Проклятие Сильнейших

Ривьен вошла в столовую. Раздражение постепенно отступало, но неприятный осадок никуда пропадать не спешил. Размышления о слежке временно отошли на второй план, пока её глаза бегали по макушкам солдат, выискивая сидевших на привычном им месте друзей. Сев рядом с высоким парнем с щетиной и усиками, она уставилась в тарелку. Не смотря на отсутствие еды со вчерашнего обеда, после утреннего разговора, аппетит напрочь пропал. Тем более сегодня на завтрак была слегка пригоревшая каша. Но это не мешало Ривьен размазывать её по бортикам тарелки, казалось, что с кусочками пригари это занятие становилось ещё более занимательным. — Ри-и! — девушка подняла голову и вопросительно уставилась на подругу, чьи глаза блестели под стёклышками очков. — Сегодня дают твою любимую овсянку, ты разве не рада-а-а? — протянула Ханджи. Рия покосилась на подругу, что смотрела на нее глазами полными энергии с ноткой безумства, это иногда пугало. — Наверное я была бы рада, не будь она вперемешку с хлопьями пригари.- ответила девушка, и вздохнув зачерпнула ложку каши, раздумывая стоит ли это все таки есть, но затем опустила ее назад в тарелку. — Ты уже слышала?— снова вытянула её из раздумий лучшая подруга. — У нас новенькие! Вот, смотри! — не стесняясь, Ханджи указала пальцем на троицу, сидящую в дальнем углу столовой. Рия, закатив глаза на такой бестактный жест подруги, всё же повернулась, сразу же находя сидящих за дальним столом новеньких. Там её встретила уже знакомая пара глаз, всё тем же весьма недружелюбным взглядом. Леви смотрел на неё с призрением и ещё чем-то непонятным, но не менее раздражающим, словно теперь наступила его очередь внимательно изучать девушку. Это заставило её задержать взгляд чуточку дольше, безуспешно выискивая непонятное ей «что-то» в его ответном взгляде. Но парень первый прервал зрительный контакт, сосредоточившись на рядом сидящей с ним рыжеволосой девочке, которая что-то ярко рассказывала, то и дело жестикулируя и вертя в правой руке ложкой. Взгляд Ривьен проскользил дальше — на светловолосого парня. Он так же внимательно слушал рассказ своей подруги. — «Ага. Изабель и, кажется… Фарлан.» Опомнившись, что она уже неприлично долго за ними наблюдает, Рия повернулась назад и снова вернулась к своему занимательному занятию. Только вот каша уже остыла и засохла. — Ты какая-то потерянная сегодня. —Слегка прищуриваясь заметил Майк, а затем наклонившись принюхался. Все вопросы мужчины о утреннем местонахождении Ривьен сразу же отпали, но он промолчал, понимая, что Ривьен не спроста обо всем молчит. — Ты хорошо себя чувствуешь? — наблюдая за происходящим спросила Ханджи, — Почему утром не зашла ко мне? Я как ты просила высушила гранатную корку для твоего странного чая. — Странное, это твои опыты на лягушках, после которых штаб разведки воняет пол дня. А мой чай ты даже не пробовала ни разу. — Рия надула губы стараясь сымитировать легкую обиду, но не сдержала смеха. Ханджи улыбнулась — Ну давай колись, что у тебя случилось? Ты какая-то поникшая сегодня, словно Эрвин снова ввел запрет на вискарь. Услышав имя командора, Рия сжала ложку чуть сильнее. Но выдав что-то на подобие кривой улыбки, вздохнула, — Да нет, Ханджи, просто плохо спала. Жду не дождусь тренировки… Хочется чуть распрямиться и заняться хоть чем-то дельным. — Как знаешь… — с набитым уже остывшей овсянкой ртом неразборчиво промямлила девушка в очках, и проглотив сомнительную кашу, начала что-то бурно рассказывать. Но Рия почувствовав чей-то пристальный взгляд, интуитивно обернулась и посмотрела на троицу. Как она и думала, черноволосый парень снова прожигал её взглядом, вновь изучая, словно оценивал исходящую от нее опасность. Это совсем смутило Ривьен, и отвернувшись, она постаралась уловить хоть что-то из рассказа Ханджи.

