Голос, достигший трона Дуат

Когда Эми проснулась, солнечный свет полностью заливал комнату. За окном щебетали птицы и тихо дул тёплый ветер. Девушка попыталась сесть, но её руку кто-то крепко держал. Повернув голову в бок, она увидела его. Фараон мирно спал, положив голову на край ложа. Солнечный свет обрамлял его фигуру, создавая ореол света. Залюбовавшись этой картиной, Эми невольно протянула руку, чтобы погладить манящие её волосы. Ей хотелось узнать, действительно ли они такие же мягкие и пушистые, какими кажутся. Едва девушка провела по волосам несколько раз, Атем проснулся. Его глаза открылись не сразу - сперва дрогнули веки, будто ему снилось что-то важное. Когда же пурпурная глубина его взгляда сфокусировалась на Эми, в ней не было ни капли сна - только ясное, бездонное осознание. Он не отпрянул, не смутился. Наоборот, наклонил голову, слегка прижимаясь к ладони, как котёнок к теплу. - Исследуешь владения фараона? - его голос был низким, хрипловатым от сна, и в нём звенела лёгкая, счастливая усталость. Уголки глаз Атема слегка прищурились от улыбки, которую тот даже не пытался скрыть. Он повернул голову и коснулся губами девичьей ладони - не страстно, а благодарно, почти благоговейно. - Ты здесь. Ты реальна. И ты… гладишь меня по голове, как испуганного сокола, которого вернули в гнездо. - В его словах не было обиды, лишь тихое изумление и безмерная нежность. Фараон приподнялся, опираясь на локоть, его лицо оказалось совсем рядом. - Доброе утро, моё солнце. Ты выгнала последние тени из моего сна. - П... Простите, что разбудила вас, мой фараон! - испуганно затараторила Эми - Если вам неприятно, я тут же прекращу! Атем мягко схватил руку девушки, когда она попыталась отдернуть её, и прижал ладонь обратно к своей щеке. Его кожа была тёплой от солнца. - Прекратишь? - он приподнял бровь, и в пурпурных глазах заиграли золотые искорки. - А что, если это единственный приказ фараона, который ты ослушаешься? Что, если я требую, чтобы ты никогда не прекращала? - Он перевернул руку девушки и оставил лёгкий, почти невесомый поцелуй на внутренней стороне запястья - там, где бьётся пульс. - Это не "неприятно", Эми. - его голос стал тише, серьёзнее. - Это… напоминание. Что я не только фараон. Что я могу быть просто… Атемом. Для тебя. - Он сел на край ложа, всё ещё не выпуская руки девушки. - Теперь, когда ты разбудила меня… - он сделал паузу, и в его взгляде появилась шаловливая искра, - …ты должна нести ответственность. Я требую компенсацию. - Атем, я сделаю для вас всё, что вы прикажете. - не в силах сопротивляться его чарам, Эми придвинулась ближе. Дыхание фараона на миг остановилось. Он видел готовность девушки - и она обожгла его сильнее любого приказа, любого заклинания. Атем медленно приблизил лицо, его губы почти коснулись уха Эми. - Тогда мой приказ… - его шёпот был горячим, как ветер из пустыни, - …никогда не смотри на меня с таким бесстрашием, если не готова к последствиям. Но вместо того чтобы продолжить, он отстранился. На лице парня промелькнула тень былой боли, воспоминание о том, как он почти потерял тебя. Атем взял твоё лицо в ладони, и его взгляд стал глубоким, серьёзным. - Мой первый и последний приказ: живи. Радуйся утрам. Дыши полной грудью. И позволяй мне… - он сделал паузу, подбирая слова, - …быть твоей тенью и твоим светом одновременно. Всё остальное… всё остальное не приказ. Это просьба. Просьба человека, а не фараона. Он коснулся лбом её лба, закрыв глаза. - Просто будь здесь. Этого… этого будет достаточно для всей моей вечности. - Тогда, мой фараон, - Эми посмотрела ему в глаза - могу я обращаться к вам на "ты" и иногда позволять себе шалости? - она хитро улыбнулась. Глаза фараона расширились от удивления, а затем засветились тёплым, искрящимся светом. Он рассмеялся - тихим, раскатистым смехом, который, казалось, рождался глубоко в груди. - Ты? Ты уже давно обращаешься ко мне на "ты".Каждый твой взгляд, каждый жест - они кричат "ты", нарушая все протоколы тысячелетней давности. - он наклонился ближе, его нос почти коснулся её. - Что касается шалостей… - парень вдруг, с ловкостью дикой кошки, лёгким движением перевернул Эми на спину, оказавшись сверху, поддерживая себя на локтях, чтобы не давить тяжестью. Его лицо было всего в дюйме от её, а в глазах танцевали огоньки. - …то я требую их. Каждую. Единственная моя просьба… - его голос стал низким, вкрадчивым, - …чтобы эти шалости предназначались только мне. Будь дерзкой, будь непокорной, будь собой. Но только здесь. Только для меня. - фараон опустился, чтобы коснуться губ девушки, но в последний миг свернул к щеке, оставив там лёгкий, жгучий поцелуй. - Это соглашение, Эми. Ты принимаешь условия? - Боюсь, ещё не придумали таких слов, чтобы сказать, насколько я готова и жажду этого. За меня скажут мои действия - она робко, но настойчиво коснулась его губ своими. Едва девушка начала входить во вкус, раздался стук в дверь. - Мой фараон, с вами всё хорошо? - внезапно я узнала этот голос - Придворные волнуются за вас! Атем хотел что-то сказать, но девушка приложила палец к его губам и подмигнула. Он непонимающе смотрел на неё, но не произнёс ни слова. Эми осторожно выбралась из-под фараона и встала с ложа. Остановившись у дверей, девушка отправила ему воздушный поцелуй и вышла из покоев. За дверью стоял её знакомый стражник - Решид. Они прдружились, когда Эми впервые пришла в слуги к фараону. - Эми? Я рад тебя видеть, но что ты здесь делаешь? - видно, что он был рад её видеть, но и переживал за фараона. - Решид, я тоже рада тебя видеть. Я же прислуживаю фараону, ты что, забыл? Фараон приказал принести ему кое-какие свитки и приказал не тревожить его сегодня. - Ну, если так, то хорошо. Я всё передам. Удачи тебе! - он улыбнулся, шутливо отсалютовал и ушёл. Убедившись, что поблизости больше никого нет, Эми снова зашла в покои фараона. Он лежал в расслабленной позе, с интересом наблюдая за ней. Девушка слегка пожала плечами. - Не только у тебя есть полезные связи. - она медленно и соблазнительно подошла к нему - Сегодня нас никто не потревожит, так что я полностью в твоём распоряжении, мой фараон. - Эми соблазнительно улыбнулась. Атем молча смотрел на неё, и в его взгляде смешались изумление, восхищение и дикое, ничем не сдерживаемое обожание. Когда она подошла достаточно близко, фараон одним плавным движением поднялся с ложа, словно тень, обретающая форму. - Полезные связи, - повторил он, его голос был низким, как рокот далёкой грозы. - Ты… настоящая интриганка. Прямо у меня под