Не так страшен черт, как его малюют.

- Можно теперь мне? - внезапно разохотился Вэнь Нин, видимо, первое чтение придало ему уверенности в себе. И это было хорошо. - Только не торопись, хорошо? - внимательно посмотрела на младшего брата Вэнь Цин. - Я буду стараться, цзецзе. Цюнлинь взял книгу в руки и зашуршал страничками, ища нужное место. Наконец найдя, он вдохнул в грудь воздух и начал чтение. "Глава 81. Преданность. Часть третья. Вэй Усянь одним движением сложил бумагу и убрал за пазуху, затем с притворным удивлением произнёс: — Мне не показалось? У тебя всё-таки не исчезли духовные силы! Мои поздравления. Вот только… осмелюсь спросить, если ты не вынашивал никаких подлых замыслов, зачем скрыл ото всех тот факт, что духовные силы всё ещё при тебе? - Точно попался, - фыркнул Цзян Чэн. - И причём весьма наглядно. - Это точно, Цзян-сюн, - согласился с ним Не Хуайсан. - И правда, к чему скрывать правду, если не имеешь дурных намерений? - удивилась Цинь Су. Разумеется, нотные листки вовсе не являлись вырванными страницами из «Собрания Смятения», добытыми из Башни Золотого Карпа. То была запись необычной мелодии, сыгранной Цзинь Гуанъяо, которую Лань Ванцзи написал от руки в комнате запрещённых книг. Тогда они отдали один лист Лань Сичэню, чтобы провести сравнение, а два листа Вэй Усянь припрятал за пазухой и забрал с собой. Теперь же они весьма удачно пригодились, чтобы ввести Су Шэ в заблуждение и заставить занервничать. Ранее Вэй Усянь также намеренно отпускал в его адрес язвительные насмешки, чтобы раз за разом вызывать у Су Шэ раздражение, и в конце концов им с Лань Ванцзи удалось-таки вывести его из состояния равновесия. В итоге, даже без намёков Вэй Усяня, Лань Ванцзи внезапно атаковал Су Шэ, и тот раскрыл себя. - Ты кого угодно заставишь поверить, - беззлобно фыркнул Цзян Чэн, немного жалея, что нельзя пихнуть братца в бок. - Значит, признаёшь мой талант? - хихикнул Вэй Ин, показав ему кончик языка. - Сянь-Сяню снова три годика? - улыбнулась Цзян Яньли. - А вроде говорил, что взрослеешь. - Никогда не знаешь, что может пригодиться, да, Вэй-сюн? - лукаво прищурился Не Хуайсан. - Однозначно, Не-сюн. Из старейшины Илин и Ханьгуан-цзюня выходит хорошая команда. - Это точно, - согласился с ним Сюэ Ян. Заклинатели моментально бросились врассыпную от Су Шэ. Хотя, по правде говоря, нужды в этом не было — Лань Ванцзи обращался с оружием также, как Вэй Усянь со словами — постепенно загонял противника в угол, не оставляя места для манёвра. Су Шэ пришлось сражаться в полную силу лишь для того, чтобы не уступать противнику. Он прыжками отступил к краю ступеней и, опустив взгляд, увидел под ногами красные линии магического поля. Взгляд Лань Ванцзи сделался суровым, Вэй Усянь подумал: «Плохо дело! Он вознамерился нарушить только что восстановленное магическое поле!» - Разбегаются, как тараканы от сапога? - невинно похлопал глазами Сюэ Ян, заставив слушателей подавиться смешками. - Невежливо так говорить о людях, А-Ян, - пожурил его Сяо Синчень. - Надо было по башке дать, чтобы прилёг и не вонял, - градус невинности в глазах Чэнмэя стал ещё больше. - А то всё в благородство играем, хотя камень или палка всегда свою жертву найдут. - Конфетку? - со вздохом предложил Сун Лань, добиваясь ослепительной улыбки. Надо же как-то угомонить это мелкое чудище? - Ян-Ян, в перерыв - на тренировку, - сообщил Вэй Ин. - Тридцать кругов вокруг поля, потом учить иероглифы. Задание понятно? - Да, учитель! И действительно — Су Шэ прокусил кончик языка, набрал в рот крови и сплюнул на землю, кровавыми брызгами перекрывая и без того нечёткий и потемневший рисунок на земле. Лань Ванцзи больше не мог тратить время на сражение. Он порезал левую руку о сияющее лезвие Бичэня и попытался восстановить поле. Су Шэ, пользуясь моментом, вынул талисман и швырнул его на землю. В воздух взметнулся дым от синего пламени. Талисман перемещения! Могильщик, которого они повстречали на кладбище клана Юэян Чан, был отлично знаком со стилем фехтования Ордена Гусу Лань. Су Миньшань, будучи бывшим адептом Гусу Лань, как нельзя лучше подходил под это условие. Су Шэ и являлся человеком с лицом, закрытым туманом, что много раз вставал у них на пути! - Извините, - на всякий случай решил извиниться Су Шэ. - А-Чэн, я был не прав, - с чувством произнёс Вэй Ин, получив подозрительный взгляд от брата. - Верблюд - не ты, а глава Молин