Потерян в доброте(не пытайтесь меня найти).

На следующий день Нил прибыл первым на стадион. Когда Эбби пришла в восемь утра, он вручил ей подписанную бумагу и побежал переодеваться. Остальные члены команды не заставили себя долго ждать. Последним на площадку вышел Сет, и как только он появился, Элисон отвернулась от него. Нилу показалось странным их отношение, но он проигнорировал это. Он сосредоточился на тренировках, желая понять, каково это будет, когда команда окончательно соберётся. Результат оказался хуже, чем он ожидал. Не прошло и десяти минут, как Кевин и Сет начали кричать друг на друга. Элисон, похоже, тоже решила накричать на Сета, так что всё превратилось в хаос. Когда криков Дэн оказалось недостаточно, чтобы прекратить драку, Рене попыталась успокоить Элисон, а Мэтт остановил Сета, набросившегося на Кевина. Ники закатывал глаза всякий раз, когда Сет открывал рот, а также бросался оскорблениями при каждом удобном случае. Это означало, что единственными, кто не попал в переделку, были Нил и близнецы. Эндрю не обращал внимания на происходящее на поле, лишь иногда проверяя, всё ли в порядке с Кевином. Аарон не общался ни с кем в команде, кроме своей маленькой компании, а когда началась драка, он просто смотрел на толпу, скучая. Нил растерялся. Ваймак был в своём кабинете, так что команда на данный момент была одна. Не зная, какое место он занимает в этом беспорядке, он встал на сторону Аарона. – Так всегда? – спросил Нил. Аарон посмотрел на него с выражением, которое говорило: «А ты как думаешь?». – И когда это закончится? – Зависит от того, кто громче кричит, – пожал плечами Аарон. Очевидно, это была Дэн, потому что вскоре все вернулись на свои места. Пока шла тренировка, Нил был измотан. В какой-то момент Сет изменил своё отношение к нему, и Нил обнаружил, что его часто врезают в стену. Кевин тоже решил объединиться против Нила, бросая оскорбления всякий раз, когда тот совершал ошибку. Нил чуть не рассмеялся, когда понял, что стал их общим врагом. В конце, когда Нил закончил принимать душ, он быстро оделся и вернулся в раздевалку. Как только он открыл дверь, он увидел, как Элисон и Сет целуются у шкафчиков. Нил снова закрыл дверь и ударился лбом о стену, пытаясь забыть то, что он видел. Динамика отношений между этими двумя была загадкой. Когда он, наконец, покинул стадион, то прислонился к стене и достал телефон. Луна уже приехала, она выходила из аэропорта. – Ты едешь с нами? – спросил Мэтт, выходя из дверей, в сопровождении Дэн и Рене. – Было бы неплохо, – с благодарностью ответил Нил. Мэтт удовлетворенно улыбнулся, а Дэн почувствовала явное облегчение. Заметив отсутствие Элисон и Сета, Нил спросил: – Мы подождём Сета? – О нет. Кажется, они всё уладили. Сет вернётся с Элисон, – ответила Рене. Покончив с этим, они направились к фургону. Мэтт закрыл дверь, когда Дэн повернулась к Нилу. – Мы думаем посмотреть что-нибудь в нашей комнате, – она жестом показала на себя и Рене. – Хочешь с нами? Предложение застало Нила врасплох. Старшекурсники вели себя дружелюбно, но он не думал, что они попытаются пригласить его так скоро. Он не мог просто отменить планы с Луной, но что, если они примут это на свой счёт? Он упустит шанс произвести хорошее впечатление. – Только если ты хочешь, не нужно чувствовать себя под давлением, – заверила его Рене. – Дело не в том, что я не хочу, – объяснил Нил. – Просто я уже обещал помочь другу кое с чем. – Мы часто собираемся, чтобы что-нибудь сделать. Может, в следующий раз? – сказала Дэн. Нил почувствовал облегчение от того, что не упустил шанс найти с ними общий язык. – Конечно, а остальным ты тоже позвонишь? – Остальным? Её замешательство привело Нила в замешательство. – Компания Эндрю? – Вопрос заставил Мэтта на мгновение вздрогнуть, даже Рене выглядела удивлённой. Единственной, кто ответил, была Дэн. – Нет. Ты же видел сегодня, что Сет и Кевин не могут долго находиться в одной комнате. Близнецы… Урх. Они не дают нам шанса. А Эндрю — это Эндрю. Уже было очевидно, что «Лисы» не очень-то ладят на площадке. Из-за противоречивых характеров они никогда не задерживались надолго в сезоне. Но у Нила была маленькая надежда, что всё это будет только на поле. Что они понимают друг друга хотя бы за его пределами. А всё оказалось совсем не так. – Они предпочитают держаться на расстоянии, – ответила Рене. – Поэтому мы стараемся давать им пространство. И это явно не помогало. В команде царил беспорядок. Нил подумал, не сказать ли ему что-нибудь по этому поводу, но, учитывая кислое выражение лица Дэн и мимолëтные взгляды, которые бросал на неё Мэтт, он решил сменить тему. – Ну, я, наверное, вернусь ближе к вечеру. Если вы ещё будете здесь, я могу прийти. Рене поспешила принять предложение. – Это было бы замечательно. – Тренер уже дал тебе наши номера? – спросил Мэтт. – Да. – Тогда сообщи нам, когда вернёшься, ладно? – с надеждой предложил он. Нил улыбнулся. – Обязательно. Дорога до общежития не заняла много времени. Нил и Мэтт отправились в свою комнату, а девушки — в свою. Как только дверь закрылась, Мэтт снова заговорил. – И так, ты и монстры… – Монстры? – переспросил Нил. Он вспомнил, что Мэтт говорил это раньше. – Компания Эндрю, – он потёр затылок. Нил не был в команде достаточно долго, чтобы судить о них правильно. Компания, безусловно, была сложной, но называть их монстрами было чересчур. Пока что он решил не затрагивать эту тему. Он узнает, подходит ли им это прозвище, после того, как пройдёт испытание, которым станет Колумбия. – А что с ними? – спросил Нил. – Просто… Будь осторожен рядом с ними. – Улыбка Мэтта была натянутой, Нил знал. Он подумал, не стоит ли предупредить его о «приглашении», которое он получил от них. Но что-то в его беспокойстве подсказало, что лучше этого не делать. Нилу просто нужно было придумать историю, которая удовлетворила бы любопытство Эндрю. Меньше всего хотелось вмешиваться Мэтта. – Не волнуйся, – заверил Нил. – Со мной всё будет в порядке. Мэтт заколебался, прежде чем кивнуть. Нил почувствовал, что его телефон завибрировал в кармане. Он поднял его и увидел сообщение от Луны, в котором говорилось, что она уже едет за ним. – Тебя подвезти? – Спасибо, но нет. Моя подруга заберёт меня здесь. Она просто где-то остановилась, чтобы забрать свою машину. Нил отправился в свою комнату и ждал в одиночестве, после того, как Мэтт попрощался с ним, чтобы пойти с девочками. Как только Луна дала ему знать, что уже ждёт снаружи, он вышел. Он увидел Ники, выходящего из своей двери. – А, Нил! – воскликнул Ники. – Идёшь куда-нибудь? – Да, – кивнул Нил, улыбаясь. Ники немного замешкался, но улыбнулся в ответ. – Ну, тогда удачного дня. Что-то было не так. Но прежде чем Нил успел спросить, Аарон недовольно вышел из их общежития. Блондин коротко взглянул на Нила, но ничего не сказал, а просто пошёл по коридору. Ники стал ещё более беспокойным. Нил на мгновение задумался, что могло произойти. Аарон был раздражён, а Ники чувствовал себя неловко. Может, близнецы поссорились? Он прикусил язык, чтобы ничего не сказать, и слегка помахал Ники рукой, прежде чем уйти. Он не должен вмешиваться в их проблемы. Найти Луну у парковки было легко. Она опустила окна своей маленькой серой машины, как только увидела его. Луна осталась на прежнем месте, взволнованная его появлением. Нил открыл пассажирскую дверь и сел в машину. На заднем сиденье лежали какие-то сумки. – Хорошо выглядишь. Как дела? – Она бросила на него косой взгляд и поехала. – Это было… Что-то с чем-то, – Нил не нашёл лучшего способа объяснить это. – Как проходит переезд? Луну не впечатлило, что он сменил тему. – Всё другое, но очень интересное. Не могу