Не так страшен черт, как его малюют.

- Не-сюн, можно тебя на пару слов? - спросил Вэй Ин, посмотрев на своего приятеля. - Конечно, Вэй-сюн, - нервно улыбнулся Не Хуайсан, последовав за ним на свежий воздух. Оба приятеля вышли из зала и направились к беседке, чтобы там пообщаться без лишних глаз и ушей. - Так о чём ты хотел поговорить, Вэй-сюн? - спросил Хуайсан, пряча половину лица за веером и глядя в сторону, на покачивающиеся на воде лотосы. - Я тот ещё слон в лавке фарфора в выражении правильных слов, - Усянь почесал затылок, слегка неловко улыбнувшись. - Но вот скажи мне: ты брата любишь? - Как ты можешь в этот сомневаться, Вэй-сюн? Конечно, я люблю своего брата, он моя единственная семья! Фактически, именно он вырастил меня после смерти наших родителей. А почему ты спрашиваешь? - А на что ты пойдешь, чтобы его защитить, не дать умереть? - Даже на убийство, причем любого, кто будет угрожать моему дагэ, - признался наследник Цинхэ Не, опустив голову и сжав в руке веер, который хрустнул от сильного давления. - Ой, веер сломался. Жалко, такой красивый был и один из моих любимых. - Не-сюн, не обязательно брать в руки саблю, чтобы защитить дорогого тебе человека, - заметил первый ученик Юньмэн Цзян, положив ладони ему на плечи и заставив поднять голову. - Можно прятать сталь в шелке, чтобы неожиданно нанести удар неприятелю, который этого не ожидает. Ты - второй господин Нечистой Юдоли, у тебя равные с братом права. Так не пора ли стать поддержкой и опорой для главы клана Не, снять с него часть груза? Даже самая крепкая сталь может сломаться, если бесконечно увеличивать давление. - Ты думаешь, у меня получится? - почему-то шепотом спросил Не Хуайсан, видя понимание в серых глазах. - Только у тебя и может получиться, Не-сюн, - улыбнулся Вэй Ин, кивая ему. - Не пора ли нам вернуться, Вэй-сюн? - Пора. Идем. После окончания перерыва книгу в руки взял Мэн Яо, успевший опередить других желающих. Пролистав до нужной страницы, он откашлялся и начал читать. "Глава 26. Злость. Часть четвертая. Лань Ванцзи продолжил: — Хотелось бы услышать подробности. Его учтивые и уважительные слова, произнесённые в столь тесной компании, возымели почти такую же силу, как и прямые угрозы, и Не Хуайсан нехотя начал свой рассказ: — Ханьгуан-цзюнь, вам прекрасно известно, что мы, клан Не, немного иные, нежели чем остальные кланы заклинателей. Основатель нашего ордена был мясником, посему, в отличие от остальных орденов, предпочитающих мечи, мы заклинаем при помощи сабель. - А это трудно? - тут же спросил Сюэ Ян, поглядывая на заклинателей. - Что именно? - уточнил Лань Сичень, посмотрев на маленького бродяжку. - Заклинать при помощи сабель? - Ну, далеко не каждому под силу, - хохотнул Не Минцзюэ, подмигнув ребёнку. - Для этого нужно развивать своё тело и золотое ядро с детства, ведь чтобы махать саблей, ты должен быть очень сильным. - А у меня бы получилось? - мальчик с сомнением посмотрел на свою руку и сжал кулак, проверяя, как напрягаются мышцы. - Полагаю, тебе стоит попробовать более легкий по весу клинок, сяо Ян, - заметил Не Хуайсан, окинув взглядом его фигуру и мысленно прикинув варианты. - Думаю, твой учитель не откажется дать тебе пару уроков. - Хорошо, А-Ян, приходи завтра с утра на тренировку, - кивнул Вэй Ин, не дожидаясь, пока на него посмотрят жалобным взглядом. Это знание было доступно всем и каждому и никоим образом не являлось тайной. Даже клановый узор Ордена Цинхэ Не изображал голову свирепого зверя, напоминающего пса или кабана. Не Хуайсан