Мечты, мечты…

      Рэнсом закатил глаза, наблюдая, как она, балансируя на шаткой стремянке, отчаянно пытается прикрепить гирлянду из лампочек к потолку. Он удобно устроился в кресле-качалке, попивая виски и с явным удовольствием насмехаясь над её стараниями. Солнце, заливавшее гостиную, подсвечивало золотистым ореолом её волосы, которые выбивались из небрежно собранного пучка.       — Ты уверена, что это хорошая идея? — спросил он, ухмыляясь. — Не хочешь позвать кого-нибудь более квалифицированного? Может быть, электрика? Или, на худой конец, дворника?       Она, игнорируя его насмешки, сосредоточенно целилась лампочкой в крошечный крючок, на который нужно было её зацепить. Нахмурив брови и высунув кончик языка, она усердно пыталась попасть.       — Я справлюсь, — процедила она сквозь зубы, наконец-то попав в цель. — Это будет идеально для нашей вечеринки. Представляешь, как красиво будет?       — Ну да, особенно если они упадут тебе на голову, — пробормотал Рэнсом, делая большой глоток виски. Он не мог не любоваться её упрямством, её энергией, даже когда она выглядела совершенно нелепо.       Наконец, после нескольких неудачных попыток, сопровождавшихся тихим бормотанием и периодическими вздохами, она всё-таки закрепила одну лампочку. Она гордо спрыгнула со стремянки, её щеки слегка разрумянились от усердия, и с надеждой осмотрела свою работу.       — Как? — спросила она, повернувшись к нему, ожидая оценки.       Рэнсом прищурился, внимательно оценивая результат. Лампочка слегка покачивалась, но в целом смотрелась неплохо.       — Вполне сносно, — ответил он, чуть кривя губы в подобии улыбки. — Хотя, конечно, можно было бы сделать и получше.       Она фыркнула, подошла к нему и потрепала его по волосам, слегка взлохматив и без того непослушные пряди.       — Не будь таким вредным, — сказала она, лукаво улыбаясь. — Это всего лишь декор. Главное — атмосфера, а не инженерное совершенство.       Он схватил её за руку и потянул к себе. Она, смеясь, упала ему на колени. Теплый запах её духов, сочетавшийся с ароматом ванили из выпечки, которую она готовила раньше, наполнил его обоняние.       — Ты же знаешь, что я просто любуюсь твоими стараниями, — прошептал он, целуя её в шею, кожа которой была бархатистой и нежной. Его руки обвились вокруг её талии, притягивая ближе.       — О, да? — спросила она, обнимая его за шею и заглядывая в глаза. — Тогда, может быть, ты поможешь мне? А то я, кажется, уже выбилась из сил.       — Только если это предусматривает вознаграждение, — ответил Рэнсом, прижимаясь к ней, наслаждаясь моментом близости. Его взгляд загорелся предвкушением.       Она рассмеялась, её смех был мелодичным и заразительным.       — Какое вознаграждение ты хочешь? — спросила она, немного задыхаясь.       — Всё, что угодно, — ответил он, его голос звучал хрипло.       Она поцеловала его, нежно, а затем всё глубже, желая выразить всю свою любовь. Поцелуй был долгим и страстным, стирающим все границы между ними.       После этого они вместе приступили к развешиванию гирлянды. Рэнсом, ворча, как обычно, но с заметным удовольствием помогал ей. Он держал стремянку, подавал лампочки, подшучивал над ней, но теперь его шутки были не такими язвительными, а скорее пронизанными нежностью и любовью. Рэнсом был счастлив быть рядом с ней, быть частью этого суматошного, но такого прекрасного процесса.       Она смеялась над его шутками и иногда поправляла его, когда он делал что-то не так. Она, в свою очередь, принимала его критику с пониманием и даже иногда прислушивалась к его советам, хотя и не всегда.       Когда гирлянда была, наконец, развешена, они вместе уселись на диван, чтобы полюбоваться результатом. Лампочки мягко освещали комнату, создавая уютную, волшебную атмосферу. Отблески света играли на мебели, на её лице, на его волосах.       Она прижалась к нему, положив голову ему на плечо, чувствуя тепло его тела.       — Здорово получилось, — сказала она, с гордостью оглядывая свою работу.       — Да, – согласился Рэнсом, обнимая её крепче. — Хотя я бы добавил несколько дополнительных розеток… И использовал бы лампочки другой формы…       Она толкнула его в бок, несильно, но выразительно.       — Не начинай снова! — потребовала она, но в её голосе слышалась лишь притворная злость.       Рэнсом засмеялся, его смех отдавался в груди.       — Ну ладно, ладно. Ты права. Все идеально. — Он поцеловал её в макушку, вдыхая аромат её волос.       — Я люблю тебя, — прошептала она, прижимаясь к нему ещё теснее, чувствуя его защиту и заботу.       — Я тебя тоже, — ответил Рэнсом, прижимая её к себе крепче. Он почувствовал, как в его сердце разливается тепло, которое может дать только настоящая любовь.       Он знал, что ему невероятно повезло. Он нашел её — женщину, которая могла выносить его сложный характер, его выходки, его сарказм, его вечную склонность к критике. Она была его якорем, его компасом, его лучом света в любой тьме. Она была его домом, его семьёй, его любовью — всем, что ему было нужно в жизни.       И он собирался беречь её. Он будет защищать её, поддерживать её, любить её всем своим сердцем. Потому что жизнь без неё была бы просто немыслимой. Он знал это наверняка. И он собирался провести с ней остаток своих дней, превращая обычные моменты в незабываемые воспоминания, связанные теплом, смехом и бесконечной любовью.