***

На построении стоял гул из голосов солдат. В их разговорах то и дело пролетали возмущения о принятии в их ряды «подземных крыс», слух о которых разлетелся по всему штабу еще вчера, а за завтраком все уже могли наблюдать их в столовой. Громкие рассуждения о их происхождении и прошлой жизни были слышны отовсюду. Большинство солдат пребывало в замешательстве, непонимании и даже небольшом страхе перед троицей бывших преступников. Единицы осмеливались упираться, не принимая новеньких, громко рассуждая о безумии решения командора. Но самой заинтересованной в новичках была Ханджи, пребывавшая в нетерпеливом ожидании окончания речи командора. Рия стояла стояла рядом, погрузившись в раздумья о слежке, детали которой были ей не совсем ясны. Но покоя ей не давали именно мысли об этом неприятном взгляде, который прожигал её спину весь завтрак. — «Он смотрел на меня так, словно я какой-то мусор…» — Но её размышления прервал звонкий голосок девочки, стоявшей на возвышении перед строем, которую Ривьен уже успела разглядеть в столовой. —Привет! Я Изабель! — представилась рыжеволосая девочка невысокого роста. Её большие голубые глаза сияли, пока она широко улыбалась, так искренне и не фальшиво, что давало Рии каплю надежды на то, что девчонка не создаст никаких неприятностей. — Фарлан Черч — уже не так ярко представился блондин, и не став долго задерживаться отошел в сторону, пропуская черноволосого парня вперед. Он прошелся по толпе солдат безразличным взглядом и сухо произнес своё имя — Леви. — сразу же отходя в сторону к своим друзьям. Ханджи совсем не скрывала своего сумашедшего интереса, и слегка толкнув Ривьен в бок прошептала — Скорее бы началась тренировка, мне уже не терпится на них посмотреть… И познакомиться с этим Леви… Рия чуть помотав головой усомнилась — Судя по его хмурой мине он не ответит тебе взаимностью, — она усмехнулась,— но я с удовольствием за этим понаблюдаю. Ханджи лишь тихо посмеялась, снова толкая подругу в бок. Так они продолжили стоять в тишине ожидая конца построения.

