Омега Юньмэн Цзян

Когда он открыл глаза, всё вокруг было тёмным и очень холодным. Отсутствие подвижности тела подтвердило, что он всё ещё связан: верёвки заменили цепями, грязный и заплесневелый пол встретил его как жестокая реальность, в которой он теперь жил. Он вздохнул, стараясь уменьшить боль в суставах, сумел сесть, чтобы осмотреть окружение: лишь четыре каменные стены с талисманами подавления, тяжёлая металлическая дверь и куча соломы в углу. На теле не было ничего, кроме простой чёрной туники; по ощущению ткани он мог поручиться, что это его собственная. По спине пробежал озноб, он слегка раздвинул ноги. Ничего не было, он был чист. Он облегчённо вздохнул. Запястья по-прежнему были связаны за спиной и соединены длинной цепью, вбитой в стену; лодыжки тоже были в кандалах, холодный металл охватывал щиколотки, с них свисали свободные цепи. Он растерялся от своего положения. — А-Нин, — прошептал он, вспомнив, что был с другом перед тем, как потерять сознание. Он поднялся на ноги, ощущая под босыми ступнями запылённый, влажный и холодный пол; до двери он не дошёл и, топнув, нахмурился. Он также ничего не чувствовал обонянием — только влажный камень и запах пепла, окружавший его. Нужно было придумать план, найти способ сбежать, но прежде чем он успел воспользоваться тем, что было под рукой, услышал, как дверь медленно открывается. Он не сдвинулся с места, лишь выпрямился — гордый и готовый встретить своего похитителя лицом к лицу. — Это действительно ты, — высокомерная улыбка этого альфы лишь заставила Вэй Ина нахмуриться. — Я пришёл убедиться собственными глазами и думал, что мне лгут, что это лишь глупое хвастовство тех идиотов, но это действительно ты. — Кто ты? — Вэй Ин не опустил бдительность; что-то внутри него шевельнулось при виде жёлтой туники и пиона на груди. — ЦзыСюань… — прошептал он в ужасе, отказываясь поверить, что друг его предал. — Где Цзинь ЦзыСюань? — Я знал, что ты шлюха: не только раздвигала ноги перед этим Цзяном и Лань Ванцзи, но и перед моим двоюродным братом; но не волнуйся, у нас, Цзиней, тоже достойные размеры, я тоже могу тебя хорошо обслужить. — Вэй Ин увидел, как тот достал странный бумажный улей и бросил его в центр комнаты; дым мгновенно ударил в нос. — Это поможет тебе не нападать на меня. Вэй Ин бросился к этому улью и попытался выбить его ногой, но альфа захлопнул дверь. Жар начал разливаться по телу — раздражающий; ноги стали мягкими, но он не позволит себе упасть. — Будь послушным. Я знаю, что могу удовлетворить тебя ещё лучше, чем Цзян; к тому же, он, наверняка, уже мёртв. — Что? — В ужасе он рухнул на колени, цепи звякнули. — Лотосовый Пирс пал в тот же день, когда ГуСу Лань был сожжён, — с злорадством улыбнулся он, видя, как Вэй Ин отчаянно качает головой. — Давай, я о тебе позабочусь, тем более что Цзян тебя не пометил… Я это сделаю. Вэй Ин почувствовал, как этот альфа устроился на нём сверху. Он укусит, разорвёт его на куски; его альфа не мёртв, Цзян Чэн не мёртв, не может быть мёртв. Его дом тоже — он не может его потерять. Когда рука этого альфы коснулась его лица, он нанёс первый укус. Тот закричал и попытался вырваться, пару раз ударил его по лицу, прежде чем отпустить; одним прыжком Вэй Ин набросился на этого наглеца, готовый грызть его до смерти, а потом использовать то, что на нём надето, чтобы выбраться из этого проклятого места, вытащить Лань Нина и найти свою семью. Дверь открылась во второй раз — на этот раз с грохотом; он отпустил окровавленную руку лишь для того, чтобы зарычать на вошедшего. — Помоги мне, — заскулил альфа, пытаясь пнуть Вэй Ина. — Двоюродный… — Вэй УСянь, — выдохнул новый альфа в ужасе. Он гневно посмотрел на Цзинь ЦзыСюня, схватил его за тунику и прорычал: — Что это такое?! — Омега… я просто хотел немного, прежде чем его передадут тебе… — Что? — В ужасе он взглянул на двоюродного брата и на омегу, который, присев на корточки, рычал на них, с кровью, всё ещё стекающей изо рта. — Проваливай… — Что? — Я сказал — проваливай! И ни слова об этом! Ни ты, ни я здесь не были! — Он вытолкнул Цзинь ЦзыСюня наружу, видя, как тот хромает. Не закрывая дверь, он дал воздуху немного проветрить помещение, медленно приблизился к Вэй УСяню. — Вэй УСянь, успокойся, это я… Я, я ничего тебе не сделаю. — Ты мне солгал, — прорычал он. — Нет! Я пришёл сюда, потому что услышал слухи о странном караване, прибывшем прошлой ночью. Но здесь никого больше не было, кроме тебя и… — А-Нина? — Он вздохнул с облегчением, увидев, что Цзинь кивает. — Где он? — А-Ин? — Ответом стал нервный взгляд Лань Нина, который выглянул из-за двери; на нём была внешняя туника Цзинь ЦзыСюаня, волосы распущены. — Он в порядке. Я объясню детали, но нам нужно уходить сейчас. Вэй Ин позволил Цзинь ЦзыСюаню разрезать цепи, тот дал ему чистую тунику, чтобы надеть поверх, и сапоги, и они вышли. Где бы они ни находились, это был подвал хижины; сама хижина была лишь фасадом, потому что под ней располагалось