Омега Юньмэн Цзян

Как и обещал, через два дня Вэй Ин пришёл в Цзинши вместе с Лань Сичэнем. Лань Ванцзи, как всегда, был серьёзен и спокоен, источая лёгкий аромат сандала. Увидев друга в привычном состоянии, Вэй Ин не удержался и обнял его, обвив руками шею альфы. Лань Чжань ответил на объятие, снова извинившись. Когда они отпустили друг друга, они сели рядом, а Лань Сичэнь — напротив. Старший альфа объяснил брату, что, скорее всего, он почувствовал аромат своей предназначенной пары, из-за чего его течка началась раньше времени. Вэй Ин не знал, что такое предназначенная пара. Он слышал о них в рассказах Лань Цижэня об основателе Ланей. Лань Сичэнь с доброй улыбкой пояснил, что Лани верят в легенду: альфы и омеги рождаются с предназначенной душой, с которой проведут жизнь. Они узнают друг друга по взгляду в глаза и аромату, их инстинкты подсказывают, что это их пара. Хотя это легенда, Лани верят в неё, желая любить и быть с одним человеком всю жизнь. Течка у обоих — ещё один способ распознавания, так как тело указывает на того, с кем хочется иметь детей. Вэй Ину это показалось волшебным и прекрасным, но он тут же лукаво посмотрел на друга, ткнув его в щёку и заявив, что тот наконец нашёл достойную невесту и не останется один с его холодной физиономией. Лань Чжань лишь убрал руку омеги, скрывая смущение. — Твои уши покраснели! Как мило! — Вэй Ин расхохотался, заработав хмурый взгляд друга. — Спокойно, Лань Чжань, мой друг-омега, как насчёт того, чтобы я помог тебе его ухаживать? Он очень милый, такой сладкий и невинный, как булочка с корицей, — его глаза заблестели, вспоминая, как краснел и заикался Вэнь Нин. Лань Сичэнь с улыбкой смотрел на молодых. Часть его хотела, чтобы Вэй Ин стал частью их семьи, мечтая о их свадьбе. Он даже «работал» с дядей, готовя предложение лидерам Цзянов на следующем визите. Но их дружба, похоже, не была романтической, что огорчало. Однако он радовался, что брат нашёл свою предназначенную пару. Молчаливый Лань Чжань с этим вихрем, Вэй Ином, скоро заставит его планировать свадьбу.

***

Время шло, и Вэй Ин писал Вэнь Нину, упоминая, что хочет познакомить его со своим лучшим другом — хорошим, красивым и надёжным альфой. Бедный омега отвечал, что слишком стесняется встречаться с таким альфой, как второй господин Лань, хотя Лань Чжань иногда посылал ему письма, «чтобы узнать нового друга Вэй Ина», как он говорил. Вэй Ин не мог удержаться и мельком читал их переписку, посмеиваясь над тем, какие они милые и неуклюжие. Каждый раз, когда Лань Чжань получал письмо от Вэнь Нина, его уши краснели, и он украдкой нюхал бумагу. Однажды днём Вэй Ин отправился искать Лань Чжаня под их любимым деревом. Тот был так поглощён чтением письма Вэнь Нина, что выглядел невероятно привлекательно: белые туники колыхались на ветру, длинные чёрные волосы и безупречная белая лента на лбу. С лукавым блеском в глазах Вэй Ин крадучись обошёл место, спрятался в кустах и, как кошка, прыгнул на друга сзади, почти схватив кончик ленты. Но Лань Чжань легко увернулся. Не сдаваясь, Вэй Ин погнался за ним, чтобы сорвать ленту. В погоне Лань Чжань спрыгнул с небольшого уступа. Вэй Ин, желая подразнить друга, прыгнул следом, рассчитывая, что тот его поймает, но просчитался и застрял в ветвях дерева. — Лань Чжань! — закапризничал он, барахтаясь. — Сними меня… — Ты хочешь забрать мою ленту, — серьёзно сказал Лань Чжань, хотя внутри ему было весело играть, не боясь, что их поймают за беготнёй в Облачных Глубинах. — Почему ты так любишь эту ленту? — скрестил руки Вэй Ин, вися почти вниз головой, застряв талией между толстыми ветками. — Все её носят. У тебя и брата Сичэня ленты с вышитыми облаками, а гости носят простые белые. Почему? Она же не обладает духовной силой, как туники. — Дядя объяснял. — А, в день, когда говорил о