Гарри Поттер и Бюрократия Средиземья

К вечеру группа достигла стен Мории. Озеро перед вратами выглядело как застоявшийся чернильный суп — мрачное, неподвижное и крайне подозрительное. Над водой стелился редкий туман, а запах гнили был таким сильным, что Рон непроизвольно прикрыл нос рукавом мантии. — Прекрасное место, — заметил Рон, покрепче сжимая лямки своего магического рюкзака. — Прямо так и тянет искупаться. И умереть. — Не подавайте идеи озеру, Уизли, — бросил Снейп, брезгливо обходя склизкую лужу. — Оно и так выглядит слишком... живым для стоячей воды. Гарри остановился у самой кромки, глядя на темную гладь. Его шрам не болел, но интуиция, натренированная годами побегов от Пожирателей Смерти, вопила: «Уходи отсюда». — Вам не кажется, что здесь слишком тихо? — спросил Гарри, поглядывая на Арагорна. — У врат Мории всегда тишина, — мрачно ответил следопыт, обнажая меч. — Но сейчас она... тяжелая. Гэндальф проигнорировал их опасения. Он подошел к гладкой, как зеркало, скале, зажатой между двумя гигантскими падубами. Он поднял посох, и в бледном лунном свете на камне начали проступать тонкие серебристые нити. Они переплетались, образуя арку, корону и семь звезд. — «Эльфийскими буквами написано: Двери Дирина, Владыки Мории. Скажи, друг, и войди», — торжественно прочитал он. Гермиона, которая до этого момента изучала мох на ближайшем камне, мгновенно оказалась рядом. Она достала из сумки блокнот, быстро зарисовала символы и нахмурилась. — Подождите. То есть пароль написан прямо на двери? — Это загадка, мисс Грейнджер! — Гэндальф выглядел воодушевленным, словно ребенок перед коробкой с сюрпризом. — Это не загадка, это катастрофа! — Гермиона всплеснула руками, едва не задев нос Гимли. — Это всё равно что оставить ключ под ковриком и повесить на дверь табличку «Ключ под ковриком»! Гномы вообще слышали о базовых стандартах конфиденциальности? Любой орк с минимальным образованием может войти внутрь! — Орки редко отличаются любовью к чтению, — заметил Леголас, не отрывая взгляда от леса за их спинами. — Это не оправдание! — не унималась Гермиона. — Если система безопасности опирается на безграмотность взломщика, то это плохая система. Гэндальф, скажите мне, что там есть хотя бы двухфакторная аутентификация. — Там есть камень, — сухо заметил Снейп. — Огромный. Каменный. Кусок. Скалы. Мисс Грейнджер, ваша одержимость административными протоколами начинает утомлять даже эту гору. — Но профессор!.. — Тише, — Гэндальф поднял руку. — Сейчас я произнесу слова открытия. Анно эдхеллен эдо хиат! Тишина. Только ветерок качнул ветви падубов. — Эдо хиат, эдо хиат! — повторил Гэндальф громче. Скала оставалась такой же недвижимой, как и самообладание Снейпа. Прошло два часа. Гэндальф перепробовал все эльфийские диалекты, включая те, на которых, по мнению Рона, говорили только очень интеллигентные грибы. Он кричал, шептал, стучал посохом и даже один раз легонько пнул дверь сапогом. — Может, нужно нажать на ту звезду? — предположил Пиппин. — Мистер Тук, если бы всё было так просто, Мория давно бы превратилась в проходной двор, — огрызнулся Гэндальф. Рон сидел на камне рядом с Сэмом и тоскливо смотрел на свой рюкзак. — Знаешь, Сэм, — прошептал он. — В Хогвартсе, если дверь не открывается, мы либо используем *Алохомору*, либо просто взрываем её к чертям. — Взрывать гору? — Сэм испуганно округлил глаза. — Мистер Рон, а это не опасно? — С Гермионой? Опасно — это когда она решает, что мы недостаточно быстро читаем. А взрыв... это так, разминка. Снейп стоял, прислонившись к дереву, и его взгляд выражал такую степень экзистенциального страдания, что даже Боромир старался не подходить к нему ближе чем на пять метров. — Гэндальф, — медленно произнес Снейп, — я правильно понимаю? Мы стоим здесь сто двадцать минут. Ночью. Возле водоема, кишащего неизвестно чем. И всё потому, что великий волшебник Средиземья не может вспомнить слово «привет»? — Профессор, не давите на него! — вступилась Гермиона, хотя сама уже вычеркнула «профессионализм Гэндальфа» из своего списка надежных вещей. — Это древние чары! Возможно, там