Су! Слушатели дружно грохнули, и на некоторое время в зале был слышен только смех. - Господин Вэй, а вас не волнует, что вы заодно нашли и могильщика, вставлявшего вам палки в колёса в деле со сбором "дражайшего друга"? - вежливо уточнил Лань Сичень. - Сичень-гэ! - возмутился Не Хуайсан. - Я только про это забыл, а ты снова напомнил! - Все мы там рано или поздно будем, - потрепал братишку по голове Не Минцзюэ. - В твоём случае, дагэ, уж лучше поздно! Вэй Усянь присел рядом с Лань Ванцзи. — Ну как? Лань Ванцзи обрисовал пальцем, с которого стекала кровь, линии магического поля и покачал головой. Свежая кровь полностью перекрыла и тем самым разрушила первоначальное заклятие, восстановить его не представлялось возможным. Вэй Усянь взял Лань Ванцзи за руку и стёр следы крови и грязи своим рукавом. — Если это не подействует, нет смысла пытаться. Сияние магического поля зарябило, что свидетельствовало лишь об одном: оно вот-вот исчезнет. Адепты Ордена Молин Су совершенно растерялись — видимо, Су Шэ не сказал им, что играл неправильную мелодию, а также не сообщил способ избежать потери духовных сил. Иными словами, в первоначальном плане предполагалось, что адепты Ордена Молин Су, так же, как и все остальные, должны были умереть. - Сколько же лет может быть такому полю? - призадумался Вэнь Жохань. - Пять десятков, а может, и больше, - предположил Лань Цижэнь. - Но пользовался ли этим магическим полем сам старейшина Илин? - спросил Ли Шэнг. - Как вариант, он мог им воспользоваться, когда впервые попал на Луаньцзан, - задумчиво ответил Вэй Ин. - Надо же ему было где-то ночевать, не среди трупов же? Впрочем, гадать мы можем долго, а как на самом деле - неизвестно. - Вероятно, изначальное заклятие было очень старым, раз кровь разрушила его, - покачал головой Мэн Яо. - А почему тогда оно не разрушилось, когда учитель Лань поправлял магическое поле своей кровью? - возразил Не Хуайсан. - Потому что он дописывал полустёртые символы, а не вносил изменений, - заметил Лань Чжань. - Но пустить под нож и свой собственный Орден? - Оуян Чанмэй не понимал этого. - Кем же надо быть, чтобы предать верных тебе людей? Опасаясь, что другие заклинатели, преисполнившись ненависти к Су Шэ, обрушат свою ненависть на его учеников, адепты Ордена Молин Су сбились в кучу и прижались друг к другу. Но пещера Фумо уже заполнилась эманациями ужаса — никто даже не думал мстить Ордену Молин Су. Главы кланов, схватив сыновей, принялись наставлять: — Когда мертвецы нападут, спасай свою жизнь. Найди способ выбраться наружу. Что бы ни случилось, ты должен выжить! Ты всё понял?! Услышав это, Цзинь Лин ощутил, как неприятно сжалось сердце: в душе он ждал, что дядя тоже скажет ему что-то подобное. Однако так и не дождался от Цзян Чэна даже намёка, потому, не сдержавшись, наградил того внимательным взглядом. И, видимо, так старался, что Цзян Чэн, наконец, повернулся. Мгла на его лице чуть рассеялась, но брови остались сведёнными. - Да кому надо им мстить, если все в одной лодке? - покачал головой кто-то из глав мелких орденов. - Вполне закономерный совет, дети должны выжить, - одобрительно кивнул Цзян Фэнмянь. - А вот дети с тобой явно не согласятся, глава Цзян, - усмехнулся Вэнь Жохань. - Особенно после услышанного в книге, - проворчал себе под нос Цзян Чэн. - А-Чэн, что же ты ничего А-Лину не говоришь? - слегка пожурила брата Цзян Яньли. - Не предостерегаешь, как другие? - Сомневаюсь, А-Ли, что наш вредный племянник так уж послушается наставлений дядюшки, - хмыкнул Вэй Ин. - Это не повод совсем не давать советов, - заметил Цзинь Цзысюань. Он спросил: — Что у тебя с глазами? Цзинь Лин, помолчав, недовольно бросил: — Ничего! Вэй Усянь оторвал лоскут чистой ткани от рукава, прочистил и перевязал рану на ладони Лань Ванцзи. Неожиданно со спины к нему приблизилась фигура с мечом, явно собираясь атаковать. Лань Ванцзи сложил пальцы правой руки для щелчка, раздался звон металла, и кончик меча, так неосмотрительно направленный на Вэй Усяня, оказался отбит в сторону. Вэй Усянь, оглядевшись, простонал: — Ну почему снова ты? - Даже интересно, в кого бы у ребёнка такой сердитый характер? - хихикнул Сюэ Ян. - Да все и так уже в курсе, в кого, - заметила А-Цин. - В дядю! - Ничего, у него теперь будут любящие родственники, которые исправят характер, - хмыкнула Цзинь Ливэй. - Ай-яй-яй, какой нехороший человек нападает со спины на старейшину