важности формы Ланей? — Лань Чжань кивнул. — Напомню, меня тогда наказали за еду на тропе к павильону Орхидей. — Вэй Ин, — вздохнул Лань Чжань, вспоминая, как дядя разозлился, когда Вэй Ин угостил гостей острыми булочками, от которых те плакали. — Лента символизирует самоконтроль. Её могут касаться только родители, вручающие её, и предназначенная пара. Мы отдаём её тому, с кем хотим связать жизнь. — О-о-о, — задумался Вэй Ин. — Получается, каждый раз, когда я пытался её снять, я как бы нагло флиртовал с тобой? — Мм, — кивнул Лань Чжань. — Прости! Я не знал! Клянусь, больше не буду, — искренне сказал он. — Снимешь меня теперь? Лань Чжань кивнул. С тех пор Вэй Ин, как и обещал, не трогал ленту, но всё равно поддразнивал друга, угрожая запачкать его белые туники грязью или соусом, когда ел вне Облачных Глубин. Ночные охоты стали чаще. Когда Лань Сичэнь вёл группу, Вэй Ин и Лань Чжань присоединялись, завоевав славу. Гостящие альфы больше не задирали Вэй Ина — не только из страха быть униженными омегой, но и из-за свирепого взгляда Лань Ванцзи. Единственный раз, когда Лань Цижэнь простил Вэй Ину драку, был случай с учеником мелкой секты, пытавшимся загнать его в угол и поцеловать. Вэй Ин так избил его, что двум ученикам Ланей пришлось его держать, чтобы он не «убил» альфу. Только появление Лань Чжаня остановило его. Вэй Ин резко сменил поведение, хныча и разыгрывая драму о «слабом и беззащитном» омеге, подвергшемся нападению. Альфу наказали, сообщив его секте, и Цижэнь тогда поддержал Вэй Ина. — Лань Чжань~ — они вернулись в гостиницу после ночной охоты с группой из восьми учеников. — Мм, — оба сидели в комнате Вэй Ина. Большое окно открывало вид на горы, лето заканчивалось, ночи холодели. За чашкой чая они болтали, наслаждаясь прохладным ветром. — Мне недолго осталось в ГуСу, знаешь? — Они посмотрели друг на друга. — Часть меня не хочет уезжать. С тобой весело, ты стал моим лучшим другом. Я могу доверить тебе всё, даже жизнь… Ой, звучит как признание, — рассмеялся он. — Вэй Ин? — Лань Чжань вопросительно посмотрел. — Лань Чжань, знал, что мы можем скрепить дружбу клятвой? — Тот наклонил голову, растерянный. — Я видел брата Сичэня с Чифэн-цзунем. Спросил, почему они зовут друг друга братьями, и они сказали, что побратимы, — Вэй Ин замолчал, глядя на пустые чашки. — Лань Чжань, хочу, чтобы ты стал моим побратимом. — Вэй Ин тоже важен для меня, — слегка улыбнулся Лань Чжань, кивая. Вэй Усянь встал, порылся в вещах и достал коробку с чайным набором, расписанным облаками и цветами. Не спеша заварил чай, наполнив чашку Лань Чжаня чаем, а свою — «Улыбкой Императора». — Этот чай из Пристани Лотоса, а «Улыбка Императора» — из ГуСу. Мы из разных кланов и каст, — грустно улыбнулся он на последнем слове. — Многие могут неправильно понять нашу привязанность, но я уважаю твой выбор омеги… — Вэй Ин — это Вэй Ин, альфа, бета или омега. Мне дорог Вэй Ин, и я всегда буду тебя защищать. Не каждый альфа тебя достоин, — нахмурился Лань Чжань. — Если кто-то пойдёт против тебя, я буду на твоей стороне. — Ты такой милый, Лань Чжань, — улыбнулся Вэй Ин. Они подняли чашки — чай и ликёр — и скрепили клятву побратимства той ночью. «Поднимая кубок вина и чашу чая, в эту безлунную ночь родились два брата. Тот, кто нарушит клятву, будет пронзён тысячью мечей». Вернувшись в Облачные Глубины, Лань Сичэнь и Лань Цижэнь узнали о клятве побратимства Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Они не возражали, позволяя им быть. Сичэнь радовался, что омега стал частью семьи как побратим младшего брата. Цижэнь же вздохнул с облегчением: клятва спасла его от гнева госпожи Юй, которой не пришлось бы объяснять предложение Сичэня о помолвке для союза сект. Теперь, как побратимы, они могли укрепить союз без угрозы Зидияня за «похищение» её ученика.

