Не так страшен черт, как его малюют.

- Вэй-сюн, мы же идём по порядку, да? - неожиданно спросил Не Хуайсан, привлекая внимание друзей. - Ну да, - кивнул вместо него Цзян Чэн. - Бля, - протянул Вэй Ин, начиная понимать, какое следующее событие собирается открыть книга на суд широкой публики. После этого слушатели имели возможность посмотреть на редкую картину: Не Хуайсан съёжился и полностью закрыл веером лицо, отодвигаясь от брата, Цзян Чэн прикрыл глаза рукой, делая фэйспалм, Вэй Ин нервно хихикнул и затеребил свой хвост, а Лань Чжань - вот уж невидаль - покраснел лицом. Обычно у него краснели уши, когда он смущался, а вот чтобы скулы - это было впервые. - Так, - многозначительно протянул Не Минцзюэ, глядя на брата. - Сами признаетесь, что натворили, или выпытывать из вас правду? - Я не знаю, не знаю, я ничего не знаю! - замотал головой Хуайсан, потому что признаваться в ТАКОМ ему бы точно духу не хватило. - Лучше читайте, - сглотнул Ваньинь, косвенно так же виноватый в той сложившейся ситуации, потому что не уследил за братом и позволил ей случиться. Читать вызвался глава мелкого клана, Оуян Чанмэй*, с поклоном забравший книгу из рук Мо Тинг. Вернувшись на своё место, он сел и открыл её, пролистывая до нужной страницы и начиная читать. "Глава 15. Изящность. Часть пятая. Вэй Усянь с лёгкостью развлекал сам себя, особенно хорошо ему удавалось найти способ повеселиться в, казалось бы, совсем уж безнадежно унылых ситуациях. Сейчас рядом с Вэй Усянем не было никого, кроме Лань Ванцзи, так что волей-неволей ему пришлось забавляться с ним. — Ванцзи-сюн, — позвал Вэй Усянь. Лань Ванцзи никак не отреагировал. — Ван Цзи. Тот словно оглох. — Лань Ванцзи. — Лань Чжань! - Игнорировать Вэй Усяня - худшая тактика, которую вы могли применить, - сочувственно заметил Цзян Чэн, прекрасно знавший уловки своего брата. - Он обязательно будет докапываться, пока не получит реакцию на свои действия. - То есть, Вэй-сюн всегда такой настырный? - уточнил Не Хуайсан, на минутку показавшись из-за веера. - Когда он искренне заинтересован в ком-то, будет докапываться до победного, - развёл руками Ваньинь. - Ну мы же быстро миримся, когда ты обижаешься, А-Чэн, - проворковал Вэй Ин, боднув его головой в плечо. - Потому что ты не терпишь игнора и первым идёшь на мировую. Лань Ванцзи, наконец, прекратил писать и обратил на него холодный взгляд. Вэй Усянь отпрянул назад и поспешно поднял руки, словно защищаясь: — Не смотри на меня так. Я произнёс твоё имя только потому, что ты не отвечал, когда я звал тебя Ванцзи. Если тебя это так задело, разрешаю тебе тоже назвать меня по имени. Лань Ванцзи произнёс: — Опусти ноги. Вэй Усянь сидел чрезвычайно неподобающим образом: всем телом навалившись на согнутые в коленях ноги. Увидев, что его поддразнивания, наконец, достигли цели и Лань Ванцзи заговорил, Вэй Усянь довольно захихикал про себя, будто лицезрев долгожданную луну, вышедшую из-за туч. Послушавшись Лань Ванцзи, он опустил ноги, но при этом вновь слегка подался корпусом вперёд и облокотился на стол, поэтому поза его по-прежнему считалась неблагопристойной. Затем Вэй Усянь состроил серьёзную мину и спросил: — Лань Чжань, ответь мне на один вопрос. Ты... на самом деле так сильно меня ненавидишь? Лань Ванцзи опустил веки, и тени от ресниц затрепетали на его нефритовых щеках. Вэй Усянь торопливо добавил: — Ну, нет! Ты сказал мне всего пару слов, и опять делаешь вид, будто меня здесь не существует. Я просто хочу признать свою вину и попросить прощения. Давай, взгляни на меня. - Надо было хоть что-то ему сказать, - вздохнул Цзян Чэн. - Для него молчание - это вызов. - Вызов его умениям? - невинно уточнил Не Хуайсан, обмахнувшись веером. - Моей жизнерадостности, - важно заявил Вэй Ин и тут же прыснул от смеха. - Мне нравится, когда люди улыбаются, от этого на сердце становится тепло. - Потому что А-Сянь и сам очень улыбчивый, рядом с ним нельзя не радоваться, - нежно улыбнулась Цзян Яньли, потрепав его по щеке. - Цзюцзю, я тоже буду улыбаться, как и ты! - звонко заявил Мо Сюаньюй, сидевший рядом с