дождаться, когда ты увидишь это место, Нил. Она объяснила, что грузовик с вещами прибудет во второй половине дня, и что они начнут с кухни, так как это единственное место, обставленное мебелью. – Тогда мы можем начать с продуктов. Как насчёт этого? Прямо как в старые добрые времена. Нил фыркнул. – Я не был в отъезде даже два месяца. Не думаю, что это можно назвать «старыми временами». – Мы сейчас в другом месте. Всё, что случилось в Милпорте, можно считать старыми временами. Ему этого не хватало. Того небольшого времени, что он провёл вдали от дома, ему хватило, чтобы соскучиться по этим моментам, когда он не осознавал себя. Они остановились на ближайшем рынке. Луна настояла на том, чтобы купить им что-нибудь поесть, пока они будут ждать грузовик. Идти с ней по коридорам было приятно. Обычно он вряд ли зашёл бы на рынок один. У прогулок по оживлённым местам были свои преимущества и недостатки. Шанс быть обнаруженным был всегда, поэтому они с матерью на каждом шагу оглядывались через плечо. Но, как и во всех отношениях между Луной и Мэри, здесь всё было по-другому. Нил по-прежнему был внимателен к окружающей обстановке, но Луна не была сосредоточена на том, чтобы быть быстрой или не привлекать внимания. С каждым коридором, который они проходили, она смотрела на него, но не для того, чтобы потребовать поторопиться, а чтобы спросить, что бы он хотел получить. Нил упрекнул себя за неблагодарность. Мэри сделала всё возможное в тех обстоятельствах, в которых они оказались. По крайней мере, он был жив. Она позаботилась об этом. Они не потратили много времени на покупки. Когда они вернулись к машине, она рассортировала часть продуктов по пакетам на заднем сиденье, оставив только один пластиковый пакет. Дом был немного больше прежнего. С серыми стенами, обнесённый забором, он также имел небольшое крыльцо. Снаружи Нил мог видеть участок, который Луна, вероятно, использовала как сад. Луна припарковалась перед домом и вышла из машины. – Красиво, правда? – Она подняла пластиковый пакет и указала на заднее сиденье. – Можешь взять эти пакеты? Я достану вещи из багажника. Нил сделал, как она просила, и взвесил сумки в руках. Луна подняла два чемодана и поставила их перед забором. Прежде чем войти на территорию, она заперла машину. Луна легко вставила ключ в замок входной двери и освободила место для Нила. С левой стороны находилась открытая зона, которая, по мнению Нила, была гостиной. Справа был арочный проём, через который виднелась кухня. Между гостиной и кухней находился небольшой коридор, который вёл к трём дверям: по одной с каждой стороны и последней в конце. Нил оторвался от своих размышлений, когда Луна поставила чемоданы и сумку на пол в гостиной. Она посмотрела на часы на запястье и слегка хлопнула в ладоши. – Грузовик должен быть здесь через час или два, – она взяла сумки, которые он нёс. – Я положу это в шкафы, а остальное — в холодильник? Нил поднял пластиковый пакет, лежащий на полу, и последовал за ней на кухню. Он не понимал, почему кухня уже обставлена, но это было не настолько интересно, чтобы спрашивать, поэтому он просто разложил вещи. Луна попросила его оставить только фрукты, поэтому он запасся остальным. Закончив, он отправился в гостиную, чтобы оценить пространство. Вскоре к нему подошла Луна, держа в руках тарелку с нарезанными фруктами. Она поставила тарелку на пол и села рядом. Нил сделал то же самое. Он молча ел клубнику, пока Луна снова не заговорила. – Я рада, что ты здесь, – она взяла кусочек киви и повалилась на пол. – Я устала. Не могу делать это одна. Нил, подражая ей, тоже лёг на пол. Некоторое время он смотрел в потолок. – Я скучала по тебе, – сказала она. И, конечно, она говорила серьёзно. Нил подумал, захочет ли она по-прежнему быть рядом с ним, если узнает правду. Если бы она только знала уродливую правду о Ниле Джостене. Всё, что он сделал, чтобы оказаться в этот момент рядом с ней. Позволила бы она себе улыбаться ему? Стала бы она по-прежнему говорить с ним таким тоном? Как бы ему ни хотелось знать, он был слишком напуган, чтобы рисковать. Абрам не заслуживал такого человека, но, может быть, Нил мог бы насладиться им немного больше. – Я тоже по тебе скучал, – сказал он наконец. – Как обстоят дела на самом деле, Нил? Столкнувшись с таким простым вопросом, Нил не нашёл в себе мужества солгать. – Сложно. Некоторые из моих товарищей по команде очень сложные. – Насколько сложные? – Есть один конкретный человек… – Нил задумался, как бы это сказать. – Этот человек мне совсем не доверяет. Луна задумчиво хмыкнула. – Некоторым людям нелегко доверять. Когда мы впервые встретились, ты тоже мне не доверял, верно? Не доверял. – Но я доверилась тебе, потому что знала, что ты нуждаешься в этом. Иногда нужно доверять им, чтобы они доверяли тебе в ответ. Отдавать, чтобы получать, как говорила моя мама. Это был такой идеалистический образ мышления. Нил сомневался, что это сработает с кем-то вроде Эндрю. Кроме того, он не мог доверять ему многое. Его связь с Кевином была огромным красным флажком, который Эндрю наверняка воспримет как угрозу. – Я уверена, что всё получится, – безмятежно сказала Луна. – Если кто и может это сделать, так это ты. Нил чуть не рассмеялся. – Я не уверен. – Дай ему время. У тебя особый талант покорять людей. – Скорее, это особый талант заставлять людей сочувствовать. – Что, опять же, не сработало бы на Эндрю. – Неправда, – возразила Луна. – Как Эрнандес? – Он отвлёкся от темы. Луна не стала ругать его за очевидную попытку сменить тему. Следующий час Нил провёл, слушая, как сильно тренер скучает по нему. Очевидно, он уже собирался взять отгул, чтобы посмотреть одну из его игр. Грузовик прибыл вскоре после назначенного времени. Двое мужчин помогли занести тяжёлые вещи внутрь. Оставалось только вынести диван, и Нил помог одному из мужчин поставить его в гостиной. Мужчина был довольно высок, поэтому ему было трудно удержать диван между ними. Рукава рубашки мужчины от усилий поднялись, обнажив предплечья. Через всю правую руку тянулась длинная татуировка в виде нескольких соединённых хризантем, исчезающих в ткани. – Классная татуировка, – сказал Нил, когда они опустили диван на пол. Мужчина на мгновение уставился на него, как будто о чём-то задумался. По какой-то причине это заставило Нила насторожиться. Он никогда в жизни не видел этого человека, но чувствовал, что он не в себе. – Спасибо, – наконец ответил мужчина, дотрагиваясь до татуировки. – Это дань уважения. Нил больше ничего не сказал. Когда мужчины наконец ушли, он почувствовал себя менее взволнованным. Этот парень не мог быть одним из людей отца, верно? Если так, то почему он упустил возможность покончить с Нилом прямо здесь и сейчас? Люди, работавшие на Натана, не возражали бы против компании — свидетелей было легко заткнуть. Луна снова заперла дверь и оценила обстановку. Они начали с её комнаты: она убрала свою одежду, а Нил разложил вещи по полкам. Больше всего времени заняла гостиная, но только потому, что Луна несколько раз передвигала мебель. В итоге единственным местом, куда они не зашли, оказалась комната перед ванной. – Это твоя комната, – сказала она, вручая ему два ключа. – Держи. Этот — от комнаты, этот — от дома. У него было ощущение дежавю. Сколько бы раз это с ним ни случалось, он никогда не понимал, что чувствует и как. И никто не мог потом описать словами, но потом, когда он получает ключ. Это был символ, который он не мог расшифровать. Дом не должен был ничего значить, но он стал всем. – Подожди, – Луна повернулась, чтобы поискать что-то в сумке, которую оставила на диване. – Держи. – Она протянула ему брелок с лисичкой, – нравится? Лисы