Илин? - фыркнул Вэй Ин. - Ничего, Ханьгуан-цзюнь никому не позволит причинить ему вред, - заявил Лань Чжань. - Да я не сомневаюсь, Лань Чжань. - Кажется, несостоявшегося нападающего узнали, - сказал Цзян Чэн. Даже одним пальцем Лань Ванцзи заставил нападавшего отступить на несколько шагов и повалиться на землю. То оказался И Вэйчунь. Его глаза налились кровью. Не выпуская меч из рук, мужчина воскликнул: — Вэй Усянь, я не верю ни единому слову, сказанному тобой! Вэй Усянь произнёс: — Истина окончательно прояснилась, Су Шэ сбежал, с горящим духовной силой мечом наперевес. Чему ещё тут можно не верить? И Вэйчунь вновь бросился в атаку с рёвом: — Я не верю! Что бы ты ни говорил, я этому не верю! Жажда мести способна застить человеку глаза настолько, что он в жизни не пожелает признать что-то, хоть на мгновение оправдывающее своего врага. - Вот-вот, истина стала известной, - надул губы Вэй Ин. - Что здесь может быть неясного, если виновник сам показал своё настоящее лицо? - Некоторые желают оставаться слепцами, - насмешливо заметил Не Минцзюэ, заставив некоторых заклинателей испытать стыд. - И их не убеждает даже талисман перемещения, - сказал Лань Чжань. - Может, ему ноги переломать, этому твердолобому упрямцу? - призадумался Цзян Чэн. - А-Чэн, надо быть добрее к людям, - укоризненно посмотрела на брата Цзян Яньли. - Ноги - не хребет, рано или поздно срастутся кости, сестра. - Кажется, это И Вэйчунь совсем не хочет видеть истину, - вздохнул Чан Пин. - Ну, со всеми бывает, - кивнула Ло Цинъян. Внезапно впереди раздался полный нечеловеческого ужаса крик: — Исчезло! — Поле исчезло! — Они прорвались! Вэнь Нин голыми руками отбросил прочь целый ряд лютых мертвецов в изодранных одеждах. Но поскольку он по-прежнему сражался в одиночку, потерявшую защитный заслон в виде кровавого магического поля пещеру Фумо заполнили мертвецы, чёрной волной хлынувшие внутрь. Жуткая вонь разлагающейся плоти и рёв озверевших мертвецов в одно мгновение заполнили пространство пещеры! - К чему мстить, если есть опасность пострашнее старейшины? - удивился Чан Пин. - Ага, очень много мертвецов, - согласился с ним Оуян Чанмэй. - Которые уж точно не станут делить всех на своих и чужих, а нападать на любого, - кивнул Ли Шэнг. - А Призрачный Генерал молодец, - одобрительно сказал Не Минцзюэ. Вэнь Нин смутился и на несколько фэнь прикрылся книгой, чтобы успокоиться от похвалы. - Здесь любая помощь пригодится, с такой-то толпой мертвецов, - нахмурилась Вэнь Цин. Цзинь Лин никогда в жизни не видел такое множество лютых мертвецов, да к тому же столь близко. Холодок страха неудержимо пробежал по его коже. Он крепко сжал рукоять Суйхуа, но вдруг почувствовал, как кто-то разжал его ладонь и впихнул туда что-то холодное, почти ледяное. Опустив голову, он растерянно произнёс: — Дядя? Цзян Чэн поднялся, сжимая в руках потерявший силу Саньду, слегка пошатнулся и произнёс: — Ты не представляешь, что я с тобой сделаю, если только посмеешь потерять Цзыдянь! - Ноги переломает? - предположил с невинным видом Сюэ Ян. - Всё возможно, - фыркнул Цзян Чэн. - Как-никак, семейная реликвия, - хмыкнула Юй Цзыюань. - Саньду Шеншоу заботится о своём племяннике, - слегка поддразнил брата Вэй Ин. - Грозный ёжик. - А по шее, А-Сянь? - И это хорошо, что заботится, - улыбнулась Цзян Яньли. Лань Сычжуй, Лань Цзинъи и ещё несколько юношей бросились вперёд с мечами, выкрикивая: — Призрачный Генерал! Мы идём на помощь! Глава Ордена Оуян не мог удержать сына, но и подняться на ноги не сумел, лишь взревел: — Цзычжэнь, вернись! Оуян Цзычжэнь, возбуждённо размахивая мечом, обернулся и крикнул: — Отец, не волнуйся! Я смогу тебя защитить! Однако стоило парню обернуться, как к его шее потянулась высохшая растопыренная рука мертвеца. Глава Ордена Оуян, охваченный ужасом, закричал, срывая голос: — Цзычжэнь!!! В зале тут же раздались шлепки, когда ладонь встречается с лицом. - Цзычжэнь! - воскликнул Оуян Чанмэй. - Кто, блин, отвлекается во время боя? - закатил глаза к потолку Цзян Чэн. - Цзинь Лин, - любезно напомнил ему Вэй Ин. - И без тебя помню. Главы Орденов выразительно смотрели на своих адептов, намекая им, что если они совершат такую глупость, будут строго наказаны. - Из тренировок вылезать не будете, - сообщила Юй Цзыюань. - Услышали, оболтусы? - Да, госпожа Юй! - тут же закивали адепты Юньмэн Цзян, зная, какая тяжёлая у неё рука и как метко она