***

Момент тренировки, которого ждала каждая клетка тела Ривьен, настал. К всеобщему удивлению, новичков сразу же присоединили к тренировочной группе опытных бойцов. Тренировки их группы отличались от занятий новобранцев лишь своей продолжительностью и возможностью самостоятельно сосредотачиваться на отдельных упражнениях, оттачивая индивидуальную технику боя. Ривьен всегда делала упор на маневры на тросах и высоте. Ведь это был очень важный навык при стычках с титанами. Скорость принятия решений и молниеносная реакция тела на сигналы мозга могли спасти не одну жизнь, значительно экономя время, а так же газ, с которым на вылазках часто возникали проблемы. Ривьен полностью погрузилась в тренировку, иногда мельком поглядывая на новеньких. Очередной маневр, крюк цепляется за ствол дерева, второй за толстую ветку. Ривьен взмывает в небо и, плавно набирая скорость прокручиваясь, направляется к маникену Титана, обнажив свои клинки. Но её опережает юноша с волосами цвета ночи и, резко разрезав загривок манекена, приземляется на землю. Каждое его движение было точным и острым, как клинки, которые он держал очень необычным образом. Это окончательно выбило Ривьен из колеи. — «Вот что имел ввиду Эрвин, говоря понаблюдать за ними на тренировках. Впечатляет…» Её ноги снова коснулись земли, приземляясь рядом с парнем. Леви бросил короткий взгляд на всё ещё изумлённо смотрящую на него девушку. — Впервые вижу, чтобы кто-то держал клинки обратным хватом. Интересно… — Так удобнее. Капитан Флаган встретил Ривьен и Леви удивленным взглядом, — Ривьен, что скажешь? Но всё внимание притягивала рядом стоящая с капитаном Ханджи. Её щеки были залиты румянцем, а в глазах сиял восторг. Рия совсем растерялась от обилия событий этого утра. — Ривьен? — Переспросил капитан. — Неплохо, точнее… Очень хорошо. — и сделав небольшую паузу добавила, — Честно я все еще удивлена. — Чему? — Леви вопросительно изогнул бровь, — Думала нас просто так сюда притащили? Ривьен цокнув свела брови, стараясь подобрать ответные слова на язвительный вопрос юноши. Но её опередила рыжеволосая девочка, которая ,смеясь, толкнула Леви в плечо. —Не будь такой злюкой, братик… — Ага. — «Братик? Я совсем запуталась... Она его сестра? Нет, не похожи. А кто тогда этот Фарлан?» — этими вопросами Рия задавалась весь путь в конюшню. Солдаты стояли в конюшне запрягая своих лошадей. Ривьен очень любила работать с лошадью, словно это была не тренировка, а отдых. Нежно поглаживая гриву жеребца и параллельно вытаскивая из кармана кусочек сахара, украденный за завтраком в столовой, Рия заметила на себе заинтересованный взгляд рыжеволосой девочки. Голубые глаза Изабель внимательно смотрели на кубик сахара в её ладони. Рия не долго думая протянула его девочке, которая стояла у соседнего стойла. — Держи. — девочка кивнув взяла кубик сахара из ладони. — Спасибо.— она широко улыбнувшись поблагодарила Ривьен и угостила сахаром жеребца шоколадного окраса, и поглаживая, обратилась к нему, — Рада знакомству. Ну будем дружить, да красавчик? Рия наблюдая за такой тёплой картиной улыбнулась, — Ты ему явно нравишься. Ты же Изабель, да? Девочка закивала — А ты? — Ривьен, можно просто Рия, Ри — всё ещё улыбаясь ответила брюнетка, и достав из кармана ещё один кубик сахара скормила его лошади. — Рада знакомству, Ри! Всю тренировку Ривьен не отрывала взгляда от Изабель. Девушка резво скакала верхом на лошади, создавая ощущение, что они были одним целым. Лошадь ловила каждый жест девочки, покорно слушаясь. Солдаты на площадке лишь удивленно ахали наблюдая за невероятным дуэтом. Рия всё больше и больше поражалась этой троице, а в голове все чётче вырисовывался образ каждого из них, где характер идеально гармонировал с оболочкой. — Ханджи, — чуть наклонившись к подруге спросила Рия, — Что думаешь на счет Изабель? Нуу, — протянула подруга улыбаясь, — яркая, открытая девочка. И её явно любят животные. — Да… Животные плохих людей к себе не подпускают, тем более настолько. Ханджи развернулась к Ривьен опираясь об ограду, — Хм, не похожи они на головорезов из подземелья… Фарлан вроде тоже неплохой парень, — и пожав плечами указала на парня болтающим с двумя солдатами, — Простой парнишка, ничего необычного. — А Леви? Ханджи вновь залилась румянцем, — Ой, не знаю… Но мне не терпится с ним пообщаться. — стёкла её очков сверкнули, — Ты заметила, каким интересным образом он держит клинки? — Да, необычно… Голова Ривьен ломалась в попытках понять, что из себя представляет этот хмурый, хамоватый коротышка. Единственное, что рушило его холодный образ, это его отношение к Изабель. В столовой, когда она импульсивно что-то рассказывала, можно было заметить, как краешек его рта заметно изгибается в улыбке. После тренировки, заведя лошадей по стойлам все разбрелись по своим делам. Ривьен с Майком остались на площадке, уделяя больше времени ближнему бою. Погода была невыносимо жаркой, густой и горячий воздух не давал даже отдышаться, заполняя легкие раскалённым кислородом. Сбрасывая пиджак на траву Ривьен спросила, — Ножевой или на кулаках? — Сначала на кулаках, потом подключим нож. Майк встал в стойку. Подбородок опущен, плечи приподняты, а кулаки прикрывают висок и челюсть. Рия повторила его движения, подгибая и приподнимая правую опорную ногу. Заметив её жест, Майк усмехнулся, — Не забывай работать руками. — но Ривьен уже метнулась вперед. Резкий мах ногой должен был прийтись точно по ребрам соперника, но Майк ловко отразив удар оттолкнул девушку, нанося удар левой рукой. Та, рывком уворачиваясь, всё-таки нанесла успешный удар под колено. Затем последовал удар в живот и неуспешная попытка ударить в челюсть, после которой Рия оказалась на земле. — Чёрт, да как так-то… — Потирая затылок поморщилась девушка. — Мы уже выучили все приёмы друг друга. — Майк протянул ей руку помогая встать, — Поэтому я просто выматываю тебя и роняю. — Ах, вот оно что! — Рассмеялась Рия — Да, — потирая ногу добавил Майк, — Но по ноге ты мне хорошо зарядила.

