Хип-хоп классикой не бьют.

Танцевальный интенсив, как ни кстати, пришёлся на вечернее время, когда все улицы и без того переполнены людьми. Кто-то неспешно прогуливался по весенним улочкам, а некоторые торопились домой после упорного рабочего дня, дабы отдохнуть. Джисон же сбивался с ног, пытаясь петлять между прохожими, так как рисковал опоздать и подвести Чана. Друг детства, которому бы следовало потерять всякий интерес к жизни проблемного Хана, протянул руку помощи: подарил удочку, а не рыбу. Вопреки внутренним переживаниям, парню удалось собраться с силами. Огромным квестом стало подняться с мягкой постели после семичасового сна, когда за спиною была длинная смена. Вся подушка в слюне, одеяло скинуто на пол, а чёлка прилипла ко лбу. От того, что вместо привычных суток сна, Хан проспал положенную минимальную норму, организм, естественно, учащенным сердцебиением и головной болью выражал некоторый протест. Сегодня всё не так, как было вчера, позавчера или месяц назад- ему нельзя ударить лицом в грязь. Хотя бы презентовать себя Бан Чану с позитивной стороны нужно. Пусть на душе роились странные мысли, страх резких перемен захлёстывал и ожидание осуждающих взглядов толпы дышало над ухом, заставить себя поесть и выбрать удобную для спортивного мероприятия одежду получилось. За долгие годы из гардероба бариста пропали постепенно сначала спортивные шорты, а затем и футболки, пришедшие в негодность. Выбирать, собственно, было не из чего. Комбинация простецкой кофты с льняным кюлотами удовлетворяла запрос Хана в удобстве своего образа. Для разогрева и какой-никакой подготовки времени совершенно не представлялось. Забитое напрочь метро напомнило, как напрягать мышцы и вовремя уворачиваться, чувство локтя обострилось в этот ненавистный час-пик. Светофор на широченной дороге с медлительными пешеходами возвращал по крупицам важность скорости и темпа шага. Хан не забывал, что время неумолимо близится к началу мастер-класса. Пробежка по прямой центральной улице до самого парка зарядило тело бодростью перед предстоящими трудностями. Почти полноценный урок физической культуры в полевых условиях. Погода на день, перетекшая в вечер, развернулась удивительным для апреля теплом. Сакура, кольцующая знаменитое озеро, цвела и пахла, пышностью привлекая, вместе с тем успокаивая. Через неделю она начнёт терять краску. Джисон несмотря на то, что немного опаздывал, остановился. Он сделал на камеру смартфона один снимок раскинувшихся веток с благоухающими цветками. Внутри, по мере приближения к куче народа на одной из полянок, колотилось всё. Руки потели, а глаза рефлекторно выпучивались от удивления, оценивая количество пришедших. По всей видимости, танцевальная студия друга детства пользуется высоким спросом среди всех групп населения. Затеряться в гуще, где все, как один, пронумерованы специальными наклейками на одежде, легче лёгкого. Годы отсутствия конкурентной борьбы и работы с крупной аудитории давали о себе знать в мелкой дрожи на кончиках пальцев. — Хан! — Бан Чан с двадцати метров узнал товарища и размахивал рукой, как бы подзывая к себе. Джисон, ещё до конца не отдышавшийся от интенсивной пробежки, быстрым шагом преодолел расстояние. — Привет. — Я уже думал, что ты не придёшь, — старший похлопал по плечу своего подопечного.- Рад тебя видеть! Бариста малость смутился такому вниманию к своей персоне, однако принял решение не давать острой реакции. И без того команда, если судить по именным бейджикам, Чана, косо поглядывала на странного юношу возле их руководителя. Стресс снижали порывистый ветер, пряный закат и едкий аромат вишни. Прекрасное место для новых возможностей. Пускай эти самые возможности и устрашают своими масштабами. — Подойди на стойку регистрации и возьми себе наклейку с номером, — Бан Чан наклонился чуть ближе, сменив обыкновенный тон на шёпот. — Постарайся потом выбиться вперёд, чтобы я смог тебя увидеть. Первые и вторые ряды выбирай и не прячься за людей. Указания строгим голосом прозвучали угрозой. Мельком согласившись, Хан обращается к девушке-волонтёру за регистрационным столом. — Добрый вечер. — Добро пожаловать на мастер-класс от танцевальной студии «Мультикультура». Вы записывались заранее? Ваше имя? — девушка улыбчиво уткнулась в планшетку с прикреплённым списком гостей на несколько листов. — Нет. Моё имя Хан Джисон. — Так, — волонтёр нахмурилась. — посмотрю какие номера остались! Она принялась рыться в коробке с наклейками, бросая взгляд то в её содержание, то на свои записи. — Прошу, ваш номер «21». Запишу вас тогда сейчас. Заполните строку с номером телефона, пожалуйста. Стикер криво наклеили на карман безразмерного серого худи, а самого парня направили к основной массе, уже увлечённо разминающейся. На памяти Джисона, в подобном он никогда не участвовал. Бывали состязания, когда он боролся в одной категории с ребятами на несколько лет старше, а от того