продолжил: — Итак, выбранный нами способ заклинания тварей в корне отличался от методов прочих орденов, а наш родоначальник происходил из мясников: кровопролитие всегда было неизбежным спутником ордена. Испокон веков сабли глав Ордена Цинхэ Не сочились яростью и жаждой убийства, и почти каждый их хозяин скончался от искажения Ци, буквально разорванный ею изнутри. Конечно, значительный вклад в это внесли и их вспыльчивые нравы. Под "всеми и каждым" имелись в виду заклинатели, поскольку обыватели обычно не имели такого доступа к информации чуждого им мира. Поэтому Мэн Яо, Мо Тинг и Сюэ Ян внимательно слушали всё, что рассказывает книга. - Вэй-сюн, ты же поможешь? - вопросительно посмотрел на приятеля Не Хуайсан. - Конечно, Не-сюн, - кивнул Вэй Ин. Вэнь Цин тут же насторожилась, стоило ей вновь услышать про искажение ци. Нет, однозначно, надо поймать главу клана Не или хотя бы его младшего брата и всё выспросить, как оно есть. С таким шутить не стоит, да и это будет вызовом её профессионализму - найти решение по проблеме. В принципе, объединить усилия с Вэй Усянем - не такая уж плохая идея. К примеру, старший брат Не Хуайсана, Не Минцзюэ. Этот молодой глава ордена заклинателей приходился названым братом Лань Сичэню и Цзинь Гуанъяо. Чифэн-цзунь, суровый, властный и напористый; Цзэу-цзюнь, благонравный, добрый и справедливый; и Ляньфан-цзунь, проницательный, сообразительный и красноречивый — они побратались во времена Аннигиляции Солнца, и каждый стал героем множества сказаний и хвалебных речей, а впоследствии заклинатели прозвали их Тремя Братьями. Вэнь Жохань нахмурился, вновь услышав про эту загадочную "Аннигиляцию Солнца", подозрительно намекающую на его орден. Что же всё-таки произойдет с Цишань Вэнь в этом так называемом будущем, о котором рассказывает книга? И как сделать так, чтобы детище Вэнь Мао продолжало жить? Лань Сичень, Не Минцзюэ и Мэн Яо переглянулись между собой, стоило книге снова намекнуть про их будущее побратимство. И если двое из названных людей и сейчас находились между собой в братских отношениях, то как в их тандем попал третий человек? Что именно должно было произойти, чтобы они втроем побратались? Однако, находясь в самом зените своей славы, на одном из важных торжественных собраний Не Минцзюэ пришёл в неистовство, вызванное искажением Ци, и с саблей наголо набросился на толпу, покалечив немало людей, а затем погиб сам. Так тот, чьё славное имя некогда гремело на весь мир, закончил свой жизненный путь. Судя по сникшему виду младшего брата Не Минцзюэ, тот только что перебирал в памяти эти события. Немного помолчав, Не Хуайсан продолжил своё повествование: — До тех пор, пока живы их хозяева, сабли не представляют опасности, поскольку главы ордена подавляют их. Но вот со смертью владельцев сабли становится некому сдерживать, и они превращаются в страшное оружие, жаждущее крови. - Однозначно, надо как следует изучить этот вопрос, - пробормотала себе под нос Вэнь Цин, рассматривая своего возможного пациента. - О чём ты, дорогая племянница? - с интересом посмотрел на неё Вэнь Жохань. - Интересный случай, говорю, дядюшка, - повторила Цин-Цин специально для него. - Не смей умирать, дагэ, - прикрыв лицо веером, тихо заметил сидящий рядом с братом Не Хуайсан. - Иначе я переверну вверх дном весь мир, понятно? - Я постараюсь, А-Сан, - Не Минцзюэ потрепал младшего братишку по волосам. - Но заранее ничего обещать не могу. - Уж постарайся, дагэ. Вэй Усянь поднял бровь: — Что-то подозрительно напоминает Путь Тьмы. Не Хуайсан