несколько похожих помещений, в которых держали Вэй Ина, но все они были пусты. Цзинь ЦзыСюань рассказал, что видел, как караван ушёл в сторону Цишань Вэнь; по количеству людей он понял, что не справится со всеми, поэтому дождался, когда уйдёт большинство, вошёл и освободил оставшихся немногих омег. Он убил пару закутанных в капюшоны бета и сумел отправить в бегство небольшую группу из пяти омег с двумя своими самыми надёжными людьми; осматривая остальное, он не ожидал, что Цзинь ЦзыСюнь пойдёт другим путём, не придал этому значения и продолжил поиски; именно тогда он нашёл Лань Нина связанным и в лёгкой одежде. Когда Лань Нин быстро рассказал, что его захватили вместе с Вэй Ином, он понял, что нужно торопиться и вернуться к остальным. — Клан Цзинь связан с Вэнями, — Вэй Ин шёл по густому лесу, видя, как Цзинь ЦзыСюань с презрением смотрит на пион на своей груди. — Мой отец лижет сапоги Вэнь ЖоХаню. Юньмэн Цзян и ГуСу Лань были атакованы одновременно; отец пытался выиграть время для Вэней, удерживая твоего отца здесь, но не смог долго. Мне очень жаль. — Эти псы Вэни, — прорычал Вэй Ин. — Они ищут наследников Цзянов; наверняка ВаньИнь сумел выбраться целым, Цзян-цзе тоже должна быть в безопасности; нам нужно всем собраться в Цинхэ Не с ХуайСаном, — Цзинь ЦзыСюань остановился, объясняя свой план. — А что с Ланями? — Вэй Ин косо взглянул на А-Нина, который не отпускал его руку. — Лань СиЧэнь пропал без вести, Лань Ванцзи ранен, Лань ЦиЖэнь с ним; оба собирают оставшихся, чтобы вновь возвести защитный барьер, — он скрестил руки в недоумении. — Я не понимаю, как они смогли проникнуть? — Это не сложно, — Вэй Ин достал наполовину сгоревший талисман. — У них есть специалист по древним печатям; один такой талисман может создать маленькую брешь даже в самом мощном щите, и этого достаточно, чтобы запустить цепную реакцию и разрушить всё. — По пути он заметил этот странный талисман, но в нём было что-то подозрительное, тёмное, что он не мог объяснить или подтвердить свои подозрения. — Но… Цин… Цинхэ… это… очень… да… далеко. И… где… мы? — Оба омеги посмотрели на Цзинь ЦзыСюаня. — Мы недалеко от границы ИнЧуань; если поспешим на запад, доберёмся за три дня. Они мало что могли сделать: у Цзинь ЦзыСюаня был только меч, и он не мог нести сразу двух омег. Вэй Ин всё ещё был ранен в плечо; по пути Лань Нин нашёл лечебные травы, которые помогли бы избежать инфекции; они отрезали куски от жёлтых туник Цзинь ЦзыСюаня, чтобы сделать повязки. Альфа отказался вновь надевать свои золотые туники; даже по пути он продал несколько золотых аксессуаров, чтобы добыть денег и купить менее заметные туники для всех троих и плащи, чтобы скрыть обоих омег. С едой проблем не было; насчёт ночлега Вэй Ин предложил самые скромные постоялые дворы — чтобы не привлекать внимания и минимизировать расходы. Вэй Ин хотел отправить одну из своих бабочек-посланниц в Мэйшань Юй, но боялся, что её поймают по духовной энергии. Поэтому трое ограничивались слухами в маленьких деревнях. В местах, где жила простая люд, особого смятения не было; знали лишь, что вспыхнула война, и не удивлялись, что их грабят или издеваются над ними культиваторы Вэнь, ищущие беглых наследников крупных сект или просто демонстрирующие свою власть. Вэй Ин одной ночью плакал на коленях у Лань Нина, узнав о падении своего дома, исчезновении любимого альфы, сестры, смерти лидеров сект. Он много плакал о смерти своего шицзуня и друзей, оставшихся на Лотосовом Пирсе защищать дом. Он не знал, кто выжил, кто сумел бежать. Он потерял всё за одну ночь. По крайней мере, так он думал; Цзинь ЦзыСюань сказал, что с падения Лотосового Пирса и ГуСу Лань прошло три дня, когда он их нашёл. Теперь прошло ещё три дня, а они всё не дошли до цели; не раз отклонялись, избегая Вэней и людей в чёрном. Вэй Ин часто спорил с Цзинь ЦзыСюанем о причинах похищения стольких омег. Они сомневались, что это для создания гарема по вкусу его отца или самого Вэнь ЖоХаня; это была их главная загадка, ведь теперь, с падением основных сект, не было смысла держать под стражей столько молодых омег. Цзинь ЦзыСюань чуть не впал в панику, когда однажды утром Лань Нин начал рвать. Подумав, что тот съел что-то не то или что по недосмотру одного из омег отравили, он решил искать врача, что-то делать. — Хочет тебя контролировать! — Вэй Ин ударил его по голове. — Он не отравлен и ничего, это нормально. — Как это может быть нормально?! — Люди начали странно на них коситься; как раз в то утро они покидали маленькую деревню после завтрака. — Он беременный; нормально, если беременный омега по утрам тошнит, — Вэй Ин потянул его за ухо и усадил на уличной скамье. — А теперь закрой рот, ты только привлекаешь внимание. — Прости, — смущённо пробормотал Лань Нин. Ленту со лба он прятал на одном из запястий; он и Вэй Ин носили простые туники — синюю и серую соответственно, а Цзинь ЦзыСюань — белые. — Это не твоя вина, А-Нин; павлин просто очень драматичен. — Прости, что