мамой. - И я, и я! - запищала малышка А-Цин, подпрыгивая на коленях Сяо Синчэня. - У господина Вэя красивая улыбка. - Спасибо за комплимент, малышка, - шутливо поклонился ей Усянь. - Так что же, Лань Чжань, в тот момент ты меня ненавидел? - Я никогда не ненавидел Вэй Ина, - убежденно сообщил Лань Чжань, засмотревшись на его улыбку. - Даже в первую встречу? - Даже тогда, - кивнул Ванцзи. - Спасибо, Лань Чжань. Ответа вновь не последовало, и Вэй Усянь продолжил: — Значит, не хочешь на меня смотреть. Ну что ж, тогда послушай. Произошедшее той ночью — полностью моя вина. Я был неправ абсолютно во всём: я не должен был залазить на стену, не должен был пить вино, и уж тем более я не должен был драться с тобой. Но клянусь! — я не специально дразнил тебя — я правда не читал правил твоего ордена. Например, правила Ордена Юньмэн Цзян нигде не записаны, нам объясняли их только на словах. Если бы я знал, чем всё закончится, я бы ни за что так не поступил! «Я бы ни за что не выхлебал целый сосуд «Улыбки Императора» перед тобой. Вместо этого я бы припрятал его и отнёс в комнату, и пил бы каждый день, и остальных бы напоил допьяна», — думал Вэй Усянь на самом деле. Вслух же он продолжил: — Но будем честны до конца — кто из нас напал первым? Ты. И если бы ты не набросился на меня, то мы бы мило поболтали и разрешили это чудовищное недоразумение. Но уж если меня кто-то ударил, я должен ударить в ответ. Так что всё-таки не я один виноват. Лань Чжань, ты меня хотя бы слушаешь? Ну взгляни на меня! Молодой господин Лань? — Вэй Усянь щёлкнул пальцами. — Лань-гэгэ, порадуй же меня своим взглядом! - Врать нехорошо, - наставительно заметил Лань Чжань, всё же не желая быть с ним слишком строгим. - Эх, и почему я правда не припрятал вино? - наигранно тяжело вздохнул Вэй Ин, тут же замахав руками под укоризненным взглядом. - Лань Чжань, ну кому было плохо от того, что я тогда купил и попробовал вашу знаменитую "Улыбку императора"? Чтобы меня споить, потребуется куда большее количество спиртного, чем те два несчастных сосуда! - Ты не собирался извиняться, - заметил Ванцзи. - Вообще-то я извинился, - напомнил ему Усянь, тыкнув в его сторону пальцем. - Может быть, ты и знаешь наизусть все эти три тысячи правил со Стены Послушания, но меня от такого количества передергивает заочно. По-моему, чуть ли не на каждый чих в Облачных Глубинах есть своё страшно-ужасное правило. Туда не ходи, это не делай, дышать-то хоть можно? А то вдруг даже на такое естественное для каждого человека действие тоже существует правило? - Дышать можно, молодой господин Вэй, - с весельем в голосе заверил его Лань Сичень. - Просто до вас, господин Вэй, моему брату не встречался кто-то настолько говорливый и жизнерадостный, как вы. Вот он и... растерялся. - Я уже заметил, глава клана Лань, что у Лань Чжаня удручающе скудный круг общения. Ну, перед трудностями мы не пасуем. Лань Ванцзи даже не поднял на него глаз: — Перепиши раздел ещё один раз в дополнение к тем, что тебе уже наказано. Вэй Усянь перекосился всем телом: — Ну не надо… Ладно, я один во всём виноват. Лань Ванцзи беспощадно вывел его на чистую воду: — Ты вовсе не мучаешься угрызениями совести. Вэй Усянь заканючил так, словно был напрочь лишен чувства собственного достоинства: — Простипростипростиспростипростипрости. Я могу повторять эти слова столько раз, сколько ты пожелаешь. Могу даже опуститься перед тобой на колени. Лань Ванцзи положил свою кисть на стол. Вэй Усянь подумал, что, наконец-то ему удалось вывести Лань Чжаня из себя, и тот собирается побить его. Он только-только собрался растянуть рот в глупой ухмылке, как вдруг почувствовал, что верхняя и нижняя губа словно склеены друг с другом, потому похихикать ему не удалось. Радостное выражение спало с лица. Он силился заговорить: — Мфм? Мфмфмфмфм!!! - Мне, конечно, хочется порой заткнуть тебе рот, чтобы поменьше болтал, - мечтательно заметил Цзян Чэн, глядя на брата, - но даже на мой взгляд, подобное слишком жестоко. - Вот честно, лучше бы и правда побил, это хотя бы привычно, - пробурчал себе под нос Вэй