поспешно забормотал: — Отнюдь нет! Путь Тьмы потому так и называется, что требует человеческих жизней, а сабли нашего ордена жаждут рубить вовсе не людей, а злобных призраков и свирепых духов, оборотней, демонов и монстров. Они привыкли казнить подобных тварей, и, лишившись этой возможности, сами начинают безобразничать и лишают нас покоя. Но дело в том, что дух сабли признаёт своим хозяином только одного человека, и поэтому никто другой не способен воспользоваться ей и утолить её жажду убийства. Как потомки, мы также не можем переплавить сабли: во-первых, это будет слишком непочтительно по отношению к предкам, а во-вторых, есть вероятность, что и этим проблему не решить. - Да уж, представляю, как намаялись твои предки, Не-сюн, чтобы найти хотя бы временное решение проблемы, - хмыкнул Вэй Ин, постукивая кончиком указательного пальца себе по носу. - И не говори, Вэй-сюн, - вздохнул Не Хуайсан, постукивая себя сложенным веером по ладони. - И никто не пытался подчинить себе саблю прославленного предка? - уточнил Усянь, поглядывая на приятеля. - Чтобы она продолжала сокрушать монстров, пусть и с другим хозяином? - Никому этого не удавалось, молодой господин Вэй, - покачал головой Не Минцзюэ, опережая своего младшего брата. - Хотя попытки были, не без этого, но каждый дух сабли строго индивидуален и заточен только под одного владельца. Никто другой саблей с умершим владельцем так и не смог воспользоваться. - А дух в оружие призывается или формируется сам в результате умерщвления какого-то определенного количества монстров? - Призывается, - сообщил Минцзюэ. - Может, вы выясните это вопрос после окончания главы? - напомнил им о времени Цзян Чэн. - Давайте продолжим чтение. Вэй Усянь вставил: — Мнят себя весьма важными птицами? Не Хуайсан ответил: — А как же иначе. Саблям, прошедшим сквозь огонь и воду с нашими предками, признанным в мире заклинателей, есть чем гордиться. — Затем продолжил: — Время шло, и главы нашего ордена становились всё более искусными заклинателями, а вместе с тем рос и масштаб наших неприятностей. Так происходило до тех пор, пока шестой глава нашего клана не нашёл выхода из положения. - Что-то я передумал пробовать сражаться саблей, - с опаской заметил Сюэ Ян, представив, что его оружие начинает жить своей жизнью и доставлять ему проблемы. - Когда научишься владеть мечом, подберем тебе что-нибудь подходящее, А-Ян, - кивнул Вэй Ин. - И мне? - тут же спросил Мо Сюаньюй, трогательно надув губки. - И тебе, А-Юй. Только для твоих ручек даже самый легкий тренировочный деревянный меч всё же будет тяжеловат. Поэтому сначала укрепим тело, а потом уже будем учиться фехтовать, договорились? - Хорошо, цзюцзю, - кивнул А-Юй. Вэй Усянь спросил: — Возвести Крепость-Людоед? Не Хуайсан ответил: — Нет, нет. Его способ решения проблемы тоже связан с крепостью на хребте Синлу, но все же идея её возведения появилась не сразу. А шестой глава сделал вот что: он сколотил два гроба для сабель своего отца и своего деда, а затем вырыл гробницу. Но внутрь усыпальницы, вместо положенных в таких случаях погребальных предметов и сокровищ, он поместил сотни трупов, готовых к преображению. - Вечная борьба, да? - догадался Вэй Ин. - Вы весьма проницательны, молодой господин Вэй, - согласился с ним Не Минцзюэ. - На момент жизни шестого главы нашего ордена, это был вполне рабочий вариант, потому что ярость сабель сосредотачивалась на тех самых трупах, готовых к преображению, и они уже не вредили живым. Лань Ванцзи слегка нахмурился, и Не Хуайсан тотчас