Не так страшен черт, как его малюют.

- Дева Вэнь, можно вас попросить? - обратился к ней Цзян Чэн. - Конечно, наследник Цзян, - кивнула Вэнь Цин, понимая, что и сегодня успокоительного понадобится много, с таким-то началом. По знаку хозяйки Пристани Лотоса расторопные слуги принесли уже знакомый котёл с водой и травы, и дева Вэнь взялась за готовку успокоительного отвара. Слушатели негромко переговаривались, обсуждая первую главу на сегодня. Только когда отвар был готов и наполнил чайнички гостей, решено было продолжить чтение. Книгу успел забрать Цзян Фэнмянь, обменявшись с дочерью быстрыми улыбками. Зашуршали страницы, останавливаясь на нужном месте, и глава Цзян начал чтение. "Глава 57. Три яда. Часть вторая. Вэй Усянь замер и лишь немного погодя переспросил: — Скончался? В его памяти внезапно промелькнул озарённый пламенем образ Лань Ванцзи со следом от слезы на щеке. С языка сорвалось: — А что с Лань Чжанем? Цзян Чэн ответил: — Что с ним ещё может быть, он вернулся домой. Отец предлагал снарядить людей, чтобы сопроводить его в Гусу, но он отказался. Судя по всему, он давно понимал, что этот день когда-нибудь наступит. Ситуация сейчас такова, что все мы находимся в незавидном положении. - Мне это уже очень-очень не нравится, - нахмурился Вэй Ин, потерев подбородок. - Думаешь, тебе одному? - фыркнул Цзян Чэн. - Подобного никому не пожелаешь, - хмуро заметил Не Минцзюэ, для которого тема отца была больной, впрочем, как и для Хуайсана. - Согласен с вами, глава Не, - со вздохом кивнул Мэн Яо. Они вдвоём снова уселись на перила веранды. Вэй Усянь поинтересовался: — А что случилось с Лань Сичэнем? Цзян Чэн ответил: — Клан Вэнь ведь сжёг их библиотеку, но адептам удалось спасти несколько старинных книг и сборников с нотами, малую часть из нескольких десятков тысяч томов. Наверняка их вручили на хранение Лань Сичэню, а потом снарядили его на побег, чтобы сохранить хоть что-то, в противном случае не осталось бы совсем ничего. Все считают, что дело обстояло именно так. Подняв взгляд в небо, Вэй Усянь заключил: — Омерзительно. - Не всё удалось спасти, - вздохнул Лань Сичень, даже не успевший из-за побега увидеть начало восстановления Облачных Глубин. - Далеко не всё, только самое ценное. - Глава Лань, а вас выдернуло порталом сюда с дороги или из здания? - неожиданно спросил Сюэ Ян. - Я вот убегал от объекта своей шалости и вовсе не думал, что окажусь здесь. - Из здания, я там отдыхал после перехода из одной деревни в другую, молодой господин Сюэ. - А, ну хорошо. Цзян Чэн согласился: — Да уж. Псы из клана Вэнь просто омерзительны. Вэй Усянь продолжил: — До каких пор они собираются бесчинствовать? Кланов заклинателей бесчисленное множество, неужели мы не можем объединиться и… Внезапно послышался топот нескольких пар ног, и следом на веранду влетела толпа юношей в коротких рубахах; похожие на кривляющихся обезьян, они нестройным хором закричали: — Шисюн!!! Шестой шиди радостно позвал: — Шисюн!!! Ты выжил!!! - Кривляющихся обезьян? - тихо захихикал Вэй Ин, услышав такое описание своих шиди. - Да-да, пропустил такое интересное зрелище, - беззлобно поддразнил брата Цзян Чэн. - Пф, не больно-то и хотелось. - Зато наш шисюн столько не провалялся, как в книжке, - заулыбались шиди. - Ага, радуйтесь, завтра утренняя тренировка будет у вас. Буду пытать. - Ура! Вэй Усянь прикрикнул на него: — Что значит — выжил? Я ведь не умирал! — Шисюн, мы слышали, что ты убил здоровенную четырёхсотлетнюю черепаху?! Правда?! Это ты её убил?! — Меня больше интересует, правда ли, что ты семь дней ничего не ел?! — Ты точно не практиковал инедию у нас за спиной?! — И насколько он большой, этот монстр? В Пристани Лотоса поместился бы?! — Сюань-у — это ведь всего лишь обычная черепаха, верно? — Шисюн, ты всё это время провёл вместе с Лань Ванцзи из Гусу? И как вышло, что он не убил тебя?! Прохладная атмосфера, воцарившаяся здесь ранее, немедленно сменилась радостным переполохом. - Ах, как в меня верили, - картинно утёр слезу умиления Вэй Ин. - Такие добрые, милые шиди. - С каких это пор фраза: "Буду пытать" сопровождается радостным: "Ура!"? - удивился Цзян Чэн. - Просто наши шиди соскучились по А-Сяню, - хихикнула Цзян Яньли. - Он в Пристани Лотоса уже больше недели, возможностей для встречи было море, сестра. - Но ведь лекари пока запретили А-Сяню слишком интенсивную нагрузку с его раной, А-Чэн. Вот и радуются, что теперь такого запрета нет. Раны Вэй Усяня носили не столь серьёзный характер, юноша всего лишь был ослаблен несвоевременным лечением, жуткой усталостью и продолжительным голодом. Но всё же он обладал крепким здоровьем, и после нанесения снадобья на ожог от тавра жар отступил. Не провалявшись в постели и пары дней, Вэй Усянь вновь сделался бодрым и энергичным. После инцидента с Черепахой-Губительницей на горе Муси «лагерь перевоспитания» в Ордене Цишань Вэнь окончательно распустили, молодые адепты вернулись в свои кланы, а Вэнь Чао временно прекратил поиски бунтовщиков. Госпожа Юй, воспользовавшись моментом, сурово наказала Вэй Усяня, запретив ему и шаг ступать за ворота Пристани Лотоса, даже кататься на лодке было запрещено. Поэтому ему только и оставалось, что ежедневно развлекаться вместе с остальными адептами стрельбой по воздушным змеям. Но как бы ни занимала игра, каждый день в неё не поиграешь — рано или поздно надоест. Через полмесяца интерес юношей к стрельбе по змеям начал угасать. Вэй Усянь без всякого энтузиазма стрелял в воздух, целясь куда попало, и даже позволил Цзян Чэну несколько раз занять первое место. - Да ты вообще болеть не любишь, - насмешливо посмотрел на брата Цзян Чэн. - Загнать тебя к лекарям удаётся только с помощью сестры. - Запрещенными приёмами балуемся, А-Чэн? - шутливо погрозил ему кулаком Вэй Ин. - Болеть можно, когда рядом кто-то есть, кто не будет