не бедствуют. Он саркастически приподнял бровь, услышав шутку, он не мог не засмеяться про себя. – Как оригинально. Её губы скривились в знакомой усмешке. – Думала только о тебе, вот и взяла, – хихикнула она. Он вставил ключи в брелок и положил в карман. Теперь уже знакомый вес всё ещё сбивал с толку. – Ещё кое-что, – Луна снова повернулась, чтобы поднять маленькую чёрную коробочку. – Мы с Хуаном поговорили, и мы решили подарить тебе это. Луна протянула коробочку Нилу, который осторожно взял её. Когда он открыл её, там оказалось серебряное колье с блестящим синим камнем. – Наш отец вручил его нашей матери в качестве свадебного подарка, когда она умерла, она оставила его нам. Мы с Хуаном согласились подарить его нашему первенцу, но мы до сих пор без детей. Конечно же, до тебя. Нилу потребовалось мгновение, чтобы осознать её слова. Когда смысл дошёл до его мозга, он поднял лицо к Луне с широко раскрытыми глазами. – Я не хочу… Я не могу принять это. – Нил закрыл коробку и попытался вернуть её, но Луна обхватила его руками. – Это твоё. Мы уже говорили об этом и пришли к согласию, так будет правильно, – она сжала его руки. – Она бы хотела, чтобы это было у тебя. Он мог поклясться, что его сердце растаяло от тёплой улыбки, которой она одарила его. – Но я не такой… На самом деле я не часть семьи. Это неправильно. – Нил почувствовал, как правда обожгла ему язык. Несмотря на время, которое он провёл с ними. Несмотря на то, что они относились к нему как к своему ребëнку, это было неправдой. Нила Джостена даже не существовало. Человек, которого они искали, был ненастоящим. – О, Нил. Конечно же, ты часть семьи. – легко сказала Луна, как будто это было очевидно. Она взяла коробочку из его рук и открыла её. Чистое сияние драгоценного камня, переливы, блеск. Взяв ожерелье и протягивая руку, она коснулась его плеча. Нил позволил ей одеть его на себя. Как только оно оказалось поверх его рубашки, она снова взяла его за руку и подвела к зеркалу в своей комнате. Нил не был фанатом зеркал. Он не мог справиться с тошнотой, которую испытывал всякий раз, когда видел своё отражение. От его медных волос до глупых голубых глаз было невозможно отрицать сходство, которое он имел со своим отцом. Даже после того, как он покрасил волосы в бесчисленное множество разных цветов и спрятал свои настоящие глаза, если бы он немного сосредоточился, то он мог бы увидеть человека, который преследовал его в самых страшных кошмарах. Он всегда был благодарен за то, что унаследовал маленький рост своей матери. По крайней мере, одну вещь, которую Натан у него не украл. Даже сейчас, с чёрными волосами до плеч и в коричневых линзах, Нил всё ещё мог видеть то, что он так старательно пытался скрыть. Чтобы не заходить туда, куда ему не хотелось, он решил сосредоточиться на осторожных прикосновениях Луны. Тёплое присутствие Луны рядом с ним помогло ему игнорировать чувство страха. Было трудно сосредоточиться на чём-то плохом, когда она была рядом. Она была как маяк, её яркая улыбка освещала тьму его прошлого, направляя его вперёд. Пока её руки были у него на плечах, ему не нужно было бояться. С ней там тени были просто тенями. Нил, наконец, смог увидеть то, что она хотела ему показать. При более ярком освещении в комнате блеск камня ожерелья был более заметен. Ледяная синева была такой знакомой, что Нил на секунду замер. – Великолепно, правда? Папа сказал, что выбрал это потому, что оно напоминало ему её глаза. Жаль, что ты не сможешь увидеть это лично. Её глаза были самыми потрясающими, из тех которые я когда-либо видела. Услышав, как она описывает синий, который всегда преследовал его, как «потрясающий», Нил запутался. Он никогда не думал, что ему может нравиться этот цвет, после всего плохого, с чем он у него ассоциировался. – Это прекрасно. Однако среди всех плохих вещей, которые означал синий, теперь в нём также была Луна. Ради неё он мог попытаться. – Я знала, что оно тебе подойдёт. – Луна улыбнулась своему отражению. – Ты так похож на неё. Ты бы ей понравился. Нил не смог удержаться от ответной улыбки. – Ты наша семья, Нил. Жаль, что мы не смогли помочь тебе раньше. Но я благодарна за то, что ты есть сейчас. – Луна развернула его лицом к себе. Она положила руки ему на щеки и сказала: – Мы так благодарны, что ты у нас есть. Это была доброта, которая обезоружила его. Нил прошёл через многое. Он по-разному страдал и сталкивался со многими видами пыток. Он прошёл через всё это и всё ещё стоял на ногах. Но искренность в голосе Луны была единственной вещью, которая сбивала его с толку. Одно слово, и он знал, что сделает всё, о чём она попросит. Если она попросит его остаться, то он никогда не уйдёт. Она, вероятно, знала это, поэтому никогда не спрашивала. Всегда такая внимательная, всегда учитывающая то, чего он хотел. У неё было самое нежное прикосновение, которое он когда-либо чувствовал, и самый мягкий голос, который он когда-либо слышал. Нил не знал, когда и почему она стала для него так важна. Возможно, дело было в том, что она всегда уважала его личное пространство или никогда не просила большего, чем он был в состоянии предложить. Как бы то ни было, она была одной из причин, по которой он не хотел исчезать. «Хочу, хочу, хочу». Нил также не знал, когда это слово стало для него таким знакомым, но он хотел так сильно, что это было иронично. Он не должен был «хотеть». Он ничего не заслуживал. Его вообще не должно было существовать, но он хотел. Нил позволил Луне отвести его обратно в гостиную. Она села на диван, и именно тогда Нил позволил себе забыть обо всём и положить голову ей на плечо. Бессонными ночами, когда он просыпался с криком, он всегда оказывался в гостиной. Луна никогда не жаловалась на то, что её будили ночью, или на то, что он включал свет в доме. Она заваривала чай и оставляла его в пределах досягаемости, всегда давая ему время, необходимое, чтобы прийти в себя. Когда он доверял ей настолько, чтобы позволять ей приближаться, она просто проводила рукой по его волосам. Это расслабляло больше, чем должно было. Её пальцы нежно погладили его по волосам, и внезапно Нил снова стал десятилетним мальчиком. Он был беспомощным ребёнком, ищущим утешения, которого Мэри не могла дать. Его мать могла обеспечить его безопасность, она могла научить его вещам, необходимым для выживания, но она никогда не могла заставить его чувствовать себя в комфорте. Когда солнце начало садиться, Нил, наконец, покинул уютный дом, который не должен был быть уютным. Он предупредил Мэтта о своём возвращении, и Луна отвезла его обратно в Пальметто. Обратная дорога была тихой, но утешительной, как и всё, что с ней связано. Прощаясь, Луна потрепала его по щеке и сказала, что он всегда может вернуться домой. Мэтт прислал ему ответное сообщение, в котором говорилось, что они всё ещё в комнате девочек, поэтому Нил направился прямо к их двери. Дверь открыла Рене, довольная его приходом. – Привет, Нил, – она уступила ему место, чтобы войти. – Хочешь попкорна? Мы много приготовили. Вместе они подошли к дивану, где сидели остальные старшеклассники, Нил заметил, что Сета там нет. Когда Элисон посмотрела на него, её глаза расширились. Она вскочила с кресла, в котором сидела, и подошла к нему. Нил сразу насторожился, когда она подняла правую руку к его горлу. Он крепко сжал её запястье, чтобы она не прикоснулась к нему. Но ей, казалось, было всё равно. Она сосредоточилась на ожерелье у него на шее. – Элисон? – Дэн тоже встала. – Это бриллиант?! – Элисон воскликнула. На этот раз широко раскрыл глаза Нил. Он тоже посмотрел на ожерелье. Камень явно был довольно дорогим, но он не оценивал его слишком пристально, стараясь