***

Коридоры штаба пустели. Солдаты разбрелись по душевым или отдыхали в казармах после изнурительных тренировок, прячась от жары. Единственными, кого можно было встретить в длинных коридорах штаба, были дневные дежурные. — Леви, это точно хорошая идея? — Тц, Изабель, тише. — Процедил парень аккуратно нажимая на ручку двери одной из комнат. — Она даже дверь не закрывает… Трое ребят аккуратно проникли за дверь, быстро закрыв её за собой. Перед ними открылась небольшая комната с единственным окном, открытым настежь. На не заправленной кровати от лежащего на ней мокрого полотенца расплывалось мокрое пятно, а рядом лежали так же небрежно скомканные рубашка и брюки. Леви фыркнул, — И это мы ещё свиньи поздземные… — Ты уверен что это её комната? — уточнил Фарлан. На что получил одобрительный кивок. — Я видел, как она в неё заходила, когда стоял у кабинета утром. Изабель открыла шкаф. — Братик, думаешь бумага у неё? — Не исключаю, — Леви прошел дальше по комнате, — Судя по их утреннему разговору, она не просто солдатик. Собачка Эрвина или что-то в этом роде. — А по-моему Ри хорошая, — заглядывая под кровать сказала Изабель. — Ри? — повторяя имя обернулся Леви. — Вы подружились что-ли? — немного хмурясь спросил Фарлан. — Она просто поделилась сахаром для лошади. — девочка отмахнулась, продолжая выискивать ценную бумагу - их ключу к свободе. — Кстати, кроме бутылки виски под кроватью ничего нет. Обойдя не застеленную кровать, Леви подошёл к небольшой тумбе, на которой лежала стопка бумаг, а на стопке стоял гранёный стакан. Леви присел, открывая дверцу тумбы, но его взгляд зацепил рисунок, зажатый между стопкой бумаг и стаканом. На листе жирным грифелем было выведено лицо незнакомой девушки: короткие волнистые волосы, пухлые губы застывшие в улыбке, ямочки на щеках и чуть прищуренные от улыбки глаза. Но его внимание удерживал не портрет, а застывшие на бумаге слезы, из-за которых дешёвый грифель размазался, оставив грязные пятна. Леви не став долго разглядывать рисунок, положил его на место и снова поставил сверху стакан. Проверив полку он обнаружил там одиноко лежавшую, открытую и засохшую акварель и пару кисточек. — Я думаю мы можем идти. — ещё раз мельком взглянув на рисунок произнес Леви.

