Не так страшен черт, как его малюют.

- Господин Лань, могу я забрать книгу? - прогудел Не Минцзюэ, подойдя к дяде своего названого брата и протягивая руку. - Хм, - Лань Цижэнь погладил подбородок пальцами и передал ему фолиант. - Берите, глава клана Не. - Благодарю, - учтиво кивнул Минцзюэ, возвращаясь на своё место и открывая книгу на нужной странице. Не Хуайсан тут же прижался к его боку, кося одним глазом на страницу, и тихо пискнул, когда большая и сильная рука брата обняла его крепче. Хорошо поставленным голосом глава клана Не начал читать очередную главу. "Глава 21. Довольство. Часть третья. Вэй Усянь ответил: — Ох. Наверное, потому что там поселилась тварь, что пожирает людей? Он слышал тысячи и тысячи мифов о подобных существах и собственноручно убил не меньше нескольких сотен, так что слегка разочаровался. Тем временем шарлатан неровным голосом продолжал: — Так и есть! Ходят слухи, что в лесу подле хребта стоит «крепость-людоед», в которой живут чудовища, питающиеся человечиной. Они тотчас же пожрут любого, кто по ошибке забредёт в те края, и косточек не оставят! Ни разу никто не вернулся! Жуть, правда? - Крепость-людоед? - заинтересованно уточнил Вэнь Жохань, обожавший всякие тайны, к тому же связанные с какой-нибудь интересной тварью. - Не помню ничего такого, - пожал плечами Не Минцзюэ, хорошо знавший свои владения. Хотя кое-какие догадки были. - Даже не вздумай, - Цзян Чэн пихнул брата локтем в бок, стоило ему только открыть рот. - Да я ещё ничего не успел сказать! - возмутился Вэй Ин, тут же возвращая тычок. - Зная тебя, ты обязательно полезешь проверять. - Как ты хорошо меня знаешь, А-Чэн. Теперь понятно, почему Цзинь Лин оказался здесь. Ему не удалось совладать с богиней на горе Дафань, и, похоже, он прибыл сюда за чудовищем хребта Синлу. Вэй Усянь воскликнул: — Жуть какая! Но если, как ты говоришь, не нашли ни единой косточки, тогда, позволь узнать, откуда известно, что тех несчастных именно сожрали? Шарлатан замялся на секунду, но всё же ответил: — Значит, кто-то всё видел, разве не очевидно? - Может, кому-то и очевидно, но не А-Сяню, - фыркнул Цзян Чэн. - Дыма без огненного талисмана не бывает, - заметил Вэй Ин. - Слухи на пустом месте не рождаются. Смотрю, племянник у нас тот ещё путешественник. - На хребте Синлу нет ничего интересного, - отрывисто сказал Не Минцзюэ, хмурясь. - Нечисть у нас водится в совершенно другом месте. - Дагэ, ну мало ли, как всё будет через тринадцать лет? - заметил Не Хуайсан, резонно напоминая, что в будущем всё может измениться. - Ну, разве что так. Вэй Усянь восторженно ахнул: — Но разве, не далее как минуту назад, ты не говорил, что любого, кто забредёт в те края, тотчас же сожрут, и ни разу никто не вернулся оттуда? Тогда кто же положил начало этим слухам? Кто этот могучий человек, который всё видел своими собственными глазами и при этом выжил, чтобы рассказать о том, что творится в крепости? — … Шарлатан ответил: — Так говорят люди. Откуда мне знать? Вэй Усянь произнёс: — Тогда, может быть, ты знаешь, сколько всего людей сожрали у хребта Синлу? Когда? Их возраст? Пол? Имена? Где они жили? Шарлатан сказал: — Я не знаю. - Отстань от бедного мошенника, - хмыкнул Цзян Чэн. - Не надо из него все жилы тянуть. - А как иначе выяснить детали? - развел руками Вэй Ин, невинно улыбнувшись. - От мелких деталей порой многое зависит, ведь на той же "ночной охоте" ты же не будешь ориентироваться на крестьянское: "Чудище с вот такенными зубами, страх и ужасть!". Дети захихикали, да и молодые заклинатели тоже оценили шутки и кривляние первого ученика Юньмэн Цзян. - Нет в тебе сострадания к человеку, - заметил Ваньинь. - Есть, но он сам вызвался ответить на вопросы, - хихикнул Усянь. - К тому же, мошенник наверняка может поведать больше других, ведь он мог много где бродить. Да и по деталям