Ин, наигранно всхлипнув. - Но назначать мне ещё раз переписать этот ужасный раздел, а потом ещё и заткнуть заклятием молчания? - Сянь-Сянь, попей водички, - Цзян Яньли быстро сунула брату в руки чашку с водой и заставила её осушить. - Всё это уже произошло и возврата к этому нет. Не вдумывайся в слова. - Вэй Ин? - Лань Чжань дёрнулся, словно хотел к нему подойти и сесть рядом, взяв за руку. - Мальчишка! - резко, словно щелчок кнута, окликнула подопечного Юй Цзыюань. - Давно на тренировочной площадке не танцевал? - Пожалуй, и правда стоит вспомнить это ощущение пляски, - Усянь до боли стиснул рукоять Суйбяня ладонью, и верный меч словно откликнулся на эмоции хозяина, разгоняя перед глазами тёмный омут и возвращая в реальность. - Спасибо, госпожа Юй. - Молодой господин Вэй, что с вами? - участливо спросил Вэнь Жохань, уже твёрдо решивший, что ему нужна хотя бы лояльность этого талантливого парня, если не удастся получить верность. - Плохие воспоминания, глава клана Вэнь. Этот адепт благодарит главу ордена Цишань Вэнь за его беспокойство. Лань Ванцзи закрыл глаза, мягко выдохнул, а затем открыл их вновь. Лицо его по-прежнему оставалось непроницаемым. Он взял в руки кисть, как будто ничего и не произошло. Вэй Усянь уже давно знал о существовании столь горячо ненавидимого учениками заклятия молчания клана Лань, но всё равно отказывался верить в свою неудачу. Он не оставлял попыток открыть рот, и в кровь расцарапал уголки губ, однако все его старания с треском провалились. Тогда Вэй Усянь схватил лист бумаги, кисть его словно птица запорхала в руке, и уже через несколько мгновений он предъявил результат Лань Ванцзи. Тот мельком взглянул на него. — Убожество, — ответил Лань Чжань, скомкал бумагу и выбросил прочь. Вэй Усянь так взбесился, что перекрутился по бамбуковой циновке, затем вскарабкался обратно за стол, настрочил ещё одну записку и с грохотом плюхнул перед Лань Ванцзи. Но её постигла та же участь — Лань Чжань смял бумагу и выбросил прочь. Лань Ванцзи снял заклятие молчания, только когда Вэй Усянь закончил переписывать правила. На следующий день, когда он вновь пришёл в библиотеку, кто-то уже убрал всю скомканную бумагу. - Прости, - неожиданно сказал Лань Чжань, глядя в глаза возлюбленному. - Лань Чжань, ты начинаешь меня пугать, - нервно хихикнул Вэй Ин, передёрнув плечами. - Ты уже дважды (!) попросил у меня прощения, и это странно. - Для тебя и правда нелегко молчать, Вэй-сюн? - сочувственно спросил Не Хуайсан, для которого помолчать лишний раз не было чем-то особенным. - Он даже во сне может болтать, Не-сюн, - фыркнул Цзян Чэн, намеренно отвлекая внимание собравшихся в зале людей от почти случившейся повторной панической атаки брата. - Что уж говорить о световом дне? - Мда? - удивлённо посмотрел на брата Усянь. - И часто я не давал тебе поспать своим бормотанием? - Каждый пятый раз, если я не успевал уснуть раньше тебя! - наигранно сердито сказал Ваньинь. - И даже во сне ты всё время зовёшь своего разлюбезного Лань Ванцзи! - Господин Вэй? - с весельем в глазах посмотрел на него Лань Сичень. - Должно быть, глава клана Лань, во сне я пытаюсь в чём-то убедить вашего брата. Ванцзи ощутил, как вновь краснеют уши, стоило представить мечущегося на простынях Вэй Ина. Как трепещут его ресницы, выгибается тело, а с губ срывается это вечное: "Лань Чжань!". Так, стоп, это уже опасная зона, лучше пока об этом не думать. Однако жизнь ничему не учила Вэй Усяня. Стоило его ранам затянуться, как он тут же забывал, как их получил. Поэтому, хотя в первый день уже он пострадал от заклятия молчания, язык его вновь зачесался уже через несколько минут. Юноша успел ляпнуть лишь пару беспечных фраз, как Лань Ванцзи снова его утихомирил. И вновь Вэй Усянь не смог открыть рта, как ни пытался, и вновь накарябал что-то на бумаге и шмякнул перед Лань Чжанем, который всё так же невозмутимо скомкал лист и выбросил прочь. История повторилась и на третий день. Лань Ванцзи снова и снова накладывал на него заклятие молчания. Но в последний день «размышлений Вэй Ина о своём недостойном поведении» он