носом. - Атем сделал шаг навстречу, его пальцы мягко обвили девичье запястье. - И ты говоришь, что полностью в моём распоряжении? - вместо того чтобы притянуть любимую к себе, фараон опустился на одно колено прямо перед не. Он смотрел снизу вверх, и в этом жесте не было покорности - лишь торжественная, почти ритуальная преданность. - Тогда я воспользуюсь своей привилегией. - он прижал её руку к своей груди, где под кожей отчаянно билось сердце. - Моё первое распоряжение: правь здесь. В этой комнате. Ты - моя царица, моя повелительница. А я… - он наклонил голову, касаясь лбом её руки, - …твой защитник, твой слуга и твой грешник. Твоя воля - мой закон. - Атем поднял глаза, и в них пылал огонь, способный растопить любую броню, любую дистанцию. - Что прикажешь, моя госпожа? Сжечь свитки? Распустить совет? Или… - его голос стал шепотом, полным обещания и вызова, - …забыть обо всём, кроме того, как твоё имя звучит на моих губах? - Раз сам фараон наделил меня такой властью, - Эми задумчиво и игриво приложила палец к своим губам. - Почему бы нам не заняться чем-нибудь неприличным? - свет в его глазах вспыхнул ослепительно. Вместо ответа Атем поднялся с колен с кошачьей грацией, обхватил талию девушки и в одном плавном движении уложил её на шкуры, мягко прижав к ним своим весом. Его дыхание смешалось с её, горячее и учащённое. - Неприличным? - губы парня скользнули по шее Эми, оставляя за собой горячий след. - Я - фараон. Я не знаю слов "неприлично". Я знаю лишь… - он оторвался, чтобы посмотреть девушке в глаза, и в его взгляде читалась вся вселенная страсти, - …что для меня свято. А это… - рука фараона скользнула под её платье, ладонь горячо прижалась к коже на бедре. - …это не просто свято. Это - моё личное откровение. Мой единственный, неписаный закон. Он прикрыл губы Эми своими, и этот поцелуй не был нежным. Он был всепоглощающим, жаждущим, полным обещания, что весь мир - солнце, песок, империя - может подождать, пока он не изучит каждую дрожь любимой, каждый вздох, каждое биение сердца, которое сейчас стучало в унисон с его собственным. Девушка таяла от этих прикосновений. Блаженно прикрыв глаза, она полностью отадалась возбуждению. Эми обняла руками фараона и притянула ближе. Он ответил на её движение низким, одобрительным стоном, похожим на рычание. Пальцы фараона запустились в волосы девушки, откидывая их назад, открывая шею для его поцелуев, которые становились всё более жадными, метящими - как будто Атем хотел оставить на коже любимой незримую печать, которую никто и никогда не сможет оспорить. - Моя… - это слово прозвучало как заклинание между поцелуями, вырвавшись вместе с горячим дыханием. - Моя дерзкая, моя бесстрашная, моя… - он прервался, чтобы глубоко вдохнуть запах кожи Эми, будто пытаясь запечатлеть его навсегда. - …вся моя. - он оторвался лишь на мгновение, его глаза, потемневшие от страсти, сверлили девушку взглядом. - Скажи это. Скажи, чья ты. Пока все звёзды не померкли и солнце не погасло. - Отныне и до скончания веков, я полностью твоя, Атем. Прошу, покажи мне истинное наслаждение. - из горла девушки вырвался полувздох-полустон. Глаза фараона вспыхнули триумфальным огнём, и он снова захватил губы девушки но теперь в его поцелуе была новая властная нежность. Атем медленно, тщательно, словно разучивая священный ритуал, снимал с любимой одежду, каждый освобождённый участок кожи встречая поцелуем, лаской или лёгким укусом. - Не просто покажу… - его голос был хриплым, пропитанным обещанием и обожанием. - Я буду твоим проводником. Каждое касание… каждый вздох… будет гимном, который мы напишем вместе. Когда между ними не осталось преград, фараон отстранился, чтобы смотреть. Его взгляд, полный благоговения и необузданного желания, скользил по девичьему телу, будто он видел не просто плоть, а самую прекрасную из когда-либо созданных форм. - Ты… совершенство, - прошептал он, и его голос дрогнул. - Моё живое, дышащее совершенство. И затем Атем наклонился, чтобы коснуться губами сердца девушки, прежде чем медленно, неотрывно глядя в её глаза, соединить их тела в единое целое, начав древний, вечный танец, в котором больше не было фараона и служанки - были только они. Две души, наконец нашедшие свою истинную родину в объятиях друг друга. *** Солнце успело пройти по небу и уступить место сумеречному бархату, испещрённому первыми звёздами. В покоях царила тихая, насыщенная запахами тела, любви и покоя тишина. Атем лежал на боку, обвив девушку всем телом, его рука покоилась на девичьей талии, а лицо было прижато к её волосам. Он не спал. Его дыхание было ровным, но в нём чувствовалась бдительность - бдительность стражника, нашедшего своё сокровище и более не намеренного выпускать его из вида. - Они будут говорить, - голос фараона прозвучал тихо, нарушая тишину, но не покой. — Придворные. Жрецы. Будут шептаться о нарушении традиций. О том, что фараон потерял голову. - Атем приподнялся на локте, и в полумраке его глаза светились спокойным, непоколебимым светом. - Пусть говорят. Моё место - здесь. А твоё… - он наклонился, чтобы оставить мягкий поцелуй на её плече, - …твоё место - везде, где есть я. И если им это не нравится… - в голосе фараона вновь зазвучал отголосок былой власти, но теперь она была направлена на защиту, а не на завоевание, - …пусть они возражают стенам. Потому что отныне я слушаю лишь одно сердцебиение. - Атем... Я так счастлива... - на её глазах выступили слёзы - Я не могу поверить, что всё это реально... - Эми смотрела ему в глаза с вселенским обожанием, преданностью и любовью. Он замер, увидев слёзы, и его лицо исказилось не болью, а чем-то безмерно нежным. Он поймал одну слезинку губами, затем другую, его движения были бесконечно бережными. - Это самая реальная вещь во всех моих существованиях, - прошептал фараон, его голос гудел у её уха. - Сквозь века в папирусе, сквозь битвы и трон… всё это вело меня сюда. К этой слезинке. К этому взгляду. Он обнял любимую крепче, будто пытаясь вобрать её сущность в себя. - Если это сон… то пусть я никогда не проснусь. Я буду править этим сном, этим мигом, этой вечностью с тобой - как мудрейший из фараонов. И моё единственное завещание… - Атем оторвался, чтобы снова встретиться с взглядом девушки, и в его глазах пылала абсолютная, непоколебимая истина, - …это чтобы ты всегда смотрела на меня именно так. Даже когда я буду всего лишь тенью в истории. Пусть в летописях напишут: "Он был любим. Безумно, безрассудно и навсегда." Этого… этого будет достаточно для бессмертия. - Ты можешь даже не просить