легче понять, какая тварь могла завестись в этой местности. - Учитель Вэй, а если поблизости нет источников информации, чтобы у них всё выяснить? - нахально спросил Сюэ Ян, сидевший рядом с даосами. - Опираться на слухи, А-Ян. Ведь рано или поздно из той местности, где буянит нечисть, слухи всё равно докатятся до того места, где их слышит какой-нибудь заклинатель. Вэй Усянь поинтересовался: — Всезнайка из Цинхэ? Хм? Шарлатан сердито подхватил свою корзину: — В слухах ни о чём таком не говорится! Вэй Усянь засмеялся: — Погоди, погоди, не уходи! Ответь мне ещё на пару вопросов. Хребет Синлу ведь находится в Цинхэ, так? А Цинхэ — территория, за которую отвечает Орден Цинхэ Не, верно? Если у хребта Синлу в самом деле разгуливают чудовища, неужели Орден закрывает на это глаза? К удивлению Вэй Усяня, на этот раз шарлатан не ответил «Я не знаю». Вместо этого тень презрения проскользнула по его лицу: — Орден Цинхэ Не? Если бы это был прежний Орден Цинхэ Не, то, конечно же, он не закрыл бы на это глаза. На следующий же день после появления слухов его адепты прочесали бы местность и быстро и решительно уничтожили чудовищ. Но сейчас во главе когда-то великого ордена стоит этот, хе-хе… «Незнайка». - Прежний орден? - удивился Не Минцзюэ, гадая, что должно было случиться с ним самим, раз всё так поменялось. Нет, он помнил, что в начале книги было сказано о том, что Великих орденов осталось три, но что к этому привело? - Незнайка? - с удивлением повторил Вэй Ин, наклоняя голову к плечу и задумчиво улыбаясь. В памяти крутилось, что это странное прозвище человека почему-то кажется ему знакомым. Лань Чжань украдкой наблюдал за своим любимым, в этот момент казавшимся особенно красивым. Нет, он и в обычное время привлекал к себе внимание красотой, но сейчас... Хотелось спрятать его подальше от чужих глаз и любоваться каждым жестом, лукавым взглядом, улыбками. Цзинь Гуаншань жадно смотрел на талантливого мальчишку, гадая, как заманить этого гения в свой Орден, чтобы он изобретал только для Ланьлин Цзинь. Да и в весенних играх он наверняка неопытен, так что особенным удовольствием будет его всему научить. Карающий каблучок супруги с силой опустился ему на ступню, прерывая фантазии и заставив взвыть от боли. - Я могу взять у подруги Цзыдянь, - заметила Цзинь Ливэй, грозно глядя на супруга. - Цзыюань мне не откажет в этой маленькой услуге. - Моя госпожа, можно же обойтись без насилия, - нервно сказал Гуаншань, с опаской поглядывая на неё. - Можно, но у меня отнюдь не ангельское терпение, и ты опасно близко к его границам, - прошипела Ливэй, снова надавив ему каблуком на ступню, добиваясь жалобного: "Ай!". Цзинь Цзысюань слышал разговор родителей, про себя облегченно вздыхая, что больше никаких ошибок в отношении своей бывшей невесты он совершить не успел. А отца ему почему-то жалко не было. Прошлым главой Ордена Цинхэ Не был Чифэн-цзунь, Не Минцзюэ. После того, как глава Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Жохань, довёл до белого каления позапрошлого Главу Ордена Цинхэ Не, от чего отец Не Минцзюе и Не Хуайсана и скончался, старший сын, привыкший действовать в жесткой и непреклонной манере, принял бразды правления в свои руки, хотя ему не исполнилось и двадцати лет. Кроме того, Не Минцзюэ являлся старшим названым братом Цзэу-цзюня, Лань Сичэня, и Ляньфан-цзуня, Цзинь Гуанъяо. После Аннигиляции Солнца Орден Цинхэ Не расцвёл под его руководством, да так, что величие и мощь ордена почти достигали уровня Ордена Ланьлин Цзинь. Однако Не Минцзюэ настигло искажение Ци, и заклинатель скончался на глазах у огромного количества народа. Следующим в очереди на пост главы ордена шёл его младший брат, Не Хуайсан. Вэй Усянь полюбопытствовал: — Почему ты назвал его Незнайкой? - Восьмой, - неожиданно сказал Не Минцзюэ, заставив слушателей подпрыгнуть