«Трасса помнит всё»

Рёв двигателей сотрясал воздух, проникая в самые кости. Тэхен стоял у ограждения трибун, вцепившись пальцами в холодный металл, и не мог оторвать взгляд от трассы. Его сердце билось в такт ревущим моторам — быстро, отчаянно, словно пыталось вырваться из груди и присоединиться к этому безумному танцу скорости. Финальный заезд Кубка Сеула. Лучшие гонщики страны. И он здесь — всего лишь зритель. — Чонгук идёт на обгон! — взревела толпа вокруг него. Тэхен проследил взглядом за чёрно-красным болидом, который с хищной грацией вынырнул из поворота и устремился по прямой. Номер 97. Чон Чонгук. Легенда трассы. Король скорости. Альфа, чей запах победы и дорогого одеколона Тэхен чувствовал даже отсюда, с трибун. Двадцать восемь лет. Три титула чемпиона. Ни одного серьёзного проигрыша за последние два года. И этот взгляд — тёмный, уверенный, полный первобытной силы, — который Тэхен видел однажды вблизи и не мог забыть. Рядом с Чонгуком, почти вплотную, шёл серебристый болид с номером 13. Пак Чимин. Единственный омега в профессиональных гонках, который доказал всему миру, что вторичный пол — это не приговор. Второй по рейтингу после Чонгука, его вечный соперник на трассе и, как ни странно, друг за её пределами. Тэхен знал Чимина лично — они были друзьями. Чимин был тем, кто показал ему, что невозможное возможно. — Давай, Чимин! — прошептал Тэхен, хотя его слова утонули в рёве толпы. Машины влетели в серию S-образных поворотов. Серебристый болид попытался проскользнуть внутрь, отвоевать позицию, но чёрно-красный монстр Чонгука держал линию идеально. Ни дюйма пространства. Ни секунды слабости. — Последний круг! — объявил комментатор, и Тэхен почувствовал, как перехватило дыхание. Он видел это десятки раз — и вживую, и по телевизору. Но каждый раз что-то внутри него разрывалось от зависти, восхищения и отчаянного желания быть там, на трассе, за рулём, а не здесь, в безопасности трибун. Чонгук и Чимин вырвались на финишную прямую. Серебристый болид метнулся вправо, используя воздушный поток, пытаясь обогнать в последние секунды. Тэхен затаил дыхание. Но чёрно-красная машина пересекла финишную черту первой — всего на три сотых секунды. Толпа взорвалась. Трибуны превратились в море флагов и рук. Кто-то кричал имя Чонгука, кто-то Чимина. Тэхен стоял неподвижно, сжимая ограждение так сильно, что побелели костяшки пальцев. *Я хочу туда. Я хочу быть одним из них.* Мысль была настолько яркой, настолько физически болезненной, что Тэхен зажмурился. Запах горелой резины, бензина и адреналина смешался в воздухе, и он вдохнул его полной грудью, словно пытаясь впитать эту атмосферу в себя, сделать её частью своего существа. — Тэхен! — знакомый голос вырвал его из транса. Он обернулся. Намджун пробирался сквозь толпу, высокий и уверенный, с лёгкой улыбкой на лице. Его старший брат. Профессор университета, спонсор нескольких гонщиков, включая Чонгука и Юнги. Человек, который всегда знал, что сказать, и всегда имел план. Человек, который никогда не позволит Тэхену сесть за руль. — Невероятная гонка, правда? — Намджун остановился рядом, положив руку на плечо Тэхена. Его запах — книги, кофе, что-то спокойное и надёжное — на мгновение перебил аромат трассы. — Да, — выдохнул Тэхен, не в силах скрыть тоску в голосе. Намджун сжал его плечо чуть сильнее. Понимающе. Предупреждающе. — Пойдём вниз, поздравим победителей. Чонгук будет рад тебя видеть. Тэхен усомнился в этом. Чон Чонгук едва замечал его существование. Для великого гонщика восемнадцатилетний омега, младший брат его спонсора, был не более чем фоновым шумом. Но Тэхен кивнул и позволил Намджуну увести себя вниз, к боксам. --- Боксы пахли маслом, металлом и победой. Чонгук стоял у своей машины, стягивая шлем. Чёрные волосы растрепались, прилипли ко лбу от пота. Комбинезон