сбегать, сверкая пятками, и вытерпит скучающего меня. - Зачем наказывать, если у нас и так нет возможности выйти за пределы Пристани Лотоса? - закатила глаза к потолку Юй Цзыюань. - Это временно, тётушка, до окончания чтения книги. Любое занятие приестся, если повторяется изо дня в день. В один из дней, настрелявшись по горло, Вэй Усянь заслонил глаза рукой и взглянул на отблески вечерней зари. — Хватит на сегодня. Собирайтесь. Пойдёмте ужинать. Цзян Чэн спросил: — Сегодня закончим так рано? Вэй Усянь отбросил лук в сторону, уселся на землю и удручённо ответил: — Надоело, настрелялся уже. Кто подстрелил последнего змея? Идите кто-нибудь вместе с шестым шиди поищите, где он упал. Один из юношей произнёс: — Шисюн, хитрости тебе не занимать, каждый раз отправляешь кого-то другого, ни стыда, ни совести. Вэй Усянь махнул рукой и ответил: — Ничего не поделаешь. Госпожа Юй запретила мне покидать пределы Пристани Лотоса, сейчас она дома, и наверняка Иньчжу и Цзиньчжу где-то поблизости караулят меня, чтобы в любой момент донести ей. Стоит мне выйти за порог — Госпожа Юй схватит свой кнут и не успокоится, пока не снимет с меня шкуру. - А мне моя шкурка ещё пригодится, - пошутил Вэй Ин, передернув плечами от фантомной боли, когда Цзыдянь опускается тебе на спину. - А если за вами не присматривать, вы опять куда-нибудь влезете, - фыркнула Юй Цзыюань. - Госпожа заботится о непутёвых учениках, - заметила Иньчжу. - Потому что неизвестно, с какой стороны может прийти опасность, - согласилась с сестрой Цзиньчжу. - Просто мера предосторожности? На всякий случай? - Так и есть, Вэй Усянь. Менее удачливые в стрельбе адепты ввернули ещё несколько шуточек по этому поводу и, смеясь, ушли подбирать воздушных змеев. Вэй Усянь уселся на землю, Цзян Чэн остался стоять, они перекинулись парой фраз ни о чём, и Вэй Усянь спросил: — Сегодня утром дядя Цзян покинул Пристань Лотоса, почему же он до сих пор не вернулся? Так ведь можно и к ужину опоздать! Утром Цзян Фэнмянь и Госпожа Юй снова поссорились. Однако и ссорой это было сложно назвать, Госпожа Юй со своей стороны рассерженно кричала, а Цзян Фэнмянь всё это время старался сохранять достоинство. Цзян Чэн ответил на вопрос Вэй Усяня: — Он снова отправился в Орден Цишань Вэнь за нашими мечами. Как подумаю, что мой Саньду сжимает в своих грязных лапах какой-то пёс из клана Вэнь, так просто… На его лице отразилось крайнее отвращение. Вэй Усянь заметил: — Жаль, что души наших мечей недостаточно сильны; если бы они могли сами собой запечататься, никому бы не удалось даже извлечь мечи из ножен. Цзян Чэн произнёс: — Вряд ли тебе удастся достичь этого даже спустя восемьдесят лет тренировок. - А-Сянь, если тренироваться, возможно всё, - заметил Сяо Синчень, мягко улыбнулся. - Да и разве меч старейшины Илин не запечатал сам себя, когда его хозяин пропал на тринадцать лет? - неожиданно вспоминал Сун Лань. - Запечатал, и никто не мог вытащить его из ножен. - Просто Суйбянь очень верный, даже если старейшина Илин какое-то время не мог брать его в руки, - с теплом сказал Вэй Ин, погладив рукоять клинка. - И он сразу почувствовал душу хозяина, пусть и в другом теле. - Тогда почему Шуанхуа подчинялся кукловоду, а не запечатал сам себя? - удивился Не Хуайсан. - Потому что кукловод носил при себе ловушку для духов, где хранились обрывки души хозяина меча, - напомнил брату Не Минцзюэ. Внезапно несколько перепуганных юношей в смятении вбежали на тренировочную площадку Пристани Лотоса с криками: — Случилась беда! Шисюн, шисюн, беда!!! Это были адепты, несколько минут назад отправившиеся за воздушными змеями. Вэй Усянь немедленно вскочил с вопросом: — Что стряслось? Цзян Чэн тоже не остался в стороне: — Почему вас стало меньше? Где шестой шиди? В самом деле, ведь шестой шиди побежал на поиски раньше остальных, но теперь его не было среди адептов. Один из юношей, тяжело дыша, проговорил: — Шестого схватили! — Схватили?! - А вот и начало неприятностей, кажется, - поморщилась Вэнь Цин, интуитивно понимая, что ничего хорошего похищение одного из адептов не сулит ордену Юньмэн Цзян. - Вы так считаете, дева Вэнь? - внимательно посмотрел на неё Цзян Чэн. - Более чем уверена, наследник Цзян. Боюсь, что надо приготовить отвар посильнее. - Только бы всё обошлось, - заволновалась Цзян Яньли. Никто не препятствовал приготовлению Цин-Цин более сильного успокоительного, уже опробованного Вэй Ином и Не Минцзюэ. Но для начала целительница проверила самочувствие Юй Цзыюань, послав ци в несколько акупунктурных точек и внимательно прислушавшись к отклику организма. Только после этого хозяйка Пристани Лотоса выпила целую чашку отвара и откинулась спиной на мужа, отдав ему Цзыдянь на временное хранение. Вэй Усянь поднял с земли лук и с оружием в руках спросил: — Кто его схватил? И с какой целью?! Юноша выкрикнул: — Я не знаю! Не знаю, почему его схватили! Цзян Чэн пришёл в ярость: — Что значит — не знаю, почему его схватили? Вэй Усянь спокойно произнёс: — Перестаньте паниковать. Расскажи по порядку. Юноша начал рассказ: — Только что… только что мы пошли искать змея, но он упал вон туда, очень далеко. Когда мы подошли к тому месту, то увидели группу людей из клана Вэнь, что было ясно по их одежде; среди них стояли и адепты, и слуги, а командовала всеми молодая женщина. В руках она держала воздушного змея, из которого торчала стрела. Увидев нас, она спросила, кому принадлежит этот змей. - Мне это уже не нравится, - лоб Вэнь Цин прорезала вертикальная складка. - А уж как мне не нравится эта ситуация, - Цзян Чэн протянул руку и хлебнул успокоительного из чашки. - А-Чэн, не паникуй заранее, - Цзян Яньли нежно сжала руку брата, заставляя его отрывисто кивнуть. - А-Чжань, если будет плохо, я пересяду к ним, - предупредил любимого Вэй Ин. - Конечно, А-Ин, - кивнул Лань Чжань, соглашаясь