на месте, поскольку все уже забыли, что он ведёт подсчёт тех, кого по книге убили. - Дагэ, - вздрогнул Лань Сичень, с укоризной посмотрев на него. - Дагэ, ты меня напугал! - Не Хуайсан ударил его сложенным веером по груди, ненадолго выбравшись из его объятий. - Ничего, тебе иногда полезно, - хмыкнул Минцзюэ, взъерошив ему волосы. - Даже не смей умирать! - неожиданно жестко сказал Хуайсан, вцепившись в воротник его ханьфу и изо всех сил встряхнув. - Слышишь? Даже не вздумай умирать, потому что я развалю твой обожаемый орден! Как же я буду без тебя? - А-Сан, рано или поздно все умирают, да и ты знаешь нашу проблему, - мужчина неловко погладил его по спине. - Никто не вечен. - Я обязательно найду способ решить нашу проблему, - забормотал парень, упрямо глядя перед собой. - Потому что именно ты глава ордена! Ты, а не я! Слушатели смотрели в другую сторону, не собираясь никак комментировать разговор двух братьев, уж слишком личным он был. Даже Вэнь Жохань промолчал. Вэнь Цин кивнула сама себе, собираясь после чтения предложить молодому господину Не свою помощь. Искажение ци - давно известная проблема, от которой умирают заклинатели. Да и это вызов её умениям, найти лекарство от искажения! Шарлатан ответил: — Ты разве не знаком с этой историей? О чём бы ни спросили Главу Ордена Не — он не знает ответа и ничего не скажет; а ежели он всё-таки знает ответ, то побоится его озвучить. Если же насесть на него и начать настойчиво допрашивать, он будет рыдать в голос и яростно мотать головой, приговаривая: «Я не знаю, я не знаю, я ничего не знаю!» и жалобно умолять отпустить его. Это ли не поведение самого настоящего Незнайки? - Не-сюн, он буквально описал твоё обычное поведение, - захихикал Вэй Ин, поглядывая на приятеля. - Не понимаю, о чём ты, Вэй-сюн, - сделал невинное лицо Не Хуайсан, обмахнувшись веером. - Ты же именно так и говоришь, - поддержал брата Цзян Чэн. В юности Вэй Усянь и Не Хуайсан учились вместе, поэтому он не понаслышке знал об этом человеке. Не Хуайсан по натуре не был злым человеком, и безнадежно глупым его тоже назвать было нельзя. Однако он не стремился старательно овладевать наукой, но зато преуспевал в том, чего желало его сердце: расписывание вееров, охота за птицами, ловля рыбы руками или же прогуливание занятий. В заклинательском же мастерстве он вовсе не блистал талантами и с огромным трудом сформировал Золотое Ядро на восемь-девять лет позже своих ровесников. При жизни Не Минцзюэ очень досадовал, что из его младшего брата не выходило достойного мужчины, и всегда строго воспитывал его, однако едва ли это возымело хоть какой-то успех. Сейчас Не Хуайсан остался без покровительства и понуканий своего брата, и былая слава Ордена Цинхэ Не под его руководством очень быстро сошла на нет. Уже во взрослом возрасте, а в особенности после становления во главе ордена, Не Хуайсан постоянно сталкивался с различного рода ранее неведомыми заботами и неприятностями и отчаянно искал помощи, особенно часто он обращался к младшим названым братьям Не Минцзюэ: сегодня он жалуется Цзинь Гуанъяо в Башне Золотого Карпа, а завтра плачется Лань Сичэню в Облачных Глубинах. И только лишь при их поддержке Не Хуайсан насилу смог укрепиться на позиции главы Ордена Цинхэ Не. Сейчас же, когда его имя невзначай всплывает в разговоре, никто не рискнёт высказаться вслух, но у всех на лицах можно прочитать: размазня и ничтожество. Разворошив в памяти события прошлого, Вэй Усянь не смог удержаться от печального вздоха. - Вот видишь, дагэ, тебе нельзя умирать! - сказал Не Хуайсан, глядя на брата. - Ни от искажения ци, ни от когтей животных, ни от тёмных тварей на "ночной охоте", ни от чего! - Но у тебя всё равно получается неплохо, - заметил Не Минцзюэ, взъерошив ему волосы. - Нет, потому что я ничего не понимаю в управлении орденом! - Вернемся