Аморальный

      Академия магии представляло собой комплекс из трёх зданий: одно большое — сама Академия и два маленьких — студенческих общежития, расположенных по бокам от главного большого. Большое здание имело четыре башенки, пронзающих своими шпилями серое зимнее небо. Перед Академией рос небольшой сад из кристаллид. Повсюду сновали студенты с сумками, свитками и учебниками.       — Ты тоже тут учился? — Спросил Вару, задрав голову, чтобы рассмотреть башенки.       — Да. — Куромаку вспомнил о постоянных бессонных ночах, недоедании и постоянном волнении и тревожности, которые преследовали его во время всего обучения в Академии. О вечном сравнении себя с другими. Куромаку всегда должен был быть первым и лучшим, чтобы не разочаровывать отца. Но лучшим быть почти никогда не удавалось. Как Куромаку не старался, потому что у него слабая магия. Его сверстники, куда менее старательные, но более природой одарённые, всегда оказывались впереди. Из-за чего Куромаку не спал ночами, стараясь заработать талант к магии. В итоге он бросил все безуспешные попытки развить в себе то, что от природы не дано было, и стал колдовать рунами — не слишком популярным и поощряемым методом. Да, он окончил Академию с отличием, но он никогда не будет достаточно хорош во владении магией, как должен был быть.       — Ты именно с того времени заучка и зануда?       — Если по твоему старание и стремление к знаниям — это занудство, то да. Хотя глупому человеку без образования наверно не понять. — Вару скорчил ему рожицу.       — Ну, образованная Снежинка, есть идеи, как найти мага крови?       — Поговорим с ректором Твидом. Фелис — член круга магов. Если он приходил и встречался на территории Академии с каким-то преподавателем, то ректор должен знать об этом.

***

      — Хм, Фелис? Да, он приходил в Академию несколько недель назад. Так неожиданно, что он коллекционер. Никогда бы не подумал. Всегда казался порядочным человеком. — Произнёс Твид, развалившись в кресле и помешивая серебряной ложечкой свой чёрный чай. Куромаку стоял перед ним и уже начинал терять терпение. У мага каждая минута на счету, а Твид тут совсем не торопиться, чаи распивает.       — Вы знаете к кому Фелис приходил? — Скрипя зубами, спросил Куромаку.       — Мне нужно посмотреть в книге посещений.       — Посмотрите, пожалуйста. — С нажимом произнёс Куромаку. Вару прикрыл рукой рот и явно хихикал, глядя на лицо мага. Его почему-то смешила злость Куромаку.       Твид принялся неторопливо рыться в ящиках своего стола. Он делал всё так медленно, как сонная муха. Куромаку хотел уже попросить ректора отойти и самому начать копаться в бумагах, как Твид победоносно вытащил на свет толстую книжечку в чёрном кожаном переплёте. Затем ректор открыл её и принялся перелистывать страницы, ища нужные даты.       — Ну вот, собственно. Господин Фелис встречался на территории Академии с профессором Копряном.       — Он сейчас в Академии?       — Нет, он должен быть дома.       — Какой у него адрес?       — Мхм, господин Копрян не живёт в Академии. — Задумчиво произнёс Твид       — Адрес. Скажите, пожалуйста, адрес. — Лицо у Куромаку покрылось красными пятнами.       Твид произнёс адрес дома, в котором жил Копрян, и Куромаку с Вару вышли за дверь. Маг устало вздохнул.       — Неужели так трудно было сделать всё побыстрее, а не тянуть резину? — Произнёс Куромаку, идя по коридору.       — Мне кажется, Снежинка, он вообще никогда не делает «побыстрее».       — Тем не менее, давай поспешим к Копряну.       — Снежинка, ты какой-то очень нервный последнее время. Ты постоянно на взводе.       — Я в порядке.       — Это из-за Фелиса? Может тебе прерваться на какое-то время, прийти в норму?       — Ты считаешь я не справляюсь с работой? — Куромаку остановился и зло посмотрел на Вару.       — Я считаю, что после того, как тебя чуть не убили ужасной смертью, нужно перестать загонять себя и отдохнуть. — Напарник тоже остановился, скрестил руки на груди и нахмурился.       — У нас нет времени. Кто знает когда произойдёт следующий взрыв. — Куромаку начинал злиться.       — Давай так: мы сходим к Копряну, а потом отдохнём, хорошо? — Маг вздохнул. До фестиваля первой звезды оставалось совсем немного времени. У Куромаку просто нет времени отдыхать. Но… Вару. От его голоса, в котором слышится плохо скрываемое беспокойство, у Куромаку в груди разливается какое-то новое, незнакомое щемящее чувство, и сердце в груди начинает биться как-то гулко и часто.       — Ладно. Но не долго. — Вару улыбнулся и у Куромаку вдруг вспотели ладони. Ох и что это с магом?