вдруг заметил, что Вэй Усянь будто не такой, как обычно. За все время нахождения в Облачных Глубинах Вэй Усянь оставлял свой меч где ни попадя и никогда не носил его подобающим образом. Однако сегодня он взял его с собой и с грохотом бросил на стол. Он даже сразу приступил к заданию вместо того, чтобы, как обычно, без устали задирать Лань Ванцзи всеми доступными способами. Вэй Усянь вёл себя так смирно, что становилось не по себе. - Явно что-то задумал, - Цзян Чэн тоже не верил в такую покладистость брата, поэтому внимательно наблюдал за его лицом. - И я тебя ценю, А-Чэн, - сделал невинное лицо Вэй Ин. - Но у меня уже скоро аллергия разовьётся на одно упоминание о заклятии молчания! Или изжога. - Бедный Вэй-сюн, так настрадался от заклятия молчания, - понимающе закивал Не Хуайсан. - А-Сянь, зачем тебе меч в библиотеке? - удивлённо спросила Цзян Яньли, посмотрев на брата. - Я так понимаю, далее последует та самая вещь, про которую вы не хотите признаваться? - хмыкнул Не Минцзюэ, уже по виноватому виду брата понимая, что тому стыдно. - Что же такого вы умудрились сотворить? - задумчиво спросила Вэнь Цин, которую уже начинало покусывать любопытство. - Если Вэй Усянь изображает паиньку, значит, точно где-то накосячил, - усмехнулась Юй Цзыюань. - Кто же знал, что мы об этом будем читать? - еле слышно сказал Усянь. На этот раз у Лань Ванцзи не было причины накладывать на него заклятия молчания, так что он время от времени поглядывал на Вэй Усяня, не веря, что тот, наконец, решил вести себя прилично. Посидев спокойно всего ничего, Вэй Усянь повторил свои прошлые действия и передал Лань Ванцзи лист бумаги. Вначале Лань Ванцзи подумал, что это очередной набор бестолковых фраз, но, скользнув по бумаге случайным взглядом, с удивлением обнаружил поразительно живое и реалистичное изображение юноши, чинно и благородно читающего у окна. Этим юношей был не кто иной как он сам. Видя, что Лань Ванцзи не отводит взгляда, Вэй Усянь расплылся в улыбке и, мягко подмигнув, поднял одну бровь. Никакие слова не требовались — вопрос был написан у него на лице: «Тебе нравится? Правда, похоже на тебя?» Лань Ванцзи не спеша проговорил: — Вместо того чтобы с пользой потратить время и переписать, наконец, заданные разделы, ты занимаешься мазнёй. Я думаю, день окончания твоего наказания никогда не настанет. Вэй Усянь подул на ещё не высохшие чернила и мимоходом заметил: — Я уже со всем покончил, так что завтра я сюда не приду! На лицах слушателей крупными иероглифами было написано: "И что такого страшного в обычном рисунке?". - Явно будет что-то ещё, - прищурилась Юй Цзыюань, прекрасно зная шкодливую натуру своего воспитанника. Ну не мог тот ограничиться только рисунком, это и правда даже в четверть вины, написанной на его мордашке, не тянуло. - Ванцзи? - попытался было выведать у непосредственного участника тех событий Лань Цижэнь, что же тогда произошло. Но Лань Чжань только помотал головой, пряча за рукавом вспыхнувший на скулах румянец, хотя обычно у него краснели только уши, оставляя лицо невозмутимым. Рисунок и правда ему тогда понравился, хоть он и не собирался говорить об этом Вэй Ину, и он должен был сохраниться. Надо будет проверить, как только он вернётся в Облачные Глубины. - А-Сан? - вновь попробовал выудить сведения из брата Не Минцзюэ, хотя признавал, что это будет весьма сложно, несмотря на его обманчиво глупый вид. - Я не знаю, не знаю, я ничего не знаю! - тут же замотал головой Не Хуайсан. - Проще и правда будет узнать всё из книги, - махнул рукой Цзинь Цзысюань, до которого доходили смутные слухи, что в тот период Вэй Усянь умудрился чем-то вывести из себя Второго Нефрита. Тонкие пальцы Лань Ванцзи, казалось, замерли на миг, прежде чем перелистнуть очередную желтоватую страницу фолианта, и на этот раз Вэй Усянь даже не подвергся очередному заклятию молчания. Поняв, что Лань Ванцзи больше никак не собирается реагировать, Вэй Усянь небрежно бросил перед ним рисунок: — Это тебе. Рисунок приземлился на циновку, но Лань Ванцзи не изъявил никакого желания поднять его. Обычно