домой, будешь помогать мне с делами. - А молодой господин Мэн станет неплохим главой ордена Ланьлин Цзинь, - хмыкнул Вэй Ин, старательно пытаясь отвлечь всех от проблем ордена его друга. - Он? Да ни за что! - фыркнула Цзинь Ливэй, но тут же вспомнила, что бастард и сам отказался от подобной чести. - Не претендую, - мягко сказал Мэн Яо, поглядывая на сводного брата. Хотя мысль о том, что два главы орденов с ним побратались, грела ему душу. И судя по их лицам, и Минцзюэ, и Сичень не имеют ничего против ещё одного побратима. Закончив расспрос шарлатана о хребте Синлу, Вэй Усянь не забыл посодействовать его торговле и приобрёл две коробочки с румянами. Он спрятал покупки за пазуху и вернулся к Лань Ванцзи. Тот по-прежнему словно и не собирался забирать назад свой мешочек с деньгами. Храня молчание, они прошествовали в направлении, указанном шарлатаном. Хребет Синлу густо порос ельником, но под сенью деревьев петляла довольно широкая тропа. Мужчины прошли уже довольно много, однако ничего необычного им не встретилось. Впрочем, они не питали особых надежд и заглянули сюда лишь на всякий случай. Если бы пугающие слухи, ходящие об этом месте, оказались верны, то наверняка сведений имелось бы гораздо больше. К примеру, в случае с богиней-пожирательницей душ на горе Дафань любой заклинатель с лёгкостью мог установить имена жертв и места их жительства — спросить любого, и даже молочное имя жениха А-Янь не осталось бы в тайне. Но шарлатан не припомнил никаких деталей. Следовательно, скорее всего, люди высосали историю из пальца, а потом раздули до непомерных масштабов. Примерно через час они, наконец, встретили хоть какое-то сопротивление: вдалеке показались семь или восемь пошатывающихся человеческих фигур, имевших помутневшие белки глаз и завернутых в лохмотья, которые, казалось, мог сдуть даже самый слабый порыв ветра. Все эти признаки и чрезвычайная медлительность в довесок выдавали в фигурах ходячих мертвецов уровня настолько низкого, что ниже уже некуда. Все, кто не имел отношения к миру заклинателей, тут же поспешили записать информацию для себя, хотя Мэн Яо мог просто её запомнить. Благо, хорошая память помогала ему в этом, позволяя воспроизвести запомненные сведения едва ли не дословно. Дети тоже навострили ушки, старательно вслушиваясь в слова книги. За эти дни они узнали больше, чем простые обыватели за всю жизнь, на тему заклинательства и тёмных тварей, водящихся не только на территориях орденов. - Учитель Вэй и правда хорошо рассказывает, его слова легко запомнить, - заметил Сюэ Ян, обращаясь ко второму ученику своего шифу. - Точно, - закивал Мо Сюаньюй, широко улыбаясь. - Учитель Вэй умный. - Ходячие мертвецы? - удивился Не Минцзюэ, поглядывая в сторону книги. Хотя, если новым главой стал его братишка, ему не откажешь в смекалке. - Интересно, что же там такое? - подался вперёд Вэнь Жохань, обожавший всякие тайны и секреты. Эти мертвецы не могли тягаться не только со своими более совершенными «собратьями»: встреть они мало-мальски сильного человека — тот одним пинком повалит целый их строй; наткнись на более-менее проворного ребёнка — тот вмиг убежит, оставив их далеко позади. Даже если жертве очень сильно не повезёт, и ходячие мертвецы всё-таки изловчатся и высосут из неё немного энергии Ян, то всё равно смерть от этого не наступит. Единственное, чем они могли отпугнуть, — противным внешним видом и дурным запахом. Именно поэтому во время ночной охоты старшие адепты проходили мимо подобных тварей и оставляли их ученикам: никто в здравом уме не будет преследовать крыс, когда есть тигры и пантеры. - То есть, особой опасности они не представляют? - уточнил Сюэ Ян, прищурившись. - Нет, опасность минимальна, - улыбнулся ему Сяо Синчень. - Фу, наверняка только из-за их запаха с ними не желают связываться, - сморщила носик