орудует Цзыдянем. Жизнь юноши висела на волоске, но внезапно чей-то меч отсёк протянувшуюся руку. Лань Цижэнь, схватив Оуян Цзычжэня за шиворот, отшвырнул его обратно в толпу заклинателей, а сам повёл группу мечников Ордена Гусу Лань в бой. Он достаточно долго отдыхал, чтобы восстановить физические силы. Стиль фехтования Лань Цижэня, яростный и безжалостный, прямо-таки заставил многих вытаращить глаза от потрясения. Лань Сычжуй, сражаясь словно лёгкий ветер, вдруг услышал за спиной звон металла — кто-то помог ему отразить атаку со спины. Юноша удивлённо спросил: — Молодой господин Цзинь, и вы тоже здесь? - Я и не сомневался в этом, - проворчал Цзян Чэн. - Уж больно знакомое шило у него имеется. - От Саньду Шеншоу перенял, - показал брату язык Вэй Ин. - А такое ощущение, что от старейшины Илин, - хмыкнул Цзинь Цзысюань. - Так они вместе росли! К тому же, старейшина Илин тринадцать лет отсутствовал. Вау, учитель Лань, вы и так умеете? - Задержался бы на учёбе, ещё и не такое увидел, - приосанился Лань Цижэнь, довольный похвалой книги. - Дядя очень хороший мечник, - заметил Лань Чжань. - Только редко это демонстрирует, - кивнул Лань Сичень. Оказалось, что Цзинь Лин, увидев, как остальные его сверстники бросились сражаться, всё-таки не выдержал. Стоило Цзян Чэну отвлечься, и тот, впихнув ему Цзыдянь, выбежал из толпы и ворвался в самую гущу событий у входа в пещеру Фумо. Цзян Чэн погнался за ним, сделал несколько шагов и пару раз взмахнул мечом, но ощутил, что Саньду словно потяжелел на тысячу цзиней. Слева и справа к нему бросились две мёртвые девушки. Цзян Чэн выругался и вновь поднял меч, однако тут пара рук разорвала мертвецов на части. Раздался голос: — Глава Ордена Цзян… - Куда без Цзыдяня? - дёрнулся на своём месте Цзян Чэн. - Успокойся, А-Чэн, это всё в книге, - погладила брата по руке Цзян Яньли. - И после этого спрашивают, почему старейшина Илин не носил с собой меч, - фыркнул Вэй Ин. - Без духовных сил-то орудовать им тяжело! - Да уже поняли, - заметил Цзинь Цзысюань. - Иногда полезно лишний раз напомнить, - сказал Не Хуайсан. - Ты бы так в Облачных Глубинах учился, - беззлобно проворчал Не Минцзюэ. Услышав его, Цзян Чэн разъярился ещё сильнее. Он оттолкнул Вэнь Нина ногой в сторону и выругался: — А ты, мать твою, отвали с дороги! — Затем снова взревел: — Цзинь Лин!!! Лань Цзинъи, содрогнувшись от крика, окликнул: — Вернись-ка ты в пещеру! Не то твой дядя сейчас кого-нибудь сожрёт. Цзинь Лин даже не взглянул в сторону Цзян Чэна, который орал ещё страшнее, чем лютые мертвецы. Лишь бросил в ответ: — Сам вернись! - Простите, молодой господин Вэнь, - извинился перед ним Цзян Чэн. - Ничего, наследник Цзян, со всеми бывает, - заметил Вэнь Нин. - Что же Саньду Шеншоу так страшно кричит? - сделал удивлённое лицо Вэй Ин, и в него тут же полетела подушечка. - Иди ты к яогуям, умник. - Не хочу, тем более они всё равно убегут. Что я, должен за ними гоняться? - Мальчики, не ссорьтесь, - напомнила им Цзян Яньли. - А мы и не ссоримся, сестра! Отец Оуян Цзычжэня смог удержать сына лишь ненадолго, тот снова вырвался прочь с воплем: — Ого, я впервые вижу, как Учитель Лань Цижэнь орудует мечом! Оказывается, он отличный фехтовальщик! Лань Цзинъи громко заявил: — Как же иначе! А вы думали, кто был учителем основ фехтовального искусства Ханьгуан-цзюня и Цзэу-цзюня, пока им не исполнилось шестнадцать? Глава Ордена Оуян, несмотря на потерю духовных сил, взмахнул мечом и закричал остальным заклинателям, которые отупело сидели в пещере: — Чего ждёте? Если не уничтожим мертвецов, нам одна дорога — смерть. Даже наше младшее поколение сражается, а вы чего расселись? - Значит, ваш дядя учил вас фехтованию? - с интересом посмотрел на любимого Вэй Ин. - Да, он был нашим первым учителем, - улыбнулся Лань Сичень. - А моим первым учителем был отец, - криво усмехнулся Не Минцзюэ. - Жаль, что не всё успел мне передать. - Надо же, глава Оуян, как смело вы бросаетесь в бой, - заметил Не Хуайсан. - Не можем же мы оставить детей сражаться одних с этими мертвецами, - даже немного приосанился Оуян Чанмэй, польщённый похвалой. - Да уж, тут проще объединиться, чем действовать каждому самому по себе, - заметила Ло Цинъян. - Это точно, - согласилась с подругой Цинь Су. Воодушевлённые битвой юношей, остальные принялись мало-помалу обнажать оружие и, собрав жалкие остатки духовных и физических сил, присоединились