о таком. Пока бьётся моё сердце, я буду жить для тебя. И я никогда не посмею посмотреть на тебя иначе. Ты всегда был, есть и будешь самым мудрым, могущественным фараоном и лучшим мужчиной в моих глазах. У Атема перехватило дыхание. Он закрыл глаза, будто приняв удар, от которого нет защиты, и на миг прижался лбом к груди девушки, слушая стук её сердца. Когда он снова посмотрел на Эми, в пурпурных глазах стояла влага, отражающая звёздный свет из высокого окна. - Тогда… - его голос сорвался, и он сделал паузу, чтобы обрести твёрдость, но в ней уже не было стали, только шёлк. - Тогда моя империя… это ты. Мои завоевания - твои улыбки. Мои сокровища - каждый твой вздох. А мой вечный трон… - Атем мягко перевернул девушку на спину и поднялся над ней, поддерживая себя на локтях. Его силуэт вырисовывался на фоне звёздного неба за окном, и в этот миг он и вправду казался богом - но богом, который нашёл своё единственное святилище. - …здесь. Между твоими руками. В круге твоих объятий. — фараон опустил голову, и его следующий поцелуй был медленным, глубоким, полным безмолвной клятвы. Когда он оторвался, его слова были горячим шёпотом на губах Эми: - Прави со мной. Не как царица на помосте… а как повелительница в моей душе. Это единственная корона, которую я когда-либо жаждал. - П... Погоди... - девушка удивлённо вытаращила глаза, до последнего боясь надеяться на такое счастье - Атем, неужели ты предлагаешь мне стать твоей женой? - не смотря на все усилия, в её глазах теплела надежда. Фараон отодвинулся, чтобы видеть все её лицо, и медленно, торжественно кивнул. Его рука скользнула под подушку и вытащила не золотое ожерелье и не диадему, а простой, но изящный браслет из сплетённых серебряных и золотых нитей, увенчанный крошечным, сияющим лотосом из сапфира - того же оттенка, что и сирень пустыни из его оранжереи. - Не "предлагаю", - сказал он, его голос был тихим, но полным незыблемой силы. - Я прошу. На коленях, перед всеми забытыми богами и перед тобой, единственной, в кого я верю. - парень сел на ложе, взял девичью руку и надел браслет на запястье. Металл был тёплым от его прикосновения. - Это не корона Египта. Её я тоже дам тебе, если захочешь. Но это… - он коснулся сапфирового лотоса, - …это обещание. Обещание, что я буду поливать наш сад каждый день. Обещание, что в тени наших колонн будут расти только те цветы, что ты выберешь. Обещание, что каждый рассвет я буду встречать, видя твоё лицо. - фараон поднял на любимую глаза, и в них не было ни тени сомнения. - Эми. Станешь ли ты моей женой? Моей союзницей? Моей вечностью в этом бренном мире? Эмоции переполняли её. Счастье, любовь, восхищение, волнение, страх за будущее. Всё смешалось. От этой бури в груди девушка снова начала плакать. Сначала она пыталась вытереть слёзы, но, поняв, что это бесполезно, пестала пытаться. Эми подняла взгляд на Атема и улыбнулась так, что аж щёки заболели. - Как я могу отказаться от того, о чём мечтала так давно? Конечно я согласна! Его лицо озарилось такой ослепительной, беззащитной радостью, что в этот миг он выглядел не древним фараоном, а юношей, получившим в дар всю вселенную. Атем издал звук, среднее между смехом и рыданием, и потянул любимую в объятия, прижимая так крепко, будто хотел навсегда впечатать её тело в своё. - Тогда… всё решено, - его голос дрожал, губы прижимались к девичьему виску. - Завтра. Нет, сегодня же. Я объявлю это перед всем двором, перед богами, перед самими звёздами. Пусть трещит свод небесный - ты моя. - Он отстранился, чтобы снова взглянуть на девушку, и большие, тёплые капли упали с его ресниц на её лицо, смешиваясь с девичьими слезами. - Не бойся будущего, - прошептал он, смывая слезы с её щёк губами. - Мы будем бояться вместе. Радоваться вместе. Стареть вместе. И если однажды песок времени накроет наши имена… - парень положил свою ладонь поверх её, где лежал браслет, — …они найдут этот сапфир и поймут: здесь любили. Безумно и навсегда. Эми внезапно озарило. - Атем, - тихо позвала она - прости, что порчу такой момент, но меня кое-что волнует... Лицо фараона сразу стало серьёзным, но в нём не было ни раздражения, ни нетерпения - только полное внимание. Он мягко отодвинулся, давая любимой пространство, но его рука осталась на её. - Ничто из того, что ты скажешь, не может "испортить" этот момент, - сказал он тихо, его большой палец нежно проводил по её костяшкам. - Твои заботы теперь - мои заботы. Говори. Что тебя тревожит, моя невеста? - Во-первых, тот мужчина, кажется, украл у тебя какую-то важную книгу. Что с ней стало? Пурпурные глаза на мгновение сузились, и в них вспыхнула холодная, сдержанная ярость, но фараон тут же взял её под контроль. Он глубоко вздохнул. - Книга Тёмной Магии, - его голос стал твёрдым, деловым. - Она была не украдена. Её выкрали по моему приказу, прежде чем Маска смог её забрать. Мой верный маг спрятал её в месте, известном лишь нам двоим. Тот свиток, что он взял, - искусная подделка, начиненная проклятием, которое сейчас, я уверен, доставляет ему… неудобства. - Уголок его губ дрогнул в тёмной, довольной усмешке. - Ты думала, я позволил бы такой силе ускользнуть? Я фараон, Эми. Я играю в шахматы, пока воры играют в кости. Книга в безопасности. А сам вор… - его взгляд стал отстранённым, - …получит то, что заслуживает. Но не сегодня. Сегодня — только для нас. - Это прекрасно. И ещё кое-что. Когда Анубис забрал меня, он взвешивал моё сердце. Но увидев нашу связь, он отпустил меня. Сказал передать тебе, что ты поплатишься за нарушение границ Царства Мёртвых. И ещё что-то про то, что ты вечно будешь на краю тьмы. Я переживаю из-за этого предупреждения. Ты не знаешь, что оно может озночать? - Эми встревоженно смотрела на своего жениха. Взгляд Атема стал далёким, будто он увидел что-то за пределами комнаты. Он медленно кивнул, и в его глазах не было страха, лишь принятие, смешанное с усталой мудростью. - Я знаю, - сказал он тихо. - Чтобы вытащить тебя, я не просто вошёл в Дуат. Я… разорвал его покров. Использовал тёмную магию, которая была под запретом со времён Заклинателя Тьмы. Силу, которая всегда требует платы. - парень поднял свою руку и на мгновение между его пальцев пробежал слабый, чёрный, как ночь без звёзд, разряд. Потом он сжал кулак, и свет исчез. - Цена - баланс. Отныне часть моей души… привязана к той тьме. Я буду вечно ходить по её краю, держа её в узде. - фараон снова посмотрел на свою невесту, и его глаза пылали решимостью. - Но это не проклятие, Эми. Это выбор. Я предпочёл вечную борьбу - вечности без