***

Тренировка закончилась. Ривьен лежала на траве рвано дыша, пока Майк относил деревянные муляжи ножей на небольшой склад. Пот стекал со лба по всему лицу и шее, а рубашка на спине пропиталась влагой. Мышцы приятно тянуло, но кое-где они отзывались болезненными пульсациями, давая понять, что завтра там появятся синяки. Вскоре Рия и Майк разошлись по своим делам. Девушка шла по коридору, из женских казарм доносился звонкий хохот девичьих голосов. Девушка улыбнулась, тепло вспоминая свои первые месяцы здесь и то, как она когда-то жила в общей казарме. Вместе с ней… Эрвин давно пересилил её в маленькую, но отдельную комнату, потому что та часто засиживалась ночью, перечитывая планы и стратегии Эрвина, а так же его предшественников. Огромные стопки скапливались на кровати, в шкафу, на тумбочке, постепенно переползая на чужую мебель. Да и ей не особо хотелось мешать сну остальных светом керосиновой лампы и шелестом бумаги, поэтому Эрвин принял решение переселить её в и так пустующую комнату. К тому же в этой казарме всё напоминало Ривьен частую гостью её снов… Девушку с янтарного цвета глазами. О чем Эрвин тоже прекрасно знал. Но эту тему было принято не поднимать. Такова была воля самой Ривьен.