все каракули Вэй Усяня, в которых он ругал Лань Чжаня, просил, умолял, подлизывался, извинялся и писал ещё множество бестолковых фраз, оказывались смятыми в ком и выброшенными прочь. Вэй Усянь уже привык к заведённому порядку и ничуть не возражал. Неожиданно он произнёс: — Я забыл кое-то добавить. — затем взял в руки кисть и бумагу и сделал несколько широких мазков. Вэй Усянь взглянул на рисунок, потом на своего натурщика, и свалился на пол со смеху. Лань Ванцзи отложил в сторону книгу и увидел, что Вэй Усянь пририсовал ему в волосах цветок. Уголки его губ будто едва заметно вздрогнули. Вэй Усянь вскарабкался обратно за стол и сказал, прежде чем Лань Ванцзи успел открыть рот: — Убожество, я угадал? Я же знаю, что ты хочешь сказать. Может быть, уже придумаешь что-то другое? Или добавишь ещё хоть слово? Лань Ванцзи ответил холодно: — Крайнее убожество. Вэй Усянь захлопал в ладоши: — Ты всё-таки добавил ещё одно слово! Ну что ж, спасибо! - Пока что это выглядит, как самый обычный подарок, - недоуменно заметил Цзинь Цзысюань. - Хотя обычно каллиграфию дарят девушкам, но в этом нет ничего зазорного. - Тебя обругали, а ты радуешься, как ребёнок, - фыркнул Цзян Чэн. - Ну и пусть Лань Чжань ругается, зато не выкинул, - пожал плечами Вэй Ин. Лань Сичень покачал головой, получив ещё одно доказательство того, что его брату требуется помощь с тем, чтобы выражать свои чувства и мысли вслух. Видно же, что Ванцзи понравился рисунок, подаренный ему господином Вэем, раз он не стал сразу уничтожать плод чужих трудов. Явно цветок в волосах портретного Ванцзи - всего лишь маленькая шалость, а не намеренное оскорбление. Да и попытка улыбнуться говорила в пользу того, что рисунок пришёлся ему по душе. Но вот слова не соответствовали его мыслям, и тут остаётся только благодарить лёгкий нрав господина Вэя и его упорство в том, чтобы расшевелить Лань Чжаня. Другой на его месте уже давно бы сдался, а Вэй Усянь до сих пор не потерял желание вытащить Ванцзи из его скорлупы. Лань Ванцзи отвёл глаза, взял книгу, вновь открыл её перед собой, и, едва взглянув на страницы, отшвырнул фолиант прочь, словно опалённый пламенем. Всё это время он читал буддистские трактаты, но, вновь раскрыв книгу, увидел обнажённые тела, переплетённые в экстазе, что было совершенно невыносимым зрелищем для его глаз. Вместо старинного фолианта, что Лань Ванцзи изучал до этого, кто-то подложил книгу порнографического содержания с обложкой, имитирующей буддистский трактат. Даже человек без мозгов с лёгкостью бы догадался, кто был зачинщиком столь непотребного действа. Этот кто-то улучил момент, когда Лань Ванцзи отвлёкся на рисунок, и подменил книгу. Вэй Усянь даже не потрудился скрыть своей причастности, а просто заколотил руками по столу и зашёлся в истерическом смехе: — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Книга, отброшенная Лань Ванцзи, улетела в одну сторону, а сам он в мгновение ока очутился в другом конце библиотеки, подальше от неё, будто чудом убежав от ядовитых змей или скорпионов, и в ярости прогрохотал оттуда: — Вэй Ин!!! Вэй Усянь почти закатился под стол от смеха и с трудом поднял руку: — Я! Я здесь! Лань Ванцзи тут же обнажил свой меч, Бичэнь. Вэй Усянь впервые видел его настолько потерявшим над собой контроль, так что тоже поспешно схватил свой. Вытащив меч из ножен на треть, он напомнил Лань Ванцзи: — Достоинство! Второй молодой господин Лань! Веди себя с достоинством! Я тоже принёс сегодня свой меч. Разве не боишься, что если мы начнём сражаться, пострадает ваша драгоценная библиотека? - А-Сянь, это не смешно, - укорила его порозовевшая Цзян Яньли, но её губы подрагивали от смеха. - Что? - прогрохотал Лань Цижэнь, яростно выдыхая и глядя на зачинщика переполоха. - Ты!! - Всего-то эротический сборник? - разочарованно протянул Цзинь Гуаншань, до этого долго ведший себя мирно. - Я-то думал, будет что-то другое. - О, порнография? - заинтригованно протянул Вэнь Жохань, сам в своё время баловавшийся изучением подобных книг. - Пока я не вижу в поступке господина Вэя ничего такого уж страшного. - Да