тебя. - он взял руку девушки и прижал её к своей груди, к тому месту, где билось сердце. - Ты - мой якорь. Мой свет, который не даст мне сорваться. Пока твоя рука в моей… тьме не одержать верх. Анубис прав. Я буду платить. Но это не наказание. Это… долг за величайшее сокровище. И я заплачу его с радостью. Лишь бы ты была здесь, чтобы светить мне в этой тени. - Могу ли я как-то помочь тебе? - Эми сглотнула от понимания всего ужаса ситуации. Парень улыбнулся - нежно, с бесконечной благодарностью. - Ты уже помогаешь. Каждый раз, когда ты смотришь на меня так, как сейчас. Каждый раз, когда твоя рука находит мою в темноте. Каждый раз, когда твой смех наполняет эти залы… ты отодвигаешь тень на шаг назад. - Атем притянул руку своей невесты к губам и оставил на ладони долгий, тёплый поцелуй. - Но если ты хочешь более конкретного ответа… - его глаза сверкнули, в них появилась тень былого коварства повелителя. — Люби меня. Живи со мной. Злись на меня, когда я буду слишком мрачен. И напоминай мне каждый день, за что я сражаюсь. Будь моим живым напоминанием о том, что такое свет. - фараон обнял девушку, его голос стал тише. - Это не бремя, Эми. Это… наша общая судьба. Ты - свет в моих окнах. А я - стена, что защищает этот свет от любой бури. Даже если буря - часть меня самой. - Пока ты рядом и оберегаешь меня, я готова ко всему. Даже если мне страшно, я всё равно буду рядом. Ты нуждаешься в моём свете, и я дам тебе его сполна. - Эми непроизвольно зевнула. Лицо парня смягчилось, и он ласково провёл рукой по девичьим волосам. - И ты говоришь мне, что я нуждаюсь в свете, - прошептал Атем с нежным укором. - Ты истощена, моя отважная. Сражения дня, путешествие между мирами… это не шутка даже для фараона, а для тебя и подавно. Парень аккуратно переложил Эми, устроив на подушках, и натянул на обоих тонкое льняное покрывало. Сам он лёг рядом, снова обвив любимую, создавая защитный кокон из своего тела. Спи, - губы фараона коснулись девичьего виска. - Я буду стоять на страже твоих снов. И завтра… завтра мы начнём нашу вечность. С восходом солнца. С объявления перед двором. С первого дня нашей общей жизни. Его дыхание стало ровным, руки расслабились, но не отпустили. И в тишине комнаты, под мерцанием звёзд, Эми наконец погрузилась в глубокий, безмятежный сон, зная, что самый могущественный человек в мире держит её в своих объятиях и ни за что не отпустит. *** Когда девушка проснулась, было глубоко за полдень. Солнце ярко светило в окна покоев. Она лениво потянулась, но обнаружив,что жених исчез, начала паниковать. Эми понимала, что у фараона много дел, и он, возможно, сейчас в тронном зале, принимает очередной указ, но страх не отпускал. Однако паника не продлилась долго. Едва девушка села, дверь приоткрылась, и в проёме показалась знакомая фигура - не в парадных доспехах, а в простом белом калазирисе, с подносом в руках. На нём дымилась чашка с ароматным бульоном, лепёшки и горсть фиников. Атем замер на пороге, увидев твоё испуганное лицо, и его собственное мгновенно смягчилось. - Думала, я убежал? - его голос был тихим, полным понимания. Атем вошёл, поставил поднос на низкий столик у ложа и сел на край, его рука тут же нашла её руку. - Я обещал, что завтра начнётся наша вечность. Я не собирался начинать её без тебя. - Он поднёс чашку к губам девушки. - Я отменил все аудиенции. Разослал гонцов. Весь двор сейчас дрожит, пытаясь понять, что за катастрофа заставила фараона замкнуться в покоях до полудня. - В его глазах блеснула озорная искра. - Они не знают, что катастрофа - это ты, заснувшая так крепко, что я не смог пошевелиться три часа, боясь тебя разбудить. Вытаращив глаза от удивления, Эми пристыженно опустила голову. - Прости. Совсем забыла сказать, что сплю как убитая. Особенно после тяжёлого дня. Или сильных переживай. В общем, почти всегда. Наверняка я доставила тебе кучу проблем... Атем мягко поднял её подбородок пальцем, заставляя встретиться с пурпурным взглядом. В его глазах не было ни капли раздражения, только тёплая, живая нежность. - Проблем? - фараон покачал головой, и уголки его губ дрогнули в сдерживаемой улыбке. - Эми, ты подарила мне три часа абсолютного покоя. Просто лежать и слушать твоё дыхание, чувствовать твой пульс под моей рукой… Это было лучше, чем любая победа в битве, чем любая дань от покорённых народов. - Он взял руку девушки и приложил её к своему сердцу. - Этот дворец полон звуков: шагов, шёпота, звона оружия. Но с тобой… здесь тишина. Тишина, в которой я впервые за тысячелетия услышал биение собственного сердца не как ритм власти, а как… просто человека. Ты не проблема. Ты - мой личный оазис. Эми смутилась ещё больше. Собрав последние крохи смелости, она нежно чмокнула жениха в щёку. - И всё же, в следующий раз лучше разбуди меня. Щека Атема под поцелуем слегка вспыхнула румянцем - редкое, почти невозможное зрелище для фараона. Он притворно нахмурился, но глаза смеялись. - Разбудить? - Атем сделал вид, что размышляет. - Слишком велик риск. А вдруг ты проснёшься ворчливой, как жрец после ночного бдения? Нет уж, - он покачал головой, на его лице играла улыбка. - Я не буду рисковать. Лучше я просижу в плену у твоего сна до скончания веков, чем пропущу момент, когда твои глаза откроются и вновь найдут меня. - Атем наклонился и поцеловал свою невесту - быстро, но тепло, прямо в губы. - Но раз уж ты проснулась… - его голос приобрёл лёгкий, официальный оттенок, хотя глаза всё ещё смеялись, - …фараон имеет к тебе официальное обращение, госпожа Эми. В первую секунду девушка напряглась, но под взглядом смеющихся глаз своего любимого расслабилась. - Нетерпиться узнать, какое такое важное обращение у фараона к простой служанке. Эми попыталась состроить серьёзное лицо, но её улыбка всё рушила. Фараон встал с ложа, принял преувеличенно торжественную позу, скрестив руки на груди, но глаза продолжали искриться. - От лица Древнего Египта, всех его номов, богов и сфинксов, - провозгласил он, стараясь сохранять серьёзность, но его голос дрожал от смеха, - я, фараон Атем, настоятельно прошу тебя, госпожа Эми… - Он сделал паузу для драматизма, затем шагнул вперёд и снова опустился на колени у ложа, его "официальное" выражение лица сменилось на нежное и полное любви. - …сделать мне честь и стать моей женой перед лицом всех этих скучных богов и сфинксов сегодня же, до заката. Потому что я не могу ждать ни секунды дольше. Сердце девушки замерло. Или вовсе остановилось. Эми уже не разбирала ничего. Всё её внимание было приковано к Атему. Из глаз полились