Видеть цель не видеть препятствий

И вот Деннису Уитекеру было уже двадцать девять. С годами он стал подтянутым, стройным, по-настоящему красивым омегой. Он отрастил волосы — теперь мягкие кудри плавно спадали на шею и обрамляли лицо, невольно притягивая взгляды окружающих. Он замечал это, но давно перестал обращать внимание. С Майклом Робиновичем они были вместе уже три с половиной года. Жили вместе, делили быт, утренний кофе, редкие выходные и тихие вечера, когда можно было просто молчать рядом. Но в больнице об их отношениях знали только двое. Медсестра Дана и Доктор Мелисса Кинг . Дана контролировала рабочие графики персонала и давно заметила, что эти двое удивительно часто берут выходные в одни и те же дни. Она также видела, что доктор Майкл Робинович стабильно уходит в отпуск в определённые периоды — аккуратно совпадающие с циклами Денниса. Мел же однажды стала невольной свидетельницей другого момента: она увидела, как Уитекер выходил из машины Робиновича за несколько кварталов от больницы, и как они попрощались коротким поцелуем. Мелисса никому об этом не рассказывала. У неё не было привычки вмешиваться в чужую жизнь и лезть туда, куда её не звали. Больше никто ничего не замечал. С самого начала отношений Деннис и Робби установили чёткие правила: никакого секса в больнице, никаких выяснений отношений, никаких долгих или томных взглядов друг на друга. Деннис сразу попросил альфу не выделять его на работе, относиться так же строго, как ко всем остальным, не жалеть и не делать поблажек. Он хотел, чтобы в стенах больницы Робби забывал, что он — его пара. Робби полностью поддержал его в этом. Отношения развивались своим чередом. Деннис заканчивал ординатуру, уверенно вёл пациентов и уже сам обучал молодых ординаторов, иногда ловя себя на мысли, что ещё совсем недавно стоял на их месте. И именно тогда возникла проблема. — Боже… что же это такое… почему снова?.. Уже три дня доктор Уитекер чувствовал себя ужасно. Его постоянно тошнило, тело было слабым, голова тяжёлой. О беременности он даже не думал — он принимал таблетки с самого начала отношений, и за все эти годы ничего подобного не происходило. Это была не утренняя тошнота — состояние не отпускало его в течение всего дня. «Наверное, отравился», — убеждал он себя. Решил подождать ещё неделю и только потом что-то предпринимать. Но через два дня стало только хуже. Он не хотел говорить Робби. Сначала — разобраться самому. Мел заметила его в коридоре. Деннис стоял у стены, бледный, с потухшим взглядом. — Что-то случилось? Ты плохо себя чувствуешь? — осторожно спросила она. — Да нет… просто желудок болит. Думаю, гаст … Он не успел договорить. Приступ тошноты накрыл внезапно, и Деннис сорвался с места, едва успев добежать до ближайшего туалета. Мелисса вошла следом и закрыла дверь. — Может… ты беременный? — тихо спросила она. Уитекер вздрогнул. Он не хотел этого слышать, отчаянно отталкивая мысль. — Нет. Этого не может быть. Я ни с кем не встречался… Думаю, это гастрит. — Ты разве не встречаешься с доктором Робиновичем? Деннис застыл. Она знает. А что, если знает вся больница? — Нет… ты, наверное, ошибаешься… — Я видела вас, — спокойно сказала Мелисса. — Как вы целовались в машине, за несколько кварталов от больницы. Скрывать больше не имело смысла. — Я надеюсь, что больше никто не знает… — тихо сказал он. — Я никому ничего не говорила, — ответила она. — Это не моё дело. Просто ты выглядишь плохо, и я решила спросить, всё ли у тебя в порядке. — Честно… я не знаю, — выдохнул Деннис. — Я принимаю таблетки много лет, всё всегда было нормально. А сейчас мне плохо уже несколько дней… Майклу я ничего не говорил. Мелисса на секунду задумалась. — Я слышала, что тринадцатая палата сейчас свободна. Там есть аппарат УЗИ. Мы можем проверить, пока её никто не занял. Деннис поднял на неё взгляд. — Спасибо… я буду очень благодарен.