как такое непотребство... - задохнулся от возмущения Цижэнь, но тут же был перебит. - Цижэнь, не будь ханжой, все мы в своё время изучали подобные книги, чтобы не ударить в грязь лицом перед супругой, - усмехнулся Жохань. - Или ты решил, что твой драгоценный племянник на всю жизнь останется один? - Ему всего шестнадцать! - Самое время читать весенние книги. Или тебе напомнить кое-что? Учитель Лань клацнул зубами, решив не провоцировать этого ужасного человека. Кто знает, вдруг он и правда расскажет? - И почему мне кажется, что у учителя Ланя и главы клана Вэнь была весьма насыщенная молодость? - шёпотом сказал Вэй Ин на ухо брату, пока остальные слушатели обсуждали услышанную информацию. - Не тебе одному кажется, - закивал Цзян Чэн. - Так вот зачем ты тогда брал с собой меч? - Ну, за такое можно и по шее получить, так что я перестраховался, - пожал плечами Усянь. - Да и громить библиотеку всё же не хотелось. Вэй Усянь явно предполагал, что Лань Ванцзи скроет своё смущение гневом, так что предусмотрительно прихватил с собой меч для самообороны, чтобы Лань Чжань не пронзил его ненароком насквозь. Сейчас лезвие его меча было направлено точно на Вэй Усяня, из светлых глаз едва не вырывались всполохи огня. — Да что ты за человек?! Вэй Усянь ответил: — А что я за человек? Я мужчина! Лань Ванцзи яростно отчеканил: — Ты бесстыдник! Вэй Усянь парировал: — А чего мне стыдиться? Только не говори мне, что ты не видел ничего подобного раньше. Я всё равно тебе не поверю! Слабым местом Лань Ванцзи было его абсолютное неумение ругаться с кем-то. Он помолчал несколько секунд, пытаясь обуздать свои эмоции, затем вновь направил меч на Вэй Усяня и со льдом во взгляде произнёс: — Ты, на улицу! Мы сразимся. Вэй Усянь притворился покорной овечкой и сокрушённо покачал головой: — Нет, никак не получится. Разве ты не знал, молодой господин Лань? В Облачных Глубинах запрещено сражаться без разрешения. - Ты снова обратил правила Гусу Лань против адепта ордена, - хмыкнул Цзян Чэн. - Правила нужны для того, чтобы их нарушать, - смешливо фыркнул Вэй Ин, разводя руками. Лань Чжань снова покраснел, вспомнив мельком увиденные картинки той порнографической литературы, после которой ему начали сниться весьма красочные сны. Если до этого желания были весьма смутными, то потом обрели конкретику. Лань Сичень вздохнул про себя, признавая правоту книги. Да, Ванцзи совершенно не умеет ругаться с людьми, и это с одной стороны хорошо. Меньше поводов с кем-то поссориться. А с другой, если его брат попробует отстоять своё мнение, ему будет сложно это сделать. - Вэй-сюн, ты и правда это сделал! - Не Хуайсан хихикнул, глядя на друга сияющими от смеха глазами. - Иначе зачем бы мне была нужна эта книжка? - фыркнул Усянь, разводя руками. Он поднял было с пола книгу порнографического содержания, но Лань Ванцзи опередил его и вырвал её у него из рук. Вэй Усянь быстро сообразил, что тот хочет доложить о его проделке и в подтверждение своих слов предъявить книгу. Он нарочно произнёс: — Зачем это ты отобрал её? Я думал, ты не хочешь смотреть. Выходит, всё-таки понравилось? Если так, то вовсе нет нужды столь яростно бороться за неё со мной, всё-таки я позаимствовал её специально для тебя. А теперь, раз уж ты так высоко оценил литературу, что я тебе преподнёс, то мы просто обязаны стать друзьями. Может быть, нам стоит обменяться мнениями о прочитанном, у меня ещё припасено немало интересного… - Обязательно было доводить человека? - закатил глаза к потолку Цзян Чэн, отвесив брату подзатыльник. - Я никого не доводил, - надулся Вэй Ин, скрестив руки на груди. - Кто же знал, что в Облачных Глубинах блюдут целомудрие адептов похлеще иных сокровищ? Даже просветиться не дают. - Вообще-то, - Лань Сичень откашлялся, чувствуя, что не только младшему брату становится стыдно от этой темы. - В библиотеке Облачных Глубин есть подобная литература, но не в общем доступе. - Сичень-гэ? - удивлённо посмотрел на него Не Хуайсан, да и остальные слушатели не ожидали такого услышать от главы клана Лань. - Подтверждаю, - Не Минцзюэ поспешил выручить названого брата, избавляя от чувства стыда. - Всё, закрыли тему! Лань Ванцзи побелел, словно лист бумаги. Он отчеканил, тщательно выговаривая слова: — Я. Не. Буду. Это. Читать. Вэй Усянь продолжал намеренно извращать ситуацию: — Если не хочешь читать, то зачем тогда схватил? Хочешь припрятать и насладиться в одиночестве? Прости, но я не могу тебе этого позволить. Я позаимствовал её кое у кого, и мне придётся вернуть её, когда ты всё прочтёшь… Эй, эй, эй, стой на месте! Ты слишком близко, я начинаю нервничать. Давай побеседуем. Ты же никому не собираешься отдавать её, или всё-таки собираешься? Кому? Ста… Твоему дяде? Второй молодой господин Лань, думаешь, литературу такого рода можно показывать старшим? Он ведь точно подумает, что ты её уже прочел. А с такой застенчивостью, как у тебя, ты просто-напросто умрешь от стыда… - Вэй Ин... - Лань Чжань едва заметно выдохнул, стараясь успокоиться, потому что ему до сих пор было стыдно от этой ситуации в библиотеке, хотя и прошёл почти год. - Ну прости-прости, Лань Чжань, - Вэй Ин свёл ладони вместе и поклонился, делая виноватое лицо. Он на самом деле почувствовал свою вину, но скорее не за шутку с книгой, а за то, что теперь все об этом узнали и может пострадать сам Лань Чжань. - И у кого же вы брали столь интересную литературу, молодой господин Вэй? - весело спросил Вэнь Жохань. - Пусть это пока останется тайной, глава клана Вэнь, - помотал головой Усянь. - Всё равно, подозреваю, надолго это секретом не будет. - Ты ещё запираться будешь, бесстыдник? - взвился Лань Цижэнь. - Пытался уйти от ответственности? - Думайте, что хотите, учитель Лань. Лань Ванцзи наполнил свою правую руку духовной силой, и книга рассыпалась на бесчисленное множество обрывков, мягко спланировавших на пол. Вэй Усянь с облегчением отметил про себя, что теперь все доказательства против него уничтожены, и с фальшивым сожалением сказал: — Какая потеря! — Затем снял со своих волос клочок бумаги и помахал им перед совершенно белым Лань Ванцзи, клокочущим от ярости, — Лань Чжань, ты замечателен во всём, но вот только чересчур уж любишь швыряться вещами. Вот скажи мне, сколько скомканной бумаги ты раскидал по углам за эти дни? А сегодня тебе и этого показалось мало — ты ещё и решил разорвать целую книгу. Ты разорвал — тебе и убирать. Я и не подумаю тебе помогать. Конечно же, он никогда и не помогал ему. Лань Ванцзи изо всех сил старался как-то примириться со случившимся, но сейчас его терпение лопнуло, и он резко выкрикнул: — Пошёл прочь! - Ванцзи? - недоуменно посмотрел на племянника Лань Цижэнь, который впервые услышал, чтобы тот на кого-то кричал. Это же как его надо было довести? - А говоришь, не доводил, - Цзян Чэн снова отвесил брату подзатыльник. - Тогда почему на тебя кричат? Да ещё и невозмутимый Второй Нефрит. - Мне не впервой, - пожал плечами Вэй Ин. - Госпожа Юй тоже повышает голос на меня, так что я привык. - А кто до этого убирал всю бумагу, переведённую Вэй-сюном на записки, когда его лишали голоса? - с любопытством спросил Не Хуайсан. - Библиотека - вотчина Ванцзи, - мягко улыбнулся Лань Сичень, хотя его также удивил срыв брата. Похоже, господин Вэй своими действиями заставляет Ванцзи реагировать, как самого обычного человека, а не безэмоциональную статую. - Так что убирался там наверняка тоже он. - Понятно, - задумчиво покивал Хуайсан, внутренне смеясь. Вэй-сюн крутой, смог растормошить ледяную статую, пусть и столь нетривиальным путём. Вэй Усянь ответил: — Ну и ну, ты только посмотри на себя, Лань Чжань. Все-то думают, что ты — чистейшая из жемчужин, благородный человек, который умеет вести себя с достоинством, а оказывается вот оно как. Ты разве не знал, что в Облачных Глубинах запрещён шум? И ты мне прямо так и сказал — «Пошёл прочь!» Впервые ли ты говоришь кому-то подобное… Лань Чжань вновь обнажил меч и пошёл на него. Вэй Усянь торопливо запрыгнул на подоконник: — Ну идти прочь, так идти прочь. В конце концов, я в этом исключительно хорош. Можешь не провожать! Он спрыгнул вниз на улицу и, хохоча, как умалишённый, скрылся