Метеор моей души

Аэропорт Нарита, Токио Толпа фанатов встречала нас с транспарантами, выкриками и вспышками камер. Мы наконец вернулись домой после почти года гастролей по Америке и Европе. Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Лондон, Париж – каждый город оставил в наших сердцах особые воспоминания. Журналисты обступили нас, вопросы посыпались один за другим. — Как прошли гастроли? — крикнул один из них. — Невероятно, — ответил Тайки. — Мы побывали в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Лондоне, Париже... Это был незабываемый опыт. — Сейя, у вас появилась девушка? — спросил другой, с явной интригой в голосе. Я улыбнулся, стараясь скрыть свою растерянность. — Не могу сказать, что нашел ту самую, — ответил я, оборачиваясь к остальным. — Но кто знает, что приготовила судьба? Мы не только давали концерты, но и изрядно веселились. Каждый город, где мы оказывались, становился для нас новым приключением. Нью-Йоркские бары манили нас огнями и неоновыми вывесками. Мы часто заходили в самые популярные заведения, где играла живая музыка, а толпы людей заполняли танцпол.. Лондонские клубы с их атмосферой загадочности и истории поглощали нас целиком. Мы танцевали до утра, забывая обо всём, кроме ритма музыки и веселья вокруг. Ятен часто исчезал в толпе, находя себе компанию на вечер. Он наслаждался вниманием и обожанием, которое ему оказывали. Я помню, как однажды увидел его, окружённого поклонницами, с искрящейся улыбкой на лице. Он жил в этот момент, забывая о всех заботах и проблемах. В Лос-Анджелесе вечеринки были чем-то особенным. Мы посещали дома знаменитостей, где каждый вечер превращался в незабываемое событие. Одну из таких вечеринок я запомнил особенно хорошо. Мы с Тайки и Ятеном приехали в огромный особняк на Голливудских холмах. Огни города мерцали внизу, а мы поднимались по ступеням, ведущим к бассейну, вокруг которого собрались все гости. Музыка играла громко, смех и разговоры заполняли воздух. Мы прыгнули в бассейн, не раздумывая, одежда промокла насквозь, но нас это нисколько не волновало. В те моменты казалось, что мир принадлежит нам. Ятен вел совсем не целомудренный образ жизни. Он наслаждался вниманием поклонниц и не упускал случая завести новое знакомство. Я часто наблюдал, как он покидает вечеринку с очередной красавицей, зная, что завтра мы снова погрузимся в турне. Он искал свободу и забвение, стремясь уйти от своих мыслей и переживаний. Я понимал его, ведь сам пытался забыть Куколку, но не мог. Мы часто переписывались, и каждое её сообщение согревало моё сердце. Переписка с Усаги: Усаги: "Сейя, у меня сегодня был ужасный день... Мамуро так занят, что мы даже не можем поговорить нормально." Сейя: "Куколка, не грусти. Хочешь, расскажу, как я пытался произнести 'круассан' по-французски и чуть не подавился?" Усаги: "Ха-ха, Сейя, ты всегда умеешь поднять мне настроение! Спасибо, я так скучаю по нашим разговорам..." Сейя: "Я тоже скучаю, Куколка. Но помни, что ты всегда можешь на меня рассчитывать." Когда я узнал, что она собирается замуж, это было как удар под дых. Всё произошло в одном из наших гостиничных номеров в Париже. Её сообщение пришло неожиданно, словно молния среди ясного неба. Усаги:"Сейя, я хотела бы, чтобы ты узнал первым... Мамору сделал мне предложение. Я согласилась." Я застыл, глядя на экран. Руки задрожали, сердце колотилось так сильно, что я боялся, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я смог набрать ответ. Сейя:"Куколка, я рад за тебя. Ты заслуживаешь счастья. Но знай, что я всегда здесь для тебя, если тебе нужно будет поговорить." Каждое слово отдавало болью в груди, словно я писал приговор самому себе. Я не мог смотреть на других девушек — её каждое сообщение держало меня на коротком поводке, не давая дышать. Через несколько дней я попытался забыться, снова погружаясь в ночную жизнь с Ятеном, надеясь, что музыка и огни ночного города заглушат эту боль. Но Тайки всегда был рядом, напоминая, что у нас есть миссия, что мы здесь ради нашей музыки и ради тех, кто верит в нас. Каждое утро начиналось с её образа перед моими глазами, и эта внутренняя борьба стала невыносимой. Я твердил себе, что смогу её забыть, что найду в себе силы жить дальше. Но стоило прочитать очередное признание или даже короткое сообщение, как всё возвращалось на круги своя. Она была тем ярким светом, который разрывал мою тьму, и сколько бы я ни пытался, отвернуться от неё я просто не мог. — Тайки, Ами здесь! — воскликнул я, показывая на девушку с синими волосами, которая держала огромный букет цветов. Тайки замер на мгновение, а затем его лицо озарилось искренней улыбкой. — Ами, рад тебя видеть. Ты была великолепна в Лондоне на конференции, — сказал он, обнимая её. Их теплое объятие вызвало у меня улыбку. Минако, сияющая звезда экрана, стояла в окружении поклонников, раздавая автографы и охотно позируя для фотографий. Она выглядела на седьмом небе от счастья, но когда их взгляды с Ятеном пересеклись, её глаза вспыхнули чем-то непонятным, но очень личным. — Ого, смотрите, кто к нам вернулся, — начала она с насмешливой интонацией. — Ятен, не знала, что в турне ты решил стать модным экспертом. Твой шарф — просто отпад! Кажется, я видела такой же в женском журнале на прошлой неделе. Очень стильный выбор, правда, для девушек. Ятен закатил глаза, и, сняв шарф, парировал: — Привет, Минако. Рад, что ты заметила. Хочешь, одолжу тебе для твоего следующего шоу, а то боюсь твоих гонораров пока не хватает на такие покупки? Её губы тронула язвительная улыбка, глаза блеснули вызовом: — Кстати, у нас в сериале появилась вакансия на роль друга-гея. Ты просто идеально подошёл бы. С этим шарфом ты будешь не хуже меня сиять на экране. Ятен стиснул челюсти, но не дал себе сорваться. — Рад за твоё шоу, Минако, — голос его был напряжён, но сдержан. — Но боюсь, на экране я затмлю тебя своей красотой. Минако засмеялась, её смех был заразительным и искренним. Ятен пытался держаться, но уголки его губ предательски дрогнули, выдавая лёгкую улыбку. В этот момент я увидел ЕЕ. Моя Куколка. Она стояла рядом с Мамору, держа его за руку, но её голубые глаза смотрели прямо на меня. — Сейя, — произнесла она тихо. За год, что мы не виделись ее взгляд потускнел. От счастливых искорок не осталось и следа. Моё сердце сжалось. — Куколка, — ответил я, подойдя ближе и обняв её сдержанно, как только мог. — Я рад тебя видеть. Она улыбнулась. — И я тебя, Сейя. Год – это слишком долго, - она капризно поджала губки. — Поздравляю с предстоящей свадьбой, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал искренне. — Спасибо, Сейя, — ответил Мамуро, не глядя мне в глаза. — Куколка, ты такая серьезная, будто собираешься на прием к королеве. Улыбнись, наконец! — сказал я, стараясь вносить немного легкости в эту тяжёлую атмосферу. Её смех, словно бальзам для моей души, растопил холодное пространство вокруг. Это был самый сладкий звук, который я слышал за долгое время. — Ты всегда умел поднять мне настроение, — прошептала она, её глаза блестели от смеха. После интервью и фотографий мы наконец могли немного отдохнуть. Куколка пригласила нас на ужин в их с Мамору квартиру. — Приходите вечером. Мы устроим небольшую вечеринку, — сказала она, улыбаясь. — Мамору и я будем рады видеть всех. Мако уже готовит что-то потрясающее! А то наверное только бургеры ели в Америке. Мамору взглянул на неё с лёгким удивлением, но остался молчаливым. Я заметил это, но решил не углубляться в свои размышления. В воздухе повисло напряжение, как будто невидимая завеса окутала нас. Воспоминания о переписке с Усаги нахлынули, как стремительная волна. Год разлуки был настоящим испытанием для нас обоих. Я пытался забыть её, но каждое её сообщение будило во мне воспоминания, словно сердце снова начинало трепетать. Переписка с Усаги: Усаги: "Сейя, сегодня я снова поссорилась с Мамуро. Он так занят своей работой, что у нас почти не остаётся времени друг для друга." Сейя: "Куколка, ты заслуживаешь большего. Почему бы тебе не устроить себе день отдыха? Погуляй, сходи в кино или просто почитай книгу." Усаги: "Спасибо, Сейя. Ты всегда знаешь, что сказать, чтобы поддержать меня. Я скучаю по нашим разговорам." Сейя: "Я тоже скучаю по тебе, Куколка. Помни, что я всегда здесь для тебя." Мы сели в машину, и шофер направился в сторону дома. Я заметил, как Усаги взглянула на меня с такой грустью, что это было почти осязаемо, но она быстро отвела взгляд, чтобы не привлечь внимание Мамору. Мне хотелось спросить её, как она себя чувствует, но я понимал, что это может вызвать ненужные подозрения. Мы увидимся сегодня вечером...