к битве. Постепенно толпа мертвецов, хлынувшая снаружи, заметно поредела — теперь это уже не была та бескрайняя волна, среди которой яблоку негде упасть. А спустя час мертвецов стало ещё меньше. Ситуация наконец поменялась в пользу заклинателей! И когда Лань Ванцзи разрубил надвое последнего бросившегося к нему мертвеца, в пещере Фумо уже высились горы тел, а кровь текла рекой. Каждого заклинателя покрывала чёрно-кровавая высохшая кровь. Грудь заполнял запах крови, столь резкий, что почти невозможно было дышать. Страшная битва завершилась, и многие от усталости просто повалились на землю, подобно мертвецам, не в силах подняться. Лишь несколько глав орденов и полные духовных сил юноши с трудом, но могли стоять на ногах и держать меч. - Наконец-то начали действовать! - закатила глаза к потолку Цзян Жусинь. - И то лишь потому, что это первыми сделали дети, - согласился с ней Вэнь Жохань. - Уже и мечи не так тяжелы, - фыркнул кто-то из стариков. - Надо ведь защитить и детей, и свою жизнь, - усмехнулся Не Минцзюэ. - Не отказался бы тоже порубить много мертвецов. - Тебе лишь бы повоевать, дагэ, - вздохнул Не Хуайсан. - Похоже, всем пришлось выложиться по полной, - заметила Ло Цинъян. - Ну ещё бы, если не трепыхаться, мигом закусят нерасторопным, - сказала Вэнь Цин. - Уж сколько таких покусанных приходилось латать? - Хорошо хоть живы остались, - заявил Сун Лань. Лань Цзинъи с побледневшим лицом произнёс, глядя перед собой: — Я… я никогда не убивал стольких ходячих мертвецов… в одиночку я… прикончил больше тридцати, нет, больше сорока… Оуян Цзычжэнь вторил: — Я… тоже… Юноши попадали на землю, будто сговорившись. И не желали больше вставать. Цзян Чэн с огромным трудом добрался до Цзинь Лина, схватил того одной рукой и заорал: — Ты не ранен?! Цзинь Лин тяжело дышал, во рту всё ещё не исчез привкус железа. Юноша ответил: — Нет, я… Цзян Чэн тут же одним ударом отправил племянника на землю и принялся бранить: — Нет?! Не ранен, так я пораню тебя сам, чтобы ты навсегда запомнил! Паршивец, для тебя мои слова — что ветер в поле? - Орать на нашего племянника совсем не обязательно, - демонстративно сделал вид, что прочищает ухо, Вэй Ин. - Он тебя и так прекрасно слышит, чай, не глухой. - Ну ты же знаешь, что наш А-Чэн так проявляет беспокойство, - сказала Цзян Яньли. - И вообще, пусть радуется, что вышел из этой ситуации относительно целым и невредимым, - фыркнул Цзян Чэн. - Нехило каждый из ребят помахал мечом, - удивлённо покачал головой Цзинь Цзысюань. - Мы сейчас и то меньше на "ночных охотах" убиваем мертвецов. - И правда жаль, - взгрустнул Не Минцзюэ, которых обожал битвы, но на охотах не мог как следует поработать саблей, как противники уже кончались. - Это да, - согласился с ним Вэнь Жохань, имевший ту же проблему. - Что уж поделаешь, не всем так везёт с количеством противников. Ударив Цзинь Лина, Цзян Чэн, однако, и сам не устоял. Он тяжело сел на землю, хватая ртом воздух, и переместил взгляд на двоих находящихся ближе остальных к выходу из пещеры Фумо. Оба, и Вэй Усянь, и Лань Ванцзи, выглядели ужасно. При этом одежды Вэй Усяня, будучи изначально чёрного цвета, не так сильно бросались в глаза. Что до белых одеяний Лань Ванцзи, они окрасились в сплошной чёрно-красный, без единого проблеска белизны. Картина поистине пугающая. Из всего некогда чистого наряда лишь лобная лента, несущая на себе особый смысл, осталась почти незапятнанной. Лань Ванцзи сжимал в руках Бичэнь, который по-прежнему сохранял ровное сияние духовной силы. Заклинатели впервые видели Ханьгуан-цзюня в столь неподобающем виде, но сейчас никто и не подумал заострить на этом внимание. - Ну ещё бы, это же Ханьгуан-цзюнь, - беззлобно сказал Цзян Чэн. - Не то, что Лань Цзинъи, а образец для подражания. - Тут любой предпочтёт промолчать, чтобы не получить холодный взгляд, - хихикнул Не Хуайсан, прикрывшись веером. - Но и Саньду Шеншоу многозадачен, успел и племяннику дать подзатыльник, и сам прилечь рядом, - заметил Лань Чжань. - А-Сянь, зачем ты научил его шутить? - Ничего не знаю, он сам научился, - изобразил невинность Вэй Ин, тихо прыснув в кулак. - Ну да, после боя, если бы не лобная лента, я бы точно засомневался, где он, а где старейшина Илин, - улыбнулся Лань Сичень. - Белый - самый маркий цвет, - согласно кивнул Сяо Синчень. - Только тёмное и спасает. Кто-то проговорил: — Значит… кончено? Услышав вопрос, люди подумали: Вот уж точно — уму непостижимое чудо. Не Хуайсану удалось-таки выжить в подобной битве, да ещё остались силы на разговоры. Ни у кого не было сил ему отвечать, а он сам, кажется, готов был расплакаться от радости. — О, небеса всемогущие! Наконец-то мы расправились с ходячими мертвецами! В том, что мы выжили в подобном положении, избежали страшной участи, поистине заслуга благословения наших прародителей! - Незнайка ты наш, - хихикнул Вэй Ин. - Зато живой, Вэй-сюн, - хмыкнул Не Хуайсан. - Не по мне все эти битвы. - Ну да, как же я мог об этом забыть? Главное - иметь при себе веер. - Значит, не так уж безнадёжен, - Не Минцзюэ тут же растрепал брату волосы. - Дагэ, ты опять испортил мне причёску! Слушатели снова посмеялись на его возмущениями. Поддавшись его настрою, юноши тоже возликовали, и постепенно к ним присоединялись остальные. Посреди всеобщей радости кто-то среди адептов Ордена Гусу Лань негромко воскликнул: — Учитель! Затем раздался голос Лань Цижэня: — Не нужно меня поддерживать! Лань Ванцзи взглянул на учителя и увидел, как тот откашлялся кровью, помахал рукой и сел на землю в позу для медитации, приводя в порядок дыхание. - Упрямство ты явно от дяди унаследовал, - шепнул на ухо жениху Вэй Ин. - Он много чего мне передал, - заметил Лань Чжань. - Негоже отказываться от помощи, - усмехнулся Вэнь Жохань. - Особенно если предлагают от чистого сердца. - После такой битвы не грех и порадоваться, - закивал Сюэ Ян. - Правда, учитель? - Однозначно, Ян-гэ, - согласилась с ним А-Цин. - Главное, что справились, А-Ян, А-Цин. Лань Ванцзи молнией оказался подле Лань Цижэня, ощупал пульс и уже вознамерился передать духовные силы, когда Лань Цижэнь возразил: — Не нужно! Пока мои собственные силы не восстановились, это будет лишь бессмысленной тратой. Лань Ванцзи убрал руку и поднялся. Несколько приглашённых заклинателей по привычке обратились к нему: — Ханьгуан-цзюнь, что нам делать? Лишь после они осознали, что подобное Лань Цижэнь мог счесть неподобающим поступком. Однако тот как раз закрыл глаза и погрузился в медитацию, восстанавливающую дух, и, кажется, не обратил внимания на вопрос. - И всё же Ханьгуан-цзюнь уважает дядю, - хмыкнул Вэнь Жохань. - Мои племянники ценят семью, - напыжился Лань Цижэнь. - Не только они, все ценят семью, - заметил Оуян Чанмэй. - И Ханьгуан-цзюня уважают, несмотря на то, что он сейчас со старейшиной Илин, - кивнул Вэй Ин. - Он ведь обещал всегда быть на его стороне, - напомнил ему Лань Чжань. - Помню. Лань Ванцзи ответил: — Передохните немного, подсчитайте потери. Незамедлительно окажите помощь раненым. Он всегда обладал большим влиянием в Ордене Гусу Лань, и адепты, услышав его слова, как будто проглотили успокоительную пилюлю. Они немедленно ответили: — Есть! — Даже в голосе заметно прибавилось силы. Но никто не успел ничего сделать, когда Вэй Усянь внезапно воскликнул: — Тихо. Лицо его сделалось столь суровым, что заклинатели моментально замолкли. Несколько адептов, которые только что выкрикивали радостные восклицания, тоже замолчали один за другим и с беспокойством посмотрели на Вэй Усяня. В пещере Фумо стихли все звуки. - Нечасто можно увидеть Вэй-сюна таким серьёзным, - покивал головой Не Хуайсан. - Поэтому в таком состоянии его все слушаются, - хмыкнул Цзян Чэн. - Вам обоим стоит быть посерьёзней, - с иронией заметила Юй Цзыюань. - И помочь старшим адептам, когда у меня не будет возможности тренировать вас. - Хорошо, тётушка, как скажете, - вздохнул Вэй Ин. - Я рад, что несмотря на всё произошедшее, Ханьгуан-цзюню по-прежнему доверяют наши адепты, - улыбнулся Лань Сичень. - Мгм, - сказал Лань Чжань. - Что же такое услышал старейшина Илин? - спросил Цзинь Цзысюань. И в этой тишине контрастом явственно слышался иной звук. Он раздавался снаружи пещеры. Звук шагов по сухим ветвям и опавшим листьям. И не один, а множество, бесчисленное, бесконечное множество шагов. Теперь люди в пещере Фумо не осмеливались даже вздохнуть излишне громко. Их взгляды, в которых застыл ужас, направились к выходу из пещеры. Там, среди чёрных деревьев, что-то медленно покачивалось и шевелилось. Серо-чёрную массу трудно было рассмотреть, но по мере того как звучали шаги ног, волокущихся по земле, шатающиеся силуэты становились всё более отчётливыми. Вскоре показались мертвенно-бледные лица, иссохшие руки и даже угрожающий красно-жёлтый оскал зубов — всё это явственно