же затараторил: — Ханьгуан-цзюнь, я всё могу объяснить! Этих людей убили не адепты нашего ордена! Нам пришлось с огромным трудом добывать их по всем орденам и кланам и доставлять сюда, а некоторых из них мы даже купили по весьма высокой цене! Сама же идея шестого главы состояла вот в чём: если сабли настолько одержимы жаждой истребления тварей, то нужно устроить так, чтобы они могли вечно сражаться друг с другом. Проще говоря, трупы, готовые к преображению, словно посмертные дары, погребли вместе с гробами, в которых находились сабли. Сабли не позволяли мертвецам восстать, а мертвецы, в свою очередь, удовлетворяли страсть и ярость сабель. До тех пор, пока поддерживался баланс, ситуация оставалась неизменной, и грядущие поколения нашего клана наконец смогли вздохнуть с облегчением. - А потом пришёл Цзинь Лин, и баланс пошатнулся, - хихикнул Вэй Ин. - Какой инициативный ребёнок! - Выпороть и запереть в комнате, - еле слышно простонал Цзинь Цзысюань, которому было стыдно за действия своего будущего сына. - Привязать к кровати, чтобы не сбежал, - дополнил его меры по воспитанию Цзян Чэн. - Не поможет, А-Чэн, - с улыбкой вздохнула Цзян Яньли. - Слишком свободолюбивый ребенок, чтобы не попробовать сбежать при первой же удачной возможности. - Сестра, давайте вы с Цзысюанем сначала родите А-Лина, а уже потом будете пенять на воспитание дядюшек и прочих родственников, - фыркнул Усянь и тут же смачно хлопнул себя ладонью по лицу. - Дожили, я уже согласен отдать свою сестру павлину! - Не поверишь, А-Ин, но тут уже даже я на это согласен, - со вздохом похлопал его по плечу Ваньинь, не слушая прокатившихся по залу смешков. - Но учти, Цзысюань: обидишь сестру, наваляем вдвоем! - хором сообщили братья, хмуро поглядывая на наследника Цзинь. - А я даже протестовать не буду в этом случае, - кивнула Цзинь Ливэй. Вэй Усянь вновь поинтересовался: — Тогда зачем же потом вы построили каменную крепость? И почему в её стенах захоронены трупы людей? И что насчёт того, что кого-то всё-таки сожрали? Не Хуайсан ответил: — На все эти вопросы можно дать один общий ответ. Пожалуй… можно сказать, что кое-кого всё же сожрали. Но это была случайность!!! Шестой глава возвёл гробницу для трупов таким образом, что снаружи она ничем не отличалась от обычной усыпальницы, и все последующие поколения следовали его примеру. Но, к сожалению, примерно пятьдесят лет назад она подверглась нападению расхитителей могил. Вэй Усянь охнул и воскликнул про себя: «Разбудили лихо, что спало тихо». - Расхитители могил? - ахнули собравшиеся в зале. Мэн Яо мрачно переглянулся с такими же хмурыми Сюэ Яном и Вэй Ином и ругнулся на юньпинском, ему вторили звонкий голосок мальчика с ругательствами из Куйчжоу и голос первого ученика Юньмэн Цзян. - К сожалению, простые люди не всегда имеют возможность добыть кусок рисовой лепешки законными путями, - вздохнула Мо Тинг, привлекая к себе внимание слушателей. - И тогда они идут в разбойники, чтобы грабить прохожих, либо вскрывают чужие могилы. Иногда это делается из желания поесть досыта, иногда - просто ради наживы. - А ведь на горе Дафань в первых главах книги лентяй добыл себе деньги на свадьбу, разграбив могилу богатого старика! - неожиданно вспомнила Ло Цинъян. - Точно! - закивали слушатели, вспомнив то же самое. Не Хуайсан продолжил: — Поддержание порядка в огромной гробнице — не то, что так просто можно сокрыть, и как бы мы ни старались держать всё в строжайшей тайне, кое-какие слухи всё же доходили до ушей простых людей. Расхитители могил