ничего об этом не знаю. До цели оставалось недолго — может, ещё два дня, если Вэй Ин понесёт Лань Нина на спине, когда тот сильно устанет. Но удача снова была не на их стороне. Ливень застал их в заброшенном старом храме; крыша текла почти везде, но в том месте, где они устроились, можно было оставаться сухими, пока дождь не прекратится и они не продолжат путь до следующей деревни. — Ешь, — Вэй Ин достал из туники один из сладких булочек и отдал А-Нину. — Ешь, я в порядке, я не голоден. — Как он? — спросил Цзинь ЦзыСюань у Вэй Ина, когда подошёл, косясь на другого омегу, спящего на внешней тунике Вэй Ина. — Он справляется; у него всего несколько недель, — вздохнул он раздражённо. — Сейчас он должен быть в своём гнезде, окружённый ароматом Лань Чжаня, но он здесь, под огромным стрессом и без своего альфы; если не будем осторожны, он может потерять ребёнка. — Я ничем не могу помочь? — Цзинь ЦзыСюань чувствовал себя беспомощным; он был альфой и мог лишь обеспечивать едой и крышей над головой. — Ты и так сделал достаточно, — с лёгкой улыбкой он положил руку на плечо друга. — Если бы А-Нин не был помечен, ты мог бы его ароматизировать, чтобы немного успокоить, но сейчас это даст обратный эффект; лучше так — я продолжу передавать ему свою духовную энергию и ароматизировать. Дождь, казалось, не хотел прекращаться; всю ночь они по очереди стояли на страже, чтобы немного поспать. Наутро дождь не стих; Вэй Ин поддерживал небольшой костёр внутри, чтобы место оставалось сухим и Лань Нин был в тепле. Но ему скоро нужно было поесть; Вэй Ин и Цзинь ЦзыСюань могли продержаться пару дней без еды, но другому омеге с ребёнком в утробе это было бы сложно. Немного поспорив, Цзинь ЦзыСюань сдался и остался присматривать за Лань Нином, а Вэй Ин пошёл в деревню купить еды и вернуться вовремя.

--֍--

Вэй Ин услышал многое среди торговых рядов; благодаря вуали и капюшону плаща он остался незамеченным. Но среди всего он услышал, где будут проходить культиваторы Вэнь; сердце сжалось, когда он узнал, что Лань Ванцзи с переломанной ногой заперт в Облачных Глубинах; о Цзянах говорили, что лидеры сект мертвы и теперь ищут обоих наследников; о нём самом не упомянули — это было странно, но в то же время не очень, учитывая, что в хаосе захватили его и других омег, и никто не знал, куда деваются все эти омеги, похищенные во время войны. Вернувшись, он решил промолчать: нельзя было позволить А-Нину стрессовать; тот выглядел спокойным, значит, через метку знал, что Лань Ванцзи жив. А он сам? У него не было метки; он не знал, в порядке ли Цзян Чэн. Но сердце, душа, суть — он чувствовал его: обеспокоенного и злый; он чуть не рассмеялся, представив его с нахмуренными бровями, орущего на всех по любому поводу… Ах, кто из клана выжил? Все были дома, когда он был в Облачных Глубинах; он не взял с собой СяоУ, потому что хотел, чтобы подруга наслаждалась свадьбой, пока нет миссий; то же с Фэн Мао — она была так счастлива проводить всё время с Хуа Цяном. Все ли они в порядке? А его щенок? А-Ян? Его водные малыши? Он хотел заплакать, думая о страхе, который испытывали его бедные дети; кто из них выжил, кто из родителей. Он от всего сердца надеялся, что Цзян Чэн уберёг А-Яна и остальных водных малышей. — Что-то не так, — пробормотал Цзинь ЦзыСюань на вторую ночь; дождь ослаб до редких капель. — Что? — Он обострил чувства, но слышал лишь стук капель по крыше и подтеки, в крайнем случае — их дыхание. Также не чувствовал ничего, кроме запаха дождя и сандалового благовония, которое зажигали для Лань Нина, чтобы он спокойно спал. — Не знаю, но… Разбуди его, уходим. Вэй УСянь не стал больше спрашивать: то, как он стоял, и феромоны, которые испускал ЦзыСюань, были тревожными; инстинктивно он почувствовал себя незащищённым и испуганным, но проглотил этот раздражающий инстинкт, осторожно разбудил друга и попросил молчать, пока они собираются выйти под дождь. Он укутал Лань Нина в два слоя одежды, свернул чистые штаны как шарф вокруг шеи, убедился, что плащи хорошо застёгнуты, и когда они подошли к Цзинь ЦзыСюаню, тот вовремя поднял Суйхуа, чтобы отбить странный звёздчатый клинок. У Вэй Ина не было меча, но по пути Цзинь купил ему дешёвый бумажный веер, который мог послужить для защиты. Так он взял веер и, почувствовав разрез в воздухе, занялся управлением опавших листьев, отводя подальше другие такие клинки. Трое бежали ночью, уклоняясь, сливаясь с темнотой и зарослями, пытаясь скрыться. А-Нин указывал, куда бежать, но было сложно держать направление, когда преследователи постоянно их отклоняли. Кто бы они ни были, они появились перед ними; ни запаха, ни вида — кто они и что это. Трижды пытались схватить Лань Нина, но теряли руки и погибали от духовного потока Вэй Ина и завесы из мокрых листьев, служившей щитом или рубившей всё, что пыталось приблизиться. Думая, что всё наконец закончится, Лань Нин в ужасе увидел, как Цзинь ЦзыСюаня пронзают в момент, когда тот толкнул Вэй