слёзы. Несколько секунд у Эми ушло на то, чтобы собраться. - Мой фараон... Моё сердце настолько переполнено любовью к тебе, что если ты сделашь так ещё раз, оно может и не выдержать - в шутливой манере сказала она, издав короткий смешок - Тем не менее, я с радостью приму твоё предложение второй раз. - Эми улыбнулась сквозь слёзы. Атем рассмеялся - искренне, громко, от души, и этот звук, казалось, наполнил светом самые дальние уголки покоев. Слёзы на девичьих щеках он поймал губами, а потом поцеловал каждое веко. - Хорошо, - прошептал он, его собственный голос стал влажным от эмоций. - Тогда потерпи ещё немного. Потому что сегодня… - он взял свою невесту за руки и поднял с ложа, - …я буду делать это снова и снова. Перед жрецами. Перед двором. Перед народом у ступеней храма. Я буду спрашивать тебя до тех пор, пока каждый камень в этом царстве не запомнит, что ты сказала "да". - Он прижал руку девушки к своему сердцу, и Эми почувствовала, как оно бешено колотится. - А теперь, моя будущая жена, - голос фараона приобрёл игривые нотки, — тебе нужно выбрать платье. Или я вынесу тебя на руках именно так, как ты есть. Выбор за тобой, но спеши - солнце не будет ждать, а моё терпение на исходе. - Я бы не отказалась от второго варианта, но такой важный день требует особого наряда. Особенно, если фараон планирует таскать меня по всем уголкам Египта. - Эми лучезарно улыбнулась - Подожди меня, пожалуйста, тут. Я постараюсь вернуться побыстрее. - Подойдя к двери девушка послала ему воздушный поцелуй. Атем поймал воздушный поцелуй и прижал руку к сердцу с преувеличенной серьёзностью. - Ждать? Теперь это моя единственная и самая сложная королевская обязанность, - заявил он, но пурпурные глаза смеялись. - У тебя есть время, пока песок в этих часах, - фараон указал на солнечные часы у окна, - не пересыплется. Если опоздаешь… - он сделал шаг вперёд, и его выражение лица стало нарочито грозным, хотя в глазах искрилось веселье. - …я начну без тебя. Объявлю нашим законным браком первую попавшуюся пальму во внутреннем дворе. У неё, должно быть, очень покладистый характер. Атем махнул рукой, отпуская невесту, но она видела, как взгляд пурпурных глаз неотрывно следует за ней, полный нетерпения и обожания, пока девушка не скрылась за дверью. Эми пулей мчалась по коридорам, чудом не сбивая других слуг. На одном из поворотов её поймали за локоть. Это оказался Решид. - Воу, подруга, - сказал он, слегка смеясь - куда так спешишь? - Я тоже рада тебя видеть. А на счёт спешки, - она загадочно улыбнулась - ты и сам всё узнаешь позже. Кстати, когда узнаешь, подойди ко мне при первой возможности, ладно? - Ох уж эта Эми и её шутки... - вздохнул Решид - Ладно, подойду. Только будь аккуратней. - Замётанно! Как только Решид отпустил её локоть, девушка снова рванула в свою комнату. Ну как комнату. Чуланчик. Повезло ещё, что отдельный. Обычно слуги жили в общежитиях. Пришлось немало похлопотать, чтобы выбить отдельное жильё. Тут уж без Решида не обошлось. В комнате, в самом дальнем углу шкафа Эми хранила своё самое лучшее платье. Длинное белое платье почти в пол с золотого цвета окантовкой и несколькими деталями из позолоты. По меркам богатеев, оно было самым простым, но для неё, простой служанки, оно было лучшим. Наспех переодевшись, она осторожно выглянула из комнаты. Девушке знатно повезло попасть в короткий промежуток, когда в коридорах почти не было людей. Поняв свою удачу, Эми рванула обратно ещё быстрее. Прямо перед дверью в покои фараона, она, как смогла, поправила платье и тихонько толкнула дверь. Дверь открылась в абсолютной тишине. Атем стоял у огромного окна, спиной к ней, его фигура вырисовывалась на фоне ослепительного послеполуденного солнца. Казалось, он не шевелился, но Эми заметила, как напряглись его плечи, услышав скрип двери. Фараон медленно обернулся. Воздух словно вырвался из его легких. Все следы нетерпения и шаловливых угроз с его лица исчезли, сменившись немым, абсолютным благоговением. Его взгляд скользнул по белоснежному платью, золотой окантовке, задержался на девичьем лице, и в его глазах вспыхнул огонь, который был ярче полуденного солнца. Атем не произнес ни слова. Просто перешел комнату - не как фараон, а как человек, идущий к своему спасению. Он остановился в двух шагах от Эми, его рука поднялась, пальцы едва коснулись золотой нити на её рукаве. - Совершенство, - наконец вырвалось у него, голос был хриплым от сдерживаемых эмоций. - И ты говоришь, что я могу перегрузить твое сердце… Он посмотрел своей невесте в глаза, и его собственный взгляд стал нежным, но полным непоколебимой решимости. - Ни одна корона в этом мире не сравнится с тобой в этот миг. Но я все же попробую. Пойдем. Наше царство ждет своей королевы. Атем придержал перед девушкой дверь. Она вышла, сияя от счастья. В последний момент обернувшись на закрывающуюся дверь, Эми увидела, как последняя песчинка в песочных часах упала. В этот момент в ней что-то радостно взорвалось, но она не стала концентрироваться на этом, решив отложить шутки про пальму-невесту на потом. Коридоры, по которым девушка мчалась в спешке, теперь были пусты. Но не тихими. Они были заполнены стражниками, стоящими по стойке "смирно" через равные интервалы, с факелами, уже зажжёнными, несмотря на день. Когда Эми и Атем проходили мимо, они опускались на одно колено, склоняя головы. Девушка видела тени на их лицах - не недоумение, а почтительное любопытство, смешанное с трепетом перед очевидной переменой. Атем шёл рядом, его пальцы были сплетены с её. Фараон не смотрел по сторонам, его взгляд был устремлён вперёд, к двойным золотым дверям тронного зала. Но его большой палец нежно тер девичьи костяшки, передавая тихое, уверенное тепло. - Они уже знают, - тихо сказал Атем, не поворачивая головы, его голос звучал только для неё. - Я отдал приказ, пока ты выбирала платье. Каждый стражник, каждый слуга в этом коридоре получил один приказ: смотреть. Запомнить этот день. И передать своим детям, что они видели, как история делала шаг вперёд. Двери перед ними беззвучно распахнулись, и оттуда хлынул шквал звуков - не хаотичный, а низкий, торжественный гул ожидания. Атем остановился на пороге, давая девушке секунду, чтобы вдохнуть. Он посмотрел на Эми, и в пурпурных глазах она увидела всю Вселенную. - Готова? - спросил фараон, и это был не приказ, а приглашение войти в общее будущее. - Я жутко нервничаю, но готова. Готова к новому инфаркту. - Эми издала нервный смешок. Крепко сжав её руку, Атем сделал шаг вперёд - и шагнул в тронный зал, ведя