не обращать внимания на цвет. Конечно, Луна не говорила, что ожерелье такое ценное. Она знала, что он никогда бы не принял его, если бы знал. Элисон подозрительно посмотрела на него и, наконец, убрала руку. – Где ты это взял? Без обид, но, похоже, ты даже не знаешь, сколько это стоит. Смутившись, Нил опустил взгляд в пол. Мэтт присоединился к разговору. – Да ладно. Может, это был подарок? Нил почувствовал, что его лицо горит. – Да, но если бы я знал, что это такая роскошь, то не позволил бы Луне подарить это мне. – Кто такая Луна? Твоя девушка? – Спросила Элисон. – Она… Нил вспомнил, что сказала ему Луна. «Семья». Никто никогда не говорил ему ничего подобного. Мэри всегда называла его своей кровью, что не было ошибкой, но и не слишком утешало. Натан, в свою очередь, никогда не скрывал, что его отношение к Нилу было ошибкой. Он коснулся кулона и улыбнулся, прежде чем ответить: – Семья. Она моя семья. На мгновение Элисон выглядела удивлённой. – Ты всё ещё поддерживаешь с ними контакт? – Мы не родственники. Она взяла меня к себе после того, как я разорвал связь со своими родителями, - сказал Нил. Это было правдой, если не обращать внимания на некоторые части истории. Мэтт повернулся к Дэн с тёплым взглядом. – Это как у тебя с тренером, – сказал он ей. Дэн понимающе улыбнулась ему, и Рене протянула ему немного попкорна. – Как насчёт того, чтобы начать другой фильм? – Спросила Рене. Элисон бросила последний взгляд на Нила, оценивая его, и вернулась в кресло, в котором сидела. Он пытался сосредоточиться на фильме, который они смотрели, но всё время чувствовал на себе чей-то взгляд.

***

С каждым днём, проведённым с «Лисами» Нил всё больше терял понимание того, как они вообще прошли отборочные в прошлом сезоне. Он надеялся, что «Лисы» в какой-то момент придут к соглашению, но на третий день он уже чувствовал безнадежность. Атмосфера, которую он наблюдал в первый день, оказалась ещё более хаотичной. Элисон и Сет, казалось, наладили всё между собой, но у них были такие переменчивые отношения, что это было нереально. Любой конфликт Элисон и Сета заканчивался одинаково: первая переходила на сторону девушек, второй прибивался к Мэтту. Золотой середины ни Сет, ни Элисон не признавали — они либо поливали друг друга отборной бранью, либо у всех на глазах взасос целовались в раздевалке. Нил не знал, впечатляться ему или ужасаться. На данный момент он был и тем, и другим. Всю первую неделю в команде не прекращались междоусобицы — шло восстановление иерархии. В роли капитана Даниэль яростно командовала ими. Она без колебаний "строила" Лисов, и в любом споре решение оставалось за ней. Нил был склонен уважать её. Иметь дело с такой командой было непростой задачей. В плане опыта Кевин Дэй был на голову выше остальных, однако его надменность часто отбивала охоту с ним общаться, а резкая манера мешала прислушиваться даже к толковым советам. Разборки между ним и Сетом вспыхивали самыми частыми за неделю. Эти двое, казалось, не выдерживали друг друга достаточно долго, чтобы наполнить стакан водой. В целом Сет, похоже, не пользовался особой популярностью в команде. Взаимная ненависть Кевина и Сета по силе уступала лишь отвращению, которое питали друг к другу Сет и Ники. Одна брошенная фраза — и между ними завязывалась драка. В тех случаях, когда слов Даниэль оказывалось недостаточно, драчунов приходилось разнимать грубой силой, и эта задача ложилась на плечи Мэтта. Из-за травмы Кевина и апатии Эндрю, Мэтт также был лучшим игроком, который был у «Лисов». Какая бы кошка ни пробежала между ним и Эндрю в прошлом году, с Ники и Аароном они отлично понимали друг друга, а это обеспечивало «Лисам» надежную линию защиты. Он был опытным и преданным делу человеком, поэтому было понятно, что он и Кевин будут хорошо работать вместе. Однако они часто переходили от идеального взаимопонимания к открытой вражде. Рене Уокер всегда была готова вмешаться, когда это было необходимо. Она раздавала дружеские советы, хвалила и подбадривала товарищей по команде, а иногда выступала в роли примирительницы, хотя в чужих конфликтах не участвовала и ничью сторону не принимала. И никто не спорил ни с одним её словом. Рене сумела завоевать даже Эндрю. Они часто разговаривали в сторонке, не обращая внимания на косые взгляды окружающих. Невероятная дружба только дала Нилу больше оснований не доверять ей. Рене была милой, и её приветливое поведение приносило облегчение среди волны хаоса, царившей в «Лисах». Тем не менее, от её молчаливого присутствия у него мурашки пробегали по коже. Острый взгляд девушки и тревожная аура совсем не соответствовали её манере поведения. Нил хотел и уйти от неё как можно быстрее, и удержать её рядом. Раньше ему очень хорошо удавалось скрывать свой дискомфорт, но он чувствовал, что Рене уже пришла к собственным выводам. Эндрю был опытным игроком и имел большое влияние на Кевина, но отсутствие каких-либо усилий расстраивало не меньше, чем драматизм Ники. Хэммик был самоотверженным, но он любил рискованные драматические игры. А ещё больше ему нравилось затевать ненужные ссоры с Сетом и Элисон. Аарон играл лучше Ники, но он держался на расстоянии от остальных в команде, за исключением своей компании, и Нила вроде как. Аарон не пытался с ним общаться, но и не отталкивал его, как это было со старшекурсниками. Даже если блондин не хотел разговаривать — это уже было что-то. Тот факт, что Аарон не препятствовал сближению с ним, как это было даже с Дэн, вселял в Нила некоторую надежду. Но его начали беспокоить пугливые взгляды, которые блондин посылал в его сторону, когда думал, что тот не обращает на него внимания. Аарон был встревожен. Это было очевидно. Ники тоже вёл себя странно. Непонимание причин не способствовало растущему беспокойству Нила. Нил всё ещё не знал, где ему место в этой иерархии. Будучи неопытным новичком, он всё ещё оставался переменной величиной. Дэн по возможности старалась подключать его к общей работе, но ей как капитану хватало и других забот. После неё Мэтт всегда был рад помочь ему на поле. Но за его пределами, он был занят тем, что беспокоился о частых перепадах настроения Сета. Элисон, казалось, смотрела на него другими глазами после истории с бриллиантом. Время от времени она делала замечания по поводу того, что кончики его волос сухие. Или о том, что ему стоит подумать о стрижке, более подходящей для его строения лица. Тем не менее, она не была с ним дружна и не воспринимала его всерьёз. В течение недели близнецы и Хэммик держали дистанцию, поэтому самой постоянной компанией Нила были Рене, Кевин и Сет. Даже если вратарь доставляла ему некоторые неудобства, он с лёгкостью обменял бы Кевина и Сета ещё на двух таких же. Обоим приходилось взаимодействовать с ним, поскольку все трое находились на одной линии, хотя Нил предпочел бы, чтобы они даже не смотрели в его сторону. Что бы он ни делал, всё было не так. Как бы он ни старался, они отбрасывали его в сторону, как бесполезного. Нил ненавидел их поведение, но Нил Джостен не мог позволить себе выйти из себя на глазах у команды. Он отвечал на нелепые оскорбления улыбками, которые, как он знал, беспокоили, по крайней мере, Сета, и позволял двум нападающим отвлекаться на драки друг с другом. Ваймак редко вмешивался во внутренние разборки. Дождавшись, пока все вволю нагрызутся, он наказывал «Лисов» дополнительными кардиотренировками и изнурительными упражнениями. Казалось, тренер решил, что они удержатся на плаву, только если будут яростно соревноваться между собой в этаком личном первенстве. Поначалу Нил считал это безумием, но по мере того, как шла неделя, он видел, что команда постепенно уясняет границы