Ина с траектории другого меча; Вэй УСянь зарычал и убил нападавшего — это был Вэнь; среди моря чёрных туник и пепла лишь один Вэнь упал, когда Вэй Ин отрубил ему голову. — Нам нужно безопасное место, — выдохнул А-Нин, пытаясь остановить кровотечение и лечить альфу под моросящим дождём и в темноте. — Проклятье… Не умирай, павлин, — прорычал Вэй Ин, взял Суйхуа и, словно дух меча знал, что хозяин ранен и тот, кто его держит, хочет помочь, позволил встать на него и пронести троих едва два метра над землёй к ближайшему источнику света. Они не знали, что за город, но он был странно знаком Вэй Ину; он не стал выяснять сейчас. Он убрал Суйхуа за пояс, взвалил Цзинь ЦзыСюаня на спину, а Лань Нин вёл его тёмными переулками, избегая Вэней, которые время от времени патрулировали город. Когда он подумал, что их поймают, увидел открытый сарай; знаками указал Вэй Ину на это место, они закрыли дверь и затаили дыхание, когда шаги стали отчётливыми. — Я точно чувствовал здесь запах омеги, — услышали они рычание альфы Вэня. — Простите, — прервал мягкий голос. — Какого чёрта? Чего ты хочешь, глупый бета? — Простите, господа, но эта зона закрыта; боюсь, хозяйка рассердится, если клиенты войдут через служебный вход, — мягкий голос, казалось, успокоил альф. — Клиенты? — Альфа посмотрел на маленького бету с мягкой улыбкой. — Какой это бизнес? — Господа, это лучший дом свиданий в Юйпине; у нас есть прекрасные омеги и беты, готовые служить достойным господам. — О~ А ты в их числе? — сказал другой альфа. — Что в нём привлекательного, он же просто бета-мужчина? Давай, он сказал, что есть красивые женщины; давно я не пробовал хорошего омегу. — Если желаете, следуйте за мной. Лань Нин и Вэй Ин не вздохнули с облегчением, пока не почувствовали, что шаги и запахи этих людей исчезли. Лань Нин слегка пошевелил Цзинь ЦзыСюаня, проверяя рану; слабый свет и сырость места ничем не помогали, и как раз когда он собирался попросить у Вэй Ина мешочек с лекарственными травами, дверь открылась. Вэй Ин выхватил Суйхуа и предупреждающе зарычал. — Входите, — оба омеги в замешательстве посмотрели на бету перед ними. — Если останетесь, один из работников найдёт вас и сдаст этим Вэням. Вэй Ин снова взвалил Цзинь ЦзыСюаня на спину и оставил Лань Нина позади себя; он всё время был настороже, даже когда они дошли до группы маленьких деревянных домиков. Бета открыл им дверь и рукой указал войти; проверил, нет ли кого за ними, и тщательно закрыл дверь и окна. Вэй Ин с любопытством оглядел место: несмотря на малые размеры, оно было чистым и пахло странно знакомым ароматом — где он его чувствовал? Неужели это благовоние? — Можете остаться здесь, но не позволяйте своим феромонам выйти, — Вэй Ин увидел, как он зажёг благовоние, скрывающее запахи всех. — Что вам нужно? — Они посмотрели на юношу с короткими волосами чуть ниже плеч, собранными в полухвост; он носил простые туники кремового цвета и держал в руке белый фартук. — Мне нужны эти вещи, — Лань Нин взял кусок бумаги и кисть, лежавшие на маленьком столике, и составил список лекарств и повязок для лечения альфы. — У нас ещё остались деньги? — Он посмотрел на Вэй Ина. — Да, — тот достал несколько серебряных монет и положил на стол. — Я могу… — Нет, оставайтесь; вы привлечёте внимание, особенно ХунЛянь-цзюнь, — оба омеги испуганно посмотрели на юношу, который лишь улыбнулся. — Успокойтесь, я вам ничего не сделаю; я не доверяю альфам, но по какой-то веской причине вы отчаянно хотите его спасти. — Он наш друг; ЦзыСюань — хороший альфа, — Лань Нин устроил альфу на коленях, вытирая потный и грязный лоб своим платком. — Тогда ждите здесь и никому не открывайте. Вэй Ин и Лань Нин смотрели, как юноша ушёл с деньгами и списком. Вэй Ин на этом этапе никому не доверял, поэтому убедился, что рана Цзинь ЦзыСюаня перевязана, и держал Лань Нина готовым бежать, если потребуется. Но вскоре юноша вернулся с вещами; Вэй Ин стоял с Суйхуа за поясом, наблюдая, как Лань Нин лечит друга, а другой юноша помогает. — Как тебя зовут? — спросил Вэй Ин, видя, как оба укладывают альфу на соломенную циновку и укрывают тонким одеялом. — Меня зовут Мэн Яо; как видите, я всего лишь бета, работник этого места, — Вэй Ин прищурился. — Ты выглядишь очень молодо… — Мне четырнадцать, — кивнул он. — А-Ин, он ребёнок, — нервно прошептал Лань Нин, когда друг сел рядом. — Он на три года младше нас… — Почему ты нам помогаешь? — Вэй Ин смотрел, как юноша готовит чай для них. — Вы помогли мне в прошлом, — Лань Нин удивлённо посмотрел на друга, который нервно отвёл взгляд, не вспомнив этого юношу. — Не удивительно, что вы меня не помните; ХунЛянь-цзюнь помог многим людям с тех пор, как стал известен. — Он подал чашки чая всем троим. — Недавно вы помогли мне с торговцем, который подумал, что я омега, и попытался меня увести. — О, теперь вспомнил, — Вэй Ин отпил глоток, позволяя теплу и спокойствию на миг наполнить его. — Ты был тем мальчиком; как твоя рука? — Он