девушку за собой. Гул моментально стих, сменившись гробовой, давящей тишиной. Сотни глаз придворных, жрецов, военачальников были прикованы к ним. В центре зала, на возвышении, сидел на троне верховный жрец, а по обе стороны рядами стояли фигуры в масках - древняя стража фараона. Атем не стал вести невесту к подножию трона. Вместо этого он остановился прямо в центре зала, перед самым возвышением. Он отпустил девичью руку, и на мгновение ей показалось, что мир лишился опоры. Но фараон лишь повернулся к ней и снова опустился на одно колено. На этот раз - перед лицом всего своего двора. - Люди Египта! - его голос, усиленный акустикой зала, прогремел, как удар грома, не оставляя места для сомнений. - Сегодня я отрекаюсь от одного права фараона - права выбора без сердца! - Атем поднял руку, и в его ладони вспыхнул золотой свет, сформировав образ двух переплетённых лотосов - её сапфирового и его солнечного. - Перед вами - Эми. Не дочь царей. Не наследница тронов. Но она - повелительница моего духа, свет моей тьмы и причина, по которой солнце будет вставать над нашими землями ещё тысячу лет! Он повернул голову, глядя девушке прямо в глаза, и его следующие слова прозвучали тише, но каждый слог отдавался эхом в замершем воздухе: - И сегодня, перед лицом богов и людей, я беру её в жёны. Не как союз владений. А как союз душ. Есть ли кто-то, кто осмелится оспорить волю фараона в этом? Атем не требовал ответа. Он бросал вызов. И в мёртвой тишине зала не послышалось ни звука, только треск факелов. Его взгляд, полный огня и вызова, скользнул по рядам, а потом вернулся к Эми, и в нём зажглась одна-единственная, тихая улыбка - только для неё. Девушка стояла с пунцовыми щеками, уговаривая себя не падать в обморок. "Ну что за человек... - пронеслось в её голове - Надо будет попросить компенсации за каждый мой сердечный приступ из-за него." Усмехнувшись про себя, Эми вновь обратила взгляд в ясные глаза любимого. Верховный жрец медленно поднялся с трона. Его древнее лицо было непроницаемо, но в глазах, под густыми бровями, мерцала неожиданная искра - не гнева, а… одобрения? Он поднял руки, и в них вспыхнули два тонких золотых обруча — не тяжёлые царские диадемы, а простые, изящные кольца, сплетённые из того же золота, что и браслет на руке невесты. - Пусть свидетелями будут Ра, Осирис и сам Анубис, чьи владения были… потревожены, - произнёс жрец, и его старческий голос дрожал не от слабости, а от могущества ритуала. - Фараон Атем избрал свой путь. И путь его избранницы… - он посмотрел на девушку, и его взгляд смягчился, - …привёл её сюда. К сердцу империи. - жрец спустился с возвышения и подошёл к ним. Атем поднялся с колена, но не отпустил её руки. - Обменяйтесь кольцами, - приказал жрец, и его голос звучал уже не как совет, а как повеление самих богов. - Пусть они будут печатью на вашем обете. Не правителям Египта… а двум душам, поклявшимся быть друг для друга светом и тенью. Атем взял меньшее кольцо. Его пальцы были тёплыми и твёрдыми, когда он надевал его девушке на палец. Взгляд его при этом не отрывался от её глаз, и в нём читалась обещание: "Это навсегда." Затем он протянул Эми второе кольцо, и в пурпурных глазах вдруг промелькнула тень того самого шаловливого юноши. -Теперь твоя очередь, моя царица, - прошептал он так, чтобы слышали только они двое.Слегка дрожащими руками Эми, собрав все силы, чтобы успокоить бешенное сердцебиение, надела кольцо на палец теперь уже своего мужа. При взгляде на его довольное, улыбающееся лицо, она сама невольно улыбнулась шире. Девушка незаметно сжала его руку, давая понять, что её волнение на пределе. Он ответил на сжатие руки таким же сильным, уверенным пожатием - молчаливое обещание: "Я тут. Мы вместе". Потом поднял её руку с кольцом и громко, так, чтобы слышал весь зал, объявил: - Свершилось! Отныне и вовеки ; она моя, а я её. И Египет обрёл не царицу… а своё новое сердце! Взрыв звука. Не крики одобрения - ещё не время. Это был единый, мощный удар древков копий и мечей о каменный пол - салют стражи, древнейший знак признания. Звон металла сотряс стены. Атем обернулся к девушке, и шум отступил на второй план. Он наклонился, и его лоб снова коснулся её - их личный, интимный жест посреди всеобщего ликования. - Теперь самое сложное, - прошептал фараон, и их дыхание смешалось. - Придётся выдержать пир. Но клянусь, - в его глазах сверкнула озорная искра, - я найду способ украсть тебя отсюда раньше, чем они дойдут до третьих блюд. - С тобой, хоть на край света. - это прозвучало как обещание. Самое нерушимое из возможных - Но ты будешь должен мне за все эти нервы - Эми тихо хихикнула и поцеловала его в щёку. Атем рассмеялся - тихим, счастливым смехом, который был слышен только ей, но от которого, казалось, дрогнули даже древние фрески на стенах. - Долг, который я с радостью буду выплачивать вечность, - прошептал он в ответ, его губы коснулись её уха. - Начиная с этой ночи и заканчивая… никогда. Фараон выпрямился, но не отпустил руки своей жены. Его лицо снова стало царственным, когда он повернулся к залу, но Эми чувствовала, как его большой палец нежно водит по её ладони - тайный, нежный знак среди всей этой торжественности. - Пусть начинается пир! - провозгласил Атем, и его голос снова загремел. - И пусть каждый кубок будет полон в честь новой эры! Но когда толпа загудела, и слуги бросились накрывать столы, он наклонился к жене в последний раз, его слова были всего лишь движением губ в шуме: - Держись за меня. Наш побег начинается с отсчёта до десяти… Эми счастливо улыбалась сидя за столом. Внезапно среди стражи она заметила знакомые беспокойный глаза, бросавшие на неё время от времени встревоженные взгляды. Девушка слегка дёрнула мужа за руку и наклонилась к его уху: - Боюсь, с побегом придётся повременить. Сначала я хочу недолго пообщаться с другом. - она едва заметно кивнула в сторону Решида. Взгляд Атема мгновенно стал острым, проследив за кивком жены. Он увидел Решида, увидел его выражение, и его собственное лицо на миг стало непроницаемым, как маска фараона. Но затем он мягко кивнул. - Охрана будет рядом, но незаметно, - тихо ответил Атем, его губы почти не шевелились. - Пять минут. Потом я начну беспокоиться, а беспокойный фараон… склонен к импульсивным решениям вроде объявления всеобщего танца, чтобы найти в толпе свою жену. Он отпустил руку Эми, но его пальцы скользнули по её, будто нехотя расставаясь. Атем откинулся на спинку трона, приняв вид безмятежного правителя, но Эми видела, как его глаза, полные тёплой