предстало перед заклинателями. Очередная волна мертвецов. И теперь их было намного больше! - Ещё мертвецы? - взвизгнул Не Хуайсан, прячась за братом. - Трусишка, - беззлобно фыркнул Не Минцзюэ, но не стал вытаскивать его из-за спины. - Ну не всем же быть вояками, как ты, дагэ. - И их стало ещё больше, - покачал головой Цзинь Цзысюань. - Кажется, их влечёт на гору Тигриная печать? - нахмурилась Вэнь Цин. - А у кого она, кстати? - призадумался Цзян Чэн. - Кто бы знал, - пожал плечами Вэй Ин. - Но она точно не у старейшины. Только что в глазах людей забрезжила надежда, но уже спустя мгновения пещеру захлестнула волна отчаяния, которая накрыла каждого. Даже Цзинь Лина, Лань Сычжуя и остальных юношей. Их сердца сковал ужас, от которого волосы зашевелились на голове, а конечности онемели. Кто-то сразу потерял сознание, не в силах справиться с отчаянием, столь внезапно пришедшим на смену надежде. Кто-то, понимая, что оказался на пороге смерти, на месте разрыдался. Но никто так и не нашёл в себе сил, чтобы взять меч, подняться и вновь отправиться в бой. Даже если Вэнь Нин задержит мертвецов у входа, долго ли он продержится в одиночку? - Чего рыдать-то? - усмехнулся Вэнь Жохань. - Надо бороться до конца, пока есть силы. - Неужели совсем потеряли надежду? - удивлённо покачал головой Вэй Ин. - Даже мальчишки-ланята? - Ну, я их вполне понимаю, - со вздохом признал Оуян Чанмэй. - Старейшина Илин обязательно что-нибудь придумает, - с непоколебимой уверенностью заявил Лань Чжань. - Он-то придумает, - фыркнул Цзян Чэн. - Только вот не факт, что окружающим этот его план понравится. - Как ты хорошо меня знаешь, А-Чэн. - И иногда об этом жалею, потому что хочется превентивно запереть тебя дома! Внезапно прозвучал голос Вэй Усяня: — Ханьгуан-цзюнь! Лань Ванцзи обернулся к нему, и Вэй Усянь, тяжко вздохнув, сказал: — Я хочу кое-что сделать, — эти слова привлекли внимание других заклинателей. Вэй Усянь продолжил: — Ты со мной? Лань Ванцзи, не отрываясь, смотрел на него. С губ его слетело чёткое, решительное и бесповоротное: — С тобой. Вэй Усянь одарил его улыбкой и сбросил верхние одеяния. - Что ты задумал? - тут же нахмурился Цзян Чэн, ощущая холодок плохого предчувствия в районе затылка. - Предположение имеется, но пока озвучивать не буду, - криво улыбнулся Вэй Ин. - А то вдруг не угадаю. - Вэй Ин, - Лань Чжань внимательно посмотрел ему в глаза. - Что-то мне не по себе стало, - нервно хихикнул Не Хуайсан. - Не вам одному, молодой господин Не, - согласился с ним Мэн Яо. - А-Сянь, - Цзян Яньли с тревогой посмотрела на второго младшего братишку. - Всё будет хорошо, сестра. Под чёрными одеждами оказалась белая рубаха, которая уже окрасилась кровью, что не помешало Вэй Усяню поднести к груди окровавленную ладонь и начать вырисовывать по ткани узоры. Чем отчётливее становился узор, тем больше люди вокруг не верили своим глазам, словно увидели необыкновенное создание. Фан Мэнчэнь вскочил и потрясённо воскликнул: — Что ты собираешься делать? Вэй Усянь не удостоил его вниманием, а продолжил сосредоточенно рисовать. - Скажи, что это не то, о чём я думаю! - прищурился Цзян Чэн. - Даром чтения мыслей не обладаю, а ты думаешь много о чём, А-Чэн, - развёл руками Вэй Ин. - Но, скорее всего, движешься в верном направлении. - А-Чэн, А-Сянь? - с вопросом в глазах посмотрел на мальчишек Цзян Фэнмянь. - Есть большая вероятность, дядя Цзян, что старейшина Илин рисует на своей одежде Флаг, привлекающий духов. - А-Сянь! - воскликнула Цзян Яньли. - Со старейшиной Илин всё будет хорошо, пока с ним Ханьгуан-цзюнь. Честно. Когда он закончил, рубаха на его теле из простых нижних одежд превратилась в знамя. Знамя, способное сконцентрировать внимание всевозможных тёмных тварей на одном человеке — Флаг, привлекающий духов! Вэй Усянь и Лань Ванцзи встали рядом, поманив к себе Лань Сычжуя и остальных юношей. Молодёжь окружила их. Цзинь Лин тоже хотел подойти, но Цзян Чэн не позволил ему этого сделать. - Вэй Усянь! - сердито воскликнула Вэнь Цин. - А-Сянь! - ахнула Цзян Яньли. - Диди, - покачала головой Мо Тинг. - Ну чего вы так всполошились? - закатил глаза к потолку зала Вэй Ин. - Я же здесь, с вами, а то, что происходит в книге, ко мне отношения не имеет. Или вы не доверяете мастерству Ханьгуан-цзюня? На столь резонное замечание возразить было нечего. Вэй Усянь произнёс: — Когда вторая волна мертвецов ворвётся в пещеру, я