улыбнулся, увидев, что следов нет. — А-Нин, в прошлом году, в один из моих визитов в этот маленький город… — Для этого? — Лань Нин знал, что Цзинь ЦзыСюань ищет своего предназначенного омегу; он сам пытался искать своего в редкие выходы с горы. Вэй Ин кивнул. — По пути один бродячий торговец — огромный, но глупый альфа — загнал этого бедного мальчика в угол и связал ему запястья, утверждая, что он омега и пойдёт с ним. Так нагло, можешь поверить? — Я всего лишь бета, но поскольку обычно лечу и ухаживаю за омегами здесь, их ароматы пропитывают мою одежду; я не чувствую феромоны, поэтому не знал, что пахну омегой в тот момент. — Да, этот тип в итоге плакал после той взбучки, которую я ему устроил, — с улыбкой он повернулся к Мэн Яо. — Рад, что тебя больше не беспокоят. — Всё ещё немного беспокоят, но ничего, с чем я не справлюсь. Я полностью благодарен ХунЛянь-цзюню с того дня; когда узнал, что произошло, мне стало очень плохо, поэтому, увидев вас, я не колебался помочь. — Это ничего, ничего. Мне нравится помогать другим, и мы благодарны; ты действительно появился в нужный момент. После ещё немного побеседовав, Мэн Яо сказал им спать; у него ещё была работа на кухне, но они могли отдыхать без страха быть потревоженными или обнаруженными. Вэй Ин дремал урывками, всё ещё не чувствуя полной безопасности; в какой-то момент ночью он услышал, как Мэн Яо вошёл, переоделся и лёг в маленькую кровать; после этого он больше не шевелился до утра. Цзинь ЦзыСюань не просыпался, что нервировало Вэй Ина, но Лань Нин заверил, что не стоит волноваться: рана нанесла серьёзный ущерб, и тело просто делает всё возможное для восстановления. Трое оставались скрытыми в маленьком домике три дня; на четвёртый Вэй Ин чувствовал, что сойдёт с ума: Вэни всё ещё рыскали по городу, он не мог отправить ни одного сообщения в Мэйшань Юй из страха быть обнаруженным. Больше всего его угнетало незнание: в порядке ли его альфа, его шицзе, братья по клятве, друзья… Вся его семья? Он хотел верить, что это ложь — что дядя Цзян и его шицзунь мертвы; нет, они не могли их оставить, они ещё слишком молоды… Они должны были пожениться. Он очень усердно практиковался в ГуСу, чтобы всё прошло идеально и сделать шицзуня гордым; всё было готово, все дома с нетерпением ждали свадьбы. П floating коридоры украсили бы красной газой, озёра — красными плавучими фонарями; их свадебные туники ждали в его старой комнате в южном крыле; даже А-Яну обещали надеть формальные туники секты Цзян на мероприятие; он обещал, что они вместе посмотрят фейерверки и что тот сможет съесть все сладости, какие захочет той ночью. — А-Ин? — Вэй Ин быстро вытер слёзы. — Что? Павлин уже проснулся? — Пока нет, но… — Он нервно оглядел комнату. — У нас другая проблема. Вэй Ин нахмурился; он был во маленьком заднем дворике дома, стирал одежду; он настоял помочь Мэн Яо хотя бы с домашними делами; от недосыпа он встал рано стирать; едва рассветало, когда Лань Нин вышел его искать; войдя, тот зажал нос и побежал в комнату, где спал Мэн Яо. — Что? — Вэй Ин в ужасе увидел, как юноша свернулся на кровати; его ночная туника распахнулась, обнажив покрасневшие плечи, как и лицо. — Не… не должен был… позволить им войти с ним… — прошептал Мэн Яо среди рыданий. — Ты омега… — Вэй Ин увидел, как Лань Нин осторожно подходит. — Нет… я не… я… я… — Он отчаянно сжал одежду. — Успокойся, мы никому не скажем, — мягкий материнский голос Лань Нина успокоил обоих омег. — У тебя есть лекарство? — Мэн Яо покачал головой. — Мой следующий цикл через месяц; я ещё не собрал достаточно денег, чтобы купить его… — Я схожу за ним, — Вэй Ин достал из туники своё собственное лекарство. — Поможет моё? — Твоё слишком сильное, — Лань Нин взял его и обеспокоенно увидел, что осталось лишь на две дозы. — И тебе не хватит; когда у тебя? — Я буду в порядке; схожу за его. Как ты его заказываешь? Вэй Ин надел плащ и вышел на улицы, очень осторожно, чтобы не быть обнаруженным. Тем временем Лань Нин приготовил лишь малую часть лекарства Вэй Ина, чтобы сбить жар другого омеги; когда тот успокоился, он вышел с ведром за водой в комнату; Вэй Ин его отругает, но он не наполнит ведро полностью и, даже если придётся делать больше ходок, сделает; несмотря на беременность, он всё ещё был медицинским культиватором и поможет любому, кто нуждается — такова была его клятва. В одной из таких ходок Лань Нин сел на миг у колодца отдохнуть; скоро время ужина, так что он мог приготовить суп из того, что было в домике. Цзинь ЦзыСюань пошевелился на циновке; всё тело болело, он чувствовал онемение, но сладкая сущность, окружавшая его, звала; в этой сладкой сущности был страх и грусть — ему это не нравилось. Как смог, он встал и дошёл до маленькой комнаты, где аромат был сильнее. Зрение было немного размытым, и дышать было сложно из-за сладкого цветочного аромата, наполнявшего его. Он упал рядом с кроватью и увидел прекрасное покрасневшее лицо, смотрящее на него со страхом. — Нет… нет, не