапии! — Я в порядке! — Боромир, иди сюда. Это приказ. Боромир вздохнул, отложил меч и нехотя подошёл. — Что случилось? — Все чувствуют себя бесполезными, — объяснил Арагорн. — А ты? — Я? — Боромир задумался. — Ну... вчера я пытался разрубить орка мечом. Промахнулся. Орк на меня прыгнул. И тут прилетело заклинание от Джинни, оглушило орка, заодно трёх его друзей, и срикошетило в стену, которая обрушилась и завалила ещё десяток. — И? — И я стоял с мечом и думал: "А зачем я вообще здесь?" — Боромир сел рядом с остальными. — Так что да, я тоже чувствую себя немного... ненужным. Арагорн обвёл взглядом товарищей. Все пятеро смотрели на него с выражением людей, которые только что осознали, что их навыки устарели примерно так же, как факсимильные аппараты. — Отлично, — пробормотал следопыт. — Просто замечательно. Кризис середины похода. — Это не кризис середины похода, — возразил Гэндальф. — Это кризис осознания собственной профессиональной непригодности. — Это звучит хуже! — Потому что так оно и есть! В этот момент послышался треск веток, и из-за деревьев появился Снейп. В руках он держал охапку каких-то растений, на лице — привычное выражение человека, недовольного всем миром. Он остановился, увидев группу, и прищурился. — Что это? — спросил он. — Клуб анонимных неудачников? — Снейп, не сейчас, — устало сказал Арагорн. — О, прошу прощения, — Снейп изобразил утрированное удивление. — Я помешал вашему сеансу коллективного нытья? Продолжайте, не обращайте на меня внимания. Он прошёл мимо, направляясь к своему рюкзаку. Гэндальф проводил его взглядом. — Вот он, — тихо сказал волшебник. — Идеальный пример. — Чего? — не понял Арагорн. — Снейп — профессор зелий. Мастер своего дела. В его мире он, вероятно, один из лучших. — Гэндальф помолчал. — А здесь он за пять минут сварил противоядие, на которое у местных лекарей ушло бы три дня. Он утопил Балрога. БАЛРОГА, Арагорн! Демона, который древнее, чем большинство гор! — Но... — Он сделал это, даже не напрягшись. Просто взял, залил водой и пошёл дальше, как будто выбросил мусор. — Гэндальф сжал посох. — А я... я бы умер на том мосту. Я был готов умереть. Потому что думал, что это единственный способ. А оказалось, что есть способ проще. Намного проще. Я просто о нём не знал. — Ты не можешь знать всего... — Арагорн, я ВОЛШЕБНИК ИСТАРИ! — Гэндальф повысил голос. — Я ДОЛЖЕН знать! В этом весь смысл! Меня послали сюда именно для того, чтобы быть мудрым, знающим, могущественным! А я... я не могу открыть дверь без пароля. Я три дня водил вас кругами по Мории. Я забыл про воду против огня! — Это не... — Гермиона — девочка, которой, вероятно, нет и двадцати — за десять минут начертила карту всей Мории. ВСЕЙ. Со стрелками. На стенах. Чтобы никто не заблудился. — Гэндальф опустил голову. — А я... я заблудился. Дважды. Повисла тишина. Гимли первым её нарушил: — Он прав, знаете ли. — Гимли... — Нет, правда! — Гном махнул рукой. — Вчера я видел, как Гермиона объяснила Фродо шесть разных способов нейтрализации магических артефактов. Шесть! У нас в Мории такого никто не знал! Мы просто... бросали их в глубокие ямы и надеялись, что сработает. — Это проверенный метод... — Арагорн, мы бросали МАГИЧЕСКИЕ КОЛЬЦА в ЯМЫ! — Гимли всплеснул руками. — А они точно знают, что делают! У них есть ПРОЦЕДУРЫ. ПРОТОКОЛЫ. Гермиона вчера составила список из сорока семи пунктов по безопасному обращению с Кольцом Всевластия! СОРОКА СЕМИ! — Это... тщательно? — Это УНИЗИТЕЛЬНО! Потому что каждый пункт абсолютно логичен! Леголас вздохнул. — Сегодня Драко спросил меня, почему я не использую крем для волос. Все уставились на него. — И? — осторожно спросил Боромир. — И я не знал, что ответить. Потому