с ним. Другой юноша продолжил: — Змей принадлежал шестому шиди, вот он и признался в этом. Тогда женщина вдруг разгневалась, закричала «Наглец!» и приказала своим подручным увести шестого! Вэй Усянь спросил: — Это всё? Юноши закивали, один из них добавил: — Мы спросили, за что они его уводят, но женщина без остановки выкрикивала лишь что-то вроде «мятежник», «вынашивал коварный замысел» и приказала своим людям взять шестого шиди под стражу. Мы не знали, что делать, поэтому поспешили обратно. Цзян Чэн, выругавшись, воскликнул: — Хватают первого встречного без повода! Да кем они себя возомнили?! — Точно! Уму непостижимо! Вэй Усянь прервал их: — Замолчите все. Думается мне, очень скоро люди клана Вэнь окажутся на пороге, нельзя, чтобы они услышали наши разговоры и прицепились к нам тоже. Лучше скажите вот что: у той женщины при себе был меч? Она красивая, с родинкой над губой? Адепты в один голос закричали: — Да! Это она! - Ван Линцзяо! - переглянувшись, уверенно заявили братья Цзян. - Коза драная, - выдохнула Ло Цинъян. - Дева Ло! - с укоризной посмотрел на неё Лань Цижэнь. - Простите, учитель Лань. После всего пережитого в исправительном лагере я не могу относиться к ней, как к человеку. - Да и времени прошло не так уж много, чтобы забыть её деяния, - хмыкнул Цзян Чэн. - Очень уж "незабываемая" особа, - презрительно фыркнул Цзинь Цзысюань, прекрасно помнивший, что та едва не сделала. Цзян Чэн с ненавистью прошипел: — Ван Линцзяо! Эта… Как вдруг за его спиной раздался ледяной голос: — Что вы так расшумелись, ни дня от вас покоя не дождёшься! Госпожа Юй в пурпурном платье плывущей походкой приблизилась к адептам; чуть позади, слева и справа, её сопровождали Иньчжу и Цзиньчжу в боевых одеждах. Цзян Чэн обратился к матери: — Матушка, люди клана Вэнь явились в Юньмэн и схватили шестого шиди! Госпожа Юй сердито бросила: — Вы так орали, что я всё расслышала. Ну и что с того, его ведь пока не убили, а ты уже топаешь ногами и скрипишь зубами от ненависти, разве будущему главе ордена подобает вести себя подобным образом? Возьми себя в руки! - Какой пример перед глазами был, того и копирует ребёнок, - фыркнула Цзян Жусинь. - Учили бы нормально, а не скандалы и сравнения устраивали, тогда бы и поведение будущего главы было другим. - Бабуля Жу, не ругайте тётушку, - покачал головой Вэй Ин, с укоризной глядя на неё. - Этого не было и не будет уже. - Сянь-Сянь, ты... Уф, хорошо, не ругаю. - Моя благодарность. Договорив, она развернулась к воротам перед тренировочной площадкой. Более десятка адептов клана Вэнь, на одеждах которых горело палящее солнце, один за другим прошли через ворота. А следом за адептами, плавно покачивая бёдрами, вошла женщина в цветном платье. Она обладала грациозной осанкой и весьма привлекательной внешностью, её взгляд то и дело заигрывал со смотрящим, а губы были подобны бушующему пожару; маленькая чёрная родинка над губой делала женщину ещё более прекрасной. Вот только выглядела она дешёвкой, поскольку вся сверкала и бренчала украшениями, словно страшно жалела, что не в состоянии нацепить на себя целую ювелирную лавку как доказательство покровительства знатного чина. Это действительно была Ван Линцзяо, которой Вэй Усянь в Цишань отвесил такую затрещину, что из её рта брызнула кровь. Ван Линцзяо, поджав губы в улыбке, произнесла: — Госпожа Юй, мы с вами вновь свиделись. - Век бы не видеть эту девку, - сердито нахмурилась Юй Цзыюань. - А-Юань, всё хорошо, никому не превзойти мою госпожу, - Цзян Фэнмянь мягко сжал её ладонь, успокаивая своим присутствием. - Милая племянница, напомни мне по возвращении в Безночный город развести сына с этой девкой по разным дворцам, - усмехнулся Вэнь Жохань. - Она слишком много о себе думает, считает, что ей всё сойдет с рук. - Не беспокойтесь, дядюшка, обязательно напомню, - фыркнула Вэнь Цин, которой пришлось контактировать с этой особой после получения той заслуженного тумака. Госпожа Юй ничего не ответила на это, словно считала, что лишняя фраза в адрес этой женщины загрязняет рот. Лишь когда Ван Линцзяо спустилась со ступеней главных ворот Пристани Лотоса, Госпожа Юй спросила: — Для чего ты схватила адепта Ордена Юньмэн Цзян? Ван Линцзяо ушла от ответа: — Схватила? Ах, вы об этом, которого мы взяли под стражу? Это длинный разговор. Давайте войдём внутрь, присядем и обсудим всё не торопясь. Рабыня, без доклада, без разрешения на визит, заявилась на пороге другого клана, да ещё как само собой разумеющееся уверенно и нагло предлагает «присесть и всё обсудить»? Выражение лица Госпожи Юй заметно посуровело, она несколько раз покрутила Цзыдянь на правой руке, а на белоснежной коже кистей её рук надулись синие жилки. Она переспросила: — Войдём внутрь, присядем и обсудим всё? Ван Линцзяо ответила: — Ну конечно! В прошлый раз, оглашая вам приказ клана Вэнь, я даже не успела войти и посидеть немного, ведите же. - С каких это пор рабыням позволяется вести себя столь надменно в чужом доме? - заметил Не Минцзюэ, касаясь ладонью рукояти Баси. - Да ещё и являться без приглашения и доклада о визите? - Ни с каких, глава Не, - хмыкнул Вэнь Жохань. - Просто мой сын, кажется, совсем распустил свою постельную грелку и потакает всем её капризам. Ах, да, господин Вэй, вы оказались достойным соперником в нашей алкогольной битве. - Ну, как бы, да? - Вэй Ин смущенно потер кончик носа. - Вас с главой Не унесли по покоям слуги, а я ушёл своим ходом. - Вэй Усянь! - тут же возмутилась Вэнь Цин, гневно глядя на него. - Хочешь посадить себе печень? - Ну Цин-цзе, я редко так много пью, не надо ругаться! К тому же, это была алкогольная битва, а там ограничений в потреблении алкоголя не было. Не надо вбивать в нас трезвость. - В ежей превращу, всех троих! Услышав фразу «оглашая приказ», Цзян Чэн холодно хмыкнул, а сестры Иньчжу и Цзиньчжу