был расстёгнут до пояса, обнажая белую футболку, облепившую торс. Он улыбался — редкая, хищная улыбка, которая заставляла людей замирать. Рядом с ним Чимин, тоже без шлема, с розовыми от азарта щеками, дружески толкнул Чонгука в плечо. — В следующий раз обгоню, — заявил он, но в его голосе не было злости. Только азарт. — Попробуй, — усмехнулся Чонгук, и его тёмные глаза сверкнули. Тэхен застыл в нескольких шагах от них, чувствуя себя неуместным. Здесь были гонщики, механики, журналисты — все люди этого мира. А он... он был никем. — Чонгук! — Намджун шагнул вперёд, и два альфы обменялись рукопожатием. — Отличная работа. Как всегда. — Спасибо, Намджун-хён. — Чонгук кивнул, затем его взгляд скользнул мимо Намджуна и остановился на Тэхене. На долю секунды. Просто взгляд. Но Тэхен почувствовал его как физическое прикосновение — тяжёлое, оценивающее, почти насмешливое. — Тэхен, — произнёс Чонгук, и в его голосе прозвучало что-то, чего Тэхен не мог определить. Любопытство? Пренебрежение? — Наслаждаешься зрелищем? Это не был дружеский вопрос. Это был вызов. Тэхен выпрямился, встретил взгляд Чонгука и заставил себя не отступить. — Да. И когда-нибудь я буду на твоём месте. Тишина. Чимин приподнял брови, явно удивлённый. Намджун напрягся рядом. Но Чонгук... Чонгук усмехнулся. — На моём месте? — Он медленно обошёл машину, приближаясь к Тэхену. Каждый его шаг был уверенным, почти ленивым. Альфа в своей стихии. — Ты даже машину завести не можешь, малыш. Слова ударили точно в цель. Тэхен стиснул зубы, чувствуя, как гнев и стыд смешались внутри него в ядовитый коктейль. — Научусь, — выдавил он. — Правда? — Чонгук остановился в шаге от него, и Тэхен почувствовал его запах — кожа, пот, мужской мускус и что-то ещё, что-то первобытное, что заставляло внутренности омеги сжиматься предательски. — И кто тебя научит? Намджун-хён? Он запретит. Чимин? У него есть дела поважнее. — Я найду способ. Чонгук рассмеялся — коротко, резко. — Удачи тебе, малыш. Трасса — не место для мечтателей. Здесь выживают только те, кто готов рисковать всем. — Он наклонился ближе, так близко, что Тэхен почувствовал тепло его дыхания. — А ты? Ты готов? Их взгляды столкнулись. Тёмные, почти чёрные глаза Чонгука смотрели прямо в душу, испытывая, ища слабость. Тэхен не отступил. — Готов, — прошептал он, и это прозвучало как клятва. Что-то мелькнуло в глазах Чонгука — интерес? уважение? — но исчезло так быстро, что Тэхен не был уверен, не показалось ли ему. — Посмотрим, — сказал Чонгук, выпрямляясь. Он похлопал Тэхена по плечу — слишком сильно, почти грубо. — Докажи это. Тогда поговорим. И отвернулся, будто Тэхен перестал существовать. --- На обратном пути в машине Намджун молчал. Его пальцы крепко сжимали руль, челюсть была напряжена. Тэхен смотрел в окно, на огни ночного Сеула, проносящиеся мимо. Его сердце всё ещё билось слишком быстро. — Не думай об этом, — наконец произнёс Намджун тихо. — О чём? — О гонках. О Чонгуке. О том, что ты сказал. Тэхен повернулся к брату. — Я не могу не думать. Это всё, о чём я думаю. — Тэхен... — Намджун вздохнул, и в этом вздохе было столько усталости, столько старой боли. — Ты знаешь, почему я не могу позволить тебе это сделать. — Прошло десять лет, хён. — И я до сих пор вижу ту аварию каждую ночь. Тэхен замолчал. Он тоже видел. Кровь на разбитом стекле. Неподвижные тела. Свои маленькие руки на руле, запятнанные... Он зажмурился, отгоняя воспоминания. — Я не хочу прожить всю жизнь в страхе, — прошептал он. — Я не хочу потерять тебя. Намджун остановил машину у светофора и посмотрел на Тэхена. В его глазах была любовь, защита и абсолютная непреклонность. — Прошу. Забудь об этом. Но Тэхен не мог. Не после того, как почувствовал рёв трассы. Не после того, как встретил взгляд Чонгука. *Докажи это.* Он докажет. Чего бы это ни стоило.