что... — Леголас помолчал. — Потому что я никогда не думал об этом. Три тысячи лет. Никогда. А он рассказал мне про увлажнение, питание, защиту от солнца... Я даже не знал, что волосам нужна защита от солнца! — Леголас, ты эльф. У тебя идеальные волосы от природы. — ЭТО НЕ ОТМЕНЯЕТ ТОГО, ЧТО Я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ НЕГРАМОТНЫМ! Боромир хмыкнул. — Вчера Рон спросил меня, почему я не заколдовал свой меч, чтобы тот сам затачивался. — Потому что это невозможно? — Именно это я и сказал. А он ответил: "Ну да, если ты не умеешь". — Боромир скрипнул зубами. — И достал СВОЙ меч, который, оказывается, САМ затачивается. Гермиона наложила на него чары ещё в Ривенделле. — О Валар, — прошептал Арагорн. — А Гарри, — продолжил Боромир, явно разошедшись, — Гарри спросил, почему мы не используем лечебные чары в бою. Я сказал: "Потому что некому их накладывать!" Знаете, что он ответил? — Что? — "А вы не пробовали учиться?" — Боромир закрыл лицо руками. — Мне тридцать пять лет. Я воин. Капитан Гондора. А семнадцатилетний мальчишка с взъерошенными волосами говорит мне "не пробовали учиться", и я НЕ МОГУ ЕМУ ВОЗРАЗИТЬ! Гэндальф кивнул, понимающе. — Добро пожаловать в клуб. Арагорн посмотрел на своих товарищей. Все пятеро сидели с выражением людей, переживающих экзистенциальный кризис средней тяжести. — Послушайте, — начал он, пытаясь поднять настроение, — вы все невероятно... — Арагорн, — перебил его Гэндальф, — не надо. Пожалуйста. Мы знаем, что ты скажешь. "Вы все ценны". "У каждого своя роль". "Мудрость важнее силы". Я слышал это сто раз. И знаешь что? Мудрость не поможет, когда семнадцатилетняя девочка накладывает защитные барьеры быстрее, чем ты произносишь заклинание. — Но... — Факты, Арагорн. Давай посмотрим на факты. — Гэндальф начал загибать пальцы. — Гора Карадрас. Я пытался с ней договориться. Потерпел неудачу. Гермиона просто поставила щит, и мы прошли. Дверь Мории. Я забыл пароль. Гарри прошипел, и дверь открылась. Орки. Я приготовился к долгому бою. Они перестреляли всех за пять минут. Балрог. Я приготовился УМЕРЕТЬ. Снейп залил его водой. — Ты не мог знать... — В ЭТОМ ВЕСЬ СМЫСЛ, АРАГОРН! — Гэндальф вскочил на ноги. — Я должен был знать! Я мудрец! Я волшебник! Я путешествую по Средиземью три тысячи лет! А они здесь от силы неделю — и уже решают проблемы, с которыми я бы боролся годами! Он тяжело дышал, глядя на Арагорна. Следопыт медленно встал. — Гэндальф, — тихо сказал он, — я понимаю. Правда понимаю. Но... — Но что? — Но ты не можешь сдаваться. — Я не сдаюсь! — возмутился Гэндальф. — Я просто... переоцениваю свой вклад в это предприятие. — Твой вклад — это мудрость. — Моя мудрость уступает одному учебнику из Хогвартса! — Твой вклад — это опыт. — Мой опыт говорит мне, что я понятия не имею, как работает их магия! — Твой вклад... — Арагорн запнулся, подбирая слова, — ...твой вклад — это ты. Просто ты, Гэндальф. Мудрый, добрый, иногда ворчливый, но всегда готовый помочь. Разве этого недостаточно? Гэндальф посмотрел на него долгим взглядом. — Нет, — тихо сказал он. — В текущей ситуации — нет. И снова сел на камень, уткнувшись подбородком в ладони. Арагорн беспомощно обернулся к остальным. Гимли пожал плечами. Леголас развёл руками. Боромир покачал головой. — Отлично, — пробормотал Арагорн. — Просто замечательно. У нас групповая депрессия. В этот момент к ним подошла Гермиона. В руках она держала блокнот и выглядела озабоченной. — Простите, что прерываю, — сказала она, — но у меня вопрос к Гэндальфу. Все замерли. Гэндальф медленно поднял голову. — Что? — устало спросил он. — Что ещё я сделал не так? — Что? Нет! — Гермиона моргнула, явно озадаченная. — Я хотела спросить про защитные