А-Цин. - В большинстве случаев, это так и есть, - кивнул Сун Лань. При виде кучки ходячих мертвецов Вэй Усянь быстро сообразил, что за неприятность последует далее, потому потупился и проворно нырнул за спину Лань Ванцзи. И в самом деле, мертвецы, вихляя и качаясь, подошли к ним на расстояние примерно пяти-шести чжанов, заметили Вэй Усяня и тотчас же в ужасе с небывалой прытью ретировались. Вэй Усянь потёр виски и, трепеща от напускного страха, повернулся к Лань Ванцзи: — Ого, Ханьгуан-цзюнь, ты такой могучий! Едва завидев тебя, ходячие мертвецы в страхе убежали прочь! Ха-ха! Лань Ванцзи было нечего возразить в ответ. Вэй Усянь со смехом принялся его толкать: — Пойдём, пойдём. Пора уходить с этого хребта. Сомневаюсь, что мы всё-таки найдём здесь мало-мальски злобных тварей. Просто местные — большие любители почесать языки, вот и превратили обычных ходячих мертвецов в чудовищ, что поедают людей с костями. Наверняка и «крепость-людоед» — тоже всего лишь одна из их выдумок. Мы понапрасну тратим свои силы! - Лань Чжань так грозен, что при взгляде на него мертвецы спасаются бегством! - захихикал Вэй Ин, весело поглядывая в его сторону. - Дурень, перекладываешь на других свою ответственность? - закатил глаза к потолку Цзян Чэн, отвесив ему лёгкий подзатыльник. - И почему мертвецы от тебя драпают? - Понятия не имею, - развёл руками Усянь. - Правильно, уходите оттуда, - пробормотал Не Минцзюэ, не зная, каким богам молиться, чтобы книжные старейшина Илин и Ханьгуан-цзюнь именно так и поступили. - Нету там ничего такого. - Мне уже даже интересно, что там, - хмыкнул Вэнь Жохань. Лань Ванцзи возобновил движение только после того, как Вэй Усянь несколько раз подтолкнул его. Но не успели они сравнять шаг, как вдруг из глубины елового леса послышался яростный лай. Вэй Усянь мгновенно изменился в лице, со скоростью молнии прошмыгнул за спину Лань Ванцзи и, присев, сжался в комок, обнимая того за талию. Лань Ванцзи произнёс: — Лай ещё слишком далеко, зачем ты прячешься? Вэй Усянь ответил, заикаясь: — Я-я-я лучше на всякий случай спрячусь, а потом уже буду выяснять подробности. Ты его видишь? Где он?! - Мамочки, - побледнел Вэй Ин, всем телом вжимаясь в брата и пряча лицо у него на груди. - Дурень, собака в книге, а не здесь, - проворчал Цзян Чэн, но вопреки своим словам тут же принялся гладить брата по спине, про себя гордясь, что он по-прежнему видит в нём защитника. - А-Сянь, всё хорошо, - Цзян Яньли постаралась его успокоить, поглаживая по волосам. - Мы не дадим тебя в обиду никакой собаке! - П-правда? - сипло спросил Усянь. - Конечно! Лань Ванцзи внимательно прислушался и через секунду сказал: — Это чёрная собака-оборотень Цзинь Лина. При упоминании этого имени Вэй Усянь сразу же выпрямился, но, услышав новую волну лая, вновь присел и скукожился. Лань Ванцзи продолжил: — Если собака-оборотень так надрывается, то что-то определённо случилось. Вэй Усянь что-то заворчал себе под нос, потом, не без усилий, принял вертикальное положение, продолжая дрожать как осиновый лист: — Т-т-тогда надо проверить, что! Лань Ванцзи по-прежнему стоял неподвижно. Вэй Усянь жалобно запричитал: — Ханьгуан-цзюнь, давай же, сдвинься с места! Если ты не пойдёшь, то и я не смогу! После короткого молчания Лань Ванцзи ответил: — Сначала… отпусти меня. - Даже при всём моём желании, это было бы сложно осуществить, Лань Чжань, - нервно улыбнулся Вэй Ин, на минуту отстранившись от брата и посмотрев на него, но тут же снова спрятал лицо. - Бесполезно, у него отказывают мозги при одном звуке лая или упоминании собак, - фыркнул Цзян Чэн, не раз видевший подобное в детстве. - Согласись, у меня есть для этого все основания, - пробурчал Усянь, не собираясь пока что покидать надёжных объятий. Это же два действия в одном флаконе: и его любимые обнимашки, и защита от