есть временная задержка или проверка на магическую подпись... Гарри встал. Он был раздражён. Он хотел горячего рагу Сэма, он хотел спать, и его чертовски бесили эти щупальца в воде. Он подошел к двери и уставился на серебристые линии. В лунном свете они напоминали ему не просто узоры, а переплетенных змей. Тот же изгиб, та же холодная симметрия. — Знаете что? — Гарри прижал ладонь к холодному камню. — Я семь лет открывал двери, которые не хотели открываться. С замками, которые кусались, и паролями, которые менялись каждые пять минут. Я не позволю куску скалы меня остановить. Он закрыл глаза. В голове всплыл образ Тайной Комнаты. Если Мория — это древнее подземелье, то оно должно понимать язык тех, кто в этих подземельях живет. Он представил, что зазоры между камнями — это чешуя. — ш-с-с-сай-хэ-ссс-с-са... — вырвалось из его горла. Низкое, вибрирующее шипение эхом отразилось от скал. Гэндальф вздрогнул. Леголас мгновенно наложил стрелу на тетиву, глядя на Гарри с ужасом. — Поттер, что это за звуки? — Снейп прищурился. — Вы решили вызвать здесь Крампуса или просто деградировали до уровня рептилии? — С-с-са-шэ-лиссс-с-са!(Откройся, я сказал!) — Гарри почти выплюнул слова в сторону Врат. Раздался глубокий, утробный звук — словно гора втянула в себя воздух. Серебристые нити на двери вспыхнули ослепительно белым светом. — Смотрите! — крикнул Мерри. Древние механизмы Мории, которые веками ждали пароля на эльфийском, вдруг столкнулись с магией Парселтанга. Для камня, пролежавшего в земле тысячи лет, шипение Гарри прозвучало как голос самого основания мира — первобытный, властный и не терпящий возражений. Двери Дирина, созданные величайшими мастерами, содрогнулись. Каменные створки медленно, с жалобным скрипом, начали расходиться в стороны. — Что... что ты сказал? — прошептал Гэндальф, глядя на открывающийся зев пещеры. — Я сказал «Откройся», — Гарри вытер руки о джинсы, чувствуя себя немного неловко под общим взглядом. — Кажется, дверь приняла это за какой-то очень старый диалект. — Старый диалект? — Гэндальф покачал головой. — Это было похоже на язык... чего-то очень древнего и не очень доброго. — Это был Парселтанг, — пояснила Гермиона, уже заходя внутрь и привычно зажигая свет. — Язык змей. Технически, это магическая аномалия, но в условиях отсутствия внятной документации к гномьим дверям — это отличный способ обхода системы. — Лингвистический взлом через шипение, — резюмировал Снейп, заходя следом. — Поттер, ваша способность находить обходные пути в обход логики и здравого смысла продолжает поражать. Хотя должен признать... это было быстрее, чем два часа эльфийских песен. — Я вспоминал пароль два часа! — простонал Гэндальф, входя в темноту. — «Меллон»! Слово было «Меллон»! — Какая разница, — Рон уже проскользнул мимо него. — Гарри шикнул на дверь, и она сдалась. Моя школа.классическая ошибка безопасности! Использование общеизвестного слова в качестве пароля... Они вошли в темноту. Запах внутри был сухим, пыльным и холодным. Гермиона тут же начала водить светом по стенам. — Так, — сказала она, доставая блокнот. — Стены из необработанного камня, отсутствие аварийных выходов, никакой разметки. Гимли, как вы тут ориентируетесь? — По зову крови, ласси! — гордо ответил гном. — Зов крови — это не навигационная система. Нам нужны карты. — У меня есть карты в голове! — Гимли, при всем уважении, ваша голова не сертифицирована картографическим обществом Хогвартса. Гарри, стоявший последним, вдруг замер. Снаружи, со стороны озера, донесся странный звук. Словно что-то огромное и мокрое медленно волочилось по камням. — Гэндальф... — начал Гарри. — Уходим внутрь, быстро! — скомандовал Арагорн. Но было поздно. Из воды вылетело длинное, извивающееся щупальце, покрытое склизкой зеленоватой чешуей. Оно с невероятной скоростью обвилось вокруг щиколотки Фродо и дернуло его назад. — ФРОДО! — закричал Сэм, кидаясь к другу. — О МЕРЛИН! — Рон мгновенно выхватил палочку. — РЕДУКТО! Заклинание ударило в щупальце, выбив фонтан черной жижи, но тварь только сильнее сжала кольца. Из воды показались еще десятки