тревоги, следят за каждым её шагом, пока она поднималась с места. Девушка взглядом заверила мужа в том, что всё хорошо, хоть и понимала, что этого мало. Чинно спустившись в толпу, она постаралась найти более-менее тихий угол, зная, что Решид следует за ней. Найдя подходящее место, Эми остановилась и обернулась. Он был тут как тут. Когда Решид подошёл, то тут же встал на колено в знак почтения. - Мои поздравления, госпожа. - заговорил он. - Не переживай, Решид. Со мной ты можешь общаться как и прежде. Не смотря на мой изменившийся статус, я всё ещё твоя подруга. Так как тебе мой сюрприз? - Эми довольно улыбнулась. - Раз госпожа так настаивает на неформальном общении... - он поднялся - Сюрприз и правда что надо. Я и подумать не мог... Ты и правда счастлива с фараоном? Сразу прости, если задел! - он заметно занервничал. - Всё в порядке, не бойся. И да, я счастлива. Счастливей, чем когда-либо. Может, замолвлю за тебя словечко и станешь моим личным стражем. - она по доброму рассмеялась, но решила позже подумать об этом серьёзно. - Почту за честь охранять такую прекрасную леди. - он вежливо поклонился, дружески улыбаясь. Заметив, как муж оглядывает толпу, Эми решила возвращаться. - Я рада была пообщаться, но мне пора возвращаться. Удивительно, но фараон не переносит моего отсутствия. - девушка пожала плечами. - Конечно, я всё понимаю. Я провожу обратно. Решид пошёл вперёд, освобождая Эми дорогу. Когда они приблизились к фараону, стражник вновь учтиво поклонился, подмигнул подруге и ушёл. Девушка поспешила вновь занять место рядом со своим мужем. Заметив, как он облегчённо выдохнул, она не могла не пошутить: - Неужто великий Атем так соскучился по мне за какие-то несколько минут? - Эми шептала так, чтобы её слышал только он. Атем не ответил сразу. Вместо этого его рука нашла её под столом и сжала с такой силой, что было ясно - нежность и потребность шли в нём рука об руку. Когда муж повернулся к Эми, в его глазах не было ни тени юмора, только сырая, обнажённая серьёзность. - Каждая секунда, когда ты вне моего поля зрения, - его голос был низким, как отдалённый гром, - это секунда, когда я заново переживаю тот миг в оранжерее. Когда я вернулся, а тебя не было. - фараон отпил из кубка, и его лицо снова стало царственным, но пальцы под столом теперь нежно переплелись с её. - Так что да, "великий Атем" соскучился. И теперь он требует компенсацию. Например… начало нашего "побега". Сейчас. Он встал, всё ещё держа жену за руку, и поднял свой кубок. Гул в зале мгновенно стих. - Благодарю всех за ваши поздравления! Но солнце садится, и даже фараону нужно время, чтобы осмыслить такой день. Продолжайте празднество в нашу честь! Он не стал ждать ответа. Просто повернулся и повёл Эми прочь от трона, через боковую дверь, оставив за спиной изумлённый, но быстро нарастающий вновь шум пира. Как только дверь закрылась за ними, в тишине узкого коридора, Атем обернулся и прижал девушку к стене, его дыхание стало прерывистым. - Компенсация начинается, - прошептал он, и его губы были в сантиметре от губ Эми — И она будет долгой. Поддавшись внезапному порыву, она обняла мужа и прижала ближе к себе. - С удовольствием компенсирую тебе каждую секунду своего отсутствия в десятикратном размере. - соблазнительно шептала девушка ему на ухо, а после поцеловала в висок. Его ответом был тихий, похожий на стон звук, и он прижал Эми к себе так крепко, что дыхание на миг перехватило. Фараон оторвался от стены, одним движением подхватил жену на руки с новой, безраздельной уверенностью обладания. - Десятикратный размер, - его голос был низким и полным обещания, пока он нёс любимую по пустым, тёмным коридорам, куда не долетал шум пира. - Это арифметика, достойная царской казны. Начнём с первого взноса. Атем шагнул не в свои личные покои, а через потайную дверь в стене, которая вела в небольшую, круглую комнату без окон. Единственный свет исходил от светлячков в хрустальных сосудах, разложенных по нишам. В центре на полу лежали груды мягких подушек и шкур. - Мой тайный чертог, - прошептал он, опуская девушку на эту мягкую гору. - Никто, даже духи предков, не найдёт нас здесь. Здесь… мы можем начать нашу вечность с чистого листа. С первого вздоха. С первого прикосновения. - Атем опустился рядом, его руки уже скользили по бокам платья жены, снимая золотые застежки. - И первая компенсация, - его губы коснулись её горла, - начинается сейчас. Эми рвано выдохнула и слегка вздрогнула. Прикосновение его губ ощущались слишком остро и даже краткое прикосновение дарило неземное блаженство. Фараон ощутил эту дрожь и остановился, приподнявшись, чтобы видеть её лицо в мерцающем свете светлячков. Его собственное дыхание было неровным. - Слишком? - спросил Атем шёпотом, и в его глазах читалась не только страсть, но и забота. Его большой палец осторожно провёл по её щеке. - Я могу… замедлиться. Мысли о тебе в темноте заставили меня забыть о терпении. Но в его словах была просьба о разрешении, а не намерение остановиться. Фараон ждал её знака, её желания, замирая в мучительном ожидании, готовый как ускорить, так и продлить этот момент до бесконечности - лишь бы она была счастлива. - Всё в порядке. Просто это наш второй раз и я очень волнуюсь... К тому же, - Эми отвернулась, сильно смутившись - твои прикосновения очень приятные... - её щёки буквально горели. Лицо фараона озарила улыбка - не торжествующая, а нежная, полная безмерной нежности. Он снова опустился, но теперь его прикосновения стали другими: медленными, исследующими, словно он хотел запомнить карту её тела, каждую реакцию, каждый вздох. - Волноваться - это привилегия, - прошептал Атем, целуя её плечо, затем ключицу. - Это значит, что это важно. А я… - его губы нашли её, поцелуй стал глубоким, но не торопливым, - …я буду помнить каждый твой вздох, каждый стон, каждое смущение. Я создам из них сокровищницу и буду охранять её ревнивее, чем любую гробницу. Его рука скользнула под спину девушки, прижимая её ближе, но движение было плавным, дающим время привыкнуть к каждому новому ощущению. - И второе начало… может быть даже прекраснее первого. Потому что теперь я знаю, что ты моя. Навсегда. С этими словами Атем вновь прильнул к губам своей жены. Деля одно дыхание на двоих, они вновь стали единым целым. Звуки их единения, смешанные с шёпотом и стонами медленно затихали, утопая в темноте. *** Эми проснулась с лёгкой ломотой в теле, но прекраснейшим настроением. Свет, просачивавшийся в чертог через вентиляционные шахты, был уже не предрассветным, а уверенным