***

Скоро должна была состояться Конференция Обсуждения в Цишань Вэнь. Вэй Ин горел желанием участвовать: он не только официально выступит перед лидерами сект, но и покажет, на что способен омега, а ещё встретится с другом и, если повезёт, познакомит Лань Чжаня с Вэнь Нином. — Так скучно~ — Вэй Ин лёг и закатился под стол в библиотечном павильоне. — Сядь прямо, — одёрнул его Лань Чжань, переписывая книги. — Лань Чжань, сегодня охота, почему мы в библиотеке? — Он высунул голову из-под стола рядом с Лань Ванцзи. — Подготовка завершена, путь долгий, нужно отдыхать. — Куда едем? — глаза Вэй Ина загорелись. — Маленький посёлок у реки Ло, в двух днях отсюда. — Река Ло? Что ищем? — Водяных духов, и замечены воздушные яо в округе, — Лань Чжань показал отчёт о событиях в регионе. — Все торговцы, — читал Вэй Ин, лёжа на животе под столом, высунув ноги с одной стороны, а голову — у Лань Ванцзи. — Лодки тонут, рыбаки пропадают, водяные духи, точно. Из-за убийств привлечены воздушные яо… Их внешность не описана? — посмотрел он на альфу. — Только упомянули больших птиц. — Это не точно. Может, «Адский костяной орёл» или «Синий феникс»… — В отчёте указывалось место: посёлок окружён небольшими горами. — Это на границе Мэйшань Юй, недалеко от вершины… от бабушки, — прошептал он. — Учеников Юй не видели? Странно, что дядя Юй не отправил помощь. — Пропала группа из пяти учеников, — Лань Чжань заметил удивлённый взгляд Вэй Ина, который выбрался из-под стола и схватил его за руку. — Ещё одну группу послали искать, но вернулся только один — омега. — Омега? — Вэй Ин побледнел. Он знал лишь одного омегу среди учеников Юй — свою подругу. — СяоУ… Надо идти, сейчас! — Спокойно, не торопись. Омега в безопасности, вернулась в секту. Лидер Юй запросил помощь, Юньмэн Цзян тоже отправит подмогу, но… — он указал на отчёт. — Неизвестно, что вызывает исчезновения альф и связано ли это с духами и яо. — Нам поручили эту миссию? — удивился Вэй Ин, видя кивок. — Дядя Цижэнь разрешил? — Нет, дядя занят организацией соревнования по стрельбе в Цишань Вэнь, а брат следит за уроками. Один из старейшин собрал группу. — Сколько нас? — Ты, я и десять бет, всего двенадцать. Вэй Ин чувствовал подвох. Ни Юньмэн, ни Мэйшань не сообщали об этом. Две группы учеников Юй пропали, в основном альфы. Он знал, что ученики дяди Юя сильны и умелы. В отчёте он искал имена: девять были смутно знакомы. Первая группа — младше его, он узнал лишь одного альфу с голубыми глазами, на год-два младше. Все альфы до пятнадцати, включая лидера группы восемнадцати лет, пропали. Вторая группа — альфы восемнадцати лет и омега СяоУ, единственная, кто сбежала и доложила. Юньмэн Цзян и Лани тоже отправляли помощь, но… — Мы самые молодые, — прошептал он, глядя на имена бет. — Есть идеи, что происходит? — Немного. Исчезают только альфы. Жители — в основном беты, мало альф и омег. Убитые — альфы и их спутники-беты. — Лань Чжань, это не просто охота на духов и яо… — Им нужна помощь. — Да, нужна… — вздохнул он, погладив рукоять Суйбяня. — Мы с тобой похожи, Лань-эргэгэ, наше чувство справедливости сильнее, чем у других. — Держи, — Лань Чжань достал из рукава длинную коробку. — О, Лань-эргэгэ дарит Сяньсяню подарок, это редкость, — лукаво улыбнулся Вэй Ин, видя, как тот отводит взгляд. Открыв коробку, он ахнул. — Это… прекрасно. Когда? — Хотел подарить на день рождения, но ты потерял прежний, — вздохнул Лань Чжань. — Ты тренировался с деревянным веером, с ним не продвинешься. — А… — нервно рассмеялся Вэй Ин, взяв изящный веер из чёрного сандала с железными узорами, обтянутый чёрным шёлком с золотыми и красными лепестками и красной кисточкой с белой жемчужиной, на которой был вырезан кролик. — Откуда узнал? — Он играл с веером, удивляясь его лёгкости. — С первой тренировки под деревом гардений. — Ох… — Не вмешиваюсь