Вспомнить всё ( РЕМЕЙК)

Эй…кто нибудь…выпустите меня отсюда - я колотила в двери так, что казалось она вот-вот вылетит с петель, надо было слушать мать, а не таскаться, невесть где, поняв что это бесполезно, я принялась ходить по комнате, размышляя, так, соберись, нужно как то выбираться отсюда, иначе, твоя судьба, тебе не завидна, расхаживая по комнате, я не увидела ничего полезного, ну кроме разве что стула и окна. Разбить и выйти? Серьёзно? Я что сумасшедшая чтоли? Хотя…да не…второй этаж, в то же время…плевать, если сдохну? Такова судьба, не от кровопотери, так от вылета из окна - я со своей силы, стала бить по окну стулом, пока не выбила все стёкла, набрав нужную скорость, разбежавшись, прыгнула из окна, я поняла, что всё ещё жива, когда приземлилась на спину, а позже ущипнула себя. Боги, ты кто такая? Рядом со мной, появился он : высокий и худощавый, в комбинезоне для работников местной дурки, с зелёными волосами, как у попугая, крюком вместо левой руки. Его взгляд, безумный и пустой, блуждал по окрестностям, словно он сам не понимал, где находится. От него исходил странный запах медикаментов и застарелой тоски. Я не помню, а ты? На что я надеялась, спрашивая у этого человека? Он казался настолько оторванным от реальности, что было глупо ожидать от него разумного ответа. Но отчаяние заставляло хвататься за любую соломинку. Не,не помню, помню только прозвище - он скривился в попытке, показать удивление. Его губы дрогнули, обнажив редкие, пожелтевшие зубы. В глазах мелькнула искра узнавания, но она тут же погасла, оставив лишь прежнюю пустоту. Ну какое хоть у тебя прозвище? - с одной стороны, мне не было до него дела, с другой, кто знает.. Возможно, это единственная нить, связывающая его с прошлым, с тем, что было до этого кошмара. Хук…помню только…что меня так звали - он говорил это так спокойно, будто это было его именем, а не кличкой. Словно он сам до конца не верил в реальность этого имени, словно оно принадлежало кому-то другому, не ему. И почему-то это прозвище вызывало во мне смутное чувство тревоги. Хук… это слово эхом отозвалось в моей голове, почему-то болезненно царапнув изнутри. Я попыталась вспомнить, где я могла слышать это прозвище, но в памяти зияла лишь пустота. Возможно, это просто плод моего уставшего воображения, игра разума, запертого в этом кошмаре. «Хук… интересно», – пробормотала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Нужно было сохранять спокойствие, не поддаваться панике. От этого безумца зависела моя судьба, и мне нужно было убедить его помочь мне. «Хук, ты давно здесь? Ты знаешь, как отсюда выбраться?» Он посмотрел на меня своими безумными глазами, словно я задала ему сложнейшую загадку. Несколько долгих секунд он молчал, пытаясь что-то вспомнить. Затем его губы дрогнули в слабой улыбке. «Выбраться… не знаю», – прохрипел он. «Но я знаю, где больно». Он поднял свой крюк и медленно провел им по воздуху, словно описывая какую-то невидимую траекторию. «Здесь больно… и здесь… и вот тут». Я не могла понять, что он имеет в виду, но инстинктивно почувствовала опасность. Нужно было быть осторожной с этим человеком, он не был тем, кем казался.