профессиональнее и техничнее. Там царила атмосфера дичайшей конкуренции не дающая спуску и места истерикам. Душные спортивные залы школ, запах пота, смешанный с лаком для волос, много зрителей, сильные соперники и стимул в виде кубков или приза, сопровождали каждые такие состязания. Тут же, на берегу прекрасного озера, без суеты и победителей, происходила простая жизнь. Пахло вкусно, газоны чисты, никто не будет кричать за невыполненное «па», забытое при выступлении сальто. На мастер-классе ты обретаешь опыт, спокойный, которые ты вправе сам принимать, развивать или просто прожить в моменте, забыв на следующий день. Окружающие участники интенсива так же умиротворяли. Бабули, что обычно занимаются аквааэробикой, мило болтали о своём, приветственно кивали, встретившись взглядами с кем бы то ни было. Видимо, решили попробовать себя в чём-то ином. Множество учеников студии резвилось до начала мероприятия под закатными лучами греющего Солнца. Единицы молодых парней и девушек оставались загадкой, но не такой интересной, чтобы тратить на неё ресурсы. Бан Чан, взяв рупор, принялся командовать разнузданной толпой. — Прошу, через пять минут начнётся мастер класс. Сейчас для вас проведёт разминку мой коллега Ли Феликс! Парень шагнул вперёд и принялся объяснять простейшие движения публике, ожидающей музыки и танцев. На изумление самого Хана, Феликс смог произвести впечатление креативного педагога. Иначе объяснить его особый подход к разным подопечным, точно отличающимся по физической форме и возрасту, невозможно. Те, кто справлялись с базовыми комбинациями, которые едва ли попадают под звание «танцевальных», остались с комплиментами об отличной подготовке. Джисон не стал исключением, учитывая, что стоял перед самым носом у всего преподавательского состава. — Отлично держишься, не сбивайся с ритма. — щелкнул пальцами Феликс, подмигнув. Он продолжал прохаживаться в толпе, мельком подмечая чьи-то грубые ошибки или смазанные движения. Нескольких старушек похвалил за энергичность, какой-то девушке помог поставить руку в нужное положение. Блондин стремительными шагами кружил по рядам, словно змея петляя. Он умудрялся замечать всё, каждую мелочь пресечь и преобразовать. Феликс впопыхах дублировал ранее сказанное. Чувствовался профессионализм в каждом действии милого тренера с глубоким низким голосом. У Хан Джисона закрадывались опасения по поводу своей профпригодности для учреждения с такими виртуозами своего дела. Страшно представить, какими фантастичными могут оказаться другие члены команды. На начало тренировки учтивого Феликса сменил сам Бан Чан с двумя сотрудниками. Один из них, что был выше всех остальных, взял инициативу в свои руки. — Контемпорари — это современный вид танца, позволяющий ярко самовыражаться за счёт пластичных элементов. На интенсиве наша студия «Мультикультура» позволит вам показать себя, научиться новому или вспомнить старое, — если судить по именному бейджу, Хван Хёнджин заботливо поведывал присутствующим о мероприятии. После демонстрации нескольких движений вкупе с переходами, начались пробные попытки каждого на площади попадать в музыку, двигаться плавно и при том продемонстрировать своё внутреннее «я». Для Джисона подобный жанр был чужд, так как в нём не было чёткости и задора. Перегруженность хореографии смыслом вгоняла в печаль. Спокойствие вокруг убивало, а отсутствие пламени и запоминающихся кульбитов ставило в неловкое положение. Неспешные взмахи руками под волнующую мелодию утомляли. В голове томилась, как под плотной крышкой кастрюли, натурально вскипала мысль о том, что Бан Чан наверняка ждёт нечто особенное от бывшего друга. Что-то невероятное, достойное конструктивной похвалы от профессионала. Песня, играющая меланхолично из колонки, практически подходила к концу. Точно пол куплета и часовой интенсив завершится. На ум Джисону приходили фрагменты своих первых соревнований в Сеуле. Он, дворовая шпана, даже не посещавшая секций, кроме школьных тренировок, соревновался на равных правах с опытными детьми, в чьё расписание больше входили танцы, чем сон или игры. Призовой фонд тогда состоял из сертификата в спортивный магазин и символического денежного вознаграждения. Близился учебный год и парню хотелось не столько победить, сколько приобрести себе на выигрыш канцелярию и новую форму. На арене перед своими соперниками, судьями, Бан Чаном, мальчишка совершил трюк, стоивший растянутой мышцы. Тогда, как и сейчас, на кону стояли необходимые деньги и возможность реабилитироваться, в первую очередь, перед самим собой. Контролируемое падение без рук, некогда принёсшее одну из важнейших побед, вышло без помарок: чистым, зрелищным, контрастным. Сразу после- в икру словно запульнули дротик. Отвыкшие от резких потрясений конечности пронзило колкой болью. Закончив, парень успел смахнуть со лба пот, прежде чем люди принялись расходиться, а нога неприятно заныла. По