всеми правдами и неправдами выяснили точное местоположение усыпальницы и решили, что это захоронение прошлых династий, полное несметных сокровищ. Они долго разрабатывали подробнейший план и потому пришли тщательно подготовленными, а среди кучки невежественных разбойников даже нашлись один-два человека, чьё мастерство оказалось достаточным для того, чтобы благополучно миновать лабиринт и отыскать гробницу. К тому же, грабители повидали на своём веку огромное множество покойников, и, войдя в усыпальницу и обнаружив повсюду трупы людей, они совсем не испугались. Затем расхитители могил, вероятно, разбрелись в поисках золота и драгоценностей, дыша рядом с покойниками. К тому же, воры, все как один, являлись молодыми мужчинами в самом расцвете сил, пышущими энергией Ян. А как вы помните, трупы, лежащие в гробнице, находились на грани преображения! Дальнейшее не нуждается в особых разъяснениях. Более десятка мертвецов тотчас же восстали. Однако эти расхитители могил тоже оказались не лыком шиты и были вооружены до зубов, поэтому каким-то чудом смогли уничтожить всех ходячих мертвецов. После схватки весь пол гробницы превратился в сплошное кровавое месиво. Тут-то незадачливые воры, наконец, сообразили, что усыпальница представляла собой далеко не обычный могильник, и решили спасаться бегством. Но вот на пути к свободе их как раз и сожрали! Число погребённых трупов строго контролировалось: их было ни много, ни мало, а как раз достаточно для того, чтобы уравновешивать собой число сабель. Не случилось бы ничего непоправимого, если бы расхитители могил поднятым шумом только спровоцировали преображение: стоило им покинуть гробницу — и сабли вновь утихомирили бы мертвецов. Но грабители покромсали покойников на куски, и в результате их действий трупов оказалось на десяток меньше, чем полагалось. Гробница же строго следила за тем, чтобы и мертвецов, и сабель хватало точно для поддержания баланса, и потому… потому… она захлопнулась и погребла тех людей заживо, чтобы их трупы могли восполнить недостаток… Итак, гробница оказалась уничтожена, и тот, кто был тогда главой ордена, принялся разрабатывать новые варианты. Он нашёл новое место на хребте Синлу и вместо подземной усыпальницы построил крепость-некрополь, а на случай нападения расхитителей могил замуровал трупы в стены. Среди местных некрополь прозвали «Крепость-Людоед» по одной причине. Дело в том, что, когда расхитители могил появились в Цинхэ, они всем представлялись охотниками, которые собирались отправиться за дичью на хребет Синлу. Конечно же, они не вернулись, и даже их останков обнаружить не удалось, поэтому пошла молва, что их сожрали монстры, бродящие в окрестностях. А позже, когда каменные форты уже были возведены, а новый лабиринт — ещё нет, случайный зевака наткнулся на крепость. К счастью, в фортах не предусматривались двери, поэтому попасть внутрь ему не удалось. Но зато, спустившись с хребта, он всем разболтал, что видел на хребте странную белокаменную крепость и что наверняка именно в ней живут жуткие чудовища, заживо сжирающие путников. Наш орден решил обернуть ситуацию в свою пользу, ведь слухи действительно эффективно отпугивали местных. Кое-какие детали мы, конечно, приукрасили, и в итоге родилась легенда о «Крепости-Людоеде». Но, как видите, людей она и вправду может сожрать! - Грабители получили по заслугам, - заметил Цзян Чэн, скрестив руки на груди. - Нечего было лезть туда, куда не просят! - Согласна, они сами навлекли на себя беду, - кивнула Вэнь Цин. - Если бы они