в лесу. Там его уже поджидала группа людей. Не Хуайсан спросил: — Ну как всё прошло? Он видел книгу? И как отреагировал? - Так это был ты?! - прогрохотал Лань Цижэнь, яростно глядя на бывшего ученика. - Да как у тебя вообще рука поднялась? - Я не знаю! - пискнул Не Хуайсан, прикрываясь веером от его гнева. - Всегда умудряешься вывернуться из любой ситуации, - раздражённо заметил Цзян Чэн. - Вот как у тебя вечно так получается, А-Ин? - Видимо, боги отсыпали мне больше удачи, чем другим, - пожал плечами Вэй Ин. - Ну, в Облачных Глубинах и правда нельзя шуметь, да и именно такой реакции от Лань Чжаня я не ожидал. Вот и поспешил убраться подальше, пока меня не ткнули мечом за всё хорошее. - Подсунуть Второму Нефриту порнографическую книгу - это ты называешь "хорошим"? - закатил глаза к потолку Ваньинь. - Ну, может, немного перегнул палку, с кем не бывает? - развёл руками Усянь. - Прости, Лань Чжань. - Прощаю, - сглотнув, выдавил из себя Ванцзи, сейчас Вэй Ин и правда извинялся перед ним искренне. Видимо, и правда чувствует вину за тот случай. Вэй Усянь ответил: — Как отреагировал? Хм! Вы разве не слышали его громкие вопли? Не Хуайсан был переполнен щенячьим восторгом: — А как же, слышали! Он сказал тебе идти прочь! Вэй-сюн, я впервые в жизни слышу, чтобы Лань Ванцзи сказал кому-то «идти прочь!» Как тебе это удалось? Чувство глубокого удовлетворения читалось на лице Вэй Усяня: — Я помог ему преодолеть этот запрет! Событие, которое стоит отметить. Вы это видели? Всё самообладание и достоинство второго молодого господина Ланя, за что его так прославляют старшие, оказались бесполезными против меня. Цзян Чэн потемнел лицом и заворчал: — И чем ты так гордишься?! Чем здесь вообще можно гордиться?! Думаешь, то, что тебя прогнали — это повод для радости? Своими поступками ты неимоверно позоришь наш орден! Вэй Усянь сказал: — Я правда хотел перед ним извиниться. Но он вечно делал вид, что я для него — пустое место. Он так долго мучил меня заклятием молчания, так что плохого в том, что и я немного над ним поиздевался? Я вручил ему книгу с самыми лучшими намерениями. Хуайсан-сюнь, мне очень жаль твоей драгоценной порнографии. Я даже не успел дочитать её — так она была хороша! Лань Чжань совсем ничего не понимает в любовных отношениях. Я дал ему такую занятную книгу с намерением помочь в познании этой сферы, а он ещё и остался недоволен. И на что ему только такое красивое лицо. Не Хуайсан выпалил: — Не нужно ни о чём жалеть! Я могу дать тебе таких книг столько, сколько пожелаешь! Цзян Чэн хмыкнул: — Ты серьёзно задел и Лань Ванцзи, и Лань Цижэня. Так что завтра готовься к смерти! И никто даже не подумает тебя хоронить! Вэй Усянь отмахнулся и обнял Цзян Чэна, закинув руку тому на плечо: — Да какая теперь разница, я всё равно уже раздразнил его. А ты уже столько раз меня хоронил, так что придётся похоронить ещё разочек! Цзян Чэн ответил ему пинком: — Кыш, кыш! В следующий раз даже знать не хочу, когда ты задумаешь нечто подобное! И смотреть меня тоже не зови! - Конец главы, - сообщил Оуян Чанмэй. - Да ты первый побежишь выручать этого обалдуя! - фыркнула Юй Цзыюань, насмешливо глядя на сына. - Матушка! - покраснел Цзян Чэн, не желая признаваться в этом факте. - А-Чэн, поверь, я это ценю, - обнял его Вэй Ин. - Что ты мой брат. - И тебе даже не стыдно, - тяжело вздохнул Не Минцзюэ, прекрасно знавший своего брата. - Предлагаешь свою порнографию снова. Может, стоит сжечь все твои книжки, чтобы не было соблазнов? - Не надо, дагэ! - жалобно попросил Не Хуайсан, делая щенячьи глазки. - Глава клана Лань, позвольте принести извинения за этого обалдуя! - поклонился Ваньинь. - Вэй Усянь пусть и шалопаист, но он не хотел ничего плохого. Мой брат ненавидит, когда его игнорируют, и добивается внимания всеми возможными способами. Его можно либо любить, либо ненавидеть. И если ваш брат не хотел общаться с моим, ему следовало прямо об этом сказать. Намёков он не понимает. - Где же вы были со своими советами раньше, молодой господин Цзян? - вздохнул Лань Сичень. - Кто же знал, что так получится?