хочу, — заскулил омега. — Я тебе ничего не сделаю, — осторожно он погладил голову юноши. — Вот… — Он снял свою внешнюю тунику и укрыл омегу; тот перестал дрожать. — Твоё лекарство? — Пошли за ним… — Он прищурился; аромат этого альфы был сладким, мягким и приятным; боль в животе, казалось, уменьшалась, когда он нерешительно вдохнул тунику. — Почему ты меня не берёшь? — Это неправильно, — Мэн Яо увидел, как альфа опёр голову о край кровати. — У меня есть друзья-омеги; они важны для своих альф; они также мои друзья… — Ты меня не знаешь. — Ты ошибаешься, — он вздохнул с слабой улыбкой. — Твой аромат… ты тот, кого я искал всё это время. — Он увидел, как юноша в страхе отстранился. — Не бойся; я хотел бы тебя узнать и, если позволишь, ухаживать за тобой. — Ты меня не знаешь, — повторил он; сердце забилось, увидев мягкие светло-ореховые глаза альфы — в них не было похоти, как у других, с кем он сталкивался, лишь тепло и забота. Правильно ли позволить ему приблизиться? — Нет, мы не знаем друг друга, но можем это исправить, — мягкая улыбка Цзинь ЦзыСюаня угасла, когда он почувствовал удар по голове. — Что ты делаешь, павлин? — Вэй Ин схватил его за хвост волос и попытался оттащить. — Не приставай к омеге в течке; ты что, хочешь…? — Он не закончил, увидев, как Мэн Яо схватил Цзинь ЦзыСюаня за запястье и зарычал. — А? — Я… я… Простите, — Мэн Яо отпустил альфу и снова спрятался под одеялом. — Что? — Вэй Ин на миг растерялся, пока не увидел глупую улыбку, которую Цзинь ЦзыСюань дарил комку на кровати. — О… О! — Он потряс альфу за плечи. — Это он? Вэй Ин радостно взвизгнул, увидев, как тот кивает. Вскоре Лань Нин вернулся с последним ведром воды; Вэй УСянь его отругал, но обрадовался, увидев альфу бодрствующим и Мэн Яо спящим без беспокойств. Лань Нин занялся ужином; Вэй Ин всё ещё был запрещён на кухне, поэтому беременный омега попросил его помочь Цзинь ЦзыСюаню снять повязки, чтобы тот помылся, а потом нанести лекарство и наложить чистые повязки. Они оставались скрытыми ещё три дня, пока Мэн Яо не стало лучше; была старая бета-проститутка, знавшая правду о Мэн Яо, поэтому, когда она обнаружила их всех, обрадовалась, что кто-то помогает сыну своей старой подруги; она дала отговорку насчёт отсутствия «беты». На четвёртый день Мэн Яо уже было лучше, и он выглядел немного смущённым каждый раз, когда Цзинь ЦзыСюань подходил поздороваться и ароматизировать его. — Пойдём с нами, — Цзинь ЦзыСюань взял его за руку той ночью за ужином; лицо его покраснело, он нервничал, особенно с кошачьей улыбкой Вэй УСяня у него на шее и взволнованным личиком Лань Нина. — Идёт война, но я могу тебя защитить. — Я не хочу мешать; я всего лишь… — Не говори так, — Вэй Ин раздражённо скрестил руки. — А-Нин тоже омега и беременный, и всё равно лечил наши раны и стрелял из стрел с невероятной меткостью, защищая нас. И я тоже омега. То, что ты омега, не значит, что ты слаб; я знаю, что ты в чём-то хорош — ещё не знаю в чём, но узнаем; ты можешь помогать А-Нину или остаться с нами; я могу научить тебя драться. — Не знаю… Я никто, всего… сын проститутки, — он медленно убрал руку из рук альфы. — Я не принадлежу вашему миру. — Принадлежишь, — голос Лань Нина заставил Мэн Яо посмотреть на него. — Все эти книги и брошюры — о культивации. — Омега покраснел и смущённо опустил взгляд. — Когда я ухаживал за тобой, я заметил, что духовная энергия есть в твоём теле; ты не тренировался как следует, но с правильным руководством сможешь сформировать золотое ядро. Это не полностью от того, что ты делал; кем бы ни был твой отец, у него огромная духовная сила. — Нет… — Все увидели, как Мэн Яо побледнел. — Я не хочу встречаться с отцом… — Ты его знаешь? — Вэй Ин увидел, как тот кивает. — Тогда почему? — Он хотел спросить, почему тот не под его опекой, но Цзинь ЦзыСюань слегка толкнул его локтем в бок, и он замолчал. — Не важно, если ты не хочешь с ним встречаться; я принадлежу клану… ну, сейчас не лучшему, но я позабочусь изменить это; но они из хороших кланов, мы знакомы, и мы не позволим никому причинить тебе вред. Я не позволю. — Айё~ Как романтично, — Вэй Ин забавно прищурился, видя, как Цзинь ЦзыСюань полностью краснеет; его вермильоновая метка стёрлась после той дождливой ночи, и он не наносил её заново. — Заткнись, — прошипел он. — Лучше, если пойдёшь с нами; так будешь в безопасности, — улыбнулся Лань Нин. Той ночью они убедили Мэн Яо пойти с ними; Вэй Ин немного поддразнил Цзинь ЦзыСюаня за то, что тот наконец нашёл своего предназначенного омегу и что тот очень милый. — Хотя знаешь… — Вэй Ин скрестил руки, наклонил голову и пристально посмотрел на альфу. — Его глаза очень похожи, и нос тоже. — И что? У того сопляка такой же цвет глаз, как у тебя, и ты ему не рожала. — Просто говорил, — он пожал плечами, придавая этому мало значения. — Скучаю по ним. — Скоро мы все встретимся, — он дружески сжал плечо Вэй Ина; оба отпили дешёвого алкоголя, который Мэн Яо предложил той ночью. — Я