***

      За то время, пока они были в Академии, небо вдруг прояснилось и бескрайним голубым океаном нагнулось над крышами города. По этому океану изредка проплывали облака-корабли с серенькими палубами и белыми парусами. Люди на улице повеселели и шумной говорливой толпой спешили по своим делам. Дом, в котором жил профессор Копрян, был небольшим, но красивым и крепким. Скорее уж земля под домом провалится, чем крыша у него прохудится или ступень переломится. Напарники поднялись по ступеням на крыльцо дома. Куромаку постучал в дверь и принялся ждать. Но всё в доме оставалось тихо. Не скрипнет нигде половица, не взвизгнут дверные петли. Всё будто умерло. Куромаку постучал в дверь ещё раз, но громче. Всё также безмолвно было вокруг. Вару подошёл к окну и заглянул в дом.       — Темно. И ни черта не видно. Может его нет дома?       — В Академии его тоже нет.       — Ну мало ли за продуктами ушёл или ещё за чем.       Куромаку подёргал дверь за ручку. Заперто. Тогда он обошёл дом кругом, ища другой вход. Вару молча наблюдал за ним. Наконец Куромаку приметил окно на втором этаже, которое было открыто. И, какая удача, рядом с этим окном росло довольно высокое деревце.       — Вару, ты сможешь залезть в вон то окно и открыть дверь?       — Ого, мы уже в дома вламываемся? Весёлые у тебя хобби.       — Если Фелис действительно учился у Копряна, то профессор занимается не слишком легальными вещами, и мы имеем полное право провести обыск.       — А что он делает что-то незаконное? — Куромаку вытаращил на Вару глаза.       — А магия крови?       — А что она противозаконна?       — А ты не знал? К твоему сведенью, для магии крови нужна реально свежая кровь. И для тяжёлых заклинаний её нужно много. К тому же она позволяет делать с телами людей всё что угодно.       — Разве возможность делать что угодно с телом не может быть полезна?       — Это не этично. И опасно.       — Ну, как скажете, ваше снежное высочество. — Куромаку наградил Вару убийственным взглядом. Напарник хихикнул и полез на дерево. Куромаку с некоторым волнением наблюдал за тем, как Вару лезет наверх. А если этот лягушонок свалится? Вару, видимо, заметил волнение мага и специально тряхнул ветку дерева. У Куромаку перехватило дыхание. Вот сейчас упадёт. Но с ветки упал только снег, а Вару как ни в чём не бывало хихикнул и полез дальше к открытому окошку. Что у этой жабы в голове творится? Сначала волнуется, что Куромаку на нервах постоянно, а потом сам пугает. Вару скрылся в окне дома. Куромаку остался ждать снаружи. Минут через десять Вару со сморщенным лицом открыл входную дверь дома.       — Что с тобой? — Произнёс Куромаку, с волнением глядя на напарника.       — Пошли, всё сам поймёшь.       