дозволенного и место каждого в ней. Когда наступила пятница, Нил нервничал. Он хотел найти общий язык с командой, но весь день провёл с «Лисами» на тренировке, а потом вернулся в общежитие и тоже просидел с ними весь вечер. Он чувствовал себя задушенным: как бы он ни хотел, чтобы всё получилось, если он не глотнет свежего воздуха, то просто взорвется. Утром, когда он, наконец, получил результаты тестов, с его плеч свалился груз. Отрицательные на всё. Нил почувствовал глубокое облегчение, которое почти пересилило его опасения по поводу уговора с Эндрю. Почти. На стадион и обратно Нил ездил на машине Мэтта вместе с Элисон, Сетом и Рене. Иногда он возвращался в общежитие один, чтобы уделить время себе. Он ценил тот факт, что никто не задавался этим вопросом. Если бы у него не было времени на размышления, он бы в итоге всё испортил. В пятницу Нил сказал, что вернётся один, поэтому он не удивился, что его не ждали. Удивительно было то, что он обнаружил Аарона на одной из скамеек, когда тот тащил свою грязную форму в раздевалку. В руках у него был чёрный подарочный пакет. Когда Аарон поднял голову и встретился взглядом с Нилом, он слегка кивнул в знак приветствия. Нил отпустил волосы, которые были завязаны в беспорядочный пучок, бросил грязную форму в корзину для белья и подошёл к нему. Он не ожидал, что первым к нему подойдёт Аарон. Он ожидал увидеть Эндрю, ведь именно вратарь пригласил его с собой. Аарон встал и протянул ему сумку. Взяв её, Нил слегка наклонил голову в вопросе. – Эндрю сказал, что у тебя нет ничего подходящего на сегодняшний вечер, – нехотя ответил он. – Он сказал Ники твой размер, и тот что-то подобрал. Если судить по Ники, то я уверен, что это что-то нелепое. Ники выбрал вещи, но не пришёл, чтобы их доставить. Нил объяснил присутствие Аарона тем, что Ники всё ещё не мог остаться с ним наедине, вероятно, боясь спровоцировать что-то, как в прошлый раз. – Спасибо, – сказал Нил. Он слегка улыбнулся, уже ожидая, что Аарон, как обычно, отвернётся и уйдет. Однако близнец удивил его, продолжая смотреть на него. – Я не знаю, что он тебе сказал, – начал Аарон. Под словом «он», Нил предположил, что имелся в виду Эндрю. – Но ты совершаешь ошибку. Любопытствуя, Нил подождал, пока он закончит свою мысль. – Что бы Эндрю тебе ни предложил, оно того не стоит. – Эндрю просто хочет узнать меня получше, – солгал Нил. Аарон невесело усмехнулся. – Конечно, просто… не теряй бдительности сегодня вечером. Слова Аарона подразумевали то, что Нил уже знал. Чтобы ни планировал Эндрю, ничего хорошего это не сулило. Но если близнец говорит это прямо ему, значит, что-то не так. Нил оторвался от своих мыслей, когда Аарон снова заговорил: – Он сказал выбросить контактные линзы. У Нила свело желудок. Он попытался дважды, пока снова не обрёл голос. – Не хочу. Аарон посмотрел на него так, словно он продал свою душу. – Жаль, что Эндрю это не волнует, – Аарон повернулся, чтобы уйти. – Мы заберём тебя в девять. Не забудь, что я сказал. Он ушёл, оставив позади растерянного Нила. Он знал, на чьей стороне окажется Аарон, поэтому было бы проще, если бы он просто плыл по течению. Но по какой-то причине Аарон пытался ему помочь. Может быть, это была очередная игра со стороны Эндрю, но Аарон просто сказал ему быть осторожным. Нил разрывался между недоверием и любопытством. Решив попытаться разобраться в загадке, которой был Аарон Миньярд, позже, Нил вернулся в общежитие. Он зашёл в один из магазинов возле университета, чтобы купить что-нибудь на ужин. О том, чтобы принять какую-либо еду, предложенную Эндрю, после недвусмысленного предупреждения, не могло быть и речи. В комнате общежития никого не было. Мэтт ранее упоминал, что собирается в кино с Дэн. Нил не знал, где находится Сет, но он не подавал никаких признаков возвращения, даже когда Нил начал собираться. На всякий случай он проверил замок на входной двери, прежде чем запереться в ванной с выданной ему одеждой. Закончив одеваться, он минуту смотрел на своё отражение. По настоянию Катрин он пытался привыкнуть носить более строгую одежду, но всегда выбирал бледные цвета и простые модели. Этот наряд был совсем другим, и каждая его деталь была чёрной. Легкие брюки-карго удачно сочетались с массивными ботинками. Обтягивающий лонгслив был отделан декоративными прорехами, сквозь которые виднелась антрацитовая подкладка. Сквозь прорехи проглядывал угольный внутренний слой, скрывая кожу Нила, но он несколько раз ощупал ткань, проверяя, нет ли где настоящих дыр, и не выглядывает ли из них голое тело. Он не знал, говорит ли это его паранойя, но мог поклясться, что чувствует шрамы под тонкой тканью. Он не мог не задаться вопросом, куда они могли пойти в такой одежде. Оставалось сделать только одно — вынуть из глаз линзы. Нил глубоко вздохнул, снова и снова стараясь не нервничать. Всю последнюю неделю он смотрел на колье, полученное от Луны, он мог смотреть себе в глаза, он мог это сделать. Он несколько раз моргнул, чтобы глаза привыкли, и смыл коричневые линзы в унитаз. При взгляде на зеркало у него чуть не перехватило дыхание. Как бы он ни был к этому готов, это всё равно дезориентировало. Нил больше года не видел натурального цвета своих глаз, потому что надевал линзы сразу, как только просыпался. Холодный оттенок голубого цвета ещё больше контрастировал с тёмными волосами и одеждой. «Это всего лишь цвет», — заставил он себя поверить. Бесполезно. Это были глаза его отца. Чтобы не думать об этом, Нил собрал свою одежду и вышел из ванной. Свернул в спальню и боковым зрением заметил расположившихся в гостиной кузенов и Кевина. Эндрю снова взломал замок. Нил прикинул, во что превратят тяжёлые каблуки его новых ботинок физиономию Миньярда. Похоже, Аманда могла бы предложить такое, и при этой мысли его гнев немного поутих. В спальне Нил сунул вещи в нижний ящик комода, который решил использовать вместо корзины для белья, и запер шкатулку с ожерельем в сейф. Он не хотел рисковать, теряя столь важную вещь. Нил поразмыслил, брать ли ему телефон или нет, и решил положить его в задний карман брюк. В этот момент он услышал звук приближающихся лёгких шагов и повернулся, чтобы увидеть Эндрю в дверном проёме. Тот наблюдал за ним, прислонившись к косяку и скрестив на груди руки. Нил воспользовался шансом рассмотреть незваного гостя и был поражён его непроницаемым лицом. Сегодня вечером таблеток он не пил. Нил подошёл к Эндрю и стал ждать, когда тот отойдёт, чтобы выйти из комнаты. Эндрю пошевелился, но только для того, чтобы подойти к нему ближе. Блондин проанализировал его взгляд, и Нил не осмелился отвести глаза, напрягшись от близости. – Нежданное проявление честности, – прокомментировал Миньярд. – С чего вдруг? Он подумал, не сказать ли, что Аарон четко передал просьбу, но вовремя себя остановил. Нил догадался, что Эндрю, скорее всего, послал Ники одолжить одежду, а Аарон вместо него предупредил, чтобы тот был начеку. Помня об этом, он осторожно произнёс следующие слова. – Ники вежливо попросил, я не мог отказать. Эндрю никак не отреагировал, и Нил решил, что он прав, считая, что именно Ники должен был встретиться с ним. – Пора идти. Ники оживился, когда оба вышли в гостиную, но при виде Нила его радость вдруг сменилась изумлением. – Фигасе… Нил, да ты красавчик! Я знал, что сделал правильный выбор. Нил с улыбкой принял комплимент. Эндрю вышел из комнаты, ничего не сказав, а Кевин и Аарон последовали за ним. Ники подождал, пока Нил закроет дверь, и направился в коридор. – Куда мы едем? – Попытался Нил. Ники, казалось, не поверил. – Эндрю не сказал тебе? Конечно, не сказал. – Он провёл руками по лицу, вздохнул, а потом улыбнулся. - Свозим