собак. - А-Сянь, спасибо, - нежно ему улыбнулась Цзян Яньли, понимая, что несмотря на свой страх, А-Сянь совсем не собирается бросать её будущего ребенка без помощи. - Я сделаю для А-Лина всё, что в моих силах, сестра. Равно как и для любого дорогого мне человека. - И за это тебе огромное спасибо, братик. - Эй, а как же я? - И ты молодец, А-Чэн, что воспитываешь А-Лина. Однако, в конце концов, они так и тронулись в путь вдвоём, спотыкаясь на каждом шагу. Мужчины шли на лай собаки, но уже совершали по лесу второй круг и до сих пор ничего не обнаружили. Вой собаки-оборотня тоже то приближался, то удалялся. Вэй Усянь, наконец, немного свыкся с этими звуками и даже перестал заикаться: — Похоже, мы бродим по лабиринту. Этот лабиринт определённо был делом рук человека. Некоторое время назад сам Вэй Усянь говорил, что все истории о хребте были не более, чем выдумкой, однако сейчас дело принимало иной оборот. Чёрная собака-оборотень лаяла уже пятнадцать минут без перерыва и до сих пор не выдохлась. Тем временем мужчины нашли способ выбраться из западни и теперь шли прямо на собачий вой. Вскоре вдалеке, среди хвойных деревьев, проступили силуэты мрачных каменных фортов. - Почему она всё время лает? - жалобно спросил Вэй Ин, вздрагивая. - Почему никак не замолчит? - Дурень, тебе уже сказали, что она чует опасность, - закатил глаза к потолку Цзян Чэн. - И прекрати ломать мои рёбра. Они мне ещё целыми нужны! - Пока не закончат упоминать этих монстров, я не отлипну. Так что терпи. Не Минцзюэ сморщился так, словно у него разом заныли все зубы. Ну почему нельзя было пройти мимо? Эта книга безжалостно вскрывала чужие тайники, выворачивая их наизнанку, и скоро уже все будут в курсе, что водится на хребте Синлу. Пожалуй, стоит как следует подумать, как минимизировать возможный ущерб, особенно со стороны глав кланов Цзинь и Вэнь. Козёл Гуаншань уже когда-то пытался отобрать у их ордена кое-какие земли после смерти отца, так что пришлось действовать жестко и надавать по загребущим ручонкам. А Жохань стал тем, кто довёл его отца до искажения ци. Они были сложены из серовато-белых камней и сплошь покрыты ярко-зелёными вьющимися растениями и опавшими листьями. Каждый форт имел вид весьма необычной полусферы, словно пиала, перевёрнутая вверх дном. Кто бы мог подумать, что на хребте Синлу действительно окажется крепость? Похоже, что дыма без огня и впрямь не бывает. Однако пока ещё рано было судить, действительно ли это пресловутая «крепость-людоед» и что за создания обитали в ней. Чёрная собака-оборотень Цзинь Лина беспокойно наматывала круги вокруг фортов, иногда тихо потявкивая, а иногда бешено завывая. Увидев приближающегося Лань Ванцзи, собака в страхе отступила, но не убежала, а вместо этого принялась лаять ещё яростнее, всматриваясь в сторону каменных фортов и оголтело роя землю передними лапами, явно испытывая крайнее беспокойство. Вэй Усянь спрятался за Лань Ванцзи и страдальчески выдавил: — Почему она не уходит прочь?.. И где её хозяин? Куда делся Цзинь Лин?! - Да, где Цзинь Лин? - нахмурился Цзинь Цзысюань, хорошо знавший повадки собак. Похоже, этот неугомонный ребенок уже успел куда-то влипнуть и найти себе приключения. - Уже вполне себе приключается, - фыркнула Юй Цзыюань, поглядывая на своего воспитанника. - Удивительно, что он немало получил от старшего дяди по матери, хотя между ними нет кровного родства. - Я его не воспитывал, госпожа Юй, - сказал Вэй Ин, выпрямляясь, но продолжая цепляться за брата. - Основной вклад в воспитание был за Цзян Чэном, ну и молодой господин Мэн приложил руку. - Мда? - скептически посмотрела на него Цзыюань. - Тогда откуда в этом ребёнке стремление влезть в каждую щель, как только ослабевает присмотр взрослых? - Не понимаю, о чём вы, - невинно хлопнул глазами Усянь. - А-Сянь, матушка намекает, что А-Лин унаследовал