гневно нахмурились. Ван Линцзяо пользовалась благосклонностью Вэнь Чао и являлась его фавориткой, потому сейчас её нельзя было оскорблять. Госпожа Юй с холодной усмешкой, исполненной ехидства, всё же ответила: — Что ж, проходи. Ван Линцзяо кокетливо улыбнулась и всё-таки прошла внутрь. Однако вопреки предложению войти посидеть, садиться женщина не спешила, вместо этого она с интересом прошлась по Пристани Лотоса, тут и там вставляя своё мнение: — В Пристани Лотоса не так уж плохо. Места хватает, вот только здания немного устарели. — Дерево почернело, цвет ужасно уродливый, не хватает свежести. — Госпожа Юй, хозяйка из вас, прямо скажем, никудышная. Неужели вы ничего не смыслите в расстановке мебели и украшении комнат? В следующий раз нужно повесить побольше красных занавесок, так будет намного красивее. - Уж кто бы говорил о плохой хозяйке, - фыркнула Иньчжу. - У самой никакого вкуса нет, только корчит из себя знающую, - поддержала сестру Цзиньчжу. - Успокойтесь, нам ли обращать внимание на слова чужого человека? - махнула рукой Юй Цзыюань, успокаивая своих служанок. - Да, госпожа. - Даже будь она фавориткой Императора, всё равно из себя ничего не представляет, - фыркнул Не Хуайсан. Все женщины в зале обменялись насмешливыми улыбками, глядя на потуги служанки казаться госпожой. Куда бы она ни пошла, везде находила, к чему прицепиться, на что указать, словно это был цветочный сад на её заднем дворе. Глядя на то, как взлетают и опускаются брови Госпожи Юй, Вэй Усянь и Цзян Чэн стали опасаться, что в любой момент может начаться кровавая резня. Завершив прогулку и раздачу указаний, Ван Линцзяо наконец уселась в Главном зале. Без предписанного церемониями приглашения она самовольно заняла почётное место, но, посидев немного и увидев, что никто не прислуживает ей, хмуро стукнула рукой по столу: — Почему мне не принесли чаю? Даже обвешавшись драгоценностями с ног до головы, Ван Линцзяо не смогла скрыть истинной натуры: манеры её моментально выдавали отсутствие должного воспитания и знания этикета, что представляло собой довольно жалкое зрелище, поэтому никто на неё совершенно не реагировал. - Почётное место? - фыркнула Вэнь Цин. - Давай, закапывай себя ещё глубже, идиотка. - Истинную натуру видно сразу, - заметила Ло Цинъян. - Даже в золоте дешевка останется дешевкой, а благородная госпожа будет ей даже в рубище. - Не знаю, как насчёт кровавой резни, но тётушка её точно отходила бы Цзыдянем, - задумчиво сказал Вэй Ин. - Причём не сдерживалась бы, - согласился с братом Цзян Чэн. Госпожа Юй заняла место гостя, широкие полы её платья и длинные ниспадающие рукава делали осанку женщины ещё более стройной, что поистине услаждало взор. На губах Иньчжу и Цзиньчжу, стоящих позади госпожи, заиграли насмешливые улыбки. Иньчжу произнесла: — Чая не будет. А захочешь пить, так нальёшь сама. Прекрасные глаза Ван Линцзяо широко открылись, а в голосе промелькнуло удивление: — Слуги в Ордене Юньмэн Цзян всегда такие ленивые? Цзиньчжу добавила: — У слуг Ордена Юньмэн Цзян есть более важные дела. А чтобы принести чай и налить воды, не требуется помощь других людей. Ты же не калека. Ван Линцзяо смерила обеих сестёр сердитым взглядом и вопросила: — Кто вы такие? Госпожа Юй ответила ей: — Мои личные служанки. Ван Линцзяо презрительно заметила: — Госпожа Юй, ваш Орден Юньмэн Цзян просто невыносим. Это никуда не годится: разве обыкновенная прислуга смеет открывать рот в Главном зале? В Ордене Цишань Вэнь за подобное поведение им отвесили бы оплеуху. Вэй Усянь подумал: «Да ты ведь и сама обыкновенная прислуга». - Прислуга, - кивнул Вэнь Жохань. - Причем поднялась наверх из самых низов. - Не думаю, что она была прилежной служанкой, - фыркнул Не Минцзюэ. - Раз решила обеспечить себе жизнь получше. - Тётушка по происхождению и воспитанию истинная госпожа, - улыбнулся Вэй Ин. - Ей не нужно что-то кому-то доказывать. - Льстец, - хмыкнула Юй Цзыюань. - Вообще-то чистая правда, никакой лести! - А-Сянь, это моя супруга, - шутливо погрозил ему пальцем Цзян Фэнмянь. - Да я в курсе, дядя Цзян, не претендую! У меня Лань Чжань есть. Госпожа Юй, не шелохнувшись, ответила: — Иньчжу и Цзиньчжу — далеко не обыкновенная прислуга, они с детства воспитываются подле меня, никогда не прислуживают никому, кроме меня, и также никто не может раздавать им оплеухи. Не может и не смеет. Ван Линцзяо не отступалась: — Что вы такое говорите, Госпожа Юй, между кланами заклинателей всё же нужно четко различать, кто сверху, а кто снизу, лишь в этом случае не случится переворота. Слуги должны вести себя так, как подобает слугам. Госпожа Юй уловила скрытый смысл во фразе «слуги должны вести себя так, как подобает слугам», глянула на Вэй Усяня и надменно выразила согласие: — Это верно. — затем задала вопрос: — Так зачем ты всё-таки схватила адепта Ордена Юньмэн Цзян? Ван Линцзяо ответила: — Госпожа Юй, вам лучше всего теперь отказаться от всяческих связей с данным мятежником. Он вынашивал коварный замысел, но мне удалось его схватить и отправить на вынесение приговора. - Кто сверху, а кто снизу? - выгнула бровь Цзинь Ливэй. - Она в постели или чужом ордене, интересно? - Матушка! - смутился Цзинь Цзысюань. - Что "матушка"? Она невежда, а всё туда же, в госпожи рвётся. - А-Сянь - не слуга, - искренне возмутился Цзян Чэн. - И никогда им не был. - Даже его отец слугой не был, - напомнила всем собравшимся в зале Цзян Яньли. - И при чём здесь наш шиди? - Не знаю, А-Ли, но мы наверняка сейчас узнаем ответ на загадку, - кивнул Вэй Ин. Госпожа Юй вскинула брови. — Вынашивал коварный замысел? Цзян Чэн, не сдержавшись, выкрикнул: — Какой коварный замысел мог вынашивать шестой шиди? Ван Линцзяо ответила: — У меня есть доказательства. Подай сюда! Адепт клана Вэнь подал ей в руки воздушного змея, после чего Ван Линцзяо, потрясая змеем, изрекла: — Это и есть доказательство. Вэй Усянь, рассмеявшись, возразил: — Это же просто обыкновенный воздушный змей в виде одноглазого монстра! Какое из него доказательство? Ван Линцзяо с холодной усмешкой ответила: — Думаешь, я слепая? Посмотри внимательнее, — накрашенным ярко-красным ноготком указательного пальца она провела по воздушному змею, уверенно рассуждая: — Какого цвета этот змей? Золотого. А какой формы изображённый на нем одноглазый зверь? Круглой. Госпожа Юй спросила: — И что с того? — Что с того? Госпожа Юй, вы всё ещё не понимаете? Золотой и круглый, на что он похож? На солнце, конечно же! — на глазах у остолбеневших слушателей она с самодовольным видом изрекла: — В этом мире так много разных воздушных змеев, почему он выбрал именно одноглазого монстра? И почему покрасил его именно в золотой цвет? Не мог выбрать другую форму? Не стал красить его в другой цвет? Неужели вы всё ещё считаете, что это совпадение? Разумеется, нет! Он сделал это умышленно. Он стрелял по такому воздушному змею, а значит, пользовался возможностью образно уничтожить солнце! Он собирался выстрелить в солнце! Это ли не оскорбление Ордена Цишань Вэнь, это ли не вынашивание коварного замысла? - Она что, идиотка? - скептически заметили Иньчжу и Цзиньчжу, переглянувшись между собой. - Видеть в воздушном змее в виде одноглазого монстра - солнце? - Цзян Чэн также был настроен скептически. - Мало ли на свете воздушных змеев круглой формы? - покачал головой Цзинь Цзысюань. - Мы носим золотые одеяния, так что, это тоже означает солнце? - Или когда едим апельсины, тоже покушаемся на солнце? - весело хмыкнул Сюэ Ян. - Вот что бывает, если вверх рвётся невежда, - покачал головой Не Хуайсан. - Ничего не знает и пытается притвориться умной, не понимая, что делает только хуже себе. - С такой подчиненной и врагов не надо, - презрительно фыркнула Вэнь Цин. - Хотя какая она подчиненная? Всего лишь игрушка второго господина Вэнь. Ван Линцзяо в самом деле считала себя невероятно умной; слушая её притянутые за уши результаты расследования, Цзян Чэн, в конце концов, не выдержал и вмешался: — Пускай воздушный змей золотой и круглый, но разве он похож на солнце? Совершенно не похож, ни капли! До сходства с солнцем ему ещё далеко! Вэй Усянь продолжил: — Если так рассуждать, то и мандарины есть нельзя. Они ведь золотистые и круглые, верно? Но я, кажется, не раз замечал, как ты ела мандарины! Ван Линцзяо пронзила его взглядом, полным ненависти. Раздался ледяной голос Госпожи Юй: — Так ты явилась сюда из-за этого воздушного змея? Ван Линцзяо ответила: — Разумеется, нет. В этот раз я от имени Ордена Цишань Вэнь и молодого господина Вэня пришла наказать одного человека. Сердце Вэй Усяня пропустило удар. Как и следовало ожидать, в следующий миг Ван Линцзяо указала на него со словами: — Этот паршивец на горе Муси вёл себя дерзко и непочтительно; покуда молодой господин Вэнь сражался с Черепахой-Губительницей, он множество раз пытался затеять смуту и до такой степени разозлил молодого господина Вэня, что тот по неосторожность лишился своего меча! - Он лишился своего меча, потому что идиот и разозлил Черепаху-Губительницу! - сердито выдохнул Вэй Ин. - Не мог постоять пару минут с закрытым ртом и не привлекать её внимания? - Да и к тому же, всем уже известно, кто именно сражался с искажённой Черепахой и победил её! - воскликнул Цзян Чэн. - И Вэнь Чао к этой победе не имеет ни малейшего отношения! - согласно кивнула Ло Цинъян. - И это не Вэй Усянь затевал смуту, а второй молодой господин Вэнь всё время пытался его задеть и вывести из себя, - сказал Цзинь Цзысюань. - Нет ума, считай, калека, - фыркнул Сюэ Ян, не любивший таких людей, корчащих из себя невесть что. - Я уже услышал, как всё было на самом деле в пещере Муси, - поднял руку в повелительном жесте Вэнь Жохань, останавливая праведное возмущение. - Не надо повторяться. Слушая, как она несёт околесицу, искажая истину до неузнаваемости, Цзян Чэн рассмеялся от возмущения. Вэй Усянь же вспомнил, что сегодня утром Цзян Фэнмянь покинул Пристань Лотоса, и подумал: «Они намеренно выбрали время для визита. Или же специально выманили дядю Цзяна!» Ван Линцзяо не собиралась останавливаться: — К счастью, благословенный небесами молодой господин Вэнь благополучно одолел Черепаху-Губительницу, невзирая на потерю меча. Но спустить оскорбление этому паршивцу никак нельзя! Сегодня я, по приказанию молодого господина Вэня, прошу Госпожу Юй наказать этого человека, в назидание остальным адептам Ордена Юньмэн Цзян! Цзян Чэн позвал: — Матушка… Но Госпожа Юй отрезала: — Замолчи! - Держи себя хоть немного в руках, А-Чэн, - вздохнула Юй Цзыюань. - Не доставляй противнику радости, что он успешно вывел тебя из себя и нашёл слабое место. - Я понял, матушка, - кивнул Цзян Чэн, слегка устыдившись. Выходит, всё это время она пыталась научить его просчитывать ситуацию и держать себя в руках? - Им нужен был только предлог, чтобы прийти в наш дом, и шестой шиди невольно стал этим предлогом, - помрачнел Вэй Ин. - Да и отсутствие дяди Цзяна тоже было им на руку. Ван Линцзяо осталась крайне довольна реакцией Госпожи Юй, проворковав: — Этот Вэй Ин, насколько я помню, слуга Ордена Юньмэн Цзян? Сейчас Главы Ордена здесь нет, и надеюсь, Госпожа Юй примет взвешенное решение. В противном случае покрывательство паршивца Орденом Юньмэн Цзян заставит нас подозревать… что некоторые слухи… в самом деле верны… хи-хи. Сидя на месте, которое обычно занимал Цзян Фэнмянь, она засмеялась, прикрыв рот ладошкой. Госпожа Юй с лицом чернее тучи медленно перевела на неё взгляд. Цзян Чэн, услышав намёк в её словах, гневно вопросил: — Какие ещё слухи?! Ван Линцзяо, посмеиваясь, произнесла: — А ты как думаешь? Конечно, слухи о давних любовных связях Главы Ордена Цзян… Вэй Усянь был не в силах слушать, как эта