Злодей второго плана хочет сбежать от главных героев

***

Цзян Чэн шел по дорожке к покоям Юй Цзыюань, сопровождаемый Цзян Цзиншэном. Его цель сегодня была двойной: 1. Убедить Юй Цзыюань согласиться на усыновление Вэй Усяня Цзян Фэнмянем, чтобы сделать его официальным наследником клана Юньмэн Цзян. 2. Убедить её разойтись с Цзян Фэнмянем раз и навсегда. Задача была не из лёгких. Сколько бы Цзян Чэн ни знал о характере своей матери, он понимал: убедить её уйти от мужа, которому она посвятила всю свою жизнь, было сродни попытке передвинуть гору голыми руками. Но он должен был попробовать. Если он хотел изменить свою судьбу, он должен был начать с корня. Покои Юй Цзыюань находились далеко от основного здания, и Цзян Чэн знал почему. «Они с Цзян Фэнмянем не живут вместе уже много лет.» Вместо слуг, в её покоях оставались только две преданные служанки — Цзинчжу и Иньчжу. А значит, разговор мог состояться без посторонних ушей. Когда Цзян Чэн вошёл, его мать сидела у окна, глядя в ясное синее небо. Она выглядела усталой, но не сломленной. Он знал, что она думала о прошлом. В глубине души Цзян Чэн чувствовал злость. На этого мужчину. На Цзян Фэнмяня, который не ценил того, кто любил его всем сердцем. Но он не пришёл сюда, чтобы злиться. Он пришёл, чтобы изменить будущее. — Мама! — радостно вскрикнул Цзян Чэн, бросаясь к ней и обнимая её за талию. Это был приём, который он раньше никогда не использовал. Но разве не стоило попробовать? «Иногда самые простые методы работают лучше всего.» Юй Цзыюань замерла от неожиданности, но не оттолкнула его. — Ты ведёшь себя несолидно, А-Чэн. В присутствии отца так не поступай. Цзян Чэн лениво откинулся назад, положив голову ей на колени. — В его присутствии я — наследник. Он лукаво улыбнулся, подняв на неё сияющие глаза. — Но перед тобой я — всего лишь твой сын, которого ты любишь больше всего на свете. Юй Цзыюань вздохнула, но уголки её губ дрогнули. Она улыбнулась. — Когда ты стал таким льстецом? Цзян Чэн замер на мгновение. Он никогда не видел её такой. Она всегда была строгой, всегда грозной. Но он понял. «Она просто устала.» — Я говорю только правду, мама. Он сел прямо, сделав вид, что просто пришёл пообщаться. Но его взгляд быстро стал серьёзным. Он посмотрел на Цзян Цзиншэна и кивнул. Тот понял сигнал и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. — Мама. — Что? — Я хочу, чтобы ты развелась с Цзян Фэнмянем. В комнате наступила мёртвая тишина. Юй Цзыюань замерла, ошеломлённо уставившись на сына. — Что ты только что сказал? Цзян Чэн взял её за руки, глаза его сияли решимостью. — Мама, я хочу, чтобы ты оставила его. — Ты… с ума сошёл? — Нет. Я впервые в жизни думаю ясно. Цзян Чэн знал, что это было нечто, о чём она думала годами. Но она никогда не осмеливалась сделать этого сама. Он должен был подтолкнуть её. — Ты любишь его, а он тебя нет. — Тебе этого недостаточно? — Ты посвятила ему всю свою жизнь, а что получила взамен? Цзян Чэн не был мягок. Он бил в самое сердце. — Однажды ты сказала, что брак — это союз, где двое должны быть равны. Он сжал её ладони. — Но ты знаешь, что никогда не была с ним равна. — Ты знаешь, что всё это время ты была только той, кто любил, а он был тем, кто принимал твою любовь, не отдавая ничего взамен. Юй Цзыюань не могла найти слов. В её глазах сверкнул гнев. Но он знал — этот гнев был не на него. Этот гнев был на саму себя. Цзян Чэн знал — он почти убедил её. Теперь оставался последний шаг. — Мама. Он поднял её руки к губам и поцеловал их. — Я не хочу, чтобы ты прожила остаток своей жизни ради человека, который тебя не ценит. — Ты заслуживаешь лучшего. Он встретился с ней взглядом. — Я знаю, что это будет трудно. — Но я не хочу, чтобы ты была несчастна. — Ты… согласна? Юй Цзыюань молчала. Она молчала долго. Очень долго. Но потом она закрыла глаза. Она глубоко вдохнула. Она сжала его руки. — Ты прав. Цзян Чэн ощутил, как дрожь покинула её тело. Как будто она только что сбросила с себя цепи, сковывавшие её десятилетиями. — Хорошо. Она резко встала. — Я сделаю это. Она, наконец, освободится. Она оставит Цзян Фэнмяня. Она уйдёт. Наконец-то. Цзян Чэн улыбнулся. — Тогда давай не будем тянуть. Он поднялся на ноги, протягивая ей руку. — Пойдём прямо сейчас. — Пойдём сказать Цзян Фэнмяню, что мы его больше не хотим. Сегодня он изменил будущее. И это был только первый шаг.