и не скажу, это твоя тренировка. — Спасибо. К четырём часам дня они вылетели на мечах. Лань Ванцзи был впереди, Вэй Ин рядом. Путь был спокойным, белые туники развевались, как облака, и только Вэй Ин выделялся в чёрно-красных. За два дня они останавливались в посёлках для ночлега и еды. Вэй Ин искал еду — его желудок не принимал кору деревьев и травы, а пресная пища ГуСу всё ещё была испытанием. Увидев реку Ло, они спустились. Вэй Ин предложил Лань Чжаню разделиться: он с пятью бетами займётся водяными духами и расспросит рыбаков о нападениях. Лань Чжань согласился, велев быть осторожными и использовать сигнал при проблемах. Вэй Ин с бетами подошёл к реке. У причала стояло несколько лодок, движения было мало, рыбаки вылавливали скудный улов. Заметив странность, он с бетами поговорил с рыбаками — все беты. Они рассказали одно: лодки тонули за Небесным Дубом, рыба пропала, вверх по течению не ходили из-за исчезновений, дети перестали играть у реки — их затягивало под воду. Никто ничего не видел и не слышал. Пропадали в основном юные альфы; один ребёнок-бета, бывший с кузеном-альфой, слышал сладкую песню перед тем, как тот утонул. — Юный Вэй, это странно, — сказал бета. Они были в маленьких лодках по двое, кроме Вэй Ина, стоявшего впереди. — Говори. — Рыбаки упомянули исчезновения, но в отчёте нет ничего о песне, хоть сказал лишь один… Это странно… — И никто не видел воздушных яо, — добавил другой бета. — Сети видели? — Все удивились. — Водяные духи застревают в сетях, даже умные оставляют следы: волосы, ткань, рвут сети. Но у рыбаков сети целы, с малым уловом. — Верно, — зашептались беты. Один продолжил: — Значит, не водяные духи? — Нет, мы ищем русалку, — все сглотнули. — Небесный Дуб полон духовной энергии, его знают даже в Мэйшань Юй. Посёлки приносят дары, веря, что он даёт хороший фэн-шуй, чистую воду, обилие рыбы и плодородную землю. — Как это связано с русалкой? — спросил ученик. — Что будет, если убить или ранить существо с духовной энергией? Если с Дубом что-то случилось или вмешались в его энергию, он породит… — Вэй Ин замолк, все затихли. — Не двигайтесь… — прошептал он. Они прошли под Небесным Дубом. Его огромные корни уходили в реку, крона закрывала половину русла. Энергия была приятной, вызывая вздохи. Тёмно-коричневый ствол и ярко-зелёные листья, не тронутые осенью, контрастировали с золотыми листьями соседних деревьев. Вэй Ин велел не двигаться. На ветвях не было животных, гнёзд, в стволе — ни дупла. Вода под деревом блестела, словно не была в тени. — Юный Вэй, — шепнул бета, указывая на полую скалу под корнем, похожую на скорлупу гигантского яйца. Воздух напрягся. Один бета почувствовал, как бамбуковый шест дрогнул, будто что-то задело. Вода под лодками потемнела, сладкий аромат и странный туман окутали их до пояса. Никто не двигался, ожидая хода твари. Не прошло и половины благовонной палочки, как они едва видели друг друга. Аромат душил Вэй Ина, но беты его не замечали. Он хотел велеть медленно отступать, но плеск воды встревожил его. — Кто упал?! — крикнул он. — Все здесь, — отозвался бета, и голоса подтвердили: все на месте. — Назад, зовите Лань Ванцзи! Летите на мечах! — Как только он отдал приказ, лодки затряслись, его взорвалась, едва он взлетел на Суйбяне. — Мы с вами, не оставим вас, — сказал ученик, подлетев. — Ханьгуан-цзюнь накажет, если бросим юного Вэя, — зашептались они, боясь альфы больше, чем твари. — Лань Юнь, Лань Шэнь, за Ханьгуан-цзюнем, — приказал Вэй Ин. Двое улетели. — Остальные, ищите, кто за нами следовал. В тумане они нашли три лодки с тремя бесчувственными учениками из Юньмэна и Мэйшань Юй. Лани проверили их — все беты. Вэй Ин подошёл, и один из Юньмэна, увидев его, выплюнул кровь и прошептал, теряя сознание: — Хуа… Цян упал в воду… Вэй Ин взмахнул веером, оттолкнув лодку с Ланями порывом