окончании, всех тех, кто не ушёл, поблагодарили за участие, передали брошюры с рекламой студии. Джисон, малость переживая за свою импровизацию, опасливо подобрался к товарищу со спины. Тот беседовал с подкаченным, на вид серьёзным тренером. Не став перебивать, Хан, с не прекращающей своё пагубное воздействие тревогой, маялся сбоку, бегло оглядывая всю сборную преподавательского состава студии Бан Чана. Феликс и Хёнджин показались дружелюбными и безумно активными личностями. Ещё двое не успели чётко осесть в памяти, так как в формате флешмоба безмолвно демонстрировали движения, причём, очень синхронно и довольно красиво. Тот, с кем бурно разговаривал Чан, грозный и строгий. Вероятно, работает со старшими группами, учитывая его атлетичное телосложение. С детьми важно не только учиться, но и веселиться. Пока что, веселья в коллеге друга Хан не углядел. Ещё один сотрудник весьма доходчиво объяснил важность связок и переходов между элементами в классических видах танца. С ним невозможно было не согласиться, однако холодность во взгляде отталкивала. Джисон недолюбливал высокомерных людей, что выбирают социальную деятельность. Можно понять противного офисного клерка, ведь он не покидает нагретого кресла на колёсиках. Нельзя понять учителя, не стремящегося хотя бы улыбнуться. — Образование ведь не только получение опыта и знаний, — думал Хан. — ещё образование должно быть общением. Наконец ощутив на себе сверлящий пустой взор, Бан Чан обернулся. Он почти подпрыгнул на месте. Джисон подобен приведению- тихо подобрался и ждал жертву. — Ой, Ханни! — Чан шуточно схватился за сердце. — Не делай так больше, иначе больше не встретимся. Со Чанбин, собеседник Чана, понимающе кивнул начальнику и растворился в толпе. — Ха-ха, прости! — вырвался нервный смешок. Владелец студии вдумчиво окинул взором младшего, сложив ладони в замок. — Как тебе мастер-класс? — Немного не мой стиль, но я постарался. Конечно, пластика не та уже.- без зазрения совести и предельно честно признался Хан, досадливо потирая затылок.- Вы молодцы. Не знал, что такое проводится. Расслабленный Чан загадочно улыбался. Его бесхитростные глаза скрывали монолит домыслов. — Я рад. Знаю, ты больше по хип-хопу. Концовкой танца удивил, Ханни, признаюсь. Внимание к единственному, по мнению Джисона, удавшемуся трюку льстило. — Томить долго не буду. Ты не в форме, ещё и без образования… Бан Чан начал монолог, как бы резюмируя итог сегодняшней встречи, подаренной Хану точно судьбой. У последнего, казалось, от фразы товарища, замерло всё внутри. Кровь свернулась, дыхание сбилось, мурашки пробежали по спине. Такую возможность, выпадающую случайно и всего раз в жизни, Джисон желал ухватить всеми возможными методами. Тысячу раз пожалел, что пропускал походы в спортзал. Загрустил, что не развивался. Не хотелось бы потерять надежду, заставившую мечтать о любимом деле и не думать о своей паршивости хотя бы некоторое время. Отказ в работе уже горечью лёг на губы бариста- он их покусывал, ожидая вердикта. — Но я вижу, как ты старался. Вижу, что помнишь всё, что готов трудиться. Я, по крайней мере, на это надеюсь. Мои условия: я оформляю тебя, как стажёра, выплачиваю половину указанной в договоре зарплаты. Другая часть будет идти на твоё заочное обучение на сертификационном курсе, который ты пройдёшь за полгода. После этого ты станешь полноценным сотрудником моей студии. Без образования ты не можешь занять эту должность сразу, сам понимаешь. — выпалил на одном дыхании Чан. Через определённый срок финансы позволят снять квартиру в нормальном районе, лишние траты на вещи не первой необходимости станут привычными, однако стоит ли игра свеч? Неоднозначность пилила разум. — Какая будет зарплата, пока я буду учиться? Хан честен. Ему важна не только слепая мечта с радужной перспективой, но и реальность, в которой он живёт до момента наступления блестящего будущего. — Семьсот тысяч вон. Не могу предложить больше, правда.- Бан Чан был серьёзен. В сравнении с тем, что на руку получал Хан, работая в баре до полного изнеможения, он терял более четырёхсот тысяч вон, как раз таки и уходивших на съём квартиры. Совесть с рациональность вели баталии в голове, без возможности компромисса. Хан хочет быть понятым, принятым самим собой. А ещё ему нужно где-то жить, есть, на чём-то передвигаться по огромному городу. Решение напрашивалось не без тяжести в груди. — Я смогу получить зарплату в первый месяц? Бан Чан не жалостлив. Он понимающий, добрый, раз предложил хоть какую-то возможность для реализации, но не всемогущий. Не может один человек решить всех проблем, которые накопились у другого полноценно. Иногда реальность требует отказа от мечты, но именно мечта способна преобразить реальность. — Да. Я помогу финансово, чем смогу! — мужчина протянул руку. — Что думаешь? Хан опустил взгляд. В сознании всё переворачивалось вверх дном, но он уже знал свой ответ.