барьеры. Вы же говорили, что можете усилить их рунами из Валинора? — Да, могу. А что? — Не могли бы вы показать мне, как это делается? — Гермиона раскрыла блокнот. — Видите ли, я поставила стандартную защиту, но она рассчитана на угрозы из нашего мира. А здесь другая магия. Другие принципы. И я подумала, что если совместить ваши руны с моими барьерами, мы получим гораздо более эффективную защиту. Своего рода... гибридную систему. Гэндальф уставился на неё. — Ты... хочешь, чтобы я помог? — Конечно! — Гермиона выглядела удивлённой. — Вы же специалист по магии Средиземья. Я могу знать теорию, но вы знаете ПРАКТИКУ. Это огромная разница. — Но ты же... — Гэндальф запнулся. — Ты за десять минут поставила защиту, на которую у меня ушёл бы час. — Да, потому что я использую готовые заклинания, — спокойно объяснила Гермиона. — Это как... готовые формулы из учебника. Быстро, эффективно, но шаблонно. А ваша магия — это импровизация. Адаптация. Вы создаёте заклинания под конкретную ситуацию. Это гораздо сложнее! Я пока так не умею. Гэндальф медленно поднялся с камня. — Ты... ты серьёзно? — Абсолютно. — Гермиона протянула ему блокнот. — Вот, я набросала базовую схему. Но я не знаю, как адаптировать её под местную магию. Подскажете? Гэндальф взял блокнот. Посмотрел на схему. Потом на Гермиону. Потом снова на схему. — Это... это очень интересный подход, — пробормотал он, листая страницы. — Ты используешь многослойную защиту... перекрёстные барьеры... систему раннего предупреждения... Хм. А если добавить сюда руну Феанора для усиления... и руну Эарендила для защиты от тьмы... Гермиона немедленно достала перо. — Диктуйте! Они отошли в сторону, погрузившись в обсуждение. Гэндальф жестикулировал, объясняя что-то про древние символы. Гермиона яростно записывала, периодически задавая уточняющие вопросы. Остальные смотрели им вслед. — Он... он улыбается, — прошептал Гимли. — Впервые за три дня, — добавил Леголас. Арагорн усмехнулся. — Знаете, может, и правда... Он не успел договорить, потому что к ним подошёл Гарри. За ним плёлся Рон, который выглядел так, словно только что пережил интенсивную тренировку (и был ею недоволен). — Эм, — начал Гарри, обращаясь к Леголасу, — можно вас кое о чём спросить? — Конечно, — Леголас насторожился. — Вы же мастер стрельбы из лука, да? — Да... — А вы могли бы... — Гарри почесал затылок, явно смущаясь, — могли бы показать мне несколько приёмов? Просто, видите ли, заклинания — это здорово, но они заканчиваются. А лук... лук не заканчивается, пока есть стрелы. Леголас моргнул. — Ты хочешь научиться стрелять? — Да. Если не сложно. — Гарри пожал плечами. — Я видел, как вы стреляете. Это... это же искусство. Я так не смогу. Но может быть, хотя бы базовым вещам научите? На лице Леголаса медленно расцвела улыбка. — С удовольствием. — Он встал, вынимая лук. — Пошли, я покажу тебе стойку. Они отошли к краю поляны. Рон упал на землю рядом с Гимли. — Дружище, — тяжело выдохнул он, — можно вопрос? — Валяй, — буркнул гном. — Как вы вообще сражаетесь с таким тяжёлым оружием? — Рон махнул рукой в сторону топора. — Я попробовал поднять топор, Гимли — чуть спину не сорвал! А вы им машете, как... как я палочкой! Гимли хмыкнул. — Практика, парень. Годы практики. — А вы не могли бы... — Рон замялся. — Ну, не могли бы научить меня? Просто на всякий случай. Вдруг палочка сломается, а я буду беззащитный, как... как... — Как рыжий прутик на ветру? — подсказал Гимли. — Именно! Гном усмехнулся. Первый раз за весь день. — Ладно. Вставай. Покажу пару приёмов. Рон вскочил, и они пошли в сторону. Боромир смотрел им вслед с задумчивым видом. — Арагорн, — медленно сказал он, — а ты не мог бы научить меня следопытским