также твой старший брат; буду заботиться о вас, пока не верну к вашим мужьям. — Ты такой хороший, Цзинь-сюн, — Вэй Ин тихо рассмеялся, толкнув его в плечо. — Скоро мы все снова будем вместе и остановим это безумие. Оба кивнули; смотрели, как Мэн Яо и Лань Нин делят кровать и спят так спокойно, словно все в одной из комнат Облачных Глубин. Они разделили пару чашек той ночью, планируя следующий шаг. Суйхуа был единственным мечом; нужно было украсть один у патрулирующих культиваторов Вэнь. Вэй Ин и Лань Нин могли драться дешёвым веером и немногими иглами, которые остались у другого омеги от браслета. Мэн Яо согласился уйти, но это было не просто; несмотря на то, что он был слугой, управляющая не хотела отпускать ребёнка за его эффективность, и хотя он не принадлежал к одной из двух каст, по словам хозяйки, он мог обслуживать любого, кто захочет попробовать красивого бету; Цзинь ЦзыСюань не назвал своего имени, но согласился «выкупить» Мэн Яо, как обычную проститутку, отдав две золотые нарукавные повязки и пару резных жемчужных пуговиц; управляющая легко согласилась. На следующий день нужно было готовиться к отъезду как можно скорее. Цинхэ Не всё ещё была целью; Юньмэн Цзян и ГуСу Лань пали в пепел; даже если в ЮньШэнь ущерб не был таким значительным, как в Лотосовом Пирсе, они не были уверены, кого встретят в ГуСу. По новостям вокруг, Не держались стойко благодаря ЧиФэн-цзуню. Никто ничего не знал о ЦзэУ-цзюне. Наследников Юньмэна всё ещё искали, за их головы была назначена награда; ХаньГуан-цзюнь всё ещё был ранен, как и великий учитель Лань. — У меня будет то же, что у дяди, — пробормотал Вэй Ин посреди рынка. Он переоделся в простую служанку-бету благодаря Мэн Яо. — Эй, эта картошка уже прорастает; дай цену подешевле, — проворчал он бедному торговцу. — Госпожа… — Мужчина не смог спорить, услышав шум неподалёку. — Эти люди только проблемы создают, — вздохнул он подавленно. — Вы должны благодарить, что вы всего лишь бета, госпожа. — Из-за похищений тех закутанных в капюшоны? — Он нахмурился, увидев, как мужчина качает головой. — Уже почти нет тех загадочных людей; теперь напрямую Вэни их забирают, — Вэй Ину стало странно видеть его подавленным. — На этой неделе увели нескольких омег, в основном мужчин. — Мужчин? Но раньше всегда брали омег-женщин… — Кажется, теперь ищут и тех, и других; хватают мужских омег, которых не взяли вначале. Среди них моего бедного племянника-омегу; он всего ребёнок, сегодня ему исполнилось десять лет, — грустная улыбка мужчины сжала ему сердце. — Если у вас есть родственники-омеги, прячьте их как можно лучше; если так продолжится, не сомневаюсь, что начнут штурмовать даже красные кварталы. — Старый дурак, — Вэй Ин повернулся к другому мужчине, явно старше того, кто его обслуживал; тот продавал дешёвые ткани. — Прошлой ночью ты был так пьян в трактире, что ничего не слышал. Девушка, прошлой ночью сожгли и убили всех, кто не был омегой, в Доме цветов на востоке города; очень вероятно, что этой ночью сделают то же с другими домами удовольствий; я уже видел, как прибыла новая группа культиваторов Вэнь, так что советую хорошо прятать родственников. — Что? — Вэй Ин побледнел; это было заметно даже под тонким слоем макияжа; оба мужчины обеспокоенно посмотрели, напугав «девушку». Вэй Ин быстро закончил покупки и побежал в аптеку купить то, что нужно Лань Нину для аптечки, а также сделать подавитель для себя и Мэн Яо на случай необходимости в пути — который не должен занять больше недели. Оплатив последними серебряными монетами, которые дал Цзинь ЦзыСюань, он почти бегом вернулся в маленький домик Мэн Яо. Цзинь ЦзыСюань арендовал почтового голубя, привязал светлую ленту с парой рун, которые Вэй Ин написал, чтобы максимально скрыть птицу от духовных птиц Вэней; это не гарантировало безопасность, но шансы были шестьдесят процентов, что она долетит. Он вложил маленькое послание в отделение на лапке голубя и отпустил его. Вернувшись, он заметил, как трое омег суетятся в маленьком домике; Мэн Яо и Вэй Ин, казалось, спорили о чём-то конкретном, а Лань Нин быстро убирал всё, что принёс Вэй Ин, и немногие вещи Мэн Яо. — Что происходит? — Вэни идут сюда, — Вэй Ин серьёзно посмотрел на него. — Уже хватают всех омег, каких видят; прошлой ночью разрушили один из борделей города. — Ты уверен? — Да; Сиси сказала мне, когда Вэй-гунцзы ушёл: дом госпожи Лу сожгли дотла, ничего и никого не осталось, — Мэн Яо выглядел нервно; Цзинь ЦзыСюань хотел подойти, чтобы успокоить его. — Я хочу забрать Сиси. — Мы не можем; я тоже хочу забрать всех отсюда, но… — Вэй Ин в отчаянии взъерошил волосы, нервно глядя на Цзинь ЦзыСюаня. — Не знаю, что делать… — Он холодно рассмеялся. — Чувствую себя ХуайСаном. — Успокойтесь; подумаем спокойно; ещё рано, что-нибудь придумаем, — он собрал троих омег, позволив Лань Нину налить всем успокаивающего чая; домик уже был пуст, кроме столика, чайника и чашек, которые они использовали. — УСянь, ты обошёл