тебя на ужин. Мы раньше жили в Колумбии, так что знаем все приличные места. Что ещё круче, там у нас есть бесплатное место для ночёвки, поэтому можно весь вечер пить, танцевать и оттягиваться по полной. Это будет здорово. Тогда, наверное, в бар. – Я не пью и не танцую. Ники бросил на него знающий взгляд. – По какой-то причине, я так и понял, но расслабься. Ты можешь пить содовую и сидеть за столом с Эндрю и Кевином. Они тоже не танцуют. Мысль о том, что Аарон с кислым лицом будет танцевать, привела Нила в недоумение. Однако он решил не комментировать это. Остаток пути до машины они прошли в молчании. Нил оказался зажатым на заднем сиденье между Аароном и Эндрю. Несмотря на дискомфорт, каждый из братьев прислонился к своему окну и задремал, едва автомобиль выехал из кампуса. Уснуть с такими соседями Нил не мог, поэтому провёл целый час, прикидывая, что в этот вечер может пойти не так. Он не успел закончить подсчёт, когда Ники подал ему знак. – Будь добр, разбуди Эндрю, а? Только руками лучше не трогай. – Чего? – сонно пробормотал Аарон, разбуженный голосом Ники. – Я забыл, где нужно повернуть, чтобы срезать. Ты не помнишь? Аарон на мгновение задумался и приблизился к Нилу. – Могу? – спросил он, подняв руку в его сторону. Нил заколебался, прежде чем кивнуть. Он постарался не вздрогнуть, когда Аарон притянул его ближе и толкнул Эндрю в плечо. Реакция Эндрю была мгновенной. Резкое движение заставило Нила отодвинуться от него ещё дальше. Его локоть мог бы задеть Нила, если бы он не был достаточно далеко. Увидев, что он ни во что не врезался, Эндрю растерянно моргнул. Аарон щёлкнул пальцами, чтобы вывести его из транса. – Где сворачиваем? Воспользовавшись свободным пространством, которое оставил Нил, Эндрю проскользнул между передними сиденьями. Он смотрел, как они проезжают мимо указателя, и сказал: – Не здесь, дальше. Перед поворотом будет указатель «Вафли и выпечка». Нил не слышал, что Ники сказал дальше, сосредоточившись на том, не сделает ли Аарон какого-нибудь резкого движения. Таковых не последовало, что порадовало, но когда Эндрю сел обратно, Нил быстро выпрямился на сиденье. Он пробормотал «спасибо» Аарону и не удивился, когда тот нахмурился и отвернулся к окну. Нил перевёл взгляд на Эндрю. Парень отвлекся на свои руки, поднятые перед его лицом. Нил с трудом разглядел, что его пальцы дрожат. – Ники, – позвал Эндрю. – Скоро будем на месте, – пообещал он. – Тормози, – приказал Эндрю. – Мы на съезде с дороги. – Сейчас же. Нетерпеливого тона было достаточно, чтобы Ники съехал на почти несуществующую обочину, затормозив так резко, что Нил вдруг понял, что имел в виду Ваймак, когда оскорблял вождение Ники. Эндрю распахнул дверцу, высунулся из машины, насколько это было возможно, и его стошнило в сорняки вдоль дороги. – Где твои крекеры? – осведомился Ники, когда Эндрю перестал корчиться и начал просто тяжело дышать. – Он их уже съел, – сообщил Кевин. – Что, все? – ужаснулся Ники. – Господи, Эндрю. – Заткнись, – прохрипел Эндрю и пару раз сплюнул. Он потянулся к подголовнику Кевина и втянул себя обратно в машину. – Просто довези нас до места. Первую остановку они сделали в ресторанчике под названием «У красотки». Несмотря на поздний для ужина час, парковка была забита. Ники высадил остальных у входа, а сам принялся кружить, выглядывая свободное местечко. В очереди перед дверями стояло ещё три-четыре компании. Эндрю сделал вылазку к стойке с закусками и стащил из вазы с краю несколько пакетиков с крекерами, после чего принялся методично их поедать, сверля наблюдавшего за ним Кевина мрачным взглядом. Вскоре после того, как к «Лисам» присоединился Ники, их усадили в кабинку в дальней части зала. При этом Эндрю, уже успевший расправиться с крекерами, умудрился запихать пустые пакетики в карман фартука сопровождавшего их администратора. Паренёк и бровью не повёл, лишь раздал гостям меню и удалился. Вскоре пришла официантка, и Хэммик вернул ей меню, заглядывать в которые никто не стал. – Мы приехали поесть вашего особого мороженого, – сказал он. – Я вас поняла, – ответила официантка, – сейчас всё будет. Перед тем, как девушка ушла, Нил попросил бутылку воды. Едва она ушла, с лица Ники исчезла улыбка, и он с тревогой посмотрел на Эндрю. Тот сидел, подперев подбородок рукой. Другую руку он положил на столешницу, и дрожь в его пальцах теперь была ещё заметнее. Кевин достал из кармана пузырёк с таблетками и поставил перед ним на стол, на полпути между собой и Эндрю. – Просто прими это. Эндрю застыл на месте, уставившись на бутылку. – Пошёл ты. Нил подумал: - «Ах. У Эндрю ломка, в этом есть смысл». – Убери это дерьмо, пока я не затолкал его тебе в глотку. Кевин нахмурился, но пузырёк спрятал. Вскоре принесли мороженое. Официантка расставила на столе вазочки, а посередине положила стопку салфеток. Как только она ушла, Эндрю нетерпеливо раскидал салфетки. Под ними оказались целлофановые пакетики с желтоватым порошком. – Люди же вокруг, – напомнил Аарон. Проигнорировав реплику брата, Эндрю вскрыл два пакетика и высыпал их содержимое в рот. – Попробуй мороженое, Нил, тебе понравится, – неожиданно сказал Ники. Нил извиняюще улыбнулся и отодвинул от себя мороженое. – Спасибо, но я сыт. Краем глаза он заметил, как Аарон выпрямился в кресле. Ники уже собирался что-то сказать, как вдруг Эндрю потянул мороженое Нила к себе. Эндрю сгрёб оставшиеся пакетики и сунул в карман. Но, видимо, дёрнулся он слишком резко, потому что лицо его вдруг позеленело. Эндрю зажал ладонью рот и громко сглотнул. Чем бы ни был тот порошок, он притупил тяжесть ломки. Потому что к тому времени, как он закончил с мороженым, его лицо вновь выглядело спокойным и расслабленным. Когда принесли счёт, Эндрю протянул его Аарону, и Аарон прикрепил к чеку небольшую пачку двадцаток. От ресторана до места, где они собирались провести ночь, было совсем немного. Двухэтажный ночной клуб «Райские сумерки» находился в нескольких кварталах от шоссе. К нему выстроилась очередь из желающих попасть внутрь, и судя по тому, как они были одеты, наряд Нила смотрелся весьма скромно. Очередь не отпугивала братьев. Ники остановился у тротуара и высадил пассажиров. Аарон поприветствовал охранников сложной комбинацией ударов кулаком о кулак. Это была самая дружелюбная реакция, которую он когда-либо видел. Один из вышибал достал из заднего кармана оранжевую карточку и вручил её Аарону, а тот передал её Ники. Хэммик прикрепил карточку к зеркалу заднего вида и уехал парковаться. Эндрю на ходу отсалютовал вышибалам и, минуя очередь, прошёл в клуб. Кевин последовал за ним. Шедший третьим Аарон жестом пропустил Нила вперёд. Пройдя через вторые двери, они очутились в настоящем сумасшедшем доме. Все четверо стояли на возвышении, окружавшем зал, плотно заставленный столиками. Одна из лестниц вела вниз, на переполненный танцпол. Другая, расположенная чуть поодаль, – на второй этаж, больше похожий на галерку. Платформа диджея располагалась в стороне от танцпола, как бы между этажами. Вдоль стен стояли динамики высотой больше человеческого роста, и грохот басов отзывался в костях Нила вибрацией. Нил перестал смотреть, чтобы не отстать, и поспешил за Кевином. Потребовалось немного поискать, прежде чем они нашли свободный столик. Грязные бокалы с него ещё не убрали, однако стулья уже пустовали, поэтому они заняли его. Эндрю избавился от посуды, Аарон притащил ещё два стула. Как только они расположились, Эндрю жестом головы велел Нилу следовать за ним к барной стойке. Посетителей обслуживали три бармена, но Миньярд, по-видимому, дожидался кого-то конкретного. Наконец, нужный человек освободился и подошёл к ним, одарив Эндрю дружелюбной