не нарушили баланс, всё могло закончиться более радужно и они бы отделались только испугом, - хмыкнул Вэй Ин, закинув руки за голову и потянувшись. - Но раз часть трупов покрошили, надо было восполнить недостачу. - А как высчитывается, сколько конкретно трупов нужно для каждой сабли? - с интересом уточнил Вэнь Жохань, поглядывая в сторону ордена Цинхэ Не. - Зависит от прежнего владельца сабли, - мрачно сообщил Не Минцзюэ, внутренне скривившись. Ну не хотелось ему раскрывать клановые секреты, и так придется предпринимать меры для минимизации последствий того, что всему миру заклинателей стало известно об их родовых некрополях. Не Хуайсан выудил из своих рукавов носовой платок и белый камень размером с чесночную головку. Платком он вытер со лба испарину, а камень передал мужчинам: — Прошу, взгляните на это. Вэй Усянь взял камень в руки. Затем внимательно осмотрел вещицу со всех сторон и вдруг заметил, как что-то белое слегка выступает на поверхность. И это что-то очень напоминало… кость человеческого пальца. - Ой, фу! - тут же скривились юные девы, представив себе это зрелище, некоторые даже позеленели от отвращения. - Хо, - Не Минцзюэ с удивлением посмотрел на младшего братишку. Что же должно было произойти, чтобы А-Сан добровольно взял в руки чужие кости? - Неожиданный поворот. - Поражаюсь вашей смелости, второй молодой господин Не, - хмыкнул Вэнь Жохань. - Благодарю за комплимент господина Верховного заклинателя, но я его недостоин, - тут же жалобно похлопал глазами Не Хуайсан, прикрыв лицо веером. В голове Вэй Усяня тут же сложились воедино все детали головоломки. Не Хуайсан закончил приводить себя в порядок и продолжил: — Этот… юный господин Цзинь… каким-то образом устроил взрыв и разрушил кусок стены. Проломить такую толстую стену весьма непросто, должно быть, при себе он имел много различных магических артефактов, нет, сейчас это уже неважно… Я хочу сказать вот что: по стечению обстоятельств он взорвал точно ту часть стены, которая являлась одной из самых ранних построек. Тогда мы ещё не делали стены двухуровневыми, слой земли не был надёжно скрыт камнями с обеих сторон, и лишь позже мы догадались, что дополнительная защита не позволит энергии ян так быстро дойти до трупов, и соответственно, убережёт их от преображения. В общем, мы просто помещали мертвецов в стены, и когда молодой господин Цзинь проделал дыру, он не обратил внимания, что также уничтожил и скелет, что был там погребён. В конце концов, в скором времени после того, как он вошёл в крепость, его засосало на место того самого трупа, который он взорвал… Время от времени я посещаю хребет Синлу, чтобы убедиться, что всё в порядке. И сегодня я нашёл вот этот камень, но едва я его поднял, как на меня набросилась собака! Ох… Эта крепость ведь практически родовое кладбище нашего клана … А я… - А-Лин... - процедил сквозь стиснутые зубы Цзинь Цзысюань, прикрыв лицо ладонью. И почему этот мальчишка всё время вынуждает его краснеть за его будущие действия? - Не надо про собак, - передернул плечами Вэй Ин, оглянувшись по сторонам. - Мы и так не забыли про этого мохнатого чудовища. - А-Сянь, здесь нет собак, - напомнила ему Цзян Яньли, погладив по плечу. - Вот и не знаешь, то ли радоваться, что у ребенка есть все нужные талисманы, то ли отобрать их и запереть его дома, - закатил глаза к потолку Цзян Чэн. - Радоваться, но выпороть, - хмыкнула Юй Цзыюань, заставив слушателей опасливо поёжиться. Чем больше он говорил, тем тяжелее становилось у него на душе: — Большинство заклинателей