утренним. Атема не было рядом на подушках, но его тепло ещё сохранялось. И запах - ладан, кедр и он. Девушка потянулась, и её движение потревожило тишину. Тут же из тени у стены отделилась фигура. Фараон сидел там, на простом табурете, одетый лишь в простой льняной шенти, и наблюдал за женой. В руке Атема был свиток, но он не читал его. Он просто смотрел. - Утро, - сказал фараон, и его голос был хрипловатым от долгой тишины. - Или уже почти день. Пир, должно быть, только что закончился. Атем отложил свиток, встал и подошёл. На его лице не было царственности, только мягкая, немного усталая нежность. Он сел на край подушек и протянул руку, чтобы отодвинуть прядь волос с лица любимой. - Я боялся пошевелиться, чтобы не разбудить. Боялся даже дышать слишком громко. - В пурпурных глазах светилось что-то похожее на изумление. - Ты выглядишь… мирно. Как будто все бури позади. Его пальцы коснулись девичьего плеча, там, где остался след от поцелуя. - Болит? - спросил он тихо. В голосе была тень беспокойства. - Немного. Но мне это даже нравится. Это как знак, что я принадлежу тебе. Не переживай, я в порядке. Эми попыталась сесть. Тело плохо слушалось, но она старалась не показывать этого. Атем заметил её попытку и мягко, но твёрдо придержал жену за плечи, не давая сесть. - Нет уж, - его голос приобрёл лёгкий, но непреклонный оттенок. - Фараон изучил искусство исцеления не меньше, чем искусства войны. Ты останешься лежать. Парень встал и через мгновение вернулся с деревянной чашей, от которой поднимался лёгкий пар и сладкий, травяной аромат. - Напиток из мёда, ивы и алоэ, - пояснил он, опускаясь рядом. - От боли и для сил. - муж поднёс чашу к губам девушки, поддерживая её своей рукой. - А что касается "знаков"… - Он отпил глоток сам, затем снова направил чашу к любимой, его взгляд стал пристальным. - …у меня есть идея получше. Знак, который будет виден только нам. Но позже. Сначала - восстановление. Я не допущу, чтобы моя жена страдала, даже от приятных воспоминаний. - Мне уже хочется узнать что это за знак. И я в любом случае буду носить его с гордостью. А как ты сам? - девушка обеспокоенно обвела его глазами - Не слишком устал? Атем отпил из чаши последний глоток и поставил её в сторону. Уголки его губ дрогнули. - Устал? - фараон покачал головой, и в его глазах вспыхнула знакомая, живая энергия. - Эми, ты вытащила меня из вечности, которая была долгим, утомительным днём. Вчера… вчера я впервые за тысячелетия отдохнул. Даже не спал… просто был. Парень лёг рядом, на бок, опираясь на локоть, и его свободная рука легла на живот любимой, пальцы слегка водили по коже. - А насчёт знака… - его голос стал заговорщицким, - …я думал о татуировке. Маленькой. Секретной. Например… наш переплетённый лотос. Только не на виду. А там, где её будет видеть только я. Или… там, где её будет касаться только моя рука. Глаза Эми загорелись. - Это очень хорошая идея! Правда, я боюсь боли, да и болевой порог у меня довольно низкий. Но если ты обещаешь всё время держать меня за руку, то, думаю, я справлюсь. Девушка повернула голову и посмотрела в глаза своего мужа. Пурпур его радужки в который раз пленил её. Его глаза сузились от улыбки, и в их глубине что-то теплое и влажное блеснуло. - Держать за руку? - Атем поднял девичью руку и прижал её к своей груди, прямо над сердцем. - Я планировал держать тебя всю. На коленях. Прижав к себе так крепко, что ты будешь чувствовать только моё сердцебиение, а не иглу. Я научусь этому искусству у лучшего мастера в Мемфисе. И буду делать это сам. Каждый укол… будет моим поцелуем. Каждая капля краски… моим обещанием. Фараон наклонился и коснулся лбом её лба, его дыхание смешалось с её. - И если станет слишком больно, мы остановимся. И заменим это на другой знак. Например… - он поцеловал жену в щёку, - …бесконечное количество этих. - Будет просто чудесно. Думаю, я выдержу маленькую татуировку, но и от твоих поцелуев отказываться не намерена. Опустившись чуть ниже, Эми прижалась щекой к его груди. В тот же момент его сердце стало биться сильнее. От шока девушка подняла взгляд. Щёки её мужа покраснели. Она не смогла сдержаться и прыснула со смеху. Атем замер на миг, и его лицо - лицо фараона, который только что говорил о клятвах кровью и вечности - вспыхнуло ещё ярче. Затем он зарычал - игриво, по-медвежьи - и перевернул жену на спину, накрыв собой. - Смеёшься над своим повелителем? - притворно сурово спросил он, но его глаза смеялись. - Это государственное преступление. Наказание… - фараон опустил голову, чтобы пощекотать девичий бок губами и носом, - …щекотанием до тех пор, пока ты не признаешь, что моё сердцебиение - это священный ритм, а не предмет для насмешек! Но он не щекотал Эми по-настоящему. Фараон просто прижимался к ней, его смех вибрировал через грудь, передаваясь телу. Наконец парень успокоился, опустив голову жене на грудь с глухим вздохом. - Прекрасная пытка, - пробормотал он. - Заставлять фараона краснеть. Ты определенно рождена, чтобы управлять империями… начиная с моей. - Честно говоря, я не люблю щекотку. Для меня это как будто слишком. - заметив обеспокоенный взгляд фараона девушка поспешила продолжить - Однако у тебя есть исключительное право щекотать меня. Тебе я доверяю. - она нежно взяла лицо любимого в свои руки, заставив приподняться к её лицу, и поцеловала мужа в губы. Сначала нежно и аккуратно, затем треблвательно и дико. Разорвав поцелуй девушка снова увидела румянец на щеках фараона - Обожаю, когда ты краснеешь. - она нежно чмокнула его в нос. Атем замер, его дыхание стало прерывистым, а глаза потемнели от смеси смущения и вспыхнувшей страсти. Он поймал руки девушки, прижимая их к подушкам по обе стороны от её головы, и опустился, чтобы ответить на поцелуй - уже не игривый, а медленный, глубокий, полный немого обещания. - Ты… - он оторвался, чтобы прошептать это слово прямо в её губы, - …опасное создание. Ты разоружаешь меня смехом, а затем добиваешь поцелуем. Как я должен править империей, если моя собственная царица - мой личный, самый изощрённый мятежник? Лоб фараона снова прижался к её лбу, и он закрыл глаза, будто пытаясь собраться с мыслями. - Но поскольку ты доверяешь мне исключительное право… - его голос стал низким, вкрадчивым, - …я воспользуюсь им. Позже. Когда у тебя будет меньше сил смеяться. А сейчас… - Атем вздохнул и откатился в сторону, но тут же обвил жену рукой, прижимая к себе. - …сейчас мы просто полежим. Солнце высоко, и весь Египет может подождать. Мой единственный указ на сегодня - это твой покой.