от тебя любовь к приключениям даже в тех случаях, где на это ничего не указывает, - захихикала Цзян Яньли, поглаживая его по руке. - Что значит намекаю? Я говорю прямым текстом! Всё это время они слышали лишь надрывный лай собаки, но никаких звуков от Цзинь Лина, даже ни единого крика о помощи. Очевидно, что чёрную собаку-оборотня сюда привёл сам хозяин, перед этим вырвавшись из лабиринта. Но после человек будто бы просто-напросто испарился. Лань Ванцзи сказал: — Нужно зайти внутрь и всё проверить. Вэй Усянь ответил: — Как? Здесь же нет входа. Входа действительно не было: серовато-белые камни плотно прилегали друг к другу, безо всяких намёков на двери или окна. Собака повизгивала и подпрыгивала, словно желая вцепиться в полы одеяния Лань Ванцзи, но всё же не отваживалась. Тогда она обогнула препятствие и ухватилась зубами за край одежды Вэй Усяня, таща того за собой. Вэй Усянь едва не испустил дух и потянул руки к Лань Ванцзи: — Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань!!! Лань Чжань даже вздрогнул от того, насколько жалобно звучало его имя, но в глубине души было приятно, что Вэй Ин так к нему тянется. Его хотелось сжать в объятиях и заверить, что ни одна собака не сможет причинить ему вред. - Да ты же сам прямым текстом говоришь, что в теле деревенского дурачка - ты! - закатил глаза к потолку Цзян Чэн. - В смысле? - не понял Вэй Ин, посмотрев на брата. - В коромысле! Кто ещё называет его по имени-мин? - Даже я зову брата по второму имени, молодой господин Вэй, - весело улыбнулся Лань Сичень, встретив его удивленный взгляд. - Э-э, упс? - невинно захлопал глазами Усянь, заставляя слушателей рассмеяться. - Что там за форты на хребте Синлу, дагэ? - шепотом спросил Не Хуайсан, замечая, как он кривится. - Потом узнаешь, А-Сан, - Не Минцзюэ взъерошил ему волосы, пробуя отвлечь его. - У-уберите от меня с-собаку! Я готов идти куда угодно, только уберите её! - Дурень, рёбра! - дуэтом с ним взвыл Цзян Чэн, пытаясь отлепить его от себя. Пришлось звать Вэнь Цин с её иглами, чтобы разжать будто стальные объятия. Впрочем, демонстрации хватило, чтобы руки ослабили свою хватку, и все облегченно вздохнули. Собака волокла куда-то Вэй Усяня, а Вэй Усянь, в свою очередь, тянул Лань Ванцзи. Животное протащило их вокруг фортов и привёло к тыльной стороне каменной крепости. К их удивлению в стене оказался вход высотой примерно с человеческий рост. Края его были неровными, а вокруг валялись осколки камней: очевидно, что дыру проделали недавно при помощи артефакта, способного спровоцировать взрыв. Внутри стояла кромешная тьма, если не считать слабого красного света. Сделав своё дело, собака разжала зубы, пару раз гавкнула на вход и ошалело замахала хвостом, глядя на двоих мужчин. Лишних слов не требовалось — наверняка Цзинь Лин силой проник в каменную крепость, но внутри с ним приключилась беда. Бичэнь сам по себе обнажился на пару цуней, и его лезвие засветилось холодным голубым сиянием, освещающим путникам путь. Лань Ванцзи пригнулся и вошёл первым. Присутствие собаки уже едва не довело Вэй Усяня до помешательства, поэтому он тут же бросился следом, почти врезавшись в Лань Ванцзи. Тот поддержал его за руку и покачал головой, то ли досадуя, то ли смиряясь с неизбежным. - Угу, ему помешательство, а я чуть рёбер в целом состоянии не лишился, - ворчал Цзян Чэн, растирая синяки на боках. - Скажи с-спас-сибо, что хватка была не ниже, - больно закусил губу, чтобы зубы не стучали, Вэй Ин, принимая из рук Вэнь Цин сильное успокоительное и залпом его выпивая. - Спасибо преогромнейшее, что ты не стал выдавливать из меня внутренние органы, - сердито вздохнул Ваньинь, но прикинул перспективы и немного смягчился. - Ладно, прощаю. - А это не слишком, дева Вэнь? - уточнила Цзян Яньли, глядя, как брат обмякает в кресле, чему-то легкомысленно