женщина смеет оговаривать Цзян Фэнмяня. Охваченный пламенем ярости, он гневно выкрикнул: — Ах ты… - Сянь-Сянь никогда не был слугой! - гордо выпрямилась Цзян Яньли, став очень похожей на свою мать. - И наш отец всегда был верен матушке, - закивал головой Цзян Чэн. - Она посмела своим грязным ртом оскорбить моих родителей и дядю Цзяна с тётушкой? - рыкнул Вэй Ин. - Повторить те нелепые слухи, которые не имеют ни грамма правды? - Дети, сядьте, - строго велел Цзян Фэнмянь, посмотрев каждому в глаза. - Да, дядя Цзян/отец. Но закончить фразу Вэй Усянь не успел — спину полоснуло болью, а колени невольно подкосились. Госпожа Юй внезапно нанесла ему удар кнутом. Цзян Чэн растерянно пробормотал: — Матушка! Госпожа Юй стояла, сжимая изящными, словно выточенными из яшмы, руками сверкающий и переливающийся молниями кнут, Цзыдянь. Раздался её резкий возглас: — Цзян Чэн, пойди прочь, а иначе тоже окажешься на коленях! Вэй Усянь насилу поднялся, упираясь руками в пол, и проговорил: — Цзян Чэн, отойди! Не лезь! Госпожа Юй опять занесла кнут и ударила со столь неимоверной силой, что Вэй Усянь вновь распластался на полу. Сквозь сжатые зубы она прошипела: — Я сразу говорила, что ты… нарушитель правил, рано или поздно навлечёшь на Орден Юньмэн Цзян большую беду! - Цзыюань! - рассерженно воскликнула Цзян Жусинь. - Бабуля Жу! - Вэй Ин отрицательно мотнул головой, глядя ей в глаза. - Тебя и правда били кнутом? - негромко спросил Лань Чжань, сжав его руку. - Нечасто, но да, бывало. А-Чжань, ты же и сам понимаешь, что наши семьи отличаются друг от друга, поэтому не стоит влезать. - Никто не должен срывать на А-Ине злость. А-Ин заслуживает только самого лучшего. - Не смущай меня, пожалуйста. Вэй Усянь лишь успел оттолкнуть Цзян Чэна и, сжав челюсть, принял удар без единого стона, неподвижно. Госпожа Юй, никогда не упуская возможности побранить его, всё же ни единого раза не проявила истинной жестокости, изредка отмеряя ему лишь пару ударов кнутом, дабы поставить на колени в качестве наказания; и даже в таких случаях Цзян Фэнмянь вскоре позволял ему подняться. В этот же раз на долю Вэй Усяня выпало несколько десятков сильнейших ударов, один за другим, от которых спина начала гореть огнём, а всё тело онемело от боли. Вытерпеть было невозможно, но ему приходилось терпеть. Если сегодня его наказание не удовлетворит Ван Линцзяо и всех людей Ордена Цишань Вэнь, мучениям Ордена Юньмэн Цзян конца и края не будет! Ван Линцзяо наблюдала за избиением, довольно улыбаясь. Наконец, когда Госпожа Юй закончила, Цзыдянь мгновенно вернулся к ней на руку. Вэй Усянь сумел подняться на колени, покачиваясь, словно вот-вот упадёт. Цзян Чэн хотел было помочь ему подняться, но Госпожа Юй резко пресекла его попытку: — В сторону. Не смей помогать ему! Пока Иньчжу и Цзиньчжу крепко держали Цзян Чэна, Вэй Усянь, продержавшись ещё совсем немного, всё-таки с тяжелым грохотом свалился на пол, не в силах подняться. - А-Сянь, ты не обязан один отвечать за весь Орден, - устало потёрла переносицу Цзян Жусинь. - Бабуля Жу, если это наказание позволит нашему Ордену и дальше оставаться в целости и сохранности, я вытерплю, - качнул головой Вэй Ин, поглаживая котёнка у себя на коленях. - Сянь-Сянь, ты разве не понимаешь, что эта кукла воспользовалась бы любой возможностью отомстить за свою рану? Она уже бесцеремонно пришла в чужой Орден, пыталась выставить себя хозяйкой положения и надавить на твою совесть. - А у него есть совесть? - скептически спросил Цзинь Цзысюань. - Представь себе, Цзысюань, у меня она есть, - фыркнул Усянь. - Или мне припомнить твои косяки? - Благодарю, обойдусь. Ван Линцзяо удивлённо подняла брови: — И это всё? Госпожа Юй фыркнула: — Чего ты ещё ожидаешь? Ван Линцзяо спросила: — Но разве этого достаточно? Теперь настал черёд Госпожи Юй вскинуть брови. — Что значит — «разве этого достаточно?» Ты хоть представляешь, какая сила содержится в одном ударе Цзыдяня? Теперь он не встанет на ноги и через месяц, с него хватит! Ван Линцзяо проворковала: — Но ведь когда-нибудь он встанет на ноги! Цзян Чэн в гневе прокричал: — Чего ты добиваешься?! Ван Линцзяо сердито надула губы: — Госпожа Юй, раз уж это наказание, нужно сделать так, чтобы он запомнил урок, сожалел о содеянном всю оставшуюся жизнь и больше не смел помыслить о подобном. Если всего лишь отхлестать его плёткой, спустя некоторое время он восстановится и снова станет резвым скакуном, разве это наказание? Юноши в его возрасте быстро забывают о прежних страданиях, от такого наказания не будет никакого проку. - Она точно себе не представляет, что такое удар Цзыдяня, - передёрнул плечами Вэй Ин, удерживаясь от того, чтобы почесать спину. - Это не просто кнут, а артефакт, не допускающий измен и способный выбить душу из тело, если тем завладел злобный дух. - В каком смысле "не допускающий измен"? - удивилась Юй Цзыюань, высоко подняв брови. - В прямом, тётушка. Состоящие в браке супруги даже не помышляют о том, чтобы изменить своей второй половинке, так что бастардов в законном союзе не бывает. Дети только от мужа или жены, смотря у кого на пальце Цзыдянь. - Почему это А-Сянь должен сожалеть о содеянном? - фыркнул Цзян Чэн. - А то, что она сама едва не искалечила человека, уже забыла? - нахмурилась Ло Цинъян. - Или память, как у рыбки - три мяо? Слушатели тихонько посмеялись от такого меткого сравнения. Госпожа Юй спросила: — Что ты предлагаешь? Отрубить ему ноги, чтобы он больше не смог резво скакать? Ван Линцзяо ответила: — Молодой господин Вэнь великодушен, отрубить ноги было бы слишком жестоко. Нужно лишь отрубить ему правую руку, и претензий больше не будет. Совершенно очевидно, что эта женщина, пользуясь авторитетом и поддержкой Вэнь Чао, мстила Вэй Усяню за пощёчину в пещере на горе Муси! Госпожа Юй бросила на Вэй Усяня взгляд искоса и произнесла: — Отрубить ему правую руку? Ван Линцзяо согласилась: — Именно. - Вот коза! - негодующе воскликнула Ло Цинъян, сжав кулаки. - Решила отомстить господину Вэю чужими руками? - Дева Ло... - Лань Цижэнь уже устал её поправлять. - Хоть я и не дерусь с женщинами, но ей с удовольствием отвесил ещё парочку оплеух, - фыркнул Вэй Ин. - Потому что она способна вывести из себя даже будду, не то что заклинателя. - Обращайся, если нужно будет подержать, чтобы не брыкалась, - предложил Цзян Чэн, обменявшись с братом ироничными взглядами. - Всенепременно, А-Чэн. Юй Цзыюань поднялась и начала медленно ходить вокруг Вэй Усяня, словно обдумывая эту идею. Вэй Усянь от боли не мог даже поднять голову, а Цзян Чэн, оттолкнув Иньчжу и Цзиньчжу, с грохотом упал на колени и закрыл Вэй Усяня собой, выкрикивая: — Матушка! Матушка, нет… все совсем не так, как она говорит… Ван Линцзяо повысила голос: — Молодой господин Цзян, вы хотите обвинить меня в развращении фактов? Вэй Усянь лежал лицом в пол, не в силах перевернуться, но всё же подумал: «Развращении? В каком ещё развращении?» Его внезапно озарило: «В извращении фактов! Ведь эта девка когда-то была рабыней жены Вэнь Чао, не получала образования, и слов-то таких не знает, а ещё прикидывается образованной! Услышала где-то новое слово, а верно употребить — мозгов не хватает!» Ситуация становилась критической, но именно в такие моменты мысли в голове путаются всё больше, собраться с духом невозможно, как и остановить беспорядочный поток размышлений. Поэтому происходящее показалось Вэй Усяню крайне смешным. Ван Линцзяо же, не осознавая своего позора, продолжила: — Госпожа Юй, хорошенько подумайте о последствиях, Орден Цишань Вэнь твёрдо намерен разобраться в этом происшествии. Отрубленная рука мальчишки послужит платой за мирное существование Ордена Юньмэн Цзян, в противном же случае молодой господин Вэнь спросит с вас гораздо более высокую цену! - Развращении? - прыснула со смеху Цзинь Ливэй. Слушатели рассмеялись над необразованной рабыней, которая пытается казаться умной, совсем не понимая, что только выставляет свой Орден в дурном свете. - Я даже не сомневалась, что вы друг за друга горой, - с улыбкой покачала головой Юй Цзыюань. - То А-Сянь берет на себя чужую вину, выгораживая кого-нибудь, то ты, А-Чэн, его защищаешь. - Это мой брат, мы выросли вместе, - просто заметил Цзян Чэн, пожимая плечами. - Я смотрю, А-Чао совсем перестал прислушиваться к главе своего клана, раз позволяет своей девке подобные выходки, - мрачно хмыкнул Вэнь Жохань. - Пожалуй, наше общение затянется надолго по возвращении домой. В глазах Госпожи Юй сверкнул лёд, от которого кровь застыла в жилах. Тоном, не предвещающим ничего хорошего, она приказала: — Иньчжу, Цзиньчжу, заприте двери. Нам не нужно, чтобы кто-то увидел кровь. Стоило Госпоже Юй отдать приказ, сёстры Иньчжу и Цзиньчжу беспрекословно повиновались, стройно ответив звонкими голосами: — Есть! — после чего плотно затворили двери Главного зала. Когда Вэй Усянь услышал стук закрывающихся дверей и увидел, как исчез солнечный свет на полу, его сердце охватил страх: «Неужели мне правда отрубят руку?» Цзян Чэн от испуга кинулся к ногам матери с мольбой: — Матушка? Матушка! Что же вы делаете? Вы ведь не можете отрубить ему руку! Вэй Усянь, справившись со страхом, крепче стиснул зубы и со злобой подумал: «Ну и чёрт с ней!.. Если такова цена за покой ордена… Пусть будет рука, велика потеря! Да я, мать вашу, с завтрашнего дня начну фехтовать одной левой!!!» Ван Линцзяо хлопнула в ладоши со словами: — Госпожа Юй, я ни секунды не сомневалась, что вы — самый преданный из вассалов Ордена Цишань Вэнь! Эй, солдаты, держите паршивца! Госпожа Юй ответила: — В твоей помощи нет нужды. Иньчжу и Цзиньчжу подошли к Госпоже Юй, и Ван Линцзяо воскликнула: — О! Так вы хотите заставить своих личных служанок держать его, прекрасно. - Тётушка никогда не приказывала своим служанкам меня держать, - пожал плечами Вэй Ин. - С чего бы ей делать это сейчас? - С каких это пор орден Юньмэн Цзян вдруг стал вассалом Цишань Вэнь? - предельно вежливо, что знающим людям говорило о растущей злости, спросил Цзян Фэнмянь. Да, он привык решать конфликты мирно, но это совсем не значит, что он не умеет злиться! - Он такой же Великий орден, как и остальные, и наши предки были на равных, никого не выделяя выше остальных. - И почему я должна калечить первого ученика своего Ордена, если мне так сказала жалкая рабыня? - нахмурилась Юй Цзыюань. - С каких это пор служанка может диктовать что-то благородной госпоже? - Никто не должен калечить Вэй Ина, - в глазах Лань Чжаня тут же появился стылый лёд, от которого некоторые присутствующие зябко поёжились. - А-Чжань, всё хорошо, выдохни, - Усянь сжал его руку, показывая, что он здесь, рядом. - А-Ин... - Ванцзи прикрыл на минуту глаза и медленно выдохнул, после чего уверенно кивнул. Цзян Чэн сорвался на крик: — Матушка! Матушка, прошу, послушайте! Я умоляю вас! Не отрубайте ему руку! Если отец узнает об этом… Лучше бы он не упоминал Цзян Фэнмяня: едва услышав о нём, Госпожа Юй рассвирепела ещё больше и сердито прошипела: — Даже не напоминай мне о своём отце! Что же будет, если он узнает? Неужели убьёт меня?! Ван Линцзяо восторженно воскликнула: — Госпожа Юй, я просто восхищаюсь вами! Очевидно, в дальнейшем мы с вами наверняка сможем договориться о надзирательном пункте! Госпожа Юй как раз вырвала из рук Цзян Чэна подол своего платья и развернулась к ней, приподняв бровь: — О надзирательном пункте? Ван Линцзяо расплылась в улыбке. — Аха. Надзирательный пункт. Это второе требование, за которым я прибыла в Юньмэн. Орден Цишань Вэнь издал указ о надзирательных пунктах, которые должны быть основаны в каждом городе. А сейчас я повелеваю! С этого дня Пристань Лотоса станет надзирательным пунктом Ордена Цишань Вэнь