***

Из-за стоящей днём жары все прятались по казармам, кабинетам или лениво бродили по штабу, только бы не выходить на палящее солнце. К вечеру жара значительно спала, и многие перенесли свой отдых и разговоры на улицу. Солдаты сидели на траве или скамейках около полигона. Бродили туда-сюда о чем-то разговаривая. Ривьен сидела на своем любимом месте — под старым деревом, выводя грифелем рванные линии на странице блокнота с кожаной обложкой. Заметив, как фигура рыжеволосой девочки заметно приближается в её сторону, Ривьен отложила блокнот. Изабель приветливо ей помахала ускорив шаг. Рядом с ней не было ни Леви ни Фарлана. Изабель села рядом Ривьен. — Чем занимаешься? — Изабель заглянула в блокнот, в котором вырисовывалась голова коня. — Ух ты-ы-ы… — она перевела взгляд на Рию, — Ты очень красиво рисуешь. Этот комплимент заставил щеки Рии залиться легким румянцем, а её губы сами расползлись в лёгкой улыбке, — Ой… Спасибо. Глаза девочки стали заметно шире, как и её улыбка. — А ты и людей рисовать умеешь? — Умею. — Ой, а нарисуй меня! Ривьен растерялась, явно не ожидав услышать такую просьбу, но всё же согласилась, и тут же начала хаотичными линиями и черточками переносить образ Изабель на бумагу: кругловатую форму лица с умилительными щечками, курносый нос и слегка спутанные волосы, завязанные в два пышных хвостика. Это всё больше и больше напоминало Ривьен подростковые годы, когда она один за другим рисовала портреты друзей из кадетского корпуса. В рисунках Ривьен всегда была одна особенность — глаза. Даже в этом рисунке девушка сделала большой акцент на глубоких и ярких глазах Изабель. Рия растушёвывала карандаш на радужках, аккуратно прорисовывая каждую черточку, стараясь в точности передать сияние и жизнь в этих бездонных глазах. Весь процесс они болтали, точнее это был монолог Изабель. О подземном городе, первой встрече с Леви и Фарланом и о птице, которую они выходили. Ривьен внимательно слушала рассказ, иногда задавая бессмысленные вопросы для поддержания беседы. — А вот братец Леви сказал не доверять тебе… — Изабель сама не заметила, как эта фраза вылетела у неё посреди бессмысленного, но интересного рассказа. Ривьен оторвалась от рисунка, вопросительно взгянув на неё. — Это почему же? — Ну-у… — девочка чуть замялась. — Он в общем сказал быть осторожной, может просто заметил, что мы общаемся. Братец просто волнуется за меня… — она улыбнувшись добавила,— Он очень хороший, хоть и кажется злюкой. В летнем воздухе повисла тишина. Ривьен понимала, что что-то не так. Логическая цепочка выстроилась у неё в голове сама собой. — «Тогда около кабинета он не терял времени ожидая когда я выйду. Он все слышал.» — продолжая линяя за линией выводить портрет на бумаге, Ривьен вырисовывала и картину в голове — «Он все знает. Гадство… Получается провал?» Грифель карандаша, глухо хрустнув, сломался о бумагу, падая и теряясь в траве. — «Черт, наверное.» Достав карманный нож Ривьен принялась затачивать карандаш. — «Хотя, почему бы не продолжить играть дурочку. Слежка выполняется незаметно для того, за кем следят. Пусть знает, чьи глаза за ними наблюдают. Всё равно это ничего не изменит.» Заточив карандаш, Ривьен снова опустила руку на бумагу, и стараясь избежать любых подозрений, перевела тему разговора. — Так Леви твой брат? Изабель захохотала — Нет-нет! Что ты! Мы разве похожи? — Совсем нет, — брюнетка помотала головой, — Просто ты его так называешь. — Просто Леви, он мне как старший брат, понимаешь? Ты себе не представляешь, как он нами дорожит. —Ривьен выдохнула, — Тогда ясно. — Может этого и не видно со стороны, но он готов отдать и сделать все, чтобы мы всегда были в безопасности. — рыжеволосая вздохнула, — Он просто за нас боится… хоть и не показывает этого даже нам. Линии от нажатий карандашом на бумагу становились жирнее, словно вот-вот её порвут. Назойливые мысли и воспоминания, выкарабкиваясь из самых дальних углов головы и размножаясь, заполняли разум. — «Он готов сделать все. Защитить и, получается, при надобности даже убить не дрогнув.» Рука дрогнула, ещё сильнее нажимая карандашом на бумагу. Грифель вновь с треском сломался, так же, как и сломалось что-то внутри девушки в тот роковой день. — «Это то чего я не смогла сделать. Я не смогла защитить, я побоялась.» Вздрогнув от собственных мыслей, Ривьен повернула блокнот к Изабель, демонстрируя конечный результат. Девочка тут же покраснела, а глаза засверкали, как у ребенка получившего на праздник коробку конфет, которые были так недоступны для простых людей. —Как красиво-о-о… — протянула Изабель, рассматривая каждый фрагмент портрета. — Меня ещё никто так красиво не рисовал… — она рассмеялась, — Хотя ты первая, кто меня рисует. — Спасибо, я уже давно никого не рисовала… Ривьен поблагодарив её, попрощалась, направляясь в сторону штаба. Уже темнело, и как ей было сказано утром — вечером её ожидал в своем кабинете командор. И как бы этого не хотелось, даже такие приказы нужно было соблюдать. Изабель не торопилась уходить, продолжая сидеть под деревом. Казалось, будто она смотрит Ривьен вслед, но, повернув голову к тропинке, Рия увидела Леви и Фарлана идущих ей встречу. С каждым шагом они приближались друг к другу. Напряжение витало в воздухе, нарастая и делая и так горячий воздух гуще с каждым шагом приближающих их друг к другу. И вот они уже сровнялись. Восприятие реальности замедлилось, а воздух стал настолько перегруженным, что казалось, вдохнуть было не возможно. Они разминулись, лишь покосившись друг на друга. Не замедляя шага и не оборачиваясь им вслед, Ривьен направилась ко входной в здание двери. Поднимаясь на второй этаж Рия замерла у окна, выходящего на тренировочные площадки и лужайку с её любимым деревом, разглядывая силуэты троицы, сидевшей под ним. Девушка лишь улыбнулась вспоминая беззаботное кадетское время, когда все собирались по вечерам во дворе корпуса, обсуждая изнурительные тренировки и прочие бессмысленные вещи. Эти, казалось, пустые разговоры скрашивали четыре года однотипной рутины и строили крепкую связь между кадетами. Каждое воспоминание о прошлом возвращало Ривьен к мыслям о ней, с каждым днём усиливая желание отбить себе память напрочь. Сердце забилось чаще, а слёзы вновь начали подступать к глазам. Девушка ничего не могла с этим поделать. Сколько бы времени не прошло боль не становится меньше и, наверное, не пройдет… никогда. Причина этому разъедающее чувство вины и стыда. За то что испугалась. За то что не спасла. Отбрасывая эти воспоминания прочь и сжав в руке кожаную обложку блокнота, Ривьен продолжила подниматься по лестнице. И вот перед ней снова дверь кабинета командора, куда ей так не хотелось возвращаться, по крайней мере сегодня.