улыбкой. – О, Эндрю, уже вернулся? И кто твоя новая жертва? Нил хотел исчезнуть под оценивающим взглядом бармена. – Никто, – ответил Эндрю. – Нам как обычно. Бармен кивнул и посмотрел на Нила. – А ты что будешь? Он не стал бы пить то, что ему предлагал мужчина. – Я не пью, – натянуто улыбнулся Нил. – Значит, газировку, – заключил бармен и ушёл готовить заказ. Когда он подал напитки, Эндрю принял у него поднос с ловкостью. Бармен поставил на поднос последний бокал — газировку для Нила, Эндрю повёл его обратно через толпу, отталкивая пьяных со своего пути свободной рукой. Нил старался не обращать внимания на количество людей, стоявших слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. Дожидавшийся их Ники отошёл в сторону, чтобы Эндрю мог поставить поднос. Чтобы не пить содовую, Нил сделал вид, что споткнулся о ножку стула, когда садился, и стакан упал на пол рядом с ногой Кевина. – Какого чёрта? – воскликнул Кевин. – Извини, – сказал он Кевину, наклоняясь, чтобы поднять пустой стакан, который почему-то не разбился. – Какая потеря. Он встретился взглядом с Аароном, когда тот устраивался в кресле. Блондин держал свой стакан перед ртом, но Нил всё ещё мог видеть след веселья в его глазах. – О нет, Нил. Мы можем заказать ещё один, – сказал Ники. – Не нужно, я всё равно не хотел пить, – улыбнулся Нил. Холодный взгляд Эндрю, брошенный на него, заставил Нила задуматься, не был ли он недостаточно убедителен. Ники пожал плечами и поднял свой стакан. – За здоровье! – провозгласил Ники, и все дружно чокнулись. Остальные пили с какой-то космической скоростью. Когда он встал, чтобы помочь Эндрю налить вторую порцию, тот отказался от ещё одного стакана содовой. Вместе с новой порцией спиртного на столе появились и пакетики с желтоватым порошком. Эндрю помахал одним из них перед Нилом в дразнящем приглашении. Нил покачал головой. Эндрю ухмыльнулся и раздал их остальным. Нил был слегка разочарован, когда все взяли по одной. – Крекерная пыль, – неловко рассмеялся Ники, надрывая упаковку. - На вкус как соль с сахаром, и приход от неё нехилый. Точно не хочешь? – Не моё. Ники расставил стопки по столу. – Бармен на всякий случай налил в рюмку для Нила немного содовой. – Ники поставил её перед Нилом. – Ну, выпей с нами, если не хочешь закидываться. Нил просто уставился на стакан. Когда он не сделал ни одного движения, чтобы прикоснуться к нему, Ники с отчаянием посмотрел на Эндрю. Эндрю в свою очередь медленно постукивал пальцами по столу, ожидая чего-то. – Всё ещё не хочешь пить, Нил? Нил вздохнул и поднял лицо, чтобы посмотреть на Эндрю. – Давай перейдем к делу. Как насчёт этого? – Он отодвинул от себя стакан. – Ты позвал меня сюда не за этим. Эндрю молча наблюдал за ним. Через мгновение он махнул рукой в сторону Ники и Аарона. – Вы двое, отведите Кевина танцевать. Кевин собирался возразить, но Эндрю прервал его. – Скорее, – бросил он выразительный взгляд. – Мы с Нилом собираемся мило поболтать. Ники встал первым, схватив Кевина за руку, чтобы оттащить его. Аарон в последний раз посмотрел на Нила и Эндрю, прежде чем последовать за двумя другими. Когда внимание Эндрю было полностью приковано к нему, Нил почти пожалел об этом. – Зачем ты привёл меня сюда? – спросил Нил. – Почему ты здесь? – ответил Эндрю. Нил постарался сохранить спокойное выражение лица. – Ты сказал мне прийти. – Неправильно. Почему ты в команде? Не понимая, что он имеет в виду, Нил ответил: – Я здесь, чтобы играть. – Опять не то, – вратарь упёрся локтями в стол. – Ты здесь не только для этого. – Почему ты так решил? – Потому что я не доверяю тому, как ты на него смотришь, – заявил Эндрю. – Ты ничтожество, которое чем-то привлекло внимание Кевина и безропотно соглашается стать частью худшей команды в дивизионе. Ты лжец с ног до головы. И вдруг «Воронов» переводят в наш округ. Теперь понимаешь? Нил переплёл пальцы на коленях. – Я не крыса, если ты на это намекаешь. – Ты уверен? Бабки, которые у тебя есть, говорят о другом. – Я не крыса. Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать. Эндрю склонил голову набок. – Я хочу, чтобы ты доказал мне это. Не дашь мне внятного объяснения, и я выкину тебя из команды. Угроза была явной. Нил улыбнулся и попытался отмахнуться от неё. – Ты действительно слишком много внимания уделяешь вещам. Эндрю прищёлкнул языком. – Вот это уже разочаровывает. Может, хватит притворяться? Я вижу тебя насквозь, так что брось это занятие. Абрам знал, что его взгляд становился опасно холодным, не заметить этого было невозможно. – Вот ты где, – поддразнил Эндрю. – Наконец-то, ты вышел поиграть. Ему хотелось стереть с лица это самодовольное выражение. Громкая музыка и мигающие огни не помогали успокоить его нервы. – Чего ты хочешь? – Абрам почти не узнал свой собственный голос. Эндрю, казалось, мгновение анализировал его. – Правда за правду. Когда Абрам ничего не ответил, Эндрю продолжил. – Я задаю тебе вопрос, а ты отвечаешь. В свою очередь, ты тоже имеешь право на вопрос. Нет смысла лгать. Как тебе это? Предлагать лжецу такую игру было довольно нелепо, но ирония в этом была довольно забавной. – Полагаю, ты начинаешь? Эндрю не стал долго думать. – Что вас связывает с Кевином? Конечно, он спросил то, на что Абрам не мог ответить. – Разве нет более подходящего места для этого? – Абрам огляделся по сторонам, ища людей, которые могли бы услышать этот обмен откровенностями. Пренебрежительно махнув рукой, Эндрю ответил: – Если ты так боишься, что люди услышат твои секреты, найди способ рассказать мне. Это был вызов. Эндрю бросал ему вызов, чтобы проверить, готов ли Абрам от чего-то отказаться. Довериться Эндрю — это не то, на что Абрам был способен, не в этой ситуации, но… «Доверься им, и они доверятся тебе», - сказала Луна. Разве это не ирония? Эндрю хотел, чтобы Абрам доверил ему то, что он не доверял даже ей. Эндрю знал, во что ввязывается, защищая Кевина от Рико. Он знал, и всё же он был здесь. Абрам не знал, была ли у Эндрю важная причина защищать его, или он просто покончит с собой. Но если кто-то и мог смириться с прошлым Абрама, так это он сам. У Абрама был слишком короткий срок жизни, чтобы испытывать сожаление. Поэтому, какое бы решение он ни принял, оно должно было быть правильным. В данный момент он решил довериться мнению Луны. Не обращая внимания на голос матери, кричавший ему, что он совершает ошибку, Абрам медленно произнес по-немецки: – Мой отец работает с Мориямами. Эндрю удивился, но быстро взял себя в руки и тоже ответил по-немецки. – Как много сюрпризов, а я ненавижу сюрпризы. Абрам тяжело сглотнул. Открывшаяся правда обжигала его изнутри. Он чувствовал себя уязвимым, но Эндрю больше ничего не сказал, явно ожидая, что он начнёт рассказывать. Поэтому Абрам затолкал боль как можно глубже в себя. – Он помогает с грязной работой… – Абрам обдумывал, что сказать дальше. – У него были дела в «Эдгаре Аллане», так я познакомился с Кевином… и Рико. Абрам глубоко вздохнул, но Эндрю по-прежнему оставался бесстрастным. Возможно, именно отсутствие реакции подтолкнуло Абрама к тому, чтобы сказать правду. – Однажды моя мать украла у него деньги и сбежала со мной. Вот откуда взялись деньги, которые ты нашёл. С тех пор я убегаю от отца и людей, которые на него работают. Я не видел Кевина с того дня, как познакомился с ним. Я даже не знаю, помнит ли он меня, но я помню. Почувствовав, как скривились его губы, Абрам понял, что улыбается жестоко и ужасно. Он впился ногтями в губы, пытаясь избавиться от мрачной улыбки, но это было бесполезно. Эндрю не выказал ни удивления, ни изумления. Его лицо было нечитаемой маской. Абрам хотел бы знать, о чём он думает, хотел бы