в Юньмэне! - Дядя, ты, кажется, спрашивал, кто был первой ласточкой в назревающем конфликте? - Вэнь Цин раздражённо помассировала переносицу. - Поздравляю, нас подвела под войну постельная грелка кузена А-Чао! - Всегда считал, что необразованная прислуга не принесёт ничего хорошего своим хозяевам, - покачал головой Вэнь Жохань. - Потому что она темна в своём невежестве и не приносит прибыли, а лишь одни убытки. Вот так захочет выслужиться какой-нибудь идиот, и сделает только хуже, чем без его вмешательства. - Так что там с надзирательными пунктами? - нежно спросила Цзян Жусинь, но сидящие рядом с ней люди тут же поспешили отодвинуться на безопасное расстояние. - И с каких пор рабыни стали повелевать? - Проект надзирательных пунктов пока только на бумаге, старейшина Цзян, - уважительно поклонился ей Жохань. - Не думаю, что сейчас он того стоит. - Разберись с этой идиоткой, Вэнь Жохань, пусть знает своё истинное место, иначе такими темпами она настроит против Цишань Вэнь весь заклинательский мир, - заметила Жусинь. - Я так и сделаю. Неудивительно, что она обошла всю Пристань Лотоса вдоль и поперёк, словно собственные покои, — оказывается, Ван Линцзяо и в самом деле уже считала владения Ордена Юньмэн Цзян своей резиденцией! Глаза Цзян Чэна покраснели от злости, он выкрикнул: — Какой ещё надзирательный пункт?! Это наш дом!!! Ван Линцзяо, нахмурившись, произнесла: — Госпожа Юй, вам следует хорошенько вразумить своего сына. Сотни лет кланы заклинателей признают клан Вэнь своим гегемоном, разве позволено вступать в спор с посланником клана Вэнь с рассуждениями о чьём-то доме? Вначале я ещё сомневалась, сможет ли Пристань Лотоса взять на себя столь ответственную роль — ведь здесь всё разваливается от старости, и, к тому же, появилось несколько мятежников. Но раз уж Госпожа Юй так прилежно выполняет мои приказы, и ваш характер как раз в моём вкусе, я всё-таки решила доверить эту величайшую честь… Она так и не договорила. Госпожа Юй широко замахнулась и отвесила ей оглушительно звонкую пощёчину. Вэй Ин спрятал котёнка в складках одежды, молча поднялся и принялся хлопать. Следом присоединился Цзян Чэн и Цзян Яньли, Цзинь Цзысюань и прочие заклинатели. Они рукоплескали госпоже Юй, сумевшей поставить обнаглевшую девку на место. - Разваливается от старости? - фыркнула Цзян Жусинь. - Мы обновляем пришедшие в негодность места сразу же, как те начинают представлять опасность для живущих здесь, и никто не может сказать, что мы не следим за своим домом! - Чтобы я выполняла приказы жалкой рабыни? - скривилась Юй Цзыюань, гордо выпрямляясь в кресле и стараясь смотреть перед собой, чтобы не показать слабости. - Да никогда в жизни! - Успокойся, А-Юань, никто не смеет приказывать тебе, хозяйке Пристани Лотоса и моей госпоже, - Цзян Фэнмянь нежно погладил её ладонь, успокаивая. - Тем более тот, кто стоит ниже по социальному статусу. Казалось, что от звона и силы, вложенной в удар, всё вокруг содрогнулось, а Ван Линцзяо, сделав несколько оборотов вокруг своей оси, свалилась на пол; из её носа хлынула кровь, а прекрасные глаза сделались совершенно круглыми. Несколько адептов клана Вэнь в Главном зале ошарашено вскочили и обнажили мечи, но хватило одного лишь взмаха руки Госпожи Юй, чтобы Цзыдянь ослепительной вспышкой описал круг и повалил адептов на пол. Госпожа Юй с достоинством прошествовала к Ван Линцзяо, взглянула на неё сверху вниз, затем склонилась и, притянув чертовку за волосы, отвесила ей ещё одну пощёчину. В её голосе полыхал гнев: — Как смеешь ты, рабыня! Она терпела слишком долго. Увидев совсем близко лицо Госпожи Юй, искажённое гневом, Ван Линцзяо, схватившись за опухшую половину лица, истошно завопила. Госпожам Юй бесцеремонно отвесила ещё одну оплеуху, прервав её мерзкий визг, и угрожающе произнесла: — Прежде чем бить собаку, смотри, кто её хозяин! Ворвалась в двери моего дома и у меня на глазах собралась наказывать людей моего ордена? Да кто ты такая, раз позволяешь себе подобное бесчинство?! - Так ей и надо, - фыркнула Ло Цинъян. - Заслужила все оплеухи, которые ей отвесили. - Тётушка, вы бесподобны, - сделал ей искренний комплимент Вэй Ин. - Подхалим, - хмыкнула Юй Цзыюань, слегка розовея скулами. - Соглашусь с А-Сянем, ты очень крутая, матушка, - кивнул Цзян Чэн. - Приди кто в мой дом, я бы поступила с такими невеждами и посуровей, - заметила Цзинь Ливэй. - Не ограничилась оплеухами, и пинки могла бы раздать. Будет нам какая-то служанка указывать, что делать! Она брезгливо отбросила голову Ван Линцзяо в сторону, достала платок и вытерла им руки. На лицах Иньчжу и Цзиньчжу за её спиной играли такие же презрительные улыбки. Ван Линцзяо дрожащими руками закрыла опухшее лицо и сквозь слёзы пролепетала: — Ты… Как ты смеешь… Ордены Цишань Вэнь и Инчуань Ван ни за что не простят тебе этого! Госпожа Юй бросила платок на землю, пинком отпихнула её прочь и гневно выругалась: — Закрой свой рот, жалкая рабыня! Мой Орден Мэйшань Юй сотни лет занимает почётное место среди кланов заклинателей, и ни о каком Ордене Инчуань Ван я никогда не слышала! Из какой такой поганой дыры выполз ваш клан подлых выродков? У вас там все такие же тошнотворные, как ты? И ты ещё передо мной посмела рассуждать о высших и низших? Так я напомню тебе, кто здесь сверху, а кто снизу! Я — сверху, ты — снизу! Цзян Чэн тем временем помогал Вэй Усяню приподняться с пола, они оба так и застыли при виде представшей перед ними картины. - Госпожа Цзян, если вы захотите проучить эту невежественную дуру, у Цишань Вэнь к вашему ордену не будет никаких претензий, - усмехнулся Вэнь Жохань. - Она сама нарвалась на достойный отпор. - Я это учту, глава Вэнь, - хмыкнула Юй Цзыюань. - Мы в восхищении, - хором сказали переглянувшиеся братья Цзян. - Конец главы, - сообщил Цзян Фэнмянь, закрыв книгу. - Небольшой перерыв.