знают, что это наша территория, поэтому они никогда не отправляются на ночную охоту в Цинхэ. Кто бы мог подумать… Кто бы мог подумать, что Не Хуайсану так не повезёт. Сначала Цзинь Лин, который никогда не проявлял тяги к соблюдению правил, вздумал заглянуть на хребет Синлу, а потом Лань Ванцзи и Вэй Усянь отправились туда же по указанию призрачной руки. Не Хуайсан повторил: — Ханьгуан-цзюнь и тот, кто рядом с вами… Я уже просил вас никому не раскрывать моей тайны. А иначе… - Не-сюн, у меня всё сильнее крепнет подозрение, что ты меня узнал, - прищурился Вэй Ин, глядя на приятеля. - Тебе кажется, Вэй-сюн, - хихикнул Не Хуайсан, прикрыв лицо веером. - Нет-нет, Не-сюн, на данный момент ты один из немногих, кто хорошо меня знает. - Ну что ты, Вэй-сюн, я не считаю себя таким уж знатоком. - Так, кукушка и петух, цыц, - фыркнул Цзян Чэн, заставив слушателей захихикать. - Не надо об этом спорить. А иначе, исходя из нынешнего полуживого состояния Ордена Цинхэ Не, если наружу просочится ещё и это недоразумение, Не Хуайсана объявят страшным преступником и позором своего клана, и даже его смерть не смоет этого клейма. Становилась также ясна и причина, по которой он предпочитал быть посмешищем для всех кланов и орденов вместо того, чтобы практиковаться в совершенствовании тела и духа или же тренировать искусство владения саблей. Чем более искусным заклинателем он бы становился, тем более распалялся бы его нрав, и, в конце концов, он закончил бы свой жизненный путь так же, как его брат и предки. Но даже после страшной смерти Не Хуайсана, его сабля продолжила бы требовать новых жертв и доставлять потомкам сплошные головные боли. Лучше уж оставаться неумехой во всех начинаниях. - Так это и был твой план, чтобы избежать семейного проклятия? - с удивлением посмотрел на братишку Не Минцзюэ. - А ты думал, я просто так не хочу пользоваться саблей? - негодующе сказал Не Хуайсан, посверлив его взглядом. - Лучше я буду Незнайкой, чем позволю нашему роду окончательно исчезнуть! - Проявления семейного нрава не обязательно должны быть открытыми, - в сторону сказал Вэй Ин, порой замечавший в глазах приятеля стальной блеск и решительность, быстро скрывающиеся под невинным взглядом, стоит Не-сюну заметить чужой интерес. - Должно быть, молодому господину Не не так-то просто далось это решение, - заметил Вэнь Жохань. - Но что-то в этом есть, да. Братья Не промолчали на слова Верховного заклинателя, но про себя пообещали испортить ему всё веселье позже и так же макнуть в грязь, как это сделала книга с раскрытием тайны их родового некрополя. Решения их проблемы не существовало. Так повелось испокон веков, с самого родоначальника клана Не, и так будет продолжаться и впредь. Разве могут потомки отречься от завета предков, попрать основы и устои своей семьи? Все кланы заклинателей таят свои секреты мастерства. И так же, как Орден Гусу Лань особенно искусен в музыке, жаждущие сражений и крови свирепые сабли Ордена Цинхэ Не стали его собственным способом сражения за место под солнцем с другими кланами. Если же они и решатся отступить от идеалов своего основателя, кто знает, сколько лет им придётся искать свой путь с самых низов и удастся ли им вообще это осуществить. К тому же, Не Хуайсан никогда бы не предал свой клан и не избрал бы иную стезю. В итоге ему оставалось только одно — быть болваном и размазнёй. - Я на тебя надеюсь, Вэй-сюн, - пробормотал себе под нос Не Хуайсан, прекрасно знавший, что его друг обязательно что-нибудь придумает, чтобы решить их клановую