понять, что означает эта реакция. Вместо дальнейших расспросов Эндрю кивнул, словно ничто не могло его поколебать. – Твоя очередь. Абрам хотел спросить, что творится у него в голове. Он хотел спросить, не является ли его бесстрастное лицо способом скрыть то, что он чувствует. Таким же, каким ложь была для него. Однако, когда он открыл рот, из него вырвались следующие слова: – В напиток добавили наркотик? – Он уставился на рюмку, которую отложил в сторону. Эндрю взял рюмку, не отрываясь. – Крекерная пыль. Так всё становится проще. Абраму стало плохо. Он мысленно поблагодарил Аарона за предупреждение. – Ты казался довольно подозрительным, – Эндрю указал на стакан. – Ты всегда такой параноик или у нас есть стукач? Он не собирался бросать Аарона на растерзание волкам, поэтому пожал плечами. – Я только что сказал тебе, что я беглец. Думаю, моя паранойя полностью оправдана. – Где они сейчас? Твои родители. Абрам должен был остановиться на этом или, по крайней мере, солгать. Эндрю и так знал слишком много. Раскрытие большего не принесёт пользы никому из них. Если его раскроют, то это подвергнёт опасности и Абрама, и самого Эндрю. А это с появлением «Воронов» было бы неизбежно. – Мой отец убил мою мать, когда мы виделись в последний раз. Его арестовали за что-то другое, но это не надолго, – сказал он, вместо того, чтобы солгать. – Тогда зачем ты пришёл сюда? Кролик, который попал прямо в ловушку. Разве ты не должен сейчас бежать? – Мне надоело бегать. Я устал бояться. Я… Я не хочу умирать просто так. Я больше не собираюсь убегать. На этот раз я буду бороться. Несмотря на всё то, в чём он признался, Эндрю показалось, что эта фраза была самой искренней из всего, что он сказал за весь вечер. Эндрю наблюдал за ним. В его глазах не было ни вины, ни жалости за несчастливую жизнь Абрама, ни триумфа от того, что ему удалось разобраться во многих вещах, ни неверия после того, как он выслушал столь эксцентричную историю. Каким бы ни был этот взгляд, он был достаточно тёмным и напряжённым, чтобы поглотить его целиком. Абрам почти понял, почему Кевин полностью на него опирался. Было что-то такое в молчаливом присутствии Эндрю, что превращало его в нечто твёрдое. – Я хочу остаться, – тихо сказал Абрам. – Не отнимай у меня этот шанс. Странное выражение лица Эндрю исчезло, уступив место холоду и безразличию. – Большие слова. Как ты собираешься их выполнять? Если у тех, кто за тобой охотится, есть связь с Мориямой, то уверен, что они не попытаются увести тебя с объятиями, хотя ты и с этим не справишься. Абрам вздрогнул от этой мысли. – Это твой третий вопрос, – отмахнулся Нил. Эндрю не выглядел впечатлённым. – Подожди здесь, я позову остальных. Пора идти, – сказал Эндрю, вставая. Удивлённый Абрам спросил: – Мне можно остаться? Блондин посмотрел на него в последний раз, прежде чем отправиться на поиски остальных. – Оставайся. Мне не терпится увидеть, как долго ты продержишься. Оставшись наедине со своими мыслями, Абрам, наконец, смог снова дышать. Он почувствовал, как огромный груз свалился с его груди, когда он по частям решил проблемы с Эндрю. Он всё ещё мог быть Нилом, и это стоило всего. Вскоре Эндрю вернулся к столу с компанией прямо за ним. Ники был слишком пьян, чтобы скрыть своё удивление от того, что Нил всё ещё был здесь. Аарон выглядел ненамного лучше, а Кевин почти спал стоя. – Поехали, – приказал Эндрю. Труднее всего было сесть в машину Кевину. Через несколько секунд все заснули, кроме Нила, который сидел на пассажирском сиденье позади Кевина, и Эндрю, который был за рулём. То, что Эндрю оказался за рулём после того, как он видел, как блондин пьёт и ест крекерную пыль, было не очень обнадёживающим, но Нил не осмелился ничего сказать. Удивительно, но Эндрю обладал больший терпимостью. Это не должно было удивлять, поскольку большую часть времени он был практически под кайфом. Дом близнецов и Хэммика находился в семи минутах езды, недалеко от межштатной автомагистрали в небольшом районе. Как только Эндрю въехал в гараж, он похлопал Кевина по плечу. Дэй, казалось, даже не заметил этого, крепко спя. Однако Аарон проснулся, как только машина остановилась, и толкнул Ники так, что тот тоже проснулся. Нил последовал за Аароном и Ники на подъездную дорожку, пока Эндрю присматривал за Кевином. Ники пришлось попытаться четыре раза, прежде чем ему удалось вставить ключ в замок. Эндрю хватило времени, чтобы появиться с Кевином, глаза которого были практически закрыты. Когда они вошли, Кевин плюхнулся на одно из кресел из перерабатываемого материала и быстро уснул. Эндрю просто запер дверь и скрылся на лестнице. – Ну, похоже, Кевин сегодня будет монополизировать комнату, – сказал Ники, зевнув, прежде чем посмотреть на Нила. – Ты можешь спать в моей комнате. Я не против разделить постель. Мысль о том, чтобы разделить кровать с кем-то после стольких лет, заставила Нила поёжиться. Ники был неплох, но и ему нельзя было доверять. Нил подумывал о том, чтобы спать в гостиной рядом с Кевином, но эта идея тоже не привлекала его. – Ты можешь занять мою кровать. Нил повернулся лицом к Аарону, удивлённый предложением. Аарон пожал плечами. – Или ты можешь остаться на полу в моей спальне, как тебе удобнее. Нил взвесил свои варианты. Аарон был более достоин доверия, чем Ники, пусть и незначительно. Ники собирался что-то сказать, но Нил его перебил. – Пол подойдёт, – он благодарно посмотрел на Аарона. – Спасибо за предложение, Ники. Ники, вероятно, был слишком пьян, чтобы спорить. Он просто пробормотал ответ и пошёл тем же путём, что и Эндрю. – У меня в шкафу есть запасные простыни, – сообщил Аарон. Нил последовал за ним к двери напротив Ники. Аарон взял несколько простыней и одну из подушек с кровати и бросил их в него. Нил соорудил импровизированную кровать и снял ботинки, прежде чем устроиться на полу. Когда он лёг, прислонившись спиной к стене, он увидел, как Аарон выключил свет, и услышал звук тела, падающего на кровать. Сон не приходил. Нил был измотан, но не мог заставить себя уснуть в присутствии другого человека. Он уже некоторое время делил комнату с Мэттом и Сетом, но этих двух старших было легко считать. Сет по-прежнему игнорировал его, несмотря на попытки Нила улучшить отношения между ними. А Мэтт крепко спал и всегда просыпался позже Нила, поэтому ему не приходилось беспокоиться о том, что Бойд попытается что-то сделать ночью. Что касается Аарона, то Нил знал о нём не так уж много. Блондин был весьма противоречив. Он не был особенно дружелюбен к нему, но почему-то предупредил, чтобы тот был осторожен этой ночью. Нил до сих пор не понимал, чего Аарон хотел этим добиться. Понимая, что этой ночью ему не удастся заснуть, Нил решил попытать счастья. – Эй, – сказал он почти шёпотом. Он не ожидал ответа, но тот был получен. – Эй. Он подумал, может ли Аарон тоже не спать из-за его присутствия. Он решил поделиться своим другим вопросом. – Ты помог мне сегодня. Почему? Ответ занял так много времени, что Нил подумал, что Аарон заснул, но его голос был низким, когда он ответил. – Просто… Мне показалось, что это правильно. Шесть слов. Шесть маленьких слов, которые, возможно, ничего не значили, но всё равно заставили Нила расслабиться. – Правильно. Такое праведное мышление не соответствовало представлению Нила о нём. – Конечно, ты мог бы дать мне рецепт этого печенья взамен… Несмотря на всё, Нил рассмеялся. Этот звук заставил Аарона перевернуться в постели и посмотреть на него в темноте. – Я дам его тебе, когда мы вернёмся. Он не знал, радоваться ли ему тому, что Аарон не отвернулся, когда он улыбнулся, или огорчаться, что впервые он почувствовал себя по-настоящему комфортно с «Лисом».