ветра. Они кричали, но он велел отвести остальных в безопасность и только тогда вернуться. Вихрь рассеял туман, он бросил пять талисманов, создав массив вокруг себя. Сложив печать, он поднял воду, как гейзер, не боясь промокнуть. Пронзительный вопль раздался, и он увидел её. Русалка. Человеческое лицо, вместо ушей — голубые плавники, чешуя того же цвета на щеках и вокруг чёрных глаз, белые волосы, обнажённая грудь, руки с присосками и длинными когтями, плавник на спине разделял волосы. Увидев, что её раскрыли, она зарычала, показав клыки. За ней плавало тело, удерживаемое голубым хвостом. — Отдай его, — прорычал Вэй Ин, направив талисман. Русалка ухмыльнулась, распространяя душный аромат. — Из-за этого пропадают альфы… Не думая, он бросил талисманы. Русалка попыталась нырнуть, но красные нити сковали её запястья. Она искала их источник и увидела торжествующую улыбку омеги. Талисманы были отвлечением. Разъярённая, она закричала, столб воды, как змея, ринулся к нему. Вэй Ин взмахнул веером, разрубив её, и ещё раз — выбросив русалку из воды. В воздухе он наложил талисманы на её рот и грудь, уронив её в лодку. Она корчилась, не в силах выпрыгнуть. Вздохнув с облегчением, он держал бесчувственного альфу, но вес тянул вниз. Лодка подоспела, он передал друга ученику Юньмэна и грациозно приземлился на нос. — Вэй-шисюн, — удивился ученик. — Привет, — улыбнулся Вэй Ин, узнав младшего альфу, с которым играл в детстве. — ХуаХуа жив, но надо выкачать воду из лёгких. Позор Юньмэну, если он утонет, — он подошёл к ученику, качавшему грудь друга, пока тот не выплюнул воду и не закашлялся. — Хуа-шисюн, — выдохнул ученик. — Чёрт, что было? Где этот рыбий монстр? Меня никто не целовал, правда? — Хуа Цян огляделся и обомлел, увидев Вэй Ина. — Вэй Ин? — Рад, что ты жив, ХуаХуа. — Ты… ты… — Он покраснел, заметив, как изменился друг: выше, красивее, с узкой талией, подчёркнутой поясом, уже не ребёнок. Прежде чем он сказал что-то, прилетел ещё один. — Вэй Ин! — крикнул Лань Чжань. — Лань Чжань, сюда! — Вэй Ин махнул рукой. Туман рассеивался. Лань Чжань приземлился на лодке, схватил его за плечи и окинул серьёзным взглядом. — Я в порядке, не волнуйся. Смотри, что поймал! — воодушевлённо взял он его за руку, указывая на другую лодку. — Русалка, — прошептал Лань Чжань, не показывая удивления, глядя, как она корчится и злобно смотрит на омегу. — Надо возвращаться. — Да, — Вэй Ин посмотрел на друзей, напуганных его холодным выражением. — Ребята, не бойтесь, это… — Ханьгуан-цзюнь, — оба поклонились. — О, Лань Чжань, ты знаменит, — рассмеялся Вэй Ин, видя, как тот привязывает лодку с русалкой к своей. — Это мои друзья из Юньмэна. Этот, — указал он на младшего альфу, — играл со мной в детстве, был чуть ниже меня, а теперь вон какой вымахал, — он снова рассмеялся, видя, как тот краснеет. — А это Хуа Цян, мой давний друг, — улыбнулся он. Хуа Цян не знал, смеяться или плакать. Радость видеть Вэй Ина смешивалась с нервозностью: тот непринуждённо болтал с грозным Ханьгуан-цзюнем, который не возражал против его близости. Но кто бы возражал омеге вроде Вэй Ина? На обратном пути Вэй Ин рассказывал о случившемся, серьёзно обсуждая с Лань Чжанем. Тот беспокоился, не ранен ли он, его мягкий аромат успокаивал, а Вэй Ин отвечал ласковыми словами и своим ароматом. Хуа Цян подумал, что это плохо: Вэй Ин так вёл себя только с… — Цзян Чэн… — прошептал он, когда они достигли причала. — Что сказал? — голос Вэй Ина дрогнул, аромат персиковых цветов хлынул волной. — Цзян Чэн здесь? — Он спрыгнул с лодки и побежал. — Стой, Вэй Ин! Нет! — Хуа Цян хотел догнать, но рука на плече остановила его. Холодный взгляд Лань Ванцзи заставил замереть. — Пусть идёт. — Нельзя, они не должны встретиться! Юный Цзян прервал изоляцию течки ради этого! — Лань Чжань и Хуа Цян бросились за Вэй Ином. ---