всё вдоль и поперёк; я точно знаю только то, что внутри границ Ланьлина; едва год пробыл в ГуСу, а из Юньмэна не выходил за пределы Лотосового Пирса. Есть идеи, где мы могли бы собрать всех омег и невинных людей, которые в нас нуждаются? Лань Нин был единственным, кто в тот момент заметил, как сосредоточенное лицо Мэн Яо побледнело; он слегка удивлённо посмотрел на Цзинь ЦзыСюаня, потом сжал кулаки — казалось, он вот-вот заплачет, но после незаметного вздоха вернул лицу мягкую улыбку в сторону Вэй УСяня. — Не обязательно всех, — мягкий голос Мэн Яо привлёк внимание всех. — Мы можем забрать маленькие группы, попросить остальных рассеяться и постепенно перемещать всех понемногу. Так мы не привлечём внимания, и у вас будет достаточно времени встретиться со своими сектами. — У нас только твой меч, — Вэй Ин посмотрел на Цзинь ЦзыСюаня. — Нет… Ни за что, Вэй УСянь! — Он ударил ладонью по столу. — ВаньИнь и Лань Ванцзи убьют меня, прежде чем я ступлю на землю и скажу, что пошёл к ним и оставил вас здесь на произвол. Нет, мы не можем вас потерять. — Не потеряешь, — сладкая улыбка Лань Нина чуть не заставила Цзинь ЦзыСюаня заплакать. Для него эти двое были хорошими друзьями; не важно, что большинство его семьи считало омег всего лишь красивыми игрушками для удовольствия — для него каждое человеческое существо было важно, особенно они. — Мы дадим тебе письмо для них; так они узнают, что это наша воля. — И что мы угрожали кастрировать тебя, если не послушаешь, — забавно улыбнулся Вэй УСянь. — Мы будем в порядке. — Он взял старую карту А-Нина. — Как ты сказал, я побывал во многих местах; может, не знаю каждую область полностью, но знаю хорошие укрытия. — Хорошо, — Цзинь ЦзыСюань потёр виски; ему казалось, что это плохая идея, но Вэй Ин мастер добиваться своего, так что всё должно пройти хорошо, не так ли? — Куда вы пойдёте? — Не знаю, — Цзинь ЦзыСюань хотел задушить друга, который, казалось, играл с картой. — Думаю, что… Сильный взрыв прогремел в сумерках; чашки задрожали, и запах пепла проник через маленькую щель в окне. Вэй УСянь и Лань Нин нервно и испуганно переглянулись — они знали, что это значит. Вэй УСянь взял Лань Нина за руку, а Цзинь ЦзыСюань выглянул в одно из окон и увидел огромный столб огня и дыма. — Смена планов, — Вэй УСянь укрыл Лань Нина толстым плащом, полностью закрыв лицо; оба кивнули. — Мэн Яо, выводи всех, кого сможешь; уходим сейчас. — Другой омега кивнул и, не взглянув на Цзинь ЦзыСюаня, побежал. — Цзинь-сюн… — Я не уйду; дам вам время, — увидев улыбку Вэй Ина, он кивнул. Вэй Ин дал мешок с припасами и письмо от Лань Нина, чтобы их альфы немного успокоились и не убили бедного альфу Цзинь. Когда всё было готово, они вышли, скрываясь в тенях и дыму, окружавшем их; Мэн Яо вывел лишь маленькую группу молодых омег; Вэй Ин почувствовал себя ужасно, увидев детей, которым едва исполнилось пятнадцать, другим — четырнадцать, как Мэн Яо. — Сиси… — Мэн Яо обнял бету. — Уходим… — Я потом; забирай их; я старая, со мной ничего не случится, — она улыбнулась, толкая омегу. — Иди; эти ребята хорошие, как и ты. — Сиси… — Он удержал слёзы, увидев, как Цзинь ЦзыСюань встаёт рядом с ним; он незаметно отступил назад. — Спрячься с тем старым извращённым адвокатом; там я тебя найду. — Бета кивнула и побежала с группой из пяти мальчиков и девочек-омег к Вэй Ину и Лань Нину. — Живи хорошо, А-Яо, — она вздохнула, слыша хаос внутри борделя. — Ты не пойдёшь с ними? — Дам им время; спрячьтесь, и я заберу вас с собой; потом догоню Вэй УСяня. — Малец, эта старая проститутка умеет драться, — Цзинь ЦзыСюань удивлённо увидел, как она взяла хороший кусок дерева с плохо вбитыми гвоздями. — Не сдерживайся, мальчик.

--֍--

Цзинь ЦзыСюань не справился со всеми. Некоторые проститутки и слуги, увидев, как Сиси дерётся рядом с ним — незнакомым альфой, желающим их защитить, — набрались смелости умереть в бою против тех, кто хотел дать им худшую жизнь, чем была. Но ничто не было в их пользу; Вэни были беспощадны, убивая без разбора всех, кто не был омегой; немногих выживших они обезвредили, отрезав руку или ногу, чтобы те не продолжали сопротивляться, и сделали их «послушными»; их быстро обработали, чтобы не истекли кровью; всех погрузили в большую повозку, бросив внутри, как животных на ферме. Сиси пришлось оттолкнуть Цзинь ЦзыСюаня, чтобы он ушёл: больше не было нужды, никого не осталось; он не хотел уходить, но пришлось, увидев сигнал солнца — красный и яркий на ночном небе. Он не знал, сколько времени они дрались, не знал даже, который час, и ему было всё равно; он лишь надеялся, что Вэй УСянь и остальные в безопасности. С тяжёлым сердцем он полетел низко под кронами деревьев, чтобы как можно меньше быть замеченным; надеялся прибыть в Нечистую Область следующей ночью, если не остановится. Но только на закате следующего дня, почти у цели, он почувствовал что-то странное в своих туниках; достал талисман Вэй Ина и в ужасе увидел, как тот сгорает дотла.