***

На столе командора, как всегда, царил бардак. Весь стол устелен бумагой, на краю разлиты чернила, которые уже наверняка впитались в дерево. Три пустых кружки из под кофе и пустой стакан для виски подтверждали отсутствие уборки, как минимум неделю. Две фигуры молча сидели на диване, на журнальном столике стояла бутылка крепкого напитка. — Ханджи всё-таки прийдет? — заметив третий стакан прервала тишину Рия — Она не упустит возможность выпить, так ещё в таком редком составе. — усмехнулся Эрвин. — Кстати, как тебе эта троица? — Ну, я не заметила за ними ничего не обычного, — Ривьен сделав очередной глоток и слегка поморщившись продолжила —Их задача убрать тебя и украсть тот фальшивый документ, верно? — Да, есть сомнения? — он повернулся внимательно рассматривая её выражение лица. — Покушение произойдет на вылазке, они явно не дураки, чтобы действовать в стенах корпуса. — Да, я тоже так думаю. Но все же мне не помешают двое внимательных глаз. — На самом деле их можно понять. На что только не пойдешь ради того чтобы вылезти из подземной помойки... — Рия поставила пустой стакан на стол и облокотилась на спинку дивана. — Жили бы они на поверхности — точно бы на такое не пошли. — Откуда такая уверенность? — мужчина вскинул бровь. — Знаешь, даже эта Изабель совсем не вписывается в мир, где прожила всю свою жизнь. Словно покинув подземный город она лишила его единственного света солнца. — К чему ты клонишь? — Не знаю, я будто засомневалась в том, что она собирается сделать. Раздался стук в дверь, а затем Ханджи, не дождавшись разрешения, ворвалась в кабинет, падая на свободный участок дивана. Эрвин снова наполнил стаканы крепким напитком и протянув их девушкам спросил, — Ты успела с ней пообщаться? — С кем? — Ханджи вопросительно захлопала глазами. — С Изабель. — Ривьен слегка улыбнулась, вспоминая сегодняшний день. — Да, даже нарисовать. Открыв блокнот на нужной странице девушка протянула его друзьям, Ханджи тут же выхватив его принялась рассматривать рисунок, то и дело выражая слова восхищения и упоминая рисунки Моблита. Из-за легкого опьянения, снова вспоминая, как Изабель отреагировала увидев рисунок, Рия улыбнулась еще шире. — Хм, — Эрвин сделал глоток, а затем продолжил — Интересно. А с остальными ты общалась? — Нет, да и навряд ли это вообще произойдет. Друзья еще долго просидели распивая виски под рассказы Эрвина. Об отчетах, о глупых офицерах из Военной полиции и глупости правительства. Они редко собирались, поэтому для Эрвина это было настоящим отдыхом и возможностью высказаться, не боясь за такие откровения получить петлю на шею. На нем лежало много ответственности, работы, бесконечных раздумий и потерь. Отвечая за будущее Разведкорпуса, Эрвин отдавал всего себя, буквально живя этим. Его маниакальная зависимость будущем человечества пугала, но в то же время восхищала настолько, что многие следовали за ним на верную смерть, как и когда то последовала девушка. Подруги внимательно его слушали, смеясь комментируя подробности из его рассказов. Затем их лица принимали серьезный облик, и они возмущалась, слыша об абсурде, который устраивает верхушка. Алкоголь грел тело и мутил разум с большей силой. Щеки становились розовее, а шутки казались смешнее. Компания и не заметила, как время приблизилось к полночи, что означало завершение посиделок. Ведь Эрвину предстояло разгребать все стопки бумаг, что заполняли весь рабочий стол командора. Судя по всему Смит провозится до утра, не закончив даже половину работы. А приближающаяся вылазка за стены лишь усложняла ситуацию, полностью лишая командора сна. У Ханджи оставался незаконченный опыт, следить за которым остался верный помощник Моблит. А Ривьен оставалось только дойти до комнаты и упасть в кровать. Её помощь понадобиться Эрвину завтра, но точно не сегодня. Все дела подождут, пока в крови бушует алкоголь. Девушки попрощались, оставляя Эрвина один на один с горой бумаг, и покинули кабинет. Этот вечер оставил теплое ощущение в теле от разговоров и выпитого количества алкоголя. Всё прошло слишком хорошо, ведь Ривьен ждала, что в конце концов разговор вернется к неприятной теме её капитанства. Но видимо Эрвин на время сдался, а может действительно осознал, что она совсем не годится в капитаны. По правде говоря, ей льстила настойчивость Эрвина в вопросе её повышения, но от согласия Ривьен удерживал лишь тот роковой эпизод. В ней стояла твердая уверенность, что он просто не до конца понимает, что произошло в тот день — день, когда все изменилось, напрочь меняя прошлую Ривьен. Давая ей понять, что та больше никогда не возьмет на себя огромную ответственность. Ни за кого и никогда. Брюнетка зашла в комнату, и с каждой минутой дорогой виски командора всё ощутимее ударял в голову, заставляя разум плыть. Сняв брюки и бросив их на деревянный стул около кровати, тело девушки рухнуло на кровать, сил переодеваться не оставалось совсем. Усталость в мышцах становилась приятнее с каждой секундой, и даже не укрывшись одеялом, Рия мгновенно провалилась в сон.