навыкам? — Что? — Ну, ты же лучший следопыт Средиземья. А я... я воин города. Я не умею выживать в дикой природе. Не так, как ты. — Боромир помолчал. — А вдруг пригодится? Арагорн улыбнулся. — Конечно. Пошли, покажу, как читать следы. Они тоже ушли. Арагорн остался один. Он огляделся по сторонам. Гэндальф и Гермиона склонились над блокнотом, увлечённо обсуждая руны. Леголас терпеливо поправлял стойку Гарри. Гимли демонстрировал Рону, как правильно держать топор. Боромир слушал его объяснения про следопытство с выражением прилежного ученика. Где-то у костра Джинни болтала с Сэмом о правильном приготовлении походной еды. Драко пытался объяснить Пиппину разницу между кондиционером и бальзамом для волос (Пиппин выглядел очень растерянным). Снейп сидел отдельно, варил какое-то зелье и периодически метал убийственные взгляды на всех, кто подходил слишком близко. Арагорн улыбнулся. — Ну что ж, — пробормотал он себе под нос, — кажется, кризис пережит. — Не совсем, — послышался голос сзади. Арагорн обернулся. Позади стоял Фродо, и выглядел он озабоченным. — Что случилось? — Это Сэм, — Фродо кивнул в сторону костра, где его садовник разговаривал с Джинни. — Он весь вечер пытается сварить рагу, но оно не получается. Говорит, что у него руки не из того места растут. А Джинни говорит, что могла бы показать ему парочку кулинарных чар... — И в чём проблема? — Сэм считает, что это обман. Что если использовать магию, то это уже не готовка, а... колдовство. — Фродо вздохнул. — Я пытался объяснить, что магия — это просто инструмент, но он не слушает. Ты не мог бы... — Сейчас, — Арагорн направился к костру. Сэм действительно сидел и выглядел растерянным. Перед ним стоял котелок с чем-то, что должно было быть рагу, но больше напоминало помои. Джинни сидела рядом, крутя палочку в руках. — Мистер Сэм, — терпеливо говорила она, — это всего лишь заклинание для равномерного нагрева. Оно не готовит за вас. Просто делает процесс проще. — Но это не по-честному, мисс, — упрямо ответил Сэм. — Готовка — это труд. Если я буду колдовать, то какой же я повар? — Эффективный, — подсказала Джинни. — Но... — Сэм, — вмешался Арагорн, присаживаясь рядом, — ты же используешь нож, чтобы резать овощи? — Конечно. — А почему не руками? — Потому что это... — Сэм запнулся. — Это неудобно? — Вот именно. Нож — это инструмент. Он делает работу проще. — Арагорн кивнул на палочку Джинни. — А это — тоже инструмент. Просто... более продвинутый. Сэм нахмурился, обдумывая. — Но нож... нож нужно точить. Держать. Контролировать каждое движение. А магия... она сама всё делает. — Не совсем, — возразила Джинни. — Заклинание нужно произнести правильно. Нужно контролировать силу. Нужно следить, чтобы оно не вышло из-под контроля. Это тоже навык. Просто другой. Сэм задумчиво посмотрел в котелок. — А вы... вы могли бы научить меня паре простых заклинаний? Для готовки? Джинни просияла. — Конечно! Вот, смотрите, базовое заклинание для нагрева... Арагорн оставил их и вернулся на своё место у камня. Лагерь постепенно погружался в уютную вечернюю атмосферу. Костёр потрескивал. Звёзды зажигались на небе. Где-то вдалеке ухала сова. Гэндальф всё ещё обсуждал руны с Гермионой. Но теперь он выглядел не подавленным, а увлечённым. Его глаза блестели. Руки жестикулировали. Он ОБЪЯСНЯЛ. Он УЧИЛ. Он чувствовал себя НУЖНЫМ. Леголас терпеливо корректировал хват Гарри на луке. Гарри слушал внимательно, периодически кивая. Он явно уважал мастерство эльфа. Гимли показывал Рону, как правильно замахиваться топором. Рон пыхтел, но старался. Гном похлопал его по плечу, одобрительно. Боромир слушал Арагорна про следопытство и записывал основные моменты на клочке бумаги. Джинни