Куромаку вошёл внутрь. И сразу же всё понял. В доме отвратительно воняло какой-то удушающей смесью чего-то гнилостно-сладкого, чеснока и свежей травы. От этой отвратительной смеси у Куромаку покатились слёзы из глаз.       — О Создатель! Чем тут так пахнет?! — Воскликнул маг, прикрывая лицо ладонью       — Без понятия, но видимо поэтому окно и открыто наверху. — Угрюмо отозвался Вару.       Они принялись осматривать комнаты дома. В ванной и гостиной, расположенных на первом этаже, они не нашли ничего интересного. А когда зашли в кухню, то чуть не задохнулись от зловония. Почему-то в кухне вонь была ещё сильнее. Куромаку и Вару начали проверять шкафы в кухне. Маг открыл один. И испустил истошный вопль, как только дверцы шкафчика открылись. Вару подошёл следом и тоже заорал от ужаса. В шкафчике лежала чья-то голова. С вытаращенными в немом испуге глазами и приоткрытым ртом. Куромаку попятился спиной. Потом запнулся о что-то и упал на пол. Вару сел рядом с ним и обнял мага. Оба мелко дрожали. Чем глубже они погружаются в расследование, тем хуже и хуже. Вару и Куромаку несколько минут сидели, прижимаясь друг к другу, пытаясь перестать дрожать. Теперь понятно что так ужасно воняло. Куромаку вытащил из сумки руну воздуха и с помощью магии закрыл дверцы шкафчика. Подходить к нему не хотелось. А открывать остальные шкафы уж тем более.       — П-пойдём луч-лучше на второй этаж в кабинет. — Произнёс Куромаку       — Д-думаешь там нет всякой хери?       — Надеюсь на это.       Они поднялись с пола и начали подниматься по лестнице. Вару схватил Куромаку за руку. Почему-то оба чувствовали себя спокойнее, когда касались друг друга. Куромаку медленно открыл дверь кабинета. Никаких трупов на полу не было. Это уже хорошо. На столе же валялись какие-то бумаги. Куромаку подошёл к столу. В глаза ему бросилось письмо, лежащее на самом верху. Точнее печать на нём. Красный дракон, пожирающий маленького лилового. Печать Империи. Только этого не хватало. Империя — самое могущественное государство всего материка. Она простирается от берега Западного до берега Восточного морей. Когда-то давно, так давно, что уже лет сто нет современников этих событий, Империя завоевала и поработила небольшое государство народца молари. Красный дракон на печати — сама Империя, а лиловый — молари. Жители Империи — сильнейшие из ныне живущих магов. И кто-то из них связан со взрывами в Телоте. Куромаку взял письмо в руки и начал читать.       «Дорогой профессор Копрян,       Надеюсь это письмо найдёт вас в добром здравии.       Как вы помните, Старший приказал закончить с делом до новолуния. Прошу вас закончить с долгом крови и приготовить всё для ритуала. Я прибуду в Телот ориентировочно через две недели. После мы отправимся в Империю. Как вам и обещали вас ждёт немалая награда, а также почётное место в новом мире Старшего.