проблему с искажением ци. Вэй Ин кивнул приятелю и глазами показал на Вэнь Цин, явно заинтересовавшуюся этой загадкой. Почему бы и нет, в конце концов? В тандеме с целительницей, прозванной "Золотыми Руками", явно больше шансов решить проблему с искажением ци. И пусть брат не любит Вэней, Хуайсан готов сдать его на руки Вэнь Цин, лишь бы тот остался жив. Пусть ругается и грозится сломать ему ноги, лишь бы он как можно дольше мог это делать! Если бы он не возглавлял некогда великий орден и по-прежнему вёл праздную жизнь, как в юности в Облачных Глубинах — целыми днями катался на лодках, расписывал веера, ловил рыбу да птиц, то, несомненно, чувствовал бы себя куда более уютно. Но его старший брат столь рано оставил этот мир, поэтому, невзирая на все трудности, Не Хуайсану пришлось взвалить на свои плечи огромную ответственность и, спотыкаясь, брести вперёд. Слушатели немного похихикали, представив Не Хуайсана в роли главы клана, расписывающего веера и ловящего рыбу. Нет, эти занятия в исполнении праздного молодого господина представлялись легко, ведь и сейчас он ходил с веером, но вот роль главы клана? Мда, сложновато с этим было, сложновато. Вэй Ин послал ему сочувственную улыбку, прекрасно понимая, что Не-сюн очень любит своего старшего брата, пусть и побаивается его гнева. И очень не хочет становиться следующим главой ордена Цинхэ Не. Ладно хоть удалось уговорить приятеля стать смелее и помогать Не Минцзюэ, приносить пользу клану и ордену. Может, хоть так тому станет полегче. Не Хуайсан ушёл, снова и снова умоляя их никому не рассказывать об услышанном, и Вэй Усянь на какое-то время призадумался. Внезапно он осознал, что к нему приблизился Лань Ванцзи, опустился на одно колено и принялся с серьёзным видом закатывать его штанину. Вэй Усянь поспешно воскликнул: — Постой, ты что, опять?! Лань Ванцзи сказал: — Сначала избавимся от проклятой метки. - Уф, я уже и забыл про эту метку, - вздохнул Цзян Чэн, качая головой. - Не ты один, - кивнул Цзинь Цзысюань, вспоминая, что метка на ноге старейшины Илин возникла не сама по себе, он перенёс её с тела Цзинь Лина! Лань Чжань опустил голову, чувствуя, как краснеют уши. Что же этот Ханьгуан-цзюнь делает, откуда он черпает смелость на столь постыдные действия? Лань Сичень сочувственно посмотрел на краснеющего брата и спрятал улыбку за чашкой с чаем. Возможно, скоро всё наладится, и эти двое наконец разъяснят все возникшие недоразумения. За сегодня Ханьгуан-цзюнь уже во второй раз встал перед Вэй Усянем на колени. Вид у него был степенный и строгий, но Вэй Усянь всё равно не мог вынести подобного зрелища, и предложил: — Лучше я сам. Быстро закатав штанину, Вэй Усянь понял, что проклятая метка уже поразила всю голень, колено и продолжала ползти вверх. Взглянув, он заметил: — Она уже у основания бедра. Лань Ванцзи отвернулся и никак не реагировал. Вэй Усянь нашёл это весьма странным: — Лань Чжань? - Эм, Лань Чжань, ты что, смутился? - с опаской уточнил Вэй Ин, гадая, не будет ли тот ругаться. - Я не смутился, - лаконично ответил Лань Чжань, вот только красные уши, видимые только Сиченю, отрицали это утверждение. - Ладно, как скажешь. - Не нравится мне скорость распространения этой метки, - нахмурилась Вэнь Цин, хотя и понимала, что в реальности не сможет помочь книжному старейшине Илин. - Слишком быстро. - Но ты всё равно ничего не сделаешь книге, А-цзе, - тихонько сказал Вэнь Нин. - Увы, А-Нин, увы. - Конец главы, - сообщил Мэн Яо, откладывая книгу и смачивая пересохшее горло чаем. - Кто следующий?