показывала Сэму базовые кулинарные чары. Сэм повторял за ней, неловко размахивая палочкой. Арагорн улыбнулся. — Знаешь, — послышался голос рядом, — это даже мило. Арагорн обернулся. Рядом стоял Снейп, держа в руках дымящуюся колбу с чем-то зелёным. — Что мило? — спросил следопыт. — Это. — Снейп кивнул на лагерь. — Взаимный обмен опытом. Мы учим их магии. Они учат нас... практичности. Своего рода симбиоз. — Не ожидал от вас таких слов, профессор. — Я тоже, — сухо ответил Снейп. — Но факт остаётся фактом. Гэндальф знает то, чего не знаем мы. Мы знаем то, чего не знает он. Логично объединить знания. — Это... мудрый подход. — Это ЛОГИЧНЫЙ подход, — поправил Снейп. — Не путайте. Он отошёл к своему рюкзаку, бормоча что-то про "сентиментальность" и "эффективность". Арагорн посмотрел на небо. Звёзды мерцали спокойно, как всегда. Мир продолжал существовать. Кольцо всё ещё нужно было уничтожить. Путь впереди был долгим и опасным. Но сейчас, в этот момент, всё было... хорошо. Группа не распалась на "наши" и "их". Не разделилась на "старые методы" и "новые". Вместо этого они... объединились. Нашли общий язык. И это, подумал Арагорн, возможно, было важнее любой магии.

Позже вечером, когда большинство уже спало, Гэндальф сидел у костра и смотрел в огонь. Гермиона устроилась рядом, завернувшись в плащ. — Не спите? — тихо спросила она. — Думаю, — ответил Гэндальф. — О чём? — О том, что я был идиотом. Гермиона усмехнулась. — Сегодня? — Да. — Гэндальф покачал головой. — Я решил, что раз я не могу делать то, что делаете вы, значит, я бесполезен. Но это... это глупо, не так ли? — Очень, — согласилась Гермиона. — Ваши знания о Средиземье бесценны. Ваша мудрость — тоже. А ваша магия... она другая. Не хуже. Просто другая. — Менее эффективная, — грустно добавил Гэндальф. — Зато более гибкая. — Гермиона взяла палочку в ветке. — Наши заклинания — это готовые формулы. Жёсткие. Структурированные. Они делают одно и делают хорошо. Но если ситуация меняется, нам нужно новое заклинание. А вы... вы просто адаптируете магию под ситуацию. Это невероятно! Гэндальф посмотрел на неё. — Ты правда так думаешь? — Конечно! — Гермиона кивнула. — Знаете, что я поняла сегодня? Что наша магия — это наука. Точная, логичная, предсказуемая. А ваша — это искусство. Творческое, интуитивное, живое. И оба подхода ценны. Гэндальф задумчиво кивнул. — Может быть, ты права. — Я ВСЕГДА права, — Гермиона улыбнулась. — Просто иногда мне требуется время, чтобы это доказать. Гэндальф рассмеялся. Тихо, но искренне. — Знаешь, Гермиона, вы, волшебники из другого мира, очень... освежаете. В хорошем смысле. — Спасибо. Кажется. Они сидели молча, слушая треск костра. — Гэндальф, — наконец сказала Гермиона, — можно вопрос? — Конечно. — Вы действительно собирались умереть на том мосту? Волшебник помолчал. — Да, — тихо ответил он. — Я думал, что это единственный способ. Что кто-то должен задержать Балрога, пока вы убегаете. И я... — Он вздохнул. — Я готов был быть этим кем-то. — Это очень храбро. — Это было бы очень глупо, — возразил Гэндальф. — Снейп показал мне это. Иногда самый храбрый поступок — это не героическая смерть. Это просто... найти более умное решение. Гермиона улыбнулась. — Вы звучите, как профессор Снейп. — Боже упаси, — Гэндальф поморщился. — Один такой в группе — уже достаточно. Они рассмеялись. Где-то в темноте храпел Гимли. Рон бормотал что-то про еду во сне. Снейп сидел на страже, выглядя как статуя Недовольства Миром. И Гэндальф, глядя на спящий лагерь, подумал: "Может быть, я устарел. Может быть, мои методы не такие эффективные. Но я всё ещё могу учиться. Всё ещё могу расти. Всё ещё могу быть полезным. И, возможно, это и есть настоящая мудрость."