      С уважением,

Магистр Ярн»

      — Копрян работает на Имперских магистров. Строит новый мир Старшего. — Произнёс Куромаку.       — Хотелось бы знать что это за Старший. Предводитель Имперской секты что-ли?       — Это всё очень плохо. Надеюсь этот магистр Ярн не входит в правительство. Как бы не началась война.       — Думаешь всё настолько серьёзно?       — Кто знает что у имперцев на уме.       В этот момент скрипнула дверь. Куромаку и Вару переглянулись. Кто-то пришёл. Куромаку достал из сумки руну льда, Вару вытащил арбалет. У лягушонка что карманы бесконечные? Как туда всё входит? На лестнице послышались приближающиеся шаги. Дверь распахнулась. На пороге стоял пожилой мужчина с лицом, исчерченным глубокими морщинами. Волосы на голове были редкими, белыми. На крючковатом носу покоились очки в толстой оправе. В его иссохшей ладони покоился шар пламени, который он незамедлительно швырнул в Куромаку. Маг выкинул руку с руной льда вперёд. Два снаряда, встретившись друг с другом в воздухе, взорвались разноцветным снопом искр. Мужчина, явно профессор Копрян, поворотился и быстро побежал вниз по лестнице. Юноши за ним.       Копрян для своих преклонных лет двигался поразительно быстро. Они двигались куда-то в сторону леса. Стволы голых, присыпанных снегом деревьев показались из-за стен домов. Сугробы выросли по бокам от узенькой дорожки, по которой бежал Копрян, а следом за ним Вару и Куромаку. Профессор стремился к заброшенной много лет назад шахте. В лесу завывал ветер, поднимая белые облака снега. Солнце бледным негреющим диском светилось на ясном голубом небе. Вокруг ни звука. Только скрип снега под сапогами да тяжёлое дыхание прерывали эту мёртвую тяжёлую тишину заснувшего под снежным покрывалом, сотканным хозяйкой-зимой, леса. Вот показалась и заброшенная шахта. Копрян нырнул в неё и скрылся в темноте.       Коридоры шахты встретили их мраком и пылью. Куромаку вытащил на бегу руну огня и зажёг её. И хорошо: он чуть не запнулся об кусок рельсов, торчащих из-под земли. Гулко отдавались шаги Копряна и напарников в пустых коридорах шахты. Сеть подземных коридоров оказалась огромной. Множество поворотов сменяли друг друга. В земляных стенах иногда блестели какие-то минералы и камни. В один момент коридор шахты расширился. Они оказались в огромном туннеле, которое было тускло освещено несколькими факелами. Здесь будто кто-то жил: на полу лежанка, стояло несколько столов, стульев сундуков. На одном из стульев, склонившись над бумагами, сидела Джуалин. Увидев вошедших, она поднялась с места.       — Профессор Копрян? — Крикнула она       — Пора уходить, Джуалин — Задыхаясь от бега, отозвался профессор.       Они оба направились к выходу. Джуалин обернулась и швырнула в Вару и Куромаку магический заряд. Маг почувствовал резкий толчок и повалился на пол. Джуалин собиралась швырнуть ещё одно заклинание, но Копрян остановил её.       — Оставь их, нам нужно готовиться к ритуалу, — крикнул он.       Джуалин с ненавистью поглядела на Куромаку, потом развернулась и бросилась за Копраном.       -Считай, что тебе повезло, Куро, — крикнула она, убегая       Маг поднялся и увидел, что Вару лежит на полу. Куромаку подбежал к напарнику. Джуалин попала в Вару, его куртка стала мокрая от крови. Куромаку дрожащими руками стал расстёгивать пуговицы чужой одежды. Пальцы не слушались, непозволительно долго боролись с каждой пуговицей. В голове звучала одна мысль: «Не умирай, пожалуйста, не умирай»       — Снежинка… — Хрипло произнёс Вару.       — Молчи, молчи, дурак, — Куромаку смог расправиться с пуговицами куртки и рубашки.       Маг надавил на свежую рану на боку у напарника, из которой лилась алая горячая кровь, рукой, стараясь остановить кровотечение. Насколько глубока рана? Задело ли заклинание кости и органы или только повредило кожу? Куромаку не знал. Он не лекарь. Он не умеет лечить. Почему кровь не останавливается? Почему она продолжает литься горячим потоком? Если так пойдёт и дальше Вару умрёт от потери крови. У Куромаку выступил холодный липкий пот. Вару бледнел с каждой секундой и тяжело дышал. Куромаку стал дрожащей рукой выводить руну исцеления на боку напарника. Руны — не лучший способ вылечить кого-то. Всегда есть опасность сделать только хуже. Но куда уж хуже сейчас? Если ничего не сделать, Вару умрёт. Куромаку приложил обе руки к руне и сосредоточился. Рисунок засветился бледным светом. Крови становилось всё меньше, дыхание у Вару начало выравниваться. Кажется, рана затянулась. У Куромаку кончились силы. Он прильнул к груди напарника, слушая, как стучит его сердце. Вроде всё в порядке. Маг лёг на пол рядом с Вару. Куромаку устал. Он лежал и слушал чужое дыхание, вздрагивая каждый раз, когда, как ему казалось, Вару переставал дышать. Куромаку взял чужую руку, прижал к себе и держал, чувствуя чужой пульс.