конечностей, они молотили по камням, пытаясь достать остальных. — НАЗАД! В МОРИЮ! — орал Боромир, отсекая мечом одно из щупалец. Гарри вскинул палочку: — Конфринго! Вспышка пламени осветила кошмарную морду существа — огромный безглазый нарост с пастью, полной мелких зубов. — Какая гадость! — Джинни выпустила серию Летучемышиных сглазов, от которых щупальца начали дергаться, словно в судорогах. Снейп, который до этого момента просто наблюдал за хаосом с выражением легкого академического интереса, вдруг оживился. Он не выхватил меч и не начал паниковать. Он достал из складок мантии длинный серебряный нож и пустую склянку. — Поттер, Уизли! Удерживайте левое щупальце! — скомандовал он голосом, не терпящим возражений. — Что?! Профессор, нас сейчас съедят! — крикнул Рон, уворачиваясь от удара. — Не несите чепухи! — Снейп быстрым движением полоснул по пролетавшему мимо отростку. — Это же Страж... Озера! Как в Хогвартсе! Его слизь обладает уникальными паралитическими свойствами. Если я не соберу образец сейчас, я никогда не прощу себе этого упущенного шанса. Гермиона, светите сюда! — Но профессор, Фродо!.. — Фродо жив, его тянет Арагорн! Светите на разрез, мне нужно видеть текстуру слизи! Гермиона, разрываясь между желанием спасать хоббита и привычкой слушаться профессора, направила палочку на щупальце. Снейп с хирургической точностью наполнил склянку черной жижей. — Прекрасно. Чистый концентрат. Поттер, добейте его, он мне больше не нужен. Гарри, челюсть которого едва не коснулась земли от такой хладнокровности, выкрикнул: — ЭКСПУЛЬСО! Мощный взрыв отбросил тварь обратно в озеро. Огромные ворота Мории содрогнулись. Страж в ярости обрушил на них прибрежные скалы, заваливая вход. Раздался грохот, пыль заполнила всё пространство, и группа оказалась в полной темноте. Наступила гробовая тишина. — Все целы? — раздался в темноте голос Гэндальфа. — Кажется, да, — отозвался Фродо, которого Сэм судорожно ощупывал на предмет переломов. — Мой рюкзак в порядке! — радостно сообщил Рон. — Сыр не пострадал. — Уизли, ваши приоритеты когда-нибудь станут предметом изучения психиатров, — раздался голос Снейпа. Послышался щелчок, и кончик его палочки зажегся холодным синим светом. Профессор бережно убирал склянку в карман. — Зато у нас есть ингредиенты. — Мы заперты, — мрачно сказал Боромир, глядя на груду камней там, где были двери. — Теперь только вперед. Сквозь гору. — О, замечательно, — Гермиона снова открыла блокнот. — Мы в замкнутом пространстве без карты, с профессором, который ценит слизь монстров выше безопасности, и с гномом, который ориентируется по интуиции. — Еще у нас есть я! — напомнил Рон. — Именно этого я и боялась, — вздохнула Гермиона. — Гарри, зажги свет. Нам пора наводить здесь порядок. Гарри поднял палочку. Свет озарил огромный зал с колоннами, уходящими в бесконечную высоту. — Добро пожаловать в Морию, — прошептал Гэндальф. — Здесь пыльно, — заметил Рон. — И я уверен, что здесь нет нормальной кухни. Гермиона, скажи мне, что у тебя в рюкзаке есть запас чая. — Рон, мы в древней гномьей цитадели! — Значит, чай нам просто необходим. Группа двинулась вглубь. Впереди была долгая дорога во тьме, но теперь у них был свет палочек, запас еды в расширенном рюкзаке и Снейп, который выглядел подозрительно довольным своим новым приобретением. Гермиона шла чуть позади Гэндальфа, время от времени останавливаясь, чтобы наколдовать на стене стрелку, указывающую назад. — Что вы делаете, ласси? — спросил Гимли. — Оставляю навигационные маркеры, — деловито ответила она. — Чтобы, когда мы решим выйти, нам не пришлось полагаться на ваш «зов крови». Это называется «систематический подход», Гимли. Рекомендую ознакомиться. Гарри и Джинни шли рядом, держа палочки наготове. — Знаешь, — прошептала Джинни, — по сравнению с подземельями Снейпа здесь даже уютно. По крайней мере, здесь не пахнет сушеными жабами. — Не говори это слишком громко, — ответил Гарри, кивнув на Снейпа. — Он может это исправить. Сзади послышался голос Рона: — Сэм, а как ты думаешь, у гномов были печи для пиццы? — Для чего, мистер Рон? Поход продолжался.