***

Все следующие дни в кабинете командора круглые сутки согласовывались детали плана приближающейся вылазки. Разведчикам нужно было показывать хоть какие-то результаты. Меньше потерь, если уже ничего нового они не узнают из раза в раз. Разведчиков никто не любил, все только и ждали когда их прикроют. Но ради чего тогда их товарищи умирали и продолжают умирать? Ради чего продолжается эта многолетняя борьба за пределами стен? Ради чего она умерла? Эти мысли не давали покоя Ривьен, заставляя неприлично много думать, анализируя и прорабатывая тактику действий на ближайшей вылазке. Тренировки, часы раздумий и обсуждений в кабинете командора и по возможности сон — всё что происходило с девушкой за эти долгие дни. Но с другой стороны ей нравилась подготовка к вылазкам, ведь именно в такие моменты витала атмосфера единства, сплочённости и командного духа, дарившая слепую веру в будущее человечества, лежавшего на их молодых плечах. С Леви, Изабелью и Фарланом они почти не пересекались, разве что на тренировках и в столовой. Изабель приветливо махала, а Ривьен улыбалась в ответ. Вся эта история отошла на второй план. Впереди была вылазка и каждый раз выходить за пределы стен ощущалось как в первый. Даже новые и, как казалось, выработанные планы не давали гарантии о её возвращении и возвращении товарищей. Непередаваемый вкус свободы, до которой им пока что далеко, и горечь предстоящих потерь за её борьбу. Но всё же было в этом что-то пьянящее, что заставляло слепо идти на верную смерть.