улыбаясь. - Немного переборщила с дозировкой, - Вэнь Цин понюхала чашку и досадливо цокнула языком. - Ну, на какое-то время на собак он реагировать не будет, это точно. - Ну куда полез этот ребёнок? - хлопнул себя ладонью по лбу Цзинь Цзысюань, гадая, нет ли и правда общей крови между его бывшей невестой и Вэй Усянем. А то и правда у Цзинь Лина авантюризм в дядюшку! - Ручонки бы поотрывать этому индивидууму, - досадливо вздохнул Не Минцзюэ, который буквально чувствовал, что ничем хорошим это варварство не закончится. И это они ещё не в курсе, что там на самом деле! Ладно, если старейшина Илин и Ханьгуан-цзюнь добудут своего малолетнего родственничка из гробницы, он им скажет спасибо. Чёрная собака-оборотень явно желала последовать за ними и даже попыталась забежать внутрь, но какая-то сила словно преграждала ей путь, не давая войти. Собака изо всех сил пыталась прорваться сквозь помеху, но попытки не увенчались успехом, и ей только и оставалось, что сесть у входа и лишь яростнее вилять хвостом. Вэй Усянь так возликовал, что готов был пасть на колени, а после убрал руку от Лань Ванцзи и сделал пару шагов внутрь. Холодный голубой свет, рассеиваемый мечом, во мраке форта представлялся почти белым. Хребет Синлу весь зарос высокими густыми деревьями, так что внутри оказалось весьма зябко. К тому же, сейчас они находились внутри каменной крепости, где было ещё прохладнее, поэтому очень скоро легко одетый Вэй Усянь почувствовал, как зловещий ветер свободно задувает ему в рукава и за шиворот, осушая холодный пот, проступивший при виде собаки. Свет, шедший снаружи, уже давно исчез из виду, словно потухшее пламя свечи. Чем глубже они продвигались, тем темнее и просторнее становилось вокруг. - Дагэ? - с напором уточнил Не Хуайсан, ткнув его веером под рёбра. - А-Сан, всё потом, - шикнул на него Не Минцзюэ, потирая место удара, хотя подобное слабое действие не могло оставить на нём синяков. - Пока, собачка, - вяло махнул рукой Вэй Ин, чувствуя себя расслабленным и немного пьяным. - Прости, но нам не по пути. Лань Чжань хмурился, хотя и признавал, что уж слишком сильно боялся сегодня собак Вэй Ин, и успокоительное девы Вэнь на какое-то время позволит отбросить этот страх. К тому же, он впервые видел на этих губах такую мягкую улыбку, отличающуюся каким-то особым очарованием. Интересно, а без действия успокоительного у Вэй Ина получится её снова показать? Потолок каменного форта был сводчатым: Вэй Усянь пнул пару камней и услышал слабое эхо. Он больше не мог терпеть и замер на месте, прижав одну руку к виску и чуть нахмурив брови. Лань Ванцзи обернулся и спросил: — Что случилось? Вэй Усянь ответил: — Так громко... В каменной крепости стояла гробовая тишина, как на кладбище. На самом деле, и в самой крепости было что-то от кладбища. Однако сейчас Вэй Усянь слышал, как их окружает разноголосый галдёж. - Конец главы, - громко сказал Не Минцзюэ, захлопывая книгу. - Разноголосый галдёж? - удивленно переспросил Цзинь Гуаншань, пытаясь прикинуть, что же может быть в этой каменной крепости. - И надолго он в таком состоянии, дева Вэнь? - негромко спросила Цзян Яньли, которой не хотелось видеть брата в таком виде. - Я не пьяный, - тут же запротестовал Вэй Ин, надувая губы. - Ты под успокоительным, дурень, - фыркнул Цзян Чэн, потрепав его по волосам. - Думаю, ещё около часа, - заметила Вэнь Цин. - Сколько пальцев видишь? - Два, - убежденно сказал Усянь, улыбнувшись ей. - Цин-цзе, мощная штука, уважаю. - Молодец, Вэй Усянь, - кивнула Цин, и в самом деле показывавшая два пальца. - Только пока не ходи по залу, не думаю, что успокоительное не повлияло на координацию движений. - Хорошо, Сянь-Сянь будет послушным мальчиком и не станет огорчать сестру. Юй Цзыюань тихо рассмеялась, ведь сейчас семнадцатилетний парень выглядел ещё большим ребенком, чем обычно.