уведу их к кровавому пруду. Ханьгуан-цзюнь будет уничтожать их. Это, — он похлопал себя по груди, — приманка для мертвецов, так что они вас не тронут. Не ввязывайтесь в бой, прорывайтесь наружу. Лань Сычжуй повысил голос, что случалось крайне редко, и воскликнул: — Так не годится! Мы ни в коем случае вам не позволим! - Жертвенный дурак, - выругался Цзян Чэн. - А у тебя есть другое решение, как спасти людей, если все сильно устали, а дети, у которых оставались духовные силы, истратили их на первую волну? - ответил ему упрямым взглядом Вэй Ин. - Нет? - Ненавижу, когда ты прав. - Ты прав гораздо чаще, и что, это тебя радует? - Я тебя в спарринге загоняю, дурак. Так и знай. - Да сколько угодно, А-Чэн. Глава Ордена Оуян давно бросил попытки удержать своего отпрыска, который вторил: — Учитель Вэй, мы тоже будем сражаться с мертвецами! Я могу сразить ещё сотню! Лань Цзинъи даже взялся снимать верхние одежды со словами: — Я тоже нарисую на себе флаг! Вэй Усянь, не в силах выразить нахлынувшие чувства, торопливо одёрнул его: — Ну хватит, бросьте дурачиться. Достаточно и одной приманки, а Ханьгуан-цзюнь поможет мне одолеть мертвецов, мы справимся. Не добавляйте нам проблем. - Вэй-сюн, как к тебе прикипели ланята и прочие адепты, - заметил Не Хуайсан. - Даже готовы сами стать приманкой для мертвецов. - Пока старейшину Илин зовут учителем, они обязаны выполнять его указания, Не-сюн, - хмыкнул Вэй Ин. - А им сказано не ввязываться в бой и пробиваться к выходу. - Ханьгуан-цзюнь защитит, - кивнул Лань Чжань. - Вэй Усянь, - Лань Цижэнь сжал переносицу, даже не зная, злиться или испытывать ужас от подобного решения этого жертвенного мальчишки. - Выживи. - Они приложат все усилия для этого, учитель Лань. Заклинатели в пещере Фумо теперь не знали, как встретиться лицом к лицу с подобной реальностью. Абсолютно каждый помнил, для чего используется Флаг, привлекающий духов. Но даже если кто-то решил своей плотью и кровью отвлечь толпу мертвецов, которая вот-вот ворвётся в пещеру, и тем самым променять свою жизнь на безопасность остальных, этим человеком… никак не должен был стать Вэй Усянь! Юноши хотели было возразить, но Лань Ванцзи не позволил. — Слушайте его. - Да уж, подобного точно не ожидаешь от Магистра Дьявольского культа, - вздохнул Ли Шэнг. - Чтобы он жертвовал собой, - согласился с другом Оуян Чанмэй. - Причём практически в одиночку, не считая Ханьгуан-цзюня. - Учитель, вы же выживете? - уточнил Сюэ Ян. - Старейшина Илин приложит к тому все силы, А-Ян, - кивнул Вэй Ин. - Но повторять не стоит, если не уверен, что осилишь. И если у тебя нет друга, которому веришь безоговорочно. Понял? - Понял, учитель. А то голову откусите? - Сладкого лишу. Так что не геройствуй. После он повернулся к Лань Цижэню и отвесил глубочайший поклон. Лань Цижэнь открыл глаза, но ничего так и не сказал. Лань Сычжуй взмолился: — Учитель Лань! Ханьгуан-цзюнь, он… он же… Лань Цижэнь бесстрастно ответил: — Делает то, что должен. Лань Сычжуй попытался сказать ещё что-то: — Но ведь!.. - Если уверены, действуйте, - кивнул Лань Цижэнь. - И выживите, оба. - Конечно, учитель Лань, - дёрнул уголком губ Вэй Ин. - Нам ведь ещё этих подростков учить. - Ханьгуан-цзюнь не подведёт, - коротко поклонился Лань Чжань. - Не знаю, смог бы сделать из себя приманку, - покачал головой Не Минцзюэ. - У этого обалдуя временами инстинкт самосохранения отсутствует напрочь! - фыркнул Цзян Чэн, скрестив руки на груди. - Если не успел поймать за ворот, потом нужно догнать и выписать подзатыльник, чтобы до него дошло, что чужие нервы стоит беречь! - Не фырчи, колючий ёжик. Тут его прервал крик Вэй Усяня: — Вэнь Нин! Расчищай путь! Чёрные линии на шее Вэнь Нина резко поползли вверх, едва не заполнив половину лица. Он больше не удерживал мертвецов. Вместо этого, издав долгий громогласный рёв, он ринулся в самую гущу трупов, пробивая дорогу сквозь их толпу. А мертвецы, которых больше ничего не сдерживало, наконец ринулись в пещеру. Вэй Усянь оттолкнул Лань Сычжуя, крикнув: — Уходите! - Господин Вэй... - Вэнь Нин печально посмотрел на него. - Всё будем нормально, Вэнь Нин, - ободряюще улыбнулся ему Вэй Ин. - Но вы же... - Без "но", старейшина Илин и Ханьгуан-цзюнь обязательно справятся. - Очень на это надеюсь, Вэй-сюн